Поиск по автору:

- Скажите, Дживз, у Вас с женой заключён брачный контракт?
- Я бы назвал его договором о ненападении, сэр.

- Исаак, ты знаешь, что Сарочка таки потомок древнего знатного рода.
- Это какого же?
- Женского.

Шахерезада сказала: - Альцгеймер хранит наши секреты надёжней швейцарского банка.

Шахеризада сказала: - Желание активизировать борьбу с коррупцией, за честные выборы и свободу слова чаще всего возникает одновременно с проблемами при погашении кредитов, ипотеки или сносе торговых точек.

Шахерезада сказала: - Если долго вглядываться в deep state, можно увидеть не только КПСС, но и ВКП/б.

В 70-х годах на чистый и безлюдный Белорусский вокзал из-за рубежей нашей Родины вернулся поезд Министра обороны СССР. По каким-то причинам проверяльщики оставили без внимания WC, имевший выход на платформу. Оттуда-то и появился солдат, который, естественно, налетел на министра и впал в ступор. Свита тоже. Немая сцена закончилась гауптвахтой.
Я слышал эту историю уже в 80-х. Рассказчик уверял, что, видя в отпускном билете запись: "Задержан патрулем г. Москвы за неотдание воинской чести Министру обороны СССР маршалу Советского Союза Гречко А. А.", в каждой комендатуре солдата поили водкой и требовали подробностей геройского поступка.

- Исаак, хочу составить завещание, с чего начать?
- Начни с Центризбиркома. Напиши заявление, что хочешь баллотироваться в президенты, тебе сразу найдут имущество и банковские счета, о которых ты даже думать забыл.

Музей народов Кавказа

- Интересно, Дживз, чем право отличается от справедливости?
- Право возникло одновременно с государством, а справедливости как не было, так и нет, сэр.

Музей семьи, частной собственности и государства

В прежние времена возле Павелецкого вокзала Москвы располагался павильон «Траурный поезд В.И. Ленина», который был филиалом Центрального музея В.И. Ленина.
Каким образом меня туда занесло, не помню, скорее всего, школу прогуливал, но вход был бесплатным, это точно. Павильон – огромных размеров пакгауз, на полу фрагмент железнодорожного пути, на рельсах небольшой паровоз (вроде маневрового) с пассажирским вагоном и открытой платформой. Небольшая табличка: «На этом поезде какого-то там января 1924 г. из Горок в Москву был доставлен гроб с телом В.И. Ленина».
Двери вагона заперты, окна закрыты, проникнуть в кабину машиниста также не удалось. На платформе смотреть нечего. Однако все стены пакгауза увешаны траурными венками. Венки везде, где только можно себе представить, они стоят, в том числе, аккуратно прислонённые к колёсам поезда. На каждом венке лента с надписью.
Эти ленты – одно из сильнейших впечатлений моего детства. Читая надписи, я провёл в музее около полутора часов. Собранные вместе, они представляли собой (и представляют до настоящего времени) одну из величайших книг мира. Книгу, написанную народом.
Естественно, что никаких записей я не вёл. Надпись помню только одну: «Мы, воры Бутырской тюрьмы, клянёмся тебе, великий Ленин, что не украдём ни рубля у родного советского государства». Венок с этой лентой стоял у самого паровоза.

Знаки и символы

Музей семьи, частной собственности и государства

- Исаак, у Кранаха Адам и Ева с пупками!
- У Микеланджело Давид необрезанный, и что?

- Исаак, по дороге домой ты обязательно звонишь Розе, думаешь, у неё есть любовник?
- Да нет. Надеюсь, что когда-нибудь приду, а меня уже ждёт накрытый стол.

- Мой дурак мне купил пояс верности.
- И что?
- Не налез.

Британский музей

Самуэль Итого

Не спешите делать добро – не дарите нам свои книжки.
Так говорил Заратустра на съезде писателей.

У зимы снега на выпросишь.
Так говорил Заратустра на итоговой коллегии Росгидромета.

Публично покаявшись за нападение (1939), вице-премьер Словакии неизгладимо обезобразил эпическое полотно
«IV раздел III Рейхом II Речипосполитой», созданное поколениями мастеров польского Ренессанса.
Так говорил Заратустра

Британский музей

Шахерезада сказала: - Пролетарию умственного труда нечего терять, кроме своих персональных данных.

Шахерезада сказала: - В суде богатый всегда побеждает бедного, а в уличной драке - наоборот. В этом успех многих революций.

Музей Медицинской академии

- Исаак, чего тебе не хватает до полного счастья?
- Чтобы Сарочка хотя бы раз вместо "что, ты пил?" спросила "что ты ел?"

- Скажи мне, Гиви, что такое счастье?
- Это отсутствие несчастья, плюс бутылочка кахетинского.

Шахерезада сказала: - После ареста сенатора Р. Арашукова акции Т. Канделаки как тренера по бегу резко упали.

- Давай по аперитиву!
- Лучше сразу по водке!
- Почему?
- Времени на раскачку нет. аз

- Уважаемые пассажиры, о вещах, оставленных другими пассажирами, сообщайте машинисту электропоезда. У него зарплата маленькая, и ту не платят. Следующая станция - Василеостровская.

Армянское радио спрашивают: - Правда ли, что после Виагры у пенсионеров такая же потенция, как в 17 лет?
Армянское радио подумало и отвечает: - Правда. Такая же невостребованная.

Музей Медицинской академии

Мой приятель Леха достаточно долго жил в панельном доме на улице 2-я
Синичкина, что в Москве, занимая там двухкомнатную квартиру на 7 этаже.
Настало время ему переезжать в другое место по причине абсолютного
разрыва семейных отношений с супругой. Бежать, бросая технику, как это
он потом делал, Леха не стал, а в спокойной обстановке обсудил с женой
вопрос раздела совместно нажитого имущества. В результате хладнокровного
дележа ей досталась квартира, обстановка (мебелью ее называть как-то
язык не поворачивается) и младенец мужского пола, а ему - полтонны книг,
отступное в виде некой суммы денежных средств и палас, размером 3 на 4
метра. На деньги, полученные в качестве отступного, была нанята грузовая
машина и прикуплены спиртные напитки, в количестве, достаточном для
того, чтобы и помощников ублажить (меня и еще одного парня, уже не помню
кто это был), и процесс погрузки не сорвать. Больше всего мы наежились с
книгами. Собственно говоря, почти весь грузовик они, сердечные, и
заняли. Наконец, настала очередь паласа. Почему-то мы скатали его в
длину. Сколько лет этот палас на полу лежал, столько лет его никто не
чистил, хотя, гарантий, что он попал в квартиру еще чистым, я,
естественно, дать не могу. В общем, получилась толстая 4-х метровая
колбаса размером с Царь-пушку. От пыли и грязи, въевшейся в ткань, эта
штуковина приобрела не только соответствующий цвет, чугунный вес, но и
асбоцементную жесткость. Втроем мы с трудом оторвали ее от пола и
попытались вынести в коридор. Но не тут-то было! Мало того, что коридор
московской панельки был до неприличия узок, он еще располагался
перпендикулярно комнате. В общем, наш палас лезть в коридор не желал.
Как мы не пытались изогнуть его под нужным углом, все время оставались
лишних 1,5 - 2 метра. Намучившись под тяжестью коврового изделия, мы,
наконец, опустили его на пол, утерли грязные и потные лбы, после чего
стали обсуждать проблему выноса этого малодвижимого имущества. Все
предложения оставить изделие на месте, как это он делал потом, Леха
отвергал с порога. Сняли дверь, все равно не лезет, опять сели, думаем.
Прибежал водитель машины, - Долго еще? Ответить не можем. Выпили по
чуть-чуть. Ответа нет. Наконец, гениальная мысль родилась в голове
хозяина, как это она никогда не делала потом. Не хер голову морочить,
сбросим с балкона и все дела, - сказал Леха. На балкон эту бандуру мы
выперли на раз-два-три, с трудом положили на перила и перевели дух. Как
сейчас помню, было лето, часа два пополудни, на улице почти никого,
редкая машина проедет в сторону метро. Убедившись, что под балконом
детей или чужого имущества нет, синхронно отпустили палас. Летел он
ровно, почти параллельно земле, мне казалась, что я слышу его свист, как
от авибомбы, но потише. По дороге палас отломил здоровенную ветку
тополя, толщиной в руку, не меньше, и с диким грохотом пал на асфальт.
Земля содрогнулась и до восьмого этажа поднялось густое облако черной
пыли. Все сушившееся на соседних балконах белье мгновенно стало
темно-серым, так как накопленная паласом многолетняя грязь
воздушно-капельным путем благополучно перекочевала на белоснежные
полотенца, наволочки, рубашки и прочую ерунду. Удовлетворенно хмыкнув,
Леха сказал, что дело сделано и можно ехать, а то счетчик бьет с этим
паласом уже без всякой меры. Прихватив с собой недопитую бутылку, помня,
что еще предстоят разгрузочные работы, мы спустились вниз. Путь занял
примерно 5 минут. Паласа на месте не было. Исчез, сволочь! Куда он
делся, до сих пор не знаем. Если кто в курсе, откликнитесь. И не
бойтесь, вам ничего не будет. Срок давности вышел.

- Абраша, у тебя пластырь на лбу. Это производственная травма?
- Нет. Хотел сказать Сарочке, что суп у неё не вкусный, а очень вкусный, но не успел закончить фразу.

И какой же русский не любит Пермской езды?
Так говорил Заратустра.

- Ты слышал, что Лукашенко разрешил белорусам перед сном принимать по 50 грамм?
- Слышал. Вчера 6 раз спать ложился.