Поиск по автору:

- Исаак, представляешь, по плану Правительства РФ о повышении эффективности и качества услуг населению «Почта России» в 2019 году начала торговлю пивом.
- Не удивлюсь, Абраша, если по этому же плану в 2020 году библиотеки начнут принимать стеклотару.

Музей кинематографии

- Исаак, Сарочка перечит мне по любому поводу.
- Счастливый. Моей повода не нужно.

- Ура! Зарплата, наконец-то, пришла. Пока все деньги не потрачу, на работу не приду, так шефу и скажите.
- Хорошо. До понедельника.

Музей Медицинской академии

- Вы знаете, Дживз, что в китайской поэзии нет любовной лирики?
- Эта часть программы ограничения рождаемости, сэр.

- Гиви, почему нельзя делить на ноль?
- Люди этого не любят.

Затесался как-то в нашу компанию один хирург. Подробностей застолья уже не помню, но после третьего тоста возник повод рассказать присутствующим анекдот о старой бабке, которая пришла к врачу за советом, как лучше застрелиться. На тот случай, если жить невмоготу станет, дед ей свой наган оставил.
- Отмерь два пальца под левой сиськой, - ответил лекарь, - туда и стреляй, не промахнёшься.
Поблагодарив, бабка ушла и на следующий день попала в Первую хирургию с огнестрельным ранением левого колена. Поскольку анекдот был старым, никто даже не улыбнулся. Только хирург засмеялся.
- Ну и пальчики у неё, - сказал он.

- Дживз, чем объясняется обычай русских 13 января отмечать Старый Новый год?
- Больше всего это похоже на контрольный выстрел, сэр.

- Исаак, что ты скажешь за переход Медведева на другую работу?
- Зима аномально тёплая, вот ему и не спится.

Сергей Иванович выпил и поставил лафитник на салфетку: - Есть люди, которые управляют жизнью. Если попал в обойму, всё идет автоматом. Поэтому у меня есть всё, а у тебя ничего. И я буду @бать твоих баб, хотя ты хороший парень и мне лично ничего плохого не сделал. Но женщины любят богатых, - он погладил Ленку по тыльной стороне ладони, - А ты никто и звать тебя никак.
- Меня зовут Саша и я знаю свой род с 19 века. Максимум, кого Вы из предков помните, это деды с бабками. Вы человек без роду и без племени. Украсть легко, сохранить украденное трудно, а приумножить почти невозможно. Для этого опыт поколений нужен. Поэтому у Ваших детей капитал не задержится. Так что идите, Сергей Иванович, за Путина проголосуйте, а то власть поменяется, и раскассируют всю Вашу обойму по зонам, по кладбищам, да по молодым европейским демократиям.
Я собрался продолжить, но Сергей Иванович потерял ко мне интерес и куда-то ушел. Ленка осталась.
- Хорошо ответил, - сказала она.
- Конечно хорошо, - согласился я, - Жалко, что п@здеж.

- Алло, Исаак, ты можешь говорить?
- Могу.
- Тогда слушай сюда.

- Исаак, зря ты Собянина ругал. После ремонта дорог в районе стало меньше пробок.
- Так это он ремтехнику с улиц убрал.

- В чем секрет счастливого брака, Дживз?
- Надо отрицать увиденное и доверять сказанному, сэр.

- Гиви, помнишь свою первую любовь?
- Лицо не помню. А так - да.

- Скажите, Дживз, за что мужчины любят женщин?
- Видите ли, сэр, любят не за что-то, а вопреки.
- Вопреки чему, Дживз?
- Инстинкту самосохранения, сэр.

- Исаак, ты слышал, что умер принц Филипп?
- И что, Галкин уже разводится?

Музей Медицинской академии

Музей Медицинской академии

Как-то вечером Потап отправился провожать домой известную на районе красавицу Юльку Нитобург. На следующий день он появился в школе с фонарём под глазом. Искал п@зду, а получил п@зды. Со слов потерпевшего стало известно, что расправу над ним учинили негодяи из соседней школы.
Школы располагались по разные стороны от улицы Герцена. Мы контролировали территорию от улицы Герцена до проспекта Маркса, а наши соперники – от улицы Герцена до улицы Горького. Нитобург жила на улице Горького.

В принципе, мы поддерживали нейтралитет, т.е. само по себе появление на чужой территории не считалось нарушением, влекущим за собой применение мер физического воздействия, но тут вмешался дополнительный фактор – Юлька.

О случившемся Потап доложил представителям восьмых-десятых классов, собравшимся в туалете для мальчиков на четвёртом этаже школьного здания. Представители курили, плевали в окно и громко матерились. По результатам обсуждения пришли к единогласному мнению, что раз Потапа били пятеро, то ответить должна вся школа.

На следующий день мы (человек пять) отправились обедать в чебуречную. Погода установилась солнечная, курток уже не надевали. Зверь бежал прямо на нас - один из оголодавших потаповских обидчиков с ходу влетел в наши объятия, обречённо остановился и сник. Ситуация повторилась с точностью до наоборот. Но его ожидания не оправдались, немедленного возмездия не последовало. Ему указали место и время, куда он и его товарищи в любом количестве и без оружия должны явиться на раздачу. Парламентёр поневоле разом повеселел, за что тут же получил увесистый пендаль. Никто с ним шутить не собирался.

В ближайшую субботу после уроков (в то время в школах была шестидневка) ученики старших классов не расходились. Мелюзгу отсеивали. Оставили трёх или четырёх семиклассников.
Подтягивались жители Кисловских и других переулков нашей зоны влияния, в том числе те, кто уже закончил школу или учился в ней ранее, а также их товарищи. Кто-то из них принёс несколько штакетин, а один балбес – армейский штык-нож.

По конвенции мы должны были быть безоружными, поэтому в тот раз ему предложили или оставить штык, или проваливать. Он свалил (ножны были намертво приторочены к изнанке его пиджака). Штакетины тоже не взяли - оставили за пристройкой.

К месту встречи – узкому переулку возле редакции газеты «Гудок» - мы подошли в количестве 50-60 человек. Основные бойцы находились впереди нашего войска, а менее ценные члены экипажа – сзади. Такая же картина наблюдалась и в стане противника.
Тесный переулок был выбран неслучайно (и фланги прикрыты, и отступать некуда – задние ряды напирают). Дойдя до его середины, два центуриона в молчании остановились на расстоянии пяти-шести метров друг от друга.

До сих пор, когда я слышу или читаю о «стоянии на Оке» у меня перед глазами весна, узкий московский переулок, две наши толпы, втиснувшиеся в него с противоположных сторон, и абсолютная тишина, невесть откуда возникшая тогда в центре большого города.

Боя Пересвета с Челубеем протокол не предусматривал, поэтому мы замерли, ожидая сигнала к атаке. Кто-то из наших должен был заорать: - Бей гадов! - или что-нибудь в этом роде.
Крики раздались одновременно с двух сторон. С нашей стороны в сторону вероятного противника полетело: - Колька, сука, где ты был, почему на игру не пришёл?! Булыга, бля, когда рупь отдашь?! Со стороны вероятного противника до нас донеслось: - Самсон, х@ли ты там стоишь, иди сюда! Проня, закурить есть?!

Многие добровольцы из обоих воинств находились между собой в хороших отношениях. Началось братание, над переулком повисло облако сигаретного дыма, о Потапе никто не вспоминал. Первоначальное напряжение спало, однако заряженность на конфликт никуда не далась. Более того, она получила дополнительный импульс – присутствующие осознали, что наша ударная мощь увеличилась в два раза. Сильное, надо признать, ощущение.

В общем галдеже родилась простая, моментально поддержанная большинством мысль – дать п@зды школе, что на Суворовском бульваре. В рейд пошли человек сто. В эпоху футбольных фанатов такой толпой никого не удивишь, а в 1971 г. это было в диковинку. Прохожие с опаской косились на густые, нестройные ряды участников дальнего похода.

Подворотня вытянула нас в колонну, поэтому на Суворовский бульвар мы выходили группами по 4-5 человек. Не обращая внимание на машины, эти группы пересекали проезжую часть, перелезали сначала через одну чугунную ограду, потом через другую, снова пересекали проезжую часть и скрывались в подворотне напротив. На некоторое время движение транспорта по этому участку Бульварного кольца прекратилось. Водители нас пропускали.

Когда первая группа вошла во двор рядом с Домом полярников я оглянулся и увидел, что хвост растянувшейся колонны ещё находится в проходняке на чётной стороне бульвара, где жил Тэккер.
Вражеская школа встретила нас закрытой дверью. Во дворе тоже никого не было. Суббота однако. Хотя спортивная площадка нас и вместила, но яблоку упасть было негде. Вечерело.

Эх, - сказал один из наших союзников, расстегнул штаны и выплеснул всё своё разочарование на невысокий борт, опоясавший площадку со всех сторон.Через пару минут этот подвиг повторили почти все находившиеся на льдине полярники. Искра конфликта угасла. Так что, единственным результатом коллективных усилий в тот день стало искусственное болотце, созданное нами в тылу врага, в том числе, благодаря паршивой дренажной системе спортивного сооружения, находившегося на балансе у наших соперников.

Ощущение неправильности произошедшего живёт во мне до сих пор, но за рассказ я взялся вовсе не из желания облегчить свою совесть. Я вспомнил, как на втором курсе вернувшийся из Москвы Лёха сказал, что его приятель из МГИМО, с которым я был шапочно знаком, получил по морде.
- За что? – вяло поинтересовался я.
- Провожал домой какую-то Юлю Нитобург, - ответил Лёха.

- Гиви, Минздрав России предлагает ввести штрафы за курение на работе!
- Скоро и поспать, суки, не дадут.

- Исаак, что скажешь за иностранных агентов?
- Закон нужно менять.
- Каким образом?
- Вводить звания заслуженных и почетных иностранных агентов.

- Исаак, ты слышал заявление Серебрякова о хамстве и наглости, как о части русской национальной идеи?
- Это не идея, Абрам, это результат запрета на ношение оружия.

Знаки и символы

Россия провела Олимпиаду, Беларусь - чемпионат мира по хоккею, а Украина - Майдан. Почувствуйте разницу.

По сообщению Интерфакса патриарх Кирилл предложил внести в Конституцию РФ упоминание о Боге. Имя бога не уточняется.

Британский музей

- Скажите, Дживз, как отличить ядовитую змею?
- После замужества они все становятся ядовитыми, сэр.

Музей Медицинской академии

Музей семьи, частной собственности и государства

ДЕТИ - НАШЕ ВСЕ

Из жизни 8-подъездного углового дома с палисадником. Весь первый этаж – Винлаб, Суши-бар, Вайлдберрис и прочие арендаторы. С утра пораньше на тротуар перед домом с улицы по очереди заруливают автофургоны и автофургончики, разгружаются, после чего, не разворачиваясь, прямым ходом выезжают в переулок. Удобно.
Как-то раз молодая мамаша из 4-го подъезда вывезла свое чадо на прогулку и не смогла протиснуться с коляской на тротуар:
- «Алло, папа, мы с Павликом не можем от подъезда отойти, звоню Толику, а он трубку не берет!».
Папа приехал через 20 минут. Смотрит и видит: дочь с коляской стоит на дорожке, которая через палисад ведет от подъезда к тротуару, на тротуаре поперек дорожки припаркован грузовичок, да так, что человек без коляски пройти может, а с коляской – нет.
Папа вытащил коляску на тротуар, дочь положила туда младенца и пошла на прогулку, а папа пошел искать водителя.
- «Здесь знак висит? Я что-нибудь нарушил? Где магазинщики сказали, там я и остановился».
Обыденная ситуация из категории «Капитулируй или воюй дальше». Поэтому папа пошел к директору.
- «Водители мне не подчиняются, это наши партнеры, я ими командовать не могу, могу дать телефон в офис».
Обыденная ситуация из категории «Капитулируй или воюй дальше». Поэтому папа пошел в 7-й подъезд, в котором жил Н., известный своим пристрастием к идее социальной справедливости. Через сорок минут Н. отправился в районную управу, а папа пошел в гаражи.
На следующее утро, когда к дому стали съезжаться автофургоны и автофургончики, подъехать к арендаторам 1-го этажа они смогли, так как весь тротуар был заставлен легковыми автомобилями.
Обыденная ситуация из категории «Капитулируй или воюй дальше», поэтому водители парковались на проезжей части, где грузчики, чтобы не задерживать машины, выгружали товар на землю, а уже потом перетаскивли коробки в свои подсобки.
К выходным тротуар у выезда в переулок перегородили несколько бетонных пирамидок, после чего легковой автотранспорт жителей вернулся в места своей постоянной дислокации. Сейчас вместо пирамидок там стоит шлагбаум оранжевого цвета, ключей от которого у арендаторов нет.

Музей Роскомнадзора

- Исаак, твой Нёма – победитель районной олимпиады по химии, подал документы в Финансовый университет при Правительстве РФ. Почему?
- Там его научат превращать природный газ в золото, минуя промежуточные стадии переработки.

Армянское радио спрашивают: - В чём разница между волей и свободой?
Армянское радио подумало и отвечает: - Воля - это когда делаешь всё, что хочешь, а свобода - когда не делаешь того, чего не хочешь.

Музей народов Кавказа

- Скажите, Дживз, у Вас с женой заключён брачный контракт?
- Я бы назвал его договором о ненападении, сэр.

- Скажите, Холмс, чем мировая держава отличается от региональной?
- Элементарно, Ватсон. У мировой державы враги по всему миру, а у региональной - в пределах конкретного региона.

Какой секс и сколько его будет, определяет женщина. А мужчина решает, сколько у него будет таких женщин.

- Скажите, Холмс, почему в США так боятся русских?
- Элементарно, Ватсон. Русские разгромили Третий рейх, уничтожили СССР. Теперь всех волнует вопрос - кто следующий.

- Похоже, сэр, что после убийства Флойда американцы решили переписать историю.
- Как переписать, Дживз?
- Черным по белому, сэр.

- Исаак, у Кранаха Адам и Ева с пупками!
- У Микеланджело Давид необрезанный, и что?

- Сулико, попомни мои слова, Россию ожидает беспрецедентный рост экономики.
- Почему?
- Потому, что Росстат передан в ведение Минэкономразвития.

Британский музей

Армянское радио спрашивают: - Правда ли, что после Виагры у пенсионеров такая же потенция, как в 17 лет?
Армянское радио подумало и отвечает: - Правда. Такая же невостребованная.

В 70-х годах на чистый и безлюдный Белорусский вокзал из-за рубежей нашей Родины вернулся поезд Министра обороны СССР. По каким-то причинам проверяльщики оставили без внимания WC, имевший выход на платформу. Оттуда-то и появился солдат, который, естественно, налетел на министра и впал в ступор. Свита тоже. Немая сцена закончилась гауптвахтой.
Я слышал эту историю уже в 80-х. Рассказчик уверял, что, видя в отпускном билете запись: "Задержан патрулем г. Москвы за неотдание воинской чести Министру обороны СССР маршалу Советского Союза Гречко А. А.", в каждой комендатуре солдата поили водкой и требовали подробностей геройского поступка.

- Скажите, Холмс, почему Вы считаете Терезу Мэй причастной к преступлению в Солсбери?
- Элементарно, Ватсон. По делу несколько потерпевших. Знать, что объектом покушения был именно Сергей Скрипаль, может только настоящий убийца.

- Абраша, у тебя пластырь на лбу. Это производственная травма?
- Нет. Хотел сказать Сарочке, что суп у неё не вкусный, а очень вкусный, но не успел закончить фразу.

- Послушайте, Дживз, почему на Олимпиаде в Корее возник допинговый скандал с кёрлингистом Крушельницким?
- Нам пытаются доказать, что кёрлинг это спорт, сэр.

Некоторое время М. Курилин работал в Союзе ССР. Понадобилось ему как-то допросить узбекского деятеля, который сидел в Ташкенте и числился за прокуратурой республики. Прилетел, получил разрешение, оформил вызов.
В изоляторе - приходите завтра. Завтра - ноль целых, хрен десятых. И так все три дня. Чтобы оправдать командировку, решил хоть жену арестованного допросить.
Приехал на домашний адрес, звонит, а дверь ему обвиняемый открывает в халате нараспашку. Михаил Трофимович рассказывал, что хозяева приняли его хорошо, с уважением.

В 2010, кажется, награждали одного академика международной премией. Вышел на подиум дед (внук под руку вел), подошёл к микрофону и стал рассказывать, как в июле 1941 он, дальний разведчик, получил задание разведать систему ПВО города Берлин. А евонный техник, несмотря на запрет, две маленькие бомбы в кабину ДБ сунул: - Тащ лейтенант, тащ лейтенант, ребята наказывали по логову х@йнуть. Я, - говорит академик, - над Берлином фонарь откинул и две эти бомбочки руками за борт выбросил. Приказ нарушил.
О премии даже не вспомнил, хорошо, внук ему что-то на ухо шепнул, вернул в лоно праздника.
Я дольше всех хлопал.