Рассказчик: Лис Интересный
Мышь и виноград
Летним зноем день наполнен,
Дремлет в неге летний сад,
Тень листвы роняет волны,
Мраком кроя виноград,
Вдоль тропинки под лозою,
Вышла мышь на променад,
И с улыбкой озорною,
Чует сладкий аромат.
Спелых ягод сочны грозди,
Манят взор, к себе влекут,
Чуют дух приятный ноздри,
Манят ягоды, зовут.
Только тут вот заковыка,
Сидит очень глубоко,
Мышь полёвка, горемыка,
Не достанет - высоко,
Уж и так она и эдак,
Пялит очи, слёзы льёт,
Не достать ей этих веток,
Видит око - зуб неймёт.
Но хочу дополнить словом,
Сей лирический сонет,
Тут не басня вам Крылова,
И цензуры тута нет,
Мышь слегка повозмущавшись,
Покачала головой,
И с мечтою попрощавшись,
Побрела в тоске домой.
***
А причём же тут цензура?
Зададите мне вопрос -
Просто мышки той культура,
На стихи роняет вброс.
Перед тем как удалиться,
Восвояси на досуг,
Мышь, поноса° мастерица,
Ниспослала всех на юг.
°понос (поношение) — в данном примере имеет значение: ругательство, сквернословие. (прим. Автора)
02.10.2023, Новые истории - основной выпуск
Пасмурное утро четверга в ПГТ Куздыпино не обещало собой хорошего дня и в подтверждение тому серые тягучие тучки гаденько накрапывали холодными капельками на неприкрытые головы прохожих. Во дворе старинных двухэтажных каменных домиков прогуливался мрачный ворчливый субъект с пенсионным удостоверением на имя Василия Хрюкина. Субъект этот как и полагалось одиноким пенсионерам его статуса был очень ворчливым и вредным старикашкой. Своими почти ежедневными жалобами в ЖЭУ, отделение милиции, почту и поликлинику он порядком всем поднадоел, но, как говорится, откликнуться на сигнал, все службы были обязаны. Вот и на этот раз он приготовил огромную жалобу на местных подростков, разбудивших его с утра громкой игрой на гитаре на лавочке у подъезда. Правоохранительные органы уже были просигнализированы и с минуты на минуту ожидался визит молодого участкового. И вот сотрудник правоохранительных не заставил себя долго ждать. Уверенным шагом он приближался к Василию.
— Кхе-кхе, — поприветствовал милиционера Хрюкин, — не доброе, но утро.
— Так, Хрюкин, — возмутился правоохранитель, — мне некогда, давайте по существу. Я уже пятый раз за неделю к вам прихожу, то у вас шпионы со второго этажа радиоволны воруют, то пришельцы, а третьего дня так вообще черти на крыше бесновались.
— Да нет, у меня тут дело посерьёзнее, я целую группировку диверсантов раскрыл, да вы, товарищ, присаживайтесь, в ногах правды нет.
— Некогда мне тут с вами расси…
— Садитесь, садитесь, я вам говорю, тут дело очень деликатное.
Участковый нехотя приземлился на скамейку и стал в ожидании очередного бреда нервно перебирать в руках ключи.
— Я, — горит Хрюкин,- всю их банду раскрыл и готов вам на бумажке все фамилии выписать, их нужно немедленно посадить.
— Короче!
- Короче, местные подростки тут гурьбой хулиганят, нарушают, общественный порядок и портят частное имущество, их нужно всех посадить.
— Ещё короче!
— Ещё короче, они тут курют, выпивают и выплёвывают жвачки мимо урны.
— Жвачки мимо урны?
— Ну да!
— Так, все, Хрюкин, я пошел.
И товарищ участковый стал решительно вставать со скамейки. Но что то решительно его не пускало. Он провел рукой… А за ним тянулся рыхлый тягучий липкий шлейф…. жевачки…
— Твою мать, дед, ты куда меня посадил?! У меня ж форма новая, да что б тебя!
— Воооот! — ехидно улыбнулся Хрюкин — порча чужого имущества на лицо!
— Так, дед, ну ты меня достал, щас я тебя сам на одну лавочку посажу. Волшебную. Серенькую. Не меньше суток просидишь.
Пасмурное утро пятницы в ПГТ Куздыпино не обещало быть хорошим и в подтверждение тому из хмурых неприветливых тучек поганенько накрапывал мерзкий дождик на неприкрытые головы прохожих. Из местного отделения милиции только что был выпущен на волю старый больной пенсионер Хрюкин, который всю ночь провел в камере с храпящими алкашам не смыкая глаз. Он неспеша бред по дорожке и что то вполголоса бормотал про распоясовшуюся преступность, оборотней в погонах и несознательную молодежь.
— Кхе-кхе, — поприветствовал милиционера Хрюкин, — не доброе, но утро.
— Так, Хрюкин, — возмутился правоохранитель, — мне некогда, давайте по существу. Я уже пятый раз за неделю к вам прихожу, то у вас шпионы со второго этажа радиоволны воруют, то пришельцы, а третьего дня так вообще черти на крыше бесновались.
— Да нет, у меня тут дело посерьёзнее, я целую группировку диверсантов раскрыл, да вы, товарищ, присаживайтесь, в ногах правды нет.
— Некогда мне тут с вами расси…
— Садитесь, садитесь, я вам говорю, тут дело очень деликатное.
Участковый нехотя приземлился на скамейку и стал в ожидании очередного бреда нервно перебирать в руках ключи.
— Я, — горит Хрюкин,- всю их банду раскрыл и готов вам на бумажке все фамилии выписать, их нужно немедленно посадить.
— Короче!
- Короче, местные подростки тут гурьбой хулиганят, нарушают, общественный порядок и портят частное имущество, их нужно всех посадить.
— Ещё короче!
— Ещё короче, они тут курют, выпивают и выплёвывают жвачки мимо урны.
— Жвачки мимо урны?
— Ну да!
— Так, все, Хрюкин, я пошел.
И товарищ участковый стал решительно вставать со скамейки. Но что то решительно его не пускало. Он провел рукой… А за ним тянулся рыхлый тягучий липкий шлейф…. жевачки…
— Твою мать, дед, ты куда меня посадил?! У меня ж форма новая, да что б тебя!
— Воооот! — ехидно улыбнулся Хрюкин — порча чужого имущества на лицо!
— Так, дед, ну ты меня достал, щас я тебя сам на одну лавочку посажу. Волшебную. Серенькую. Не меньше суток просидишь.
Пасмурное утро пятницы в ПГТ Куздыпино не обещало быть хорошим и в подтверждение тому из хмурых неприветливых тучек поганенько накрапывал мерзкий дождик на неприкрытые головы прохожих. Из местного отделения милиции только что был выпущен на волю старый больной пенсионер Хрюкин, который всю ночь провел в камере с храпящими алкашам не смыкая глаз. Он неспеша бред по дорожке и что то вполголоса бормотал про распоясовшуюся преступность, оборотней в погонах и несознательную молодежь.
Говорила мама,
Милый мой сыночек,
Когда будешь с дамой,
То стирай носочки,
Коль момент и повод,
Будет сей упущен,
К продолженью рода,
Будешь не допущен,
Как и твой папаша,
Носки не постирал,
То и род свой дальше,
Он не продолжал,
Мы поцеловались,
Да с него и хватит,
Хоть и алименты,
Он исправно платит.
30.04.2024, Новые истории - основной выпуск
Жаркое полуденное июльское солнышко нещадно плавило своими горячими лучиками черный асфальт. Озорные малолетки — школяры вовсю резвились на дворовой спортивной площадке пугая своими огалтелыми визгами воробьев и кошек.
А неподалеку в тени подъездного куста сирени на пластиковой электронной лавочке с кондиционером и вайфаем сидели два благочинных старичка пенсионера Петр Михайлович и Анатолий Кузьмич. Они лениво втыкали в свои галографические гаджеты, сосредоточенно чатясь с кем-то в соцсетях и периодически обменивались редкими фразами осуждая непослушную ребятню.
— Дааа, Петр Михайлович, скажу я вам, в наше время такого безобразия не было…
— И не говорите, Анатолий Кузьмич, форменное безобразие твориться.
Два старичка тяжело вздохнули, протыкали ещё в свои гаджеты и обратили взор на малолеток.
— Вот мы то в свое время не такими росли, как нынешняя бестолковая молодежь. Им бы нынче митуситься сломя голову и кроме забав ни о чём не думать.
— И не говорите, Анатолий Кузьмич, мы то уж в свое время не чета были нынешним лоботрясам, не чета. Уж мы то такой галиматьей не за нимались.
— Золотые слова, Петр Михайлович, золотые.
— А помните, Анатолий Кузьмич, какое наше время было прекрасное, не было этого дурацкого веяния современности по улицам гонять да по турникам виснуть. Мы послушными были, скромными, тихими. А главное полезным всегда занимались. Я блог на Ютубе вел, стримил, да у меня штук пятнадцать аккаунтов было в соцсетях. Я так без дела, как нынешняя молодежь не маялся.
— Молодец вы, Пётр Михайлович, вот сразу видно, что вы культурный и уважаемый человек. Ценю вас. А я вот в свое время из танков не вылазил, командиром аж десяти кланов был, а сколько ж я героев в разных онлайн играх до максимума прокачал, так нынешним балбесам и не снилось. Да вы только взгляните на них, вон вон, на турниках в лестничку играют, соревнуются, кто больше подтянется. Тьфу, смотреть противно.
— Да, в наше время такого не было…
И проворчав ещё немного, старички уткнулись в свои гаджеты.
Проходят дни, пролетают года, высыхают океаны, поколение сменяет поколение, и время как лента Мёбиуса разворачивается то вспять, то возвращается к истоку.
На дворе стоял 2054 год и такие понятия как табак и алкоголь уже лет тридцать как никто не знал, а интернет и соцсети заменил спорт и здоровый образ жизни. И только местами остались ещё старые пердуны которые не успели вымереть и продолжают тянуть жалкую ниточку своего никчемного сетевого существования.
А неподалеку в тени подъездного куста сирени на пластиковой электронной лавочке с кондиционером и вайфаем сидели два благочинных старичка пенсионера Петр Михайлович и Анатолий Кузьмич. Они лениво втыкали в свои галографические гаджеты, сосредоточенно чатясь с кем-то в соцсетях и периодически обменивались редкими фразами осуждая непослушную ребятню.
— Дааа, Петр Михайлович, скажу я вам, в наше время такого безобразия не было…
— И не говорите, Анатолий Кузьмич, форменное безобразие твориться.
Два старичка тяжело вздохнули, протыкали ещё в свои гаджеты и обратили взор на малолеток.
— Вот мы то в свое время не такими росли, как нынешняя бестолковая молодежь. Им бы нынче митуситься сломя голову и кроме забав ни о чём не думать.
— И не говорите, Анатолий Кузьмич, мы то уж в свое время не чета были нынешним лоботрясам, не чета. Уж мы то такой галиматьей не за нимались.
— Золотые слова, Петр Михайлович, золотые.
— А помните, Анатолий Кузьмич, какое наше время было прекрасное, не было этого дурацкого веяния современности по улицам гонять да по турникам виснуть. Мы послушными были, скромными, тихими. А главное полезным всегда занимались. Я блог на Ютубе вел, стримил, да у меня штук пятнадцать аккаунтов было в соцсетях. Я так без дела, как нынешняя молодежь не маялся.
— Молодец вы, Пётр Михайлович, вот сразу видно, что вы культурный и уважаемый человек. Ценю вас. А я вот в свое время из танков не вылазил, командиром аж десяти кланов был, а сколько ж я героев в разных онлайн играх до максимума прокачал, так нынешним балбесам и не снилось. Да вы только взгляните на них, вон вон, на турниках в лестничку играют, соревнуются, кто больше подтянется. Тьфу, смотреть противно.
— Да, в наше время такого не было…
И проворчав ещё немного, старички уткнулись в свои гаджеты.
Проходят дни, пролетают года, высыхают океаны, поколение сменяет поколение, и время как лента Мёбиуса разворачивается то вспять, то возвращается к истоку.
На дворе стоял 2054 год и такие понятия как табак и алкоголь уже лет тридцать как никто не знал, а интернет и соцсети заменил спорт и здоровый образ жизни. И только местами остались ещё старые пердуны которые не успели вымереть и продолжают тянуть жалкую ниточку своего никчемного сетевого существования.
24.07.2023, Новые истории - основной выпуск
Типичный сюжет для американского фильма ужасов
Глухая осень. Молодые, но при деньгах супруги, с ними ребенок грудничок. Оба сироты. Он либо риэлтор, либо адвокат или айтишник, который в режиме 24/8 занят на работе. Она домохозяйка, но с тремя верхними образованиями. Вечер. Едут через густой темный и страшный лес покупать особняк у черта на куличках. Особняк старый, добротный, но за четверть цены. Почему так дешево никто не знает и спросить за скидку мысли ни у кого не возникает. Про то что там когда-то орудовал серийный маньяк зоофил некромант зрители узнают только в конце фильма.
Сам особняк находится на опушке дремучего леса. За задним двором расположено старое кладбище для колдунов, сутенеров и самоубийц, но это никого не смущает. Телефона нет, сотовая связь не ловит, до ближайшего населенного пункта 15 километров.
Купили хату, заселились живут. По ночам их мучают кошмары, подозрительные шорохи, силуэты и тени за окном. Из холодильника постоянно таинственным образом исчезают сосиски, тушняк и пиво. Все в напряжении, но при этом их грудное дите спит на верхнем этаже в отдельной глухой комнате с чучелом медведя в углу.
Пятница тринадцатое, ровно полночь. Из подвала доносятся подозрительные звуки. Супруги встали и пошли не ребенка спасать, не тикать на улицу, а проверить что там. В пижамах спускаются в низ. Не включая света обязательно надо тридцать три раза крикнуть - кто здесь?
Муж предлагает в самый опасный момент разделиться (это так по американски) и сваливает куда-то нахрен. Жена вооружившись фонариком и половником (хуйкневый черпак - прим. автора) спускается в самую глубь подвала. В старом сундуке что-то шкребется, естественно нужно сунуть туда свой хобот и посмотреть что там. Ну естественно оттуда выпрыгивает голая зомбяка с криком - а вот и я, твою мать! Женщина с позорным визгом бежит вверх по лестнице из подвала. Высота лестничного пролета 12 ступенек. Она полторы - две минуты со скоростью чапаевского рысака скачет по ступенькам, перила мелькают ка частокол, хотя ступенек по прежнему 12. Чучело степенной поступью неспеша чеканит шаг. Падает, скатывается обратно на пол, поднимается, но все равно почему-то догоняет бабу. Та все-таки выбегает из погреба, цепляется ночнушкой за дверную ручку и как беспомощная сука не может от нее ни отцепиться не оторваться. Чучело еще минут пятнадцать неумолимо ее догоняет. Баба теряет сознание. Через какое-то время открывает глаза. Рядом лежит муж с оторванной башкой, все в крови. Баба склоняется над трупом и спрашивает - ханни ю окей?
(конечно окей, еп твою, щас шею ток зеленкой помазать и будет все норм.)
Несмотря на то что связи нет, вдруг откуда не возьмись приезжает полицейская машина с мигалками, из нее вываливается негр шериф Боб с сигарой величиной с березовое полено, раскидывает всех плохих парней, забирает бабу с дитем и уезжает с ними в город, где они женятся и живут долго и счастливо.
Вот на этом не сложном сюжете, варьируя персонажами и трошечку отклоняя его в лево или в право америкосы и снимают свои еретические фильмы ужасов.
Глухая осень. Молодые, но при деньгах супруги, с ними ребенок грудничок. Оба сироты. Он либо риэлтор, либо адвокат или айтишник, который в режиме 24/8 занят на работе. Она домохозяйка, но с тремя верхними образованиями. Вечер. Едут через густой темный и страшный лес покупать особняк у черта на куличках. Особняк старый, добротный, но за четверть цены. Почему так дешево никто не знает и спросить за скидку мысли ни у кого не возникает. Про то что там когда-то орудовал серийный маньяк зоофил некромант зрители узнают только в конце фильма.
Сам особняк находится на опушке дремучего леса. За задним двором расположено старое кладбище для колдунов, сутенеров и самоубийц, но это никого не смущает. Телефона нет, сотовая связь не ловит, до ближайшего населенного пункта 15 километров.
Купили хату, заселились живут. По ночам их мучают кошмары, подозрительные шорохи, силуэты и тени за окном. Из холодильника постоянно таинственным образом исчезают сосиски, тушняк и пиво. Все в напряжении, но при этом их грудное дите спит на верхнем этаже в отдельной глухой комнате с чучелом медведя в углу.
Пятница тринадцатое, ровно полночь. Из подвала доносятся подозрительные звуки. Супруги встали и пошли не ребенка спасать, не тикать на улицу, а проверить что там. В пижамах спускаются в низ. Не включая света обязательно надо тридцать три раза крикнуть - кто здесь?
Муж предлагает в самый опасный момент разделиться (это так по американски) и сваливает куда-то нахрен. Жена вооружившись фонариком и половником (хуйкневый черпак - прим. автора) спускается в самую глубь подвала. В старом сундуке что-то шкребется, естественно нужно сунуть туда свой хобот и посмотреть что там. Ну естественно оттуда выпрыгивает голая зомбяка с криком - а вот и я, твою мать! Женщина с позорным визгом бежит вверх по лестнице из подвала. Высота лестничного пролета 12 ступенек. Она полторы - две минуты со скоростью чапаевского рысака скачет по ступенькам, перила мелькают ка частокол, хотя ступенек по прежнему 12. Чучело степенной поступью неспеша чеканит шаг. Падает, скатывается обратно на пол, поднимается, но все равно почему-то догоняет бабу. Та все-таки выбегает из погреба, цепляется ночнушкой за дверную ручку и как беспомощная сука не может от нее ни отцепиться не оторваться. Чучело еще минут пятнадцать неумолимо ее догоняет. Баба теряет сознание. Через какое-то время открывает глаза. Рядом лежит муж с оторванной башкой, все в крови. Баба склоняется над трупом и спрашивает - ханни ю окей?
(конечно окей, еп твою, щас шею ток зеленкой помазать и будет все норм.)
Несмотря на то что связи нет, вдруг откуда не возьмись приезжает полицейская машина с мигалками, из нее вываливается негр шериф Боб с сигарой величиной с березовое полено, раскидывает всех плохих парней, забирает бабу с дитем и уезжает с ними в город, где они женятся и живут долго и счастливо.
Вот на этом не сложном сюжете, варьируя персонажами и трошечку отклоняя его в лево или в право америкосы и снимают свои еретические фильмы ужасов.
Лис Интересный (1210)