Лучшие анекдоты, истории и фразы зарегистрированных пользователей

Мультфильм Александра Татарского о мужичке-недотепе, который отправился в лес на поиски елки, вот уже много лет является непременным атрибутом новогодних праздников. Сегодня сложно представить, почему в 80-х юмор Татарского не просто не оценили, а даже не хотели выпускать мультфильм на экраны. После обвинений в русофобии и насмешкой над советским народом автор оказался в предынфарктном состоянии...

Проблемы с цензурой возникли у Татарского еще во время работы над первым мультфильмом – «Пластилиновой вороной». Ему разрешили его снять в порядке исключения – за то, что он помог разработать анимационные заставки к Олимпиаде-80 на телевидении. Но когда мультфильм был готов, его запретили к показу с формулировкой «идеологически безыдейный». Ситуацию спасли Эльдар Рязанов и Ксения Маринина, в то время работавшие над программой «Кинопанорама» – вопреки запрету, они выпустили мультфильм в эфир. Далее, признанным успехом мультипликатора стала пластилиновая заставка к программе «Спокойной ночи, малыши!», которая вошла в Книгу рекордов Гиннесса по количеству выходов в эфир.

Вдохновленный этим успехом, Татарский принялся за создание нового мультфильма – «Падал прошлогодний снег» по сценарию Сергея Иванова. И вот тут претензий у цензоров было еще больше. Автор вспоминал: «Этот фильм вообще был запрещен, положен на полку, и формулировки были гораздо более гадкие. Если «Ворона» – просто безыдейная глупость, то это уже русофобия, издевательство над советским человеком. Потому что в фильме всего один герой, и он русский (он же в шапке, мужик), и при этом он идиот». Мужичок казался им дурачком и недоумком, а сюжет – насмешкой над всем народом. Местами мультфильм пришлось переозвучить и заново смонтировать.

Композитор Григорий Гладков, написавший музыку к мультфильму, объяснял замысел авторов: «Сила мультфильма в том, что показан характер. Он как бы такой недотёпа, на самом деле он нормальный мудрый деревенский мужичок, а она – любящая его жена. Если б не любила, то со скалкой бы не бегала. А то бегала, искала, волновалась. Мужик нашёл ёлку и принёс её домой, но это было уже в апреле, и он отнёс её обратно. Это вся наша жизнь и весь наш характер такой непутёвый, но мы и ракеты строим, и Олимпиаду проведём, и всё у нас всё-таки получается. Просты мы всё делаем весело и шутя. Самое главное, что герой выдумщик, не дай бог жить со скучными людьми».

Поначалу планировалось, что в мультфильме вообще не будет текста, только восклицания «Ох» и «Ах». Но руководство студии потребовало «разъяснить этот бред» и настояло на том, чтобы сюжет был более конкретным. Александр Татарский вместе со сценаристом Сергеем Ивановым начали придумывать реплики героев. Многие фразы из мультфильма, которые потом ушли в народ, приходилось отстаивать с боем. Например, крамолу увидели во фразе «Кто тут, к примеру, в цари крайний? Никого? Так я первый буду!» В репликах главного героя цензорам мерещились зашифрованные послания.

Проблемы продолжились и после того, как мультфильм был готов. На озвучивание пригласили актера Станислава Садальского, однако его имя пришлось убрать из титров. Дело в том, что Садальский вырос в детдоме и всю жизнь пытался разыскать своих родственников. В середине 70-х годов ему удалось найти двоюродную бабушку, которая еще в 1917 году эмигрировала в Германию. Когда им наконец удалось встретиться, Садальскому за общение с иностранкой запретили выезжать за границу, и в качестве наказания его имя велели убрать из титров мультфильма. Хотя зрители и без этого сразу же узнали его голос.

Парадоксальная фраза «Падал прошлогодний снег» показалась Татарскому идеальным названием для мультфильма с абсурдистским юмором, тем более что этой фразе он нашел вполне логичное объяснение – «прошлогодним» можно считать снег, который выпал 31 декабря. Станислав Садальский вспоминал: «Весь наш абсурдный, фантастический фильм он построил на одной фразе, которую считал гениальной: «Падал прошлогодний снег». Мне он долго пытался объяснить: «Ты понимаешь… ноль часов, ноль минут. Нет прошлого, будущего, нет настоящего. Есть безвременье, междумирье. Все замерло. А снег идет… Прошлогодний, понимаешь?».
В результате мультфильм «Падал прошлогодний снег» все-таки вышел на экраны – в канун Нового 1984 года. Позже он стал признанной классикой советской мультипликации и одной из самых известных работ Александра Татарского.

Во время обсуждения финальной музыкальной темы мультипликатор попросил композитора Григория Гладкова написать пронзительную мелодию: «Гришка, мультик у нас смешной, но в конце должна быть грустная мелодия. Надо чтобы было, как у Феллини, чтобы было очень весело, а в конце такая грустная мелодия, под которую нас с тобой и похоронят».

В 2007 г. режиссер ушел из жизни – в 56 лет у него остановилось сердце, и, согласно его воле, на похоронах звучала музыка из его самого знаменитого мультфильма...

Еще про детишек.
Гуляли по берегу моря, нашли здоровое свинцовое грузило. Решил провести детям урок естествознания, растопил свинец дома на газу и залил в формочки -благо ракушки принесли с того же берега. Дети в шоке от такого креатива, старшенькая (10 лет) начинает прикидывать коммерческие варианты, как наделать разных брелков, продавать и зарабатывать деньги. Младшая (8 лет) задумчиво посмотрела на все это и предложила: - А зачем нам делать брелки, давайте сразу лить из этого ДЕНЬГИ!

Следующий урок был уже про преступления и наказания...

Сегодня я видел пса. Пёс спокойно стоял и ждал красный свет для машин. Но светофор не работал. Он стоял и ждал у пешеходного перехода. Большой, старый и уставший. Движение было не очень плотное. Я остановился перед ним. Рядом со мной встала тойота ГАИ. Он посмотрел на нас, и спокойно пошёл вперёд. Встречный поток притормозил тоже, но никто не пропустил пса. Мы стояли с ГАИ в одну сторону, пёс стоял на середине дороги, а вот навстречу все пытались проскочить друг перед другом. Пёс просто стоял и с отвращением смотрел на этих тварей, называющих себя людьми. Взгляд говорил о большом опыте и глубоком отвращении. Его шерсть клочьями говорила о тяжёлой и голодной жизни. Выждав паузу между машин, он шагнул спокойно вперёд. Встречные машины вместо того, чтобы притормозить и остановиться, начали истошно сигналить и ломиться друг перед другом, между псом и бордюром, ещё быстрее. Никто не остановился. Мне стало тошно, стыдно, мне стало страшно - кто эти люди, среди кого я живу, с кем будет жить мой сын в будущем?
Пса чуть не сбили насколько раз. Но он был спокоен. Разница между такой жизнью и такой смертью не очень ощутима. Какой-то дорогой автомобиль притормозил, и пёс всё же перешёл дорогу.
ГАИ уехало, а я всё стоял ошарашенный. Неужели тяжело нажать на долю секунды на тормоз? Неужели я всю жизнь буду жить среди людей, не пропускающих машины скорой помощи? Я отчётливо понял, что я бы хотел дружить с этим псом. Что он достойнее 90% окружающих меня людей.
У меня к вам одна просьба, увидите пса или "скорую", пропустите, пожалуйста. А если нет, то, пожалуйста, никогда не пристёгивайтесь за рулём. Может убьётесь нах@й...

Дмитрий Розенфельд (с)

Про экстрасенсов, колдунов и целителей.

Лет так уже двузначное число назад. В лесисто-уральской местности. Мучимый тяжелейшим похмельным синдромом, вызванным трехдневным общением с генералом от Госгортехнадзора, я прислушался к совету собственного водителя:

- Шеф, - говорит, - тут бабка в деревне имеется, всякие болезни наложением рук снимает. Недалеко – километров пятьдесят. Нам с вами это не крюк. А бабка - на весь Урал знаменитость. К ней даже из-за границы лечиться едут, из села, где Ванга жила.

Согласился от безысходности. Там все равно магазин в деревне-то.

Дом у бабки был странный. То есть не крестьянская изба, а именно дом в деревне. Старый. Лет так за сто с полусотней. То ли больничка была ранее, то ли школа, то ли просто приказчик заводской жил. Калитку в тёсовой воротине, открыла та самая бабка.

Точнее вовсе не бабка, - бабкой назвать язык не повернется, а высоченная стройная старуха с крючковатым носом, вся в черном платье до пят. С кружевным черным же воротником и манжетами. Я так в детстве старуху-графиню из Бронзовой птицы представлял. А эта еще и назвалась Марфой Акинфиевной, что в Демидовских местах звучит вызывающе после захода солнца. Пригласила в дом. Посмотрела. Не спрашивая набулькала воды в стакан и подала. Стало легче.

И минут за пятнадцать, под удивленные вздохи водителя, рассказала всю историю болезни. Сердце начинает шалить. Давление. И так далее, и тому подобное, достаточно подробно и правильно. Травы заварила разной, колодезной водой отвар остудила, порошков каких-то в тот же стакан насыпала. Ну я сразу-то пить не стал, мало ли чего намешала. Не поклонник видите ли употребления помета летучих мышей с толчеными жабьими головами. Обещали ж только наложением рук… Но тут, как раз водитель спросил, откуда она все про нас знает.

- Чего про вас знать-то алкашей? Тоже мне бином Ньютона. Я пятьдесят лет в районной больнице из них тридцать – заведующей. Сейчас здоровья на работу не хватает, дома сижу, иногда людям помогаю. А всякие идиоты вроде тебя, - тут она на водителя кивнула, - слухи распускают про бабку-целителя. Пей, не бойся, - это уже мне, - там аспирин с аскорбинкой и травы успокаивающие.

Выпил, да.

- А имя-отчество? – выпив обратился я с наглым вопросом.

- Так надо ж было тебя в чувство привести как-то. Ииэх, интеллигентный человек, а водку в таких количествах употребляете. Воздержанней надо быть. А так-то я Мария Афанасьевна Никитина. Без всяких чудес и демидовщины.

Тут я все-таки заржал. Хорошая тетка. А могла бы ведь и клубочек предложить. За три моря с клубочком.

Дела у Диминых родителей пошли в гору, они отдали сына в элитную школу. Но у нас даже самая суперпупершкола под ЕГЭ заточена, а литература ещё советской закваски. Детям задали сочинение по весьма сатирической поэме Некрасова "Кому на Руси жить хорошо".

Ну, Дима и написал, что на Руси хорошо живётся только богатым, но и этого мало - надо быть ещё и очень нечестным. Привёл примеры из жизни собственной школы. Один абзац его сочинения просто абзац получился - кому, как и сколько самые богатые родители башляют, чтобы у их детей были отличные оценки. И как его самого учителя гнобят, потому что его родители башлять за оценки отказываются.

Училка литературы пошла жаловаться директору. Идиотка, директор был новый и злой. Он внимательно изучил этот полный абзац и стал вызывать героев сочинения по одному. Потом вызвал папу Димы. Папа, вернувшись домой, первым делом молча схватил ремень. Вся семья встала на защиту зарёванного Димы. Мама твёрдо сказала: "Да! За правду в России, как и прежде, наказывают! Но по крайней мере - уже не порят!"

ПРИЧУДЛИВОСТЬ КРУЖЕВ СУДЬБЫ (ПОЧТИ ПО ПАСТЕРНАКУ)

Лет пять назад надо было мне на полдня слетать в Сочи на какой-то симпозиум, лекцию прочитать. Пока летел, выяснилось, что там через день - ещё какое-то мероприятие с моим выступлением.
Туда-сюда летать лень было, остался там и образовался у меня в Сочи целый свободный день.
Размышляя над феерическими планами вольного убивания свободного времени, вспомнил, что вроде живет в Сочи девчонка из нашей ещё студенческой уфимской кампании 80-х годов - Анжела М-ян, имя настоящее, гусары - молчать!!), худенькая невысокая чёрная армянка, с легкой восточной плавностью движений и гордым почти дворянским профилем с обязательной легкой горбинкой носа.
Тридцать лет не виделись-не общались...
Два-три телефонных звонка - и вот ее номер у меня: «Анжелка, привет!» - «Ааааааааа!! Ты где??».

Стою на согласованном месте, озираюсь, жду.
Из-за угла вылетает что-то черноволосое, полненькое, курносое!), кричащее одновременно «Привет! Такой же! Где кудри?! Шашлык ждёт! Едем к нам! Где вещи?! Пора покушать! Почему один?!»

...наконец она разрешила мужу «хотя бы полчаса меня не кормить»...

«После института я получила распределение в Нагорный Карабах, в детскую больницу. Вышла замуж, муж - небольшой начальник в совете профсоюзов Республики.
Ребёнок родился, потом второй. Дом построили, мебель, хрусталь, ковры.
Началась война. Мы думали переждать, что скоро все успокоится, но когда ночью очередь попала в окно первого этажа и расколотила вазы в серванте, мы, бросив прекрасный дом со всеми вещами, бежали с одним чемоданом ко мне на родину, под Сухуми.

Муж устроился на работу, я снова педиатром в поликлинику. Потихоньку освоились, отец поделился небольшим участком земли. Построили дом, мебель, посуда.

Когда первая пуля разбила окно снова первого этажа, я даже как-то и не удивилась особо, как будто ждала чего-то подобного.

Как врача меня могли забрать в любое время хоть из дома, хоть с работы и увезти на передовую. Никто даже не спрашивал у меня, у педиатра, умею ли я что-нибудь. Перевязывала, повязки меняла. Небольшие раны под местной анестезией шила. Переломы шинировала. Контузии и диареи лечила.
Выезд и оставление работы были запрещены, смотрели за этим строго, постоянный контроль.
Тяжелых раненых или больных нам разрешали в сопровождении военного патруля вывозить в Сочи.

Я нашла там знакомых и, пряча под сиденьем, по одному вывезла детей, оставила их там, дала денег, сколько было.
В ближайший четверг попросила у главного врача отгул на пятницу, мол, варенье надо на зиму наварить. Оставила в кабинете халат, сменные туфли, запасное платье, сумочку, абсолютно все вещи - в понедельник ведь снова на работу.
Мужа забинтовала почти как мумию, порезала себе палец и пятен наставила. Вызвала Скорую и повезла в Сочи. Приехали в больницу, докатила я каталку с водителем до приемного покоя, водитель пошёл обратно к машине, а мы с мужем через другой ход вышли и к детям быстрее поехали.
Под Сухуми остался новый дом с мебелью, всеми вещами, даже сумки с собой взять нельзя было»

Я сидел в тенистом дворике скромного двухэтажного дома в пригороде Сочи, молча пил чачу под ее веселое щебетание про очереди к ней в поликлинике, про сына с дочкой, что уже окончили институты и живут-работают в Москве, про внуков, про общих институтских друзей - кто где и кем...

Не надо войны

Днем Советской Армии и Военно-Морского Флота навеяло. Теперь он День защитника Отечества, но не суть важно.

Лет семь назад слышал я по русскому радио интервью с неким Лешей-Тарзаном, некогда владельцем знаменитого ночного клуба в Майами и вроде бы одним из боссов русской мафии во Флориде. Интервью он давал по телефону, если не ошибаюсь, из канадской тюрьмы, но опять же не суть важно. Сидел он за попытку продать советскую диверсионную подводную лодку класса «Пиранья» колумбийской наркомафии для доставки кокаина и героина в США. Работал Леша над этой операцией совместно с кубинцем Хуаном Альмейда. «Пиранья» приглянулась колумбийцам из-за маленьких размеров и отличной системы шлюзования водолазов. Лодка на самом деле впечатляет. На http://world.lib.ru/b/b_a/pictureweekly.shtml вы можете на нее посмотреть.

- Когда Альмейда вышел на меня с предложением, я совершенно четко понимал что ничего из этого дела не получится, - рассказывал Леша-Тарзан, - Ну, как вы представляете себе вывести боевую подводную лодку из порта? Тем не менее, узнав о бюджете 150 миллионов долларов, решил что 5-10 миллионов я, еврейский парень, как-нибудь уведу при любом раскладе и согласился. Полетел в Россию. Там меня свели с очень большим адмиралом. Встретились мы с ним на кронштадтской базе ВМФ посмотреть товар, как говорится, живьем. Первый его вопрос я не забуду до конца жизни:
- Как будете покупать? С вооружением или без?

Abrp722

Мамина сотрудница – ну очень молодящаяся женщина. Любой намек на возраст воспринимает в штыки. По-прежнему считает себя красивой и желанной, хотя полтинник уже позади.
Как-то обсуждали коллективом, у кого насколько после 50 лет село зрение. Большинство уже с меньших диоптрий перешли на более сильные. Процесс в общем обычный, ничего особенного.
И тут выступает наша красавица: я, говорит, очки никогда в жизни не одену. Я как-то в оптике примеряла, глянула в зеркало, так я в них тааакая старая и страшная!
Тут мама возьми да и спроси: а может быть ты в очках просто лучше видишь?
Несколько дней не разговаривали!

Жена говорит мужу:
- Вот вспомни фильм "Семнадцать мгновений весны". Штирлиц свою жену не видел 16 лет! Он ей 16 лет верность хранил!
- Это она так думала...
- Он не мог её обманывать!
- Весь Третий рейх мог, а её не мог!?..

Моя мама 1937 года рождения. В 1941 она спасла жизнь и себе, и своей маме. А также мне, моей сестре и всем дальнейшим поколениям, а это надеюсь до хрена сколько жизней. У нее просто развязались шнурки на ботинках. Начала падать. Закапризничала, стала перешнуровывать. Бомбоубежище, в которое они бежали, было под семиэтажным зданием буржуйских времен. Немецкая бомба прошила все эти этажи и взорвалась в бомбоубежище. А бабушка с той поры никогда не торопила маму, когда она завязывала свои шнурки.

Расскажу эту историю в память о моём недавно ушедшем папе. Он был очень скромным человеком, и при этом большим профессионалом своего дела. В советские времена он занимался разработкой систем водоснабжения волжских городов. Саратов, Куйбышев (Самара), Горький (Нижний Новгород).
В детстве я особенно переживал, когда он уезжал в Горький. «Мам, а почему папа уехал в горький город? Может он хоть раз съездить в сладкий?» – бывало, спрашивал я.
Однажды он проектировал одну из важных систем водоснабжения. Не то водозабор, не то очистительную станцию в каком-то из этих городов. Врать не буду, за давностью лет не знаю, что именно. И вот, вызывает его начальство. И прямым текстом объявляет, что проект нужно кровь из носу удешевить. Но папа категорически отказался вносить какие-либо изменения в проект, сказав, что всё сделано по нормам и правилам и принципиальные изменения невозможны. Начальство ожидаемо устроило тарарам. Закончилось выяснение отношений на повышенных тонах бессмертной фразой в стиле – «не будете вы, будут другие», столь любимой разного рода руководителями и в наше время. Папа пришёл домой в расстроенных чувствах и сказал, что порвёт все чертежи к чертям собачьим. Но мама отговорила его.
В конечном итоге объект построили по изменённому другими проектировщиками проекту, а папины чертежи мирно пылились дома на антресолях лет пятнадцать. Вдруг его вызывает тот же самый начальник и вкрадчиво спрашивает, не осталось ли у папы его варианта чертежей. Оказалось, что Волга в тот год особенно сильно разлилась и объект в прямом смысле этого слова «поплыл». У папы же этот вариант был предусмотрен в отличие от «удешевлённого» проекта. И вот, в авральном порядке объект стали перестраивать уже по папиному проекту. Потом ему выписали аж тройную премию, что зная прижимистость его начальника можно признать весьма неординарным событием.
Позже, уже в век интернета и спутниковых снимков папа иногда просил меня показать, как выглядят его сооружения со спутника. Которые, надеюсь, и спустя многие годы будут нормально работать для людей.

Жена брата, Ольга, спрашивает у наших мамы и папы:
- А почему вы сына назвали Сашей?
Мама, вспоминая с улыбкой ностальгии:
- Когда он родился, мы записали на кусочках бумаги разные мужские имена и бросили их в шляпу, и вытянули затем один...
Ольга, с любопытством:
- И какие же имена вы писали?
Мама:
- Я писала "Олег", "Максим", "Толя"...
Папа, орудуя в мангале шампуром:
- А я писал "Саша", "Саша", "Саша"

Мойша приходит к раввину, говорит, что хочет развестись с женой. Раввин
его начинает уговаривать не делать этого.
- Мойша, зачем ты хочешь разводиться, тебе же будет хуже.
- Нет, мне будет лучше.
Ну, так они долго препираются, наконец раввин говорит:
- Послушай, Мойша. Твоя жена такая красивая, такая приятная, она радует
глаз, о такой любой мечтает. Все знают ее достоинства, а ты ее хочешь
бросить, ну почему?
Мойша молча снимает туфлю и ставит ее перед раввином.
- Что ты мне суешь свою туфлю?
- Ребе, посмотрите на эту туфлю.
- Зачем мне смотреть на эту туфлю? При чем здесь туфля?
- Ребе, это чудесная туфля. Все видят, как она красива, как она приятна,
как она радует глаз, все хотят иметь такую туфлю. НО ТОЛЬКО Я ОДИН ЗНАЮ,
КАК ЭТА СВОЛОЧЬ МНЕ ЖМЕТ!

Случилось это году так в 1992, в бытность мою студентом Бауманки.
Вела у нас термех Виляевская. Не знаю, сколько было ей тогда лет, но думаю за 70. Ходила она медленно, шаркающей походкой, говорила тихо. Предмет свой знала, от студентов требовала жёсткой дисциплины, не пускала опоздавших.
Занятия у нас по её предмету проходили поздно вечером, в дальнем крыле основного корпуса. Бауманка к вечеру пустела и во многих длинных коридорах в целях экономии выключали свет. Высокие потолки, мрачные стены - прямо "Хогвардс".
Однажды, заходя в алма матер, прочитали вывешенный некролог с фотографией Виляевской. Ну да, жалко "бабушку", но всё же возраст. А кто же теперь будет у нас термех преподавать?

Вечером того же дня вся группа ожидала в дальней аудитории нового преподавателя.
Света в примыкающем коридоре не было, а за окном ветер качал огромные деревья, которые отбрасывали корявые тени. Дверь в аудиторию была открыта. Вдруг в коридоре послышались шаркающие старческие шаги. Студенты оживились, побежали шутки о среднем возрасте предподавательского состава кафедры термеха, сравнения с генсеками и даже шутки о привидении Виляевской. Шаги неумолимо приближались и всё более походили на те, что мы привыкли слышать. Воцарилась натянутая тишина.

... из тёмного проёма в открытую дверь аудитории, кутаясь в шаль, вошла ... Виляевская!
Некоторые в предобморочном - большинство в шоке. Ведь некролог с фотографией все читали. Виляевская обвела взглядом нащи растерянные лица:
- Моя сестра-близнец умерла, тоже у нас на кафедре работала.

Рассказ Володи Ульянова, Разумеется не Ленина:
Тюменская область, деревня Борки. На обочине стоят бабы и торгуют пирожками, с любой начинкой. А, к пирожкам горячая вареная картошечка, соленые огурчики, рыбка малосольная, местного улова и чай! Самым настоящий из самовара! Вкуснотища неимоверная! Запах этой вкуснотищи, на километр чувствуется.
Баб друг от друга, отличить невозможно одеты все одинаково: тулупчик, валенки и всё это перевязано шалью. Сибирь, мороз за 30 однако. Бабуси, внучки и разумеется мамаши. Старуха или молодуха не разобрать.
Покупаю пару пирожков с мясом, ещё пару с капустой и кружку настоящего чая, забираюсь в кабину и начинаю чревоугодничать.
Тут в дверцу машины настойчиво постучали. Открыл. Стоят два перца, рожи до восхищения уголовные, на всех открытых местах, руки шея, тюремная роспись.
Начинается, подумал я. И началось: «братан, мы тут бля будем в натуре отвечаем за твою безопасность в натуре и взнос надо заплатить на грев братков в крытке в натуре бля!»
Какой я тебе братан, на дорогах и без вас было бы безопасно, подумал я. И с чего баня упала, это что новый налог в России появился братков на зоне греть? Тянусь за монтировкой…
Но, тут появляется бабуся, у которой я пирожки купил!
Что тут началось: Ты, фуфел обосранный! Ты чо творишь! На моей земле гоп-стоп устраиваешь я тебе падла шнифты выну в очко засуну и моргать заставлю ты у меня на шемеле всю жизнь кататься будешь, я тебя опомою и опарашу ты у меня под шконкой кататься будешь петух ты прокнутый. Это только та самая малая часть, что я запомнил и понял. Дальше шла такая отборная, цветастая и пятиэтажная феня, что я не понял ни хера.
Но, расписные поняли всё! И на слова Бабуси: пшли отсюда сявки позорные, бегом покинули сие место.
Мой шок был неизмерим.
Бабусю звали тётя Маша. Работала она начальником караула в одной из зон этого района.

Если меня в детстве не лупили, то корешу моему Кольке батя вваливал за двоих. По любому поводу и без лишних нравственных терзаний. Просто Колькин батя так представлял свои отцовские обязанности. Чтоб ребёнок был обут, одет, вволю накормлен, и как следует выпорот.
Не самый плохой вариант, кстати. Тем более что за Колькой не ржавело, поводов он давал - рука отца лупить устанет. То сарай подожжет, то в картофелехранилище на тракторе въедет, то козу в лесу привяжет.
Я не рассказывал? У Кольки была обязанность - водить козу на выпас. С утра отвести, колышек если надо вбить, козу привязать. Вечером привести обратно. И вот как-то у Кольки с козой вышел какой-то конфликт, боднула его что ли она? Он её отвёл в лес, и там к дереву привязал. Пришел домой, сопли до пупа - нашу Машу волки съели. А колокольчик-то снять не доумился. Вечером приходят грибники, говорят - там коза в лесу стоит, привязанная, звенит. Не ваша?
Так то коза, а то трактор. Дядя Лёша, тракторист. В обед приехал, трактор на околице поставил, побежал перекусить. Тут Колька. Ого, трактор! В кабину залез, давай там крутить. Ну и накрутил. Трактор под уклон стоял, взял да поехал. Колька испугался, а куда ты денешься? Трактор едет. А уклон упирается аккурат в ворота картофелехранилища. Туда он и приехал. Четко в створ, только ворота хлопнули. Насквозь проехал, в стенку упёрся, и встал. Колька вылез, ворота затворил кой-как, и ходу.
Трактор неделю всем колхозом искали. Нашли случайно. А кто в июне догадается в пустое картофелехранилище заглянуть?
Так что вваливать Кольке было конечно за что. Впрочем он на отца и не обижался, относился к этому как к болезненной, но неизбежной процедуре типа прививок.
А тот раз он в школе чего-то набедокурил. И набедокурил видимо не по маленькой, а серьёзно. Родителей его в школу вызывали регулярно, но они не ходили. Позиция дядьки Вали по поводу образования была незыблемой как скала. Ваше дело учить? Вот и учите. Моё дело растить, я ращу. Если он в рваных ботинках в школу придёт, тогда да. А если он читает плохо, я тут при чем? Я же вас не вызываю, если он картошку плохо окучил. Как-то сам обхожусь.
Такая короче позиция, железобетонная. И за учебу Кольке попадало меньше всего. Если только Колькина классная, Нина Степановна, отца где-то случайно встретит, в магазине там, или на улице, и давай ему мозги полоскать. Тот от неё отмахнётся как от назойливой мухи, но дома Кольке ввалит конечно, для профилактики.
Ну вот. Так что за проделки в школе Колька не больно переживал. Но в этот раз всё вышло по другому. Со школы пришел, поел, только собрался из дому мотануть, смотрит в окно, а по улице, по направлению к их дому, классная идёт. Нина Степановна.
Колька сразу понял, что не с пирогами. Не принято у учителей домой к школьникам ходить, только уж если совсем край. Тут значит край. И Колькина задница, чуткая до ремня как барометр к дождю, зазудела. Тем более что оба, и отец и мать, были дома. Мать возилась на кухне, дядька Валя ковырялся с ружьём, он был заядлый охотник.
Что делать? Задница для головы является исключительно прекрасным стимулом к обострению смекалки. И Кольке приходит в голову гениальная идея.
Он выскакивает из избы, хватает на крыльце замок, выбегает на улицу, запирает дверь снаружи, ключ в карман, а сам через сарай, через двор, назад в хату. И как ни в чем ни бывало давай отцу по ушам ездить, отвлекать.
Дядька Валя в окно классную-то конечно видел. Видел, как она подошла, заглянула в калитку, постояла секунду, и пошла дальше. Ну, пошла и пошла. Думала да передумала. На то собственно и был Колькин расчёт. И он оправдался! Пронесло. Обрадованный Колька уже собрался было побежать проделать трюк с замком в обратную сторону, тут его мать с кухни окликнула, позвала за чем-то.
В это время по улице мимо дома ехали цыгане на телеге. Цыганский табор частенько стоял в лесу за деревней. Цыган в деревне не особо любили, но терпели. Воровством они не промышляли, хотя стянуть что-то по тихой вполне могли. А так занимались своим обычным ремеслом, ходили по дворам, что-то купить, что-то продать, гадали и попрошайничали.
И вот едут они по улице. Тут остановятся, туда заглянут. Смотрят, калитка открыта. Как не заглянуть? Заглянули, а дом-то на замке! Ну надо же! В деревне ведь как? Если ушли ненадолго, дом не запирают. Накладку накинут, и всё. А если замок, значит скоро не жди. Тут замок, а калитка настежь. Ну как удержишься? Вошли тихонько, смотрят - бельё висит сушится. Хорошее бельё. Надо снять, а то пересохнет.
И вот снимают они тихонько бельё с верёвок, складывают в наволочку, а дядька Валя сидит на них в окно смотрит. Он даже в ступор впал от такой наглости. Средь бела дня! Ну, он недолго конечно в ступоре был. Вскочил, и на улицу. "Да вы, мать вашу, совсем что ли обалдели?" Хоп, а дверь-то не поддаётся. "Припёрли!" - подумал дядька Валя.- "Совсем уже с ума посходили!" Пару шагов отошел, и дверь вынес. Ох, он здоров бык был, дядька Валя.
Ну, конечно пока он с дверью возился, цыгане тоже поняли, что дом не пустой. Удивились изрядно такой засаде, добро побросали, и ходу. Дядька Валя хватает дрын, и за ними. Догнал уже у околицы. Не догнал бы конечно, да им стадо поперёк попалось.
Догнал, и давай охаживать. Когда те поняли, что их бьют, и бьют с энтузиазмом, бросили телегу, и врассыпную. Когда все разбежались, дядька Валя оставил дрын, лошадь распряг, телегу перевернул, и остался весьма доволен делом рук своих.
Идет обратно, а ему навстречу кто? Конечно! Нина Степановна.
- Здравствуйте, Валентин Фёдорович! А я вас целый день ищу! А что это у вас дом на замке?
- На каком замке!?
И вот когда Колька в окно увидал, как отец возвращается в сопровождении классной, он понял что план его удался, но вмешались подлые обстоятельства. И сейчас ему прилетит. И прилетит вдвойне. Прилетит и за школьные проделки, и за игры с замком, и за сломанную дверь. Уши и задница заранее горели адским пламенем, но деваться было всё равно некуда.
Однако всё получилось совсем не так, как он ожидал.
Отец вошел в прекрасном расположении духа. Обычно мрачный и молчаливый, он прямо светился от счастья. Увидев Кольку, сказал добродушно.
- Не боись, пороть не буду!
И потирая руки, добавил громко.
- Представляешь, мать? Сколько я на этих цыганей смотрел, всё повода не было. А тут так хорошо прям получилось, в масть!
На следующий день он Кольку конечно всё равно выпорол. Но уже совершенно по другому поводу.

Бабуля-божий одуванчик приводит к ветеринару королевского пуделя. Пудель большой, но очень худой. Смотрит на всё, что движется, с нездоровым гастрономическим интересом. Явно голодный.
Бабуля рассказывает, вот, дескать, собачка уже неделю ничего не ест... Типа, к миске подойдёт, понюхает, вздохнёт и отойдёт...
Ветеринар начинает осматривать собачку, всячески прощупывать и прослушивать. Здоровый пёс, только оголодал. Что за диво? Посмотрел повнимательней... и тут!
- Бабка, а ты собачку-то стригла?
- Стригла, милок, стригла.
- Давно?
- В аккурат за день до того, как он есть перестал.
- Бабка, резинку-то сними!
Для тех, кто не знает - когда стригут собак, им на морду надевают плотную резинку, чтобы они не кусались.
Как же, наверное, пёсик всё это время хотел жрать!..

Как меня лечили

Встретил старого приятеля - Толика. Разговорились, дошли до здоровья. Тут
его понесло. Начал описывать какое-то чудо-лекарство, лечит от всех
болезней одновременно.
Ну, честно говоря, его внешний вид рекламу лекарству не делал, но не
хотелось обижать человека.
Короче, пропускаю часть повествования, через пару дней привел он меня к
светилам народной медицины. Уговорил тоже подлечиться.
Я так в принципе уже по первым фразам понял, что это за лекари, но
почему бы не пообщаться с лохотронщиками, особенно когда ты знаешь, кто
перед тобой, а они думают что знают кто перед ними.
Захожу с Толиком в кабинет. После десятиминутного охмурения мне
демонстрируют супер-пупер диагностический аппарат. От него отходят
провода с латунными цилиндриками, которые необходимо взять в руки.
Стрелка на приборе отклоняется, по этому отклонению определяется нужное
лекарство.
Тут же стоит чемоданчик с супер лекарствами. Стоимость лекарства
рассчитана так, чтобы на него уходила не вся зарплата, а немного
оставалось на еду. Лечиться нужно долго, в идеале - до конца жизни.
Беру цилиндрики в руки, стрелка чуть отклоняется, не доходя даже до
первого сектора.
Дохтор радостно подскакивает. Как нам повезло, то есть вам повезло, что
вы вовремя обратились. Медицина тут бессильна, только мы сможем помочь.
И уже тянет руку к своему чемодану.
Не спешите, говорю. У меня есть более сильнодействующее лекарство.
Высыпаю на руку аскорбинку, слизываю. Затем вторую.
Беру цилиндрики, прибор зашкаливает. Если ему верить, жить мне осталось
еще лет триста.

Через неделю, когда Толик меня уже достал, говорю ему: Толян, тебе в
седьмом классе на уроке физики не рассказывали, что сопротивление кожи
зависит от ее влажности? Если лизнуть ладони и подключить к ним омметр
(пусть даже он называется диагностический центр), стрелка отклонится
намного дальше, чем при сухих ладонях.

Теперь Толик ищет другого доктора. Может, зря я с ним так?

На обочине стоял снеговик, одетый в светоотражающий жилет и старую
милицейскую фуражку. Черно-белая палочка тоже у него имелась.
Проезжающие мимо водители снижали скорость и восхищенно сигналили.
Проезжающие мимо гаишники остановились, вышли из машины и стали
фотографироваться с этим снеговиком.
Проезжающие мимо водители стали останавливаться и фотографировать
гаишников, фотографирующихся со снеговиком.