Поиск по автору:

Зимняя рыбалка. Сидят два мужика у лунки. Мороз лютейший. Первый спрашивает у второго:
– Ты чего без шапки?
– Да вчера местные проходили, сто граммов предлагали, а я не услышал!

Зима. Сидят рыбаки над лунками. Вдруг со стороны города раздаётся колокольный звон. Один из рыбаков встаёт и крестится. Другой рыбак с изумлением спрашивает:
– Митяй, да ты же вроде не верующий?!
Тот ему:
– Жену хоронят.

Если уж выбирать смерть, то лучше замёрзнуть, чем сгореть.

Законодательные власти, законодали вы меня!

Тесла по-русски

Чебуратор

Влажная туалетная бумага (ВТБ)

Оборотная сторона мессенджера МАХ – мессенджер ХАМ.

Повторение – мать не только учения, но и пропаганды. Именно поэтому говорящие головы на политических ток-шоу долдонят каждый день одно и то же.

Роскомнадзор пригрозил замедлить вращение Земли из-за того, что не все страны считают Россию великой державой.

Белочка к нам идёт

Тюнинг а-ля колхоз

Закатать под асфальт!

Домик для котика

Куда исчезли «ночные бабочки» – и почему мы перестали их видеть на улицах

Ещё 10–20 лет назад в больших городах “ночных бабочек” было видно буквально глазами: определённые улицы, гостиницы, трассы, круглосуточные кафе, районы возле вокзалов. Про это знали таксисты, охранники, ночные продавцы и просто местные жители. Казалось, что это постоянный городской фон – неприятный кому-то, привычный кому-то, но заметный.
Сегодня многие задаются вопросом: куда они пропали? Неужели стало меньше проституции? Или она просто сменила форму? И если сменила – кто это сделал: полиция, интернет, миграция, цены, новые законы?
Правда в том, что проституция никуда не исчезла. Она стала менее видимой. А “виноваты” в этом сразу несколько сил – и почти все они связаны с тем, как изменился город и технологии.

1) Улица проиграла интернету: рынок ушёл в “закрытые каналы”

Главная причина – цифровизация. Раньше улица была витриной: клиент и “работа” встречались физически. Теперь витрина – это экран.
Секс-услуги массово ушли:
• в сайты объявлений,
• в мессенджеры,
• в закрытые чаты,
• в агрегаторы и “витрины” с анкетами,
• в систему “по рекомендациям”.
Это выгодно всем участникам, кроме случайных прохожих и статистики:
• клиенту – меньше риска быть увиденным;
• секс-работнице – меньше уличной опасности и больше контроля;
• посредникам – проще управлять потоком.
Результат: “бабочек” на улицах меньше, но это не означает, что их стало меньше вообще.

2) Удорожание риска: улица стала слишком опасной и слишком “дорогой”

Уличная проституция – самый небезопасный сегмент: выше риск насилия, ограблений, принуждения, проблем с полицией, конфликтов с местными. И чем жёстче становится контроль, тем меньше людей готовы работать “на витрине”.
Можно сказать грубо: улица стала низкомаржинальной. На ней больше потерь, меньше стабильности и меньше защиты. Поэтому те, кто может, стараются уйти в “помещение” или онлайн.

3) Отели, квартиры и “эскорт”: всё переупаковали в более приличный вид

Сильно изменился формат. То, что раньше называли “проституцией на улице”, сегодня часто маскируется под:
• “массаж”,
• “сопровождение”,
• “эскорт”,
• “индивидуальные встречи”,
• “сервис для взрослых” с красивыми анкетами.
Это не значит, что все эти слова всегда обозначают одно и то же. Но факт такой: рынок научился прятаться за нейтральными вывесками, чтобы меньше светиться и меньше конфликтовать с законом.

4) Организованность выросла: меньше “одиночек”, больше посредников

Там, где раньше были одиночки на трассе или в центре, теперь часто появляется система:
• диспетчеры,
• “охрана”,
• водители,
• “администраторы”,
• “кураторы”.
Это делает рынок более контролируемым и менее заметным. Но у этого есть и тёмная сторона: когда растёт роль посредников, уязвимость людей внутри системы тоже может расти – особенно если речь о принуждении и зависимости.

5) Социальные сдвиги: меняется и спрос, и предложение

Есть и более тихие факторы:
• молодёжь меньше “гуляет на улице” ночью – меньше случайных контактов;
• многие отношения уходят в приложения знакомств;
• выросла доля “серых” форм: содержанство, спонсорство, “встречи за помощь”, которые не воспринимаются людьми как проституция, но экономически похожи.
Граница размывается, и из-за этого кажется, что “всё исчезло”, хотя оно просто стало иным.
«Ночные бабочки» не исчезли. Исчезла уличная картинка, которая раньше бросалась в глаза. Рынок ушёл туда, где его сложнее увидеть: в онлайн, в квартиры, в закрытые каналы и более “приличные” обёртки.

Запретительство

Власти РФ стараются закрыть или запретить всё свободное и независимое, всё, до чего не могут дотянуться.

Hapoдныe пpимeты: мecяц нaчaлcя c вocкpeceнья – жди пятницы, 13-го.
Кстати, в этом году нас ждут целых три пятницы, 13-го: в феврале, марте и ноябре.

Приметы

Надёжные банки и бутылки

Граждане! Храните деньги в сберегательной кассе!
Если, конечно, они у вас есть...

Осторожно, Сбер!

Вулканы – это прыщи планеты.

Почему, если глаза широко – то расставлены, а если близко – то посажены?

– Он пропал! Это очень запутанный случай. Срочно звони в Битву Экстрасенсов.
– Петрович, лучше признайся, что это ты пузырь выжрал!

Ни одна интересная история не начинается со слов: «выпили мы как-то с друзьями по стаканчику смузи…»

Петровичу дважды в пиве попался дождевой червяк. А потом пошли слухи, что это ему жена подбрасывала, чтобы отучить. Так он водку жрать начал. Она же прозрачная.

А что, если алкоголики, бухающие на детской площадке – это дети, которых родители когда-то забыли позвать вечером домой?

– Что-то печень побаливает…
– Одеколон пили?
– Не помогает…

Если краткость – сестра таланта, то Л.Н.Толстой – совершенно бездарный писатель.

Любимая фраза охранников магазинов интимных товаров: «Всё, что вы украдёте, может быть использовано против вас».

На чемпионате мира для закрытых помещений победил вахтёр Сидоров, закрывший за минуту 140 помещений.

Дела сами себя, конечно, не переделают, но и сон сам себя, знаете ли, не поспит.

Хватит. Надоело. Достаточно. Больше не буду перед сном читать словарь синонимов.

Здоровый сон не только продлевает жизнь, но и сокращает рабочее время.

– А я вот наконец-то справился с бессонницей. Теперь хорошо засыпаю.
– Бухать по вечерам начал?
– Блин! Но как ты узнал?

– Милый, ты кого всю ночь Наташей называл?
– Ай, ты её не знаешь, мы во сне познакомились.

Егор Летов поставил диагноз молодёжи: стыдно быть хорошим.

За время удалёнки жена окончательно убедилась, что большая часть моей работы – это кричать матом на компьютер.

– Как обычно проходит твой рабочий день?
– Я сажусь на стул, включаю музыку и десять часов злюсь.

Хочу работать Песковым, получать его зарплату и не располагать информацией.

– Чем это так пахнет?
– Это у нас сотрудники выгорели.

– Где работаешь?
– В «Алиэкспресс».
– А скажи что-нибудь на алиэкспресском!
– Косметика шланг мешок сладкий.
– Ооооооо!

На работе самое сложное – последние восемь часов, когда кофе ты уже выпил и ждёшь, когда домой.