Поиск по автору:

ЗДРАВСТВУЙ, ГОРОД КИШИНЕВ
За этот короткий рассказ А.Каневскому были присуждены золотая медаль Кафки и «человек года» в Лондоне, Также поступило приглашение прочитать лекции в Кембридже и Оксфорде
Один из самых известных рассказов замечательного писателя,ставший в свое время культовым среди Израильских репатриантов.
-------------
ЗДРАВСТВУЙ, ГОРОД КИШИНЕВ
Семья Рисманов привезла с собой деда Мишу, бывшего чекиста, уже в маразме.

Ехать в Израиль он бы никогда не согласился, ибо всю жизнь слово «сионист» использовал как ругательство, а в последние годы, в минуты просветления, пугал им своих правнуков. Поэтому ему сказали, что семья переезжает из Ленинграда в Кишинев: дед там родился, там производил первые обыски и аресты, отчего сохранил о городе самые теплые воспоминания и мечтал в нем побывать перед смертью. Маленький, сморщенный, дед был уже за пределами возраста, очень похож на пришельца, только не сверху, а снизу.

— Дети, это уже Кишинев? — приставал он ко всем в шереметьевском аэропорту, а потом в Будапеште.

В самолете он всю дорогу продремал. Когда подлетали к Тель-Авиву, вдруг открыл глаза, увидел сквозь иллюминатор синюю гладь и удивился:

— Разве в Кишиневе есть море?

— Есть, есть, — успокоил его внук. – Это искусственное море.

— А, Братская ГЭС! — догадался дед и снова закрыл глаза.

Когда приземлялись, деда разбудил гром оркестра.

— Чего это они? — удивился он.

— Это тебя встречают, — объяснила ему дочь.

Дед растрогался.

— Еще не забыли! — он вспомнил сотни обысканных квартир, тысячи арестованных им врагов народа и гордо улыбнулся. — Хорошее не забывается!

Когда спустились с трапа, к деду подскочил репортер телевидения.

— Вы довольны, что вернулись на свою родину?

— Я счастлив! — ответил дед, от умиления заплакал, рухнул на колени и стал целовать родную землю.

Этот эпизод отсняли и показывали по телевидению. Дед был счастлив и горд, вслушиваясь в слова «саба», «оле хадаш», «савланут», и вздыхал, что уже окончательно забыл молдавский язык.

— А ты смотри Москву, — посоветовал ему внук и включил русскую программу.

Шла передача «Время». На экране показывали очередь у израильского консульства на Ордынке.

— Куда это они? — спросил дед.

— Тоже в Кишинев, — ответила дочь.

— Кишинев не резиновый! — заволновался дед. — Что, у них других городов нет?.. Свердловск или Якутск, например?..

— Они торопятся в Кишинев, чтобы не попасть в Якутск, — буркнул внук.

Дед еще долго не мог успокоиться.

— Сидели, сидели, а теперь — все ко мне в Кишинев! Раньше надо было думать!..

С утра до вечера он дремал на балконе, наблюдал, прислушивался, снова дремал. Ничто не вызывало его подозрений: звучала русская речь, продавались русские газеты, из открытых окон гремело русское радио.

— Румынов много, — сообщил дед, увидев толпу арабов, — надо границу закрыть.

— Только ты еще на эту тему не высказывался! — буркнул внук.

Раздражали деда и вывески на иврите:

— Почему на русском пишут меньше, чем на молдавском?

— Это их республика, их язык, — втолковывала ему дочь. — Зачем им русский?

— Как это зачем?! — возмутился дед. Затем, что им разговаривал Ленин!.. Что, они об этом не знают?

— Наверное, нет, — утихомиривала его дочь.

— А, тогда понятно, — дед сменил гнев на милость. — Но ты им обязательно об этом расскажи — они сразу заговорят.

— Скоро все по-русски заговорят, — успокоил его внук. — Даже они, — внук указал на трех эфиопских евреев, сидевших на скамейке.

— А это кто такие? — испуганно спросил дед.

— Тоже молдаване.

— Почему такие черные?

— Жертвы Чернобыля, — нашелся внук. — Прибыли на лечение.

— Да, сюда теперь все едут! — произнес дед с гордостью за свой родной Кишинев. — Не зря мы для вас старались!.. Нет пьяниц — вот вам результат антиалкогольного указа!.. Воспитательная работа на высоте — нигде не дерутся. Витрины переполнены — это плоды Продовольственной программы… А вы все ругаете КПСС, все недовольны!.. Дед разволновался и стал выкрикивать лозунги: — Вот она, Советская власть плюс электрификация всей страны!.. Мы наш, мы новый мир построим!.. Правильным путем идете, товарищи!. — От волнения всхлипнул. — Дожил я, дожил, на родной земле!

Снова пал на колени и стал целовать кафельные плитки балкона…

— Ты доволен поездкой?
— Как всякий, кто едет, чтобы от чего-то убежать.

Фрэнсис Скотт Фицджеральд. Ночь нежна

Современная притча
Кицунэ Миято: литературный дневник

Пожилой мужчина с 25-летним сыном вошли в вагон поезда и заняли свои места. Молодой человек сел у окна.
Как только поезд тронулся, он высунул руку в окно, чтобы почувствовать поток воздуха и вдруг восхищенно закричал:
- Папа, видишь, все деревья идут назад!
Пожилой мужчина улыбнулся в ответ.
Рядом с молодым человеком сидела супружеская пара. Они были немного сконфужены тем, что 25-летний мужчина ведет себя как маленький ребенок.
Внезапно молодой человек снова закричал в восторге:
- Папа, видишь, озеро и животные. Облака едут вместе с поездом!
Пара смущенно наблюдала за странным поведением молодого человека, в котором его отец, казалось, не находил ничего странного.
Пошел дождь, и капли дождя коснулись руки молодого человека. Он снова переполнился радостью и закрыл глаза. А потом закричал:
- Папа, идет дождь, вода трогает меня! Видишь, папа?
Желая хоть чем-то помочь, пара, сидящая рядом, спросила пожилого мужчину:
- Почему вы не отведете сына в какую-нибудь клинику на консультацию?
Пожилой мужчина ответил:
- Мы только что из клиники. Сегодня мой сын первый раз в жизни обрел глаза.

Невозможно судить о делах и поступках других людей, не обладая при этом всей полнотой знаний. Всей полнотой знаний обладает только Бог. Поэтому – «Не судите, да не судимы будете!»

***


от Миято:


В декабре прошлого года мне вернули зрение. Я не была слепа, но высокая миопия, не позволяла существовать без линз. Людям всю жизнь видящим, но не смотрящим трудно представить каково это. Впервые в полный рост я увидела себя в 18 лет, и с высоты роста смогла увидеть свои ноги...это - когда я одела мягкие контактные линзы. Помню что тогда ехала домой и плакала от счастья, потому что могла видеть лица людей от края до края автобуса. Мир больше не был размазаным цветовым пятном, люди вокруг меня обрели четкие очертания, у них появились глаза, рты, носы, брови, морщинки, скулы, прически... С тех пор я смотрела и не могла оторваться от этого прекрасного мира во всем его многообразии форм, цветов, черт... Правда и в линзах, которые обеспечивали зрение примерно на уровне -1 я не видела некоторые вещи, например звезды... Когда мне говорили "смотри, какое красивое звездное небо" я видела лишь серую мглу и светящийся диск луны...
После операции я стала видеть звезды, а Луна оказалась не просто светлым диском, но диском с множеством оттенков и пятен...

Считается, что люди получают 80% всей информации о мире через зрение. Но большинство не видят того, что могут увидеть. Каким был цвет автобуса который отвез вас на работу? Какой рисунок на обоях в вашем офисе? Какие облака были на рассвете сегодняшнего дня? Вы можете ответить на эти вопросы? ;-)

Никто не знает наперёд,
Кого и с кем судьба сведёт:
Кто будет друг,кто будет враг,
А кто знакомый,просто так,

Кто осчастливит,кто предаст,
Кто отберёт,кто всё отдаст,
Кто пожалеет дел и слов,
А кто разделит хлеб и кров.

С кем можно всё,до простоты,
А с кем и не рискнёшь на "ты,
Кому-то сердце распахнёшь,
А перед кем-то дверь замкнёшь.

В кого-то веришь,как в себя,
Кого-то терпишь,не любя,
С одним и в горе хоть куда,
С другим и в радости беда.

Никто не знает наперёд,
Что нас на белом свете ждёт:
Кого блистательный успех,
Кого позор за тяжкий грех.

Всю жизнь везение-одним,
Боль и страдания-другим.
Одним-за правду вечный бой,
Другим-и ложь сама собой.

Так и живём мы на земле
И в благодетели,и в зле.
Грешим на молодость,порой,
На обстоятельства и строй.

Чужим ошибкам счёт ведём
И лишь своих не признаём,
Друзей обидеть норовим
И непростительно язвим.

Молчим,когда пора кричать,
Кричим,где надобно молчать,
Святынями не дорожим.
А перед серостью дрожим.

Лелеем собственное "я",
То обвиняя,то кляня,
Исходим в вечной суете,
Глядишь...и мы уже не те.

Никто не знает наперёд,
К чему всё это приведёт.
А жизнь уходит,между тем,
Частично или...насовсем.

© Вячеслав Урюпин, 2013

Русская сатира:
Антон Павлович Чехов...
___
Татьянин день - это такой день, в который разрешается напиваться до положения риз даже невинным младенцам и классным дамам...
В этом году было выпито все, кроме Москвы-реки, которая избегла злой участи, благодаря только тому обстоятельству, что она замерзла. В Патрикеевском, Большом московском, в Татарском и прочих злачных местах выпито было столько, что дрожали стекла, а в "Эрмитаже", где каждое 12 января, пользуясь подшефейным состоянием обедающих, кормят завалящей чепухой и трупным ядом, происходило целое землетрясение. Пианино и рояли трещали, оркестры не умолкая жарили "Gaudeamus", горла надрывались и хрипли...
Тройки и лихачи всю ночь не переставая летали от Москвы к Яру, от Яра в "Стрельну", из "Стрельны" в "Ливадию". Было так весело, что один студиоз от избытка чувств выкупался в резервуаре, где плавают натрускинские стерляди. Больше всего досталось торжествующим свиньям и трихине, по адресу которых посыпалось внушительное "pereat!", и шампанскому, которое пили с усердием дятла, долбящего кору. Истребляли этот напиток особенно яро бывшие студенты, не уплатившие долга Обществу вспомоществования недостаточным студентам.
Этих господ так много, что для удовлетворения их не хватило ни шампанского, ни лихачей. Многим из неисправных должников пришлось довольствоваться одними только стерлядями, зернистой икрой и ликерами...
Антон Павлович Чехов.
"Осколки московской жизни".

😎Дорогая жена!

Пишу тебе это письмо, чтобы сообщить, что я тебя покидаю навсегда. Я был хорошим мужчиной и любящим мужем семь лет, и ничего не получил взамен…
Последние две недели были особенно ужасны. Последней соломинкой стал звонок твоего босса, который сообщил, что ты уволилась с работы. На прошлой неделе ты пришла домой и даже не заметила, что я сделал новую стрижку, приготовил твоё любимое блюдо на ужин и даже надел новенькие шёлковые трусы. Ты поела за две минуты, пересмотрела все свои мыльные оперы и сразу отправилась спать. Я давно не слышал, чтобы ты говорила, что любишь меня; ты не хочешь заниматься чем-нибудь что объединяет мужа и жену. Или ты встречаешься с кем-то ещё, или ты меня разлюбила. Что бы то ни было, я ухожу.

Твой БЫВШИЙ МУЖ

P. S. И даже не пытайся меня найти. Мы с твоей сестрой переехали в Западную Вирджинию навсегда! Счастливо оставаться.

____________________________________________________

Дорогой бывший муж!

Давно меня ничто так не радовало, как твоё письмо. Действительно, мы женаты семь лет, хотя до хорошего мужчины тебе ой как далеко. Я смотрю мыльные оперы, чтобы заглушить твоё постоянное нытьё. Впрочем, последнее время и это не помогает. Я ЗАМЕТИЛА твою новую стрижку на прошлой неделе, но всё что я хотела сказать — это «Ты выглядишь совсем как баба!» Поскольку мама учила меня говорить только хорошее или промолчать, я предпочла второе. А когда ты приготовил моё любимое блюдо, ты наверное перепутал меня с моей сестрой, потому что я уже семь лет не ем свинину.
Кстати, о новых шёлковых трусах: я отвернулась потому, что на них ещё оставался ценник на $49.99; возможно, просто так совпало, что тем утром моя сестра заняла у меня 50 баксов. Тем не менее, я всё ещё любила тебя, и думала, что мы сможем ужиться. Поэтому, когда я выиграла в лотерею 10 миллионов долларов, я бросила работу и купила два билета до Ямайки. Но придя домой, я обнаружила, что ты уехал. Ну что ж, наверное, ничто не случается просто так.
Надеюсь, что ты будешь счастлив в новой жизни. Мой юрист сказал, что благодаря твоему письму, ты не сможешь вытянуть из меня ни копейки. Так что удачи!

Твоя бывшая жена, богатая и свободная!

P. S : Не знаю, говорила ли я тебе это когда-нибудь, но моя сестра Карла при рождении была Карлом…
Хорошего дня!

©️ Виталина Бородушкина.

Чехов о застолье в России

Ну-с, когда вы входите в дом, то стол уже должен быть накрыт, а когда сядете, сейчас салфетку за галстук и не спеша тянетесь к графинчику с водочкой.

Самая лучшая закуска, ежели желаете знать, селедка. Съели вы ее кусочек с лучком и с горчичным соусом, сейчас же, благодетель мой, пока еще чувствуете в животе искры, кушайте икру саму по себе или, ежели желаете, с лимончиком, потом простой редьки с солью, потом опять селедки, но всего лучше, благодетель, рыжики соленые, ежели их изрезать мелко, как икру, и, понимаете ли, с луком, с прованским маслом… объедение! Но налимья печенка — это трагедия!

Ну-с, как только из кухни приволокли кулебяку, сейчас же, немедля, нужно вторую выпить.

Кулебяка должна быть аппетитная, бесстыдная, во всей своей наготе, чтоб соблазн был. Подмигнешь на нее глазом, отрежешь этакий кусище и пальцами над ней пошевелишь вот этак, от избытка чувств. Станешь ее есть, а с нее масло, как слезы, начинка жирная, сочная, с яйцами, с потрохами, с луком…

Как только кончили с кулебякой, так сейчас же, чтоб аппетита не перебить, велите щи подавать… Щи должны быть горячие, огневые. Но лучше всего, благодетель мой, борщок из свеклы на хохлацкий манер, с ветчинкой и с сосисками. К нему подаются сметана и свежая петрушечка с укропцем. Великолепно также рассольник из потрохов и молоденьких почек, а ежели любите суп, то из супов наилучший, который засыпается кореньями и зеленями: морковкой, спаржей, цветной капустой и всякой тому подобной юриспруденцией.

Как только скушали борщок или суп, сейчас же велите подавать рыбное, благодетель. Из рыб безгласных самая лучшая — это жареный карась в сметане.

Но рыбой не насытишься, это еда несущественная, главное в обеде не рыба, не соусы, а жаркое. Ежели, положим, подадут к жаркому парочку дупелей, да ежели прибавить к этому куропаточку или парочку перепелочек жирненьких, то тут про всякий катар забудете, честное благородное слово. А жареная индейка? Белая, жирная, сочная этакая, знаете ли, вроде нимфы…

После жаркого человек становится сыт и впадает в сладостное затмение. В это время и телу хорошо и на душе умилительно. Для услаждения можете выкушать рюмочки три запеканочки. Домашняя самоделковая запеканочка лучше всякого шампанского. После первой же рюмки всю вашу душу охватывает обоняние, этакий мираж, и кажется вам, что вы не в кресле у себя дома, а где-нибудь в Австралии, на каком-нибудь мягчайшем страусе…

Bo вpeмя запеканки хорошо сигарку выкурить и кольца пускать, и в это время в голову приходят такие мечтательные мысли, будто вы генералиссимус или женаты на первейшей красавице в мире, и будто эта красавица плавает целый день перед вашими окнами в этаком бассейне с золотыми рыбками. Она плавает, а вы ей: «Душенька, иди поцелуй меня!»

Антон Чехов

Однажды молодой человек узнал в прохожем своего учителя из младших классов. Он подошел к старику и спросил:

— Вы меня не помните? Я был вашим учеником.
— Да, я помню тебя третьеклассником. И чем ты занимаешься сейчас?
— Я преподаю.
— Что же привело тебя к этому выбору?
— Не что, а кто. Вы.
— Каким же образом я вдохновил тебя на нашу профессию?
— Потому что вы так повлияли на меня, что мне тоже захотелось воспитывать юных учеников.
— Позволь мне полюбопытствовать, в чём же выразилось моё влияние?
— Вы на самом деле не помните? Разрешите мне освежить это в вашей памяти.

Однажды мой одноклассник пришел в класс с красивыми часами на руке, которые ему подарили родители. Он их снял и положил в ящик парты. Я всегда мечтал иметь такие часы. Я не удержался и решил взять их из его парты. Вскоре тот мальчик подошел к вам в слезах и пожаловался на кражу. Вы обвели нас всех взглядом и сказали: «Тот, кто забрал часы, принадлежащие этому мальчику, пожалуйста, верните их».

Мне стало очень стыдно, но мне не хотелось расставаться с часами, так что я не признался. Вы направились к двери, заперли ее и велели нам всем выстроиться вдоль стены, предупредив: «Я должен проверить все ваши карманы при одном условии, что вы все закроете глаза». Мы послушались, и я почувствовал, что это был самый постыдный момент в моей недолгой жизни.

Вы двигались от ученика к ученику, от кармана к карману. Когда вы достали часы из моего кармана, вы продолжали двигаться до конца ряда. Затем вы сказали: «Дети, всё в порядке. Вы можете открыть глаза и вернуться к своим партам». Вы вернули часы владельцу и не произнесли больше ни одного слова по поводу этого инцидента.

Так в тот день вы спасли мою честь и мою душу. Вы не запятнали меня как вора, лгуна, никудышного ребенка. Вы даже не удосужились поговорить со мной об этом эпизоде. Со временем я понял, почему. Потому что, как истинный учитель, вы не захотели запятнать достоинство юного, ещё не сформировавшегося ученика. Поэтому я стал педагогом.
Оба замолкли под впечатлением этой истории. Затем молодой педагог спросил:

— Раз вы меня узнали сегодня, не вспомнили ли вы меня в том эпизоде?

Старый учитель ответил:

— Дело в том, что я обследовал карманы тоже с закрытыми глазами.

Занимательная психология

Первый же день работы принес фотографию, которой предстояло навсегда войти в легенду. Мэрилин в блестящем декольтированном платье стоит с полузакрытыми глазами и кончиками пальцев наносит на грудь «Шанель № 5». Одна бретелька платья соскользнула с плеча, но она этого не замечает. На ее лице застыло отсутствующее выражение, за которым читается близкий к экстазу восторг. Глядя на чуть размытое изображение, едва ли не физически ощущаешь, как по коже актрисы пробегает легкая дрожь — прикосновение ароматной влаги к телу вызывает в ней почти эротическое наслаждение. Обои в цветочек, свет, играющий на блестках узкого, в обтяжку, платья, родинки, рассеянные по шее и рукам, — на снимке все словно бы искрится. Тот, кто хорошо знаком с биографией актрисы, без труда придумает подпись к этой фотографии, вспомнив ее знаменитое признание, сделанное в 1954 году одному журналисту. На вопрос, что она надевает на ночь, Мэрилин ответила: «Шанель № 5». Файнгерш не только показал нам тело актрисы, он позволил нам вдохнуть ее аромат.
— Отрывок из книги: Гомбо Адриен «Мэрилин Монро. Блондинка на Манхэттене».

Из сети

В 1939 году 25-летний математик Джордж Данциг учился в Калифорнийском университете. Однажды он на 20 минут опоздал на пару по статистике. Тихонько вошел, сел за парту и завертел головой, пытаясь понять, что пропустил. На доске были записаны условия двух задач.

Данциг переписал задачи в тетрадь и стал слушать профессора. Дома он трижды пожалел о том, что опоздал на пару. Задачи были действительно сложными. Данциг думал, что, вероятно, пропустил что-то важное для их решения. Однако делать было нечего. Через несколько дней напряженной работы он все же решил эти задачи. Довольный заскочил к профессору и отдал тетрадь.

Профессор Ежи Нейман рассеянно принял задание.Он как-то не смог сразу вспомнить, что не задавал студентам ничего подобного… Когда спустя некоторое время он таки просмотрел то, что принес ему ученик, у него просто глаза на лоб полезли. Он вспомнил, что действительно в начале одной из лекций рассказывал студентам условия двух этих задач. Двух неразрешимых задач!

Двух задач, которые не мог решить не только сам профессор, но и остальные выдающиеся умы того времени.

Однако Данциг просто прослушал ту часть лекции, в котором говорилось о неразрешимости этих задач. И решил их.

Вы можете сделать невозможное для остальных, если только не убедите себя сами в том, что это невозможное — невозможно.

Школу я не любил, а она – меня. Да я в неё фактически и не ходил. Прогуливал безбожно.

Зато задолго до окончания школы я уже прекрасно овладел ненормативной лексикой, научился курить и цыкать сквозь зубы, как заправская шпана. Но курить меня отучили быстро – без всяких пилюль и нотаций.

Однажды, когда в школе шли уроки, я скрылся в туалете и с папироской в зубах стал комментировать из окна футбольную игру в школьном дворе:

– Рыжий, так тебя и эдак! Кому ты подаешь, эдак тебя и так! А ты, Длинный, трах-тарарах, совсем мышей не ловишь!

Слышу – кто-то вошел. Ну, думаю, еще один такой же прогульщик, как и я. А оглянуться мне некогда – очень уж увлекся игрой. И тут меня хлопают по плечу и просят:

– Оставь.

Я, опять же не оборачиваясь, откусываю слюнявку и передаю через плечо с обязательной в таких случаях репликой:

– Свои надо иметь.

Тот не отвечает и продолжает за моей спиной докуривать мой чинарик. А я уж совсем в раж вошел.

– Славка, так тебя и эдак! Не видишь, куда бьешь, эдак тебя и так?!

– Ну, Дуров, пойдем – хватит.

Оборачиваюсь – директор школы! Спускаемся в его кабинет.

– Мерзавец, – говорит он мне, – ты что куришь?

– «Беломор», – отвечаю.

– Дай сюда!

Я вынимаю из кармана пачку, кладу ему на стол.

– Сколько тебе денег дает мать на день?

Не помню уж сейчас после всех этих денежных реформ, сколько мне давала мать на обед. Мы жили бедно и всего было в обрез. Называю сумму.

– А сколько стоит «Беломор»? – спрашивает.

Опять называю сумму, которая сжирает весь мой дневной бюджет.

– Негодяй! – говорит он, кладет мой «Беломор» в стол и вытаскивает оттуда пачку «Прибоя». – Вот что тебе, стервецу, надо курить! И тогда тебе останется хоть на булочку! Вон отсюда, чтобы я тебя больше не видел!

Когда я вышел из кабинета, почувствовал, что лицо мое горит. Ведь он не ругал меня за прогул, не говорил о том, что «курить вредно». Ведь ни один дурак не станет утверждать, что «курить полезно».

Он всего-навсего хотел, чтобы я имел возможность покупать себе каждый день булочку! Директор школы курит «Прибой», а его сопливый ученик позволяет себе «Беломор», который в три раза дороже!

Эта беседа в одни ворота произвела на меня такое впечатление, что через несколько дней я бросил курить. И понял, какой это был грандиозный педагог. Окончательно я убедился в этом после другой истории.

Однажды мы затеяли драку – класс на класс. Конечно, тут же доложили директору. Он ворвался в класс, дернул свой мундир так, что с него все пуговицы осыпались, и закричал, повышая голос по хроматической гамме:

– Дуров! Сегодня ты ударил своего товарища, завтра ты ударишь своего учителя, потом – меня, потом ты убьешь члена правительства, а потом начнешь бить стекла!

Все замерли. Тогда я мало чего понял. А вот позже, анализируя его тираду, до меня дошло: ну что такое член правительства? Ничто! А вот стекла после войны – это была великая проблема. Особенно – для директора школы.

Да, грандиозный был педагог, наш директор!

Автор ✍️ Лев Дуров, "Байки на бис"

| Я тебя рожатель,
Я тебя кормитель,
В щёки целователь,
На руках носитель.

Я тебя лечитель,
Шапку надеватель,
Иногда хвалитель,
Иногда ругатель.

Я тебя учитель,
В жизни помогатель,
За тебя молитель,
От всего спасатель.

Я тебя, приятель,
К сердцу прижиматель
И всегда любитель,
Просто обожатель!

Анастасия Момот

Однажды иду по переделкинской улице Серафимовича, или, как называли ее аборигены, по улице Железного потока. Навстречу — Чуковский. Спрашивает:

— Что поделываете?

— Да так, знаете ли…

— Нет, ну всё-таки. Интересно. Я же вижу, что вы не просто гуляете. У вас для этого слишком отсутствующий вид.

— Я учу текст нового монолога.

— На ход-у-у?! Нет, это не годится. Заходите ко мне. Колин кабинет в вашем распоряжении.

— Спасибо, Корней Иванович. Как-нибудь в другой раз.

В другой раз, увидя меня на той же улице с текстом роли в руках, он, без всяких приветствий, напустился на меня, как если бы поймал на месте преступления:

— Пренебрегаете!

— Бог с вами, Корней Иванович. Просто я тaк привык. Мне так удобно — гулять и учить.

— Ну, как знаете, — сказал он сухо и, не прощаясь, пошёл своей дорогой.

В третий раз дело приняло совсем уж крутой оборот. Он, как выяснилось, поджидал меня, караулил у ворот своей дачи. И когда я поравнялся с ним, он распахнул калитку и выкрикнул с угрозой, как-то по-петушиному:

— Прошу!

Я понял, что сопротивление бесполезно. Рассмеялся. Вошёл в сад. Поднялся на крыльцо и остановился у двери, чтобы пропустить его вперёд.

— Вы гость. Идите первым, — сказал Чуковский.

— Только после вас.

— Идите первым.

— Не смею.

— Идите первым.

— Ни за что!

— Ну, это, знаете ли, просто банально. Нечто подобное уже описано в литературе. Кстати, вы не помните кем?

— А вы что же, меня проверяете?

— Помилуйте. Зачем мне вас проверять? Просто я сам не помню.

— Ну, Гоголем описано. В «Мёртвых душах».

— Гоголем, стало быть? Неужто? Это вы, стало быть, эрудицию свою хотите показать? Нашли перед кем похваляться. Идите первым.

— Ни за какие коврижки!

— Пожалуйста, перестаньте спорить. Я не люблю, когда со мной спорят. Это, в конце концов, невежливо — спорить со старшими. Я, между прочим, вдвое старше вас.

— Вот потому-то, Корней Иванович, только после вас и войду.

— Почему это «потому»? Вы что, хотите сказать, что вы моложе меня? Какая неделикатность!

— Я младше. Корней Иванович. Младше.

— Что значит «младше»? По званию младше? И откуда в вас такое чинопочитание?! У нас все равны. Это я вам как старший говорю. А со старших надо брать пример.

— Так подайте же пример, Корней Иванович. Входите. А я уж за вами следом.

— Вот так вы, молодые, всегда поступаете. Следом да следом. А чтобы первым наследить — кишка тонка?!

После чего он с неожиданной ловкостью встал на одно колено и произнёс театральным голосом:

— Сэр! Я вас уважаю.

Я встал на два колена:

— Сир! Преклоняюсь перед вами.

Он пал ниц. То же самое проделал и я. Он кричал:

— Умоляю вас, сударь!

Я кричал ещё громче. Можно сказать, верещал:

— Батюшка, родимый, не мучайте себя!

Он шептал, хрипел:

— Сынок! Сынок! Не погуби отца родного!

Надо заметить, дело происходило поздней осенью, и дощатое крыльцо, на котором мы лежали и, как могло показаться со стороны, бились в конвульсиях, было холодным. Но уступать никто из нас не хотел.

Из дома выбежала домработница Корнея Ивановича, всплеснула руками. Она была ко всему привычна, но, кажется, на сей раз не на шутку испугалась. Попыталась нас поднять. Чуковский заорал на неё:

— У нас здесь свои дела!

Бедную женщину как ветром сдуло. Но через мгновение она появилась в окне:

— Может, хоть подстелете себе что-нибудь?

Чуковский, лёжа, испепелил её взглядом, и она уже больше не возникала. А он продолжал, вновь обращаясь ко мне:

— Вам так удобно?

— Да, благодарю вас. А вам?

— Мне удобно, если гостю удобно.

Всё это продолжалось как минимум четверть часа, в течение которых мне несколько раз переставало казаться, что мы играем. То есть я, конечно, понимал, что это игра. Да и что же другое, если не игра?! Но… как бы это сказать… некоторые его интонации смущали меня, сбивали с толку.

— Всё правильно, — сказал он, наконец поднявшись и как бы давая понять, что игра закончилась в мою пользу. — Всё правильно. Я действительно старше вас вдвое. А потому… — Я вздохнул с облегчением и тоже встал на ноги. — …а потому… потому… — И вдруг как рявкнет:

— Идите первым!

— Хорошо, — махнул я рукой. И вошёл в дом.

Я устал. Я чувствовал себя опустошённым. Мне как-то сразу стало всё равно.

— Давно бы так, — удовлетворённо приговаривал Чуковский, следуя за мной. — Давно бы так. Стоило столько препираться-то!

На сей раз это уж был финал. Не ложный, а настоящий.

Так я думал. Но ошибся опять.

— Всё-таки на вашем месте я бы уступил дорогу старику, — сказал Корней Иванович, потирая руки…

©️ Аркадий Райкин «Воспоминания»

Мы с котом стареем втихомолку:
По-кошачьи - он уже старик.
Спит весь день, не бегает без толку,
Не кричит истошно у двери.

Хоть встречает вовремя с работы —
Ест чуть-чуть и не ворует снедь...
Мой котяра, что с тобою? Что ты!
Ты не вздумай, старче, помереть!

Мы с тобой весной ещё повоем,
Посидим на ласковой траве...
Я да ты, а значит, вместе —двое
Будем жить и дальше "здороветь".

Не беда, что плохо держат лапы.
Кость погрызть? Ан, зуб уже не тот.
Мы с тобой приблизились к этапу -
Это старость называют, кот.

Жизнь - одна. И не начнёшь сначала.
Это кошек единит с людьми.
Ты прости, я на тебя кричала,
А порою била, чёрт возьми.

Мы теперь в одной с тобою лодке.
Жизнь твоя частично —жизнь моя...
Знаешь, кот, сейчас мы одногодки,
Но когда-то младше буду я.

Забираешь ты мои болячки,
Между делом ласково урча.
Мне сегодня легче. Это значит
Я не буду шляться по врачам.

Мы с тобой друг другу не мешаем.
Счастлив тот, кто не считает дни.
Как ни кинь, мы на земле дышали
Днём одним и воздухом одним.

Умостись ко мне на одеяло.
Расскажу тебе, как на духу:
Жизнь кусала, драла нас и мяла
Предисловьем к этому стиху.

Жизнь кошачья меньше человечьей,
Потому течёт она быстрей.
Положи-ка лапки мне на плечи
и своим присутствием согрей...

Ирина Гирлянова

«Без неё я — как без рук и без языка»... Что связывало баронессу Марию Будберг с Максимом Горьким и Гербертом Уэллсом

Историю самой таинственной русской красавицы XX века — Марии Будберг — лучшего всего писать, используя цитаты из... донесений разведки. Эта женщина-загадка всегда была под её пристальным наблюдением. Немецкая полиция считала, что баронесса сотрудничает с советской и английской разведками, англичане искали её связи с Германией и ЧК, а чекисты были уверены, что она сотрудничает с британцами. Но разведку интересовала не только и не столько сама Мария, сколько те мужчины, что были рядом с ней. Локкарт, Горький, Фрейд, Рильке, Уэллс, Чуковский, Ницше, Петерс, Ягода - все они входили в окружение этой женщины, причём очень близкое. И все они - эти великие люди - были очарованы Марией, доверяли ей безраздельно и готовы были ради неё рискнуть всем, в том числе карьерой и головой.

Её называли графиней Закревской, графиней Бенкендорф, баронессой Будберг, а в семье - просто Мурой. При жизни эту интересную женщину (которая, как говорили, даже в 30 лет выглядела на 18 — без единой морщинки, с тонкой талией и озорными смешинками в глазах) сопровождало такое количество всевозможных слухов и домыслов, что во всё это трудно поверить. Причём она не только не старалась опровергнуть их, но и всячески поддерживала. Можно даже сказать, что львиная доля связанных с её именем легенд возникновением своим была обязана самой Марии Игнатьевне - она считала, что чем меньше правды — тем больше уверенности в собственной безопасности. После её смерти разгадок тоже не нашлось. Рукописи и личный архив Муры сгорели в 1974 году, а тех, кто мог бы пролить свет на её тайны, в живых практически не осталось, да, пожалуй, и не было человека, знавшего о ней всю правду.

Мария появилась на свет в 1892 году в Полтаве в знатной и состоятельной семье сенатского чиновника Игнатия Закревского. Как и её старшие сестры-близнецы начальное образование она получила в Институте благородных девиц, а доучиваться Муру отправили в Англию, где в то время служащим русского посольства в Лондоне был её сводный брат. Эта поездка во многом определила дальнейшую судьбу девушки.

Здесь Мура встретилась с огромным количеством людей из лондонского высшего света: политиками, писателями, финансовыми магнатами. Здесь же состоялось и её знакомство с будущим мужем, начинающим дипломатом Иваном Александровичем Бенкендорфом — прибалтийским дворянином, потомком графского рода. Они обвенчались в 1911 году, а через год Иван Александрович был назначен секретарём русского посольства в Германии, и молодые переехали в Берлин.
⠀
В 1913 году в семье родился первенец, названный Павлом. Мария Игнатьевна ждала второго ребёнка, когда началась война, поэтому Бенкендорфы были вынуждены вернуться в Россию. Родив девочку Таню, Мура, подобно другим дамам высшего круга и жёнам крупных чиновников, прошла ускоренные курсы сестёр милосердия и начала работать в военном госпитале. А вскоре грянула революция...
⠀
Оставаться в Петербурге было опасно, и Бенкендорф вывез жену и детей в Эстонию, где под Ревелем у него было родовое поместье. Спустя время, когда большинство представителей знати потянулось за границу, Мура, несмотря на уговоры мужа и родственников, решилась на отчаянный шаг - вернуться в Петроград, чтобы по возможности спасти квартиру, которой грозило уплотнение. Она находилась в столице России, когда из Эстонии пришло страшное известие: мужики из соседней деревни зверски убили её мужа и сожгли дом. Гувернантке с маленькими Павлом и Таней удалось сбежать...
⠀
Прошлая жизнь рухнула, отныне перед Мурой стояла одна задача: выжить! Очень скоро её выселили из квартиры, возвращение в Ревель стало невозможным: поезда не ходили, где-то там, между нею и детьми пролегла линия фронта, причём никто не знал, где именно; кто друг, кто враг — всё смешалось, и помощи просить было не у кого. Брат — за границей, сёстры — на юге России, подруг и знакомых она не находила... Одна, без денег и тёплых вещей, без ценностей, которые можно было бы продать или обменять, в городе, где продукты стали неимоверно дорогими, а жизнь совершенно обесценилась, Мура не нашла для себя ничего иного, как обратиться в английское посольство.
Словно сама судьба привела её сюда, ведь здесь, как скажет она сама позже, Мура встретила свою первую и единственную любовь - так суждено было случиться, что в годы всеобщего крушения она испытала самое сильное и глубокое чувство в своей жизни.
⠀
Это был 31-летний Роберт Брюс Локкарт, в прошлом генеральный консул Великобритании в Москве, а ныне прибывший сюда как специальный агент, как осведомитель, как глава особой миссии для установления неофициальных отношений с большевиками, а попросту — разведчик и шпион. В Лондоне Локкарт оставил жену и маленького сына, но его семейная жизнь не удалась. Как напишет он впоследствии, встреча с Мурой в британском посольстве была для него гораздо большим, чем простое увлечение. «Что-то вошло в мою жизнь, что было сильней, чем сама жизнь. С той минуты она уже не покидала меня, пока не разлучила нас военная сила большевиков», - признавался Локкарт в своих «Мемуарах британского агента».
⠀
В марте 1918 года вслед за советским правительством Локкарт переехал в Москву, ставшую столицей Советской России. А вскоре к нему присоединилась и Мура — отныне они жили вместе. Вот только история любви оказалась недолгой - в ночь с 31 августа на 1 сентября 1918 года в дверь их квартиры постучали. После обысков и ареста на англичанина повесили дело, теперь известное как «заговор трёх послов», номинальным руководителем которого считался Локкарт. Позже он был освобождён и выслан из страны «в обмен на освобождение российских официальных лиц, задержанных в Лондоне», и только затем заочно осуждён и приговорён к расстрелу. Но к тому времени он был уже в безопасности.
⠀
А перед Мурой снова встал вопрос: как жить дальше? Не имея причин оставаться в Москве, она отправилась в Петроград, где бушевала Гражданская война, а люди каждый день умирали от голода, сыпного тифа и лютого холода. Не имея прописки, а следовательно, и продовольственных карточек, Мура впервые подумала о необходимости заработка. Кто-то сказал ей, что Корней Иванович Чуковский, с которым она встречалась в «прошлой» жизни, ищет переводчиков с английского на русский для нового издательства, основанного Алексеем Максимовичем Горьким.

Надо отметить, что Мария Игнатьевна с русским языком «не дружила»: говорила с сильным акцентом, а фразу строила так, будто дословно переводила с английского — её зачастую принимали за иностранку. Такая особенность была скорее искусственно выработанной («для шарма»), чем естественно приобретённой, и, видимо, Чуковский обратил на неё внимание, так как переводов не дал, но нашёл кое-какую конторскую работу, выхлопотал новые документы, а вскоре повёл к Горькому.
⠀
Алексей Максимович жил в большой многокомнатной квартире, плотно заселённой разнообразным народом. Наверное, каждый мог обитать здесь сколь угодно долго, если приходился «ко двору». Мура пришлась. И уже через неделю после переселения стала в доме совершенно необходимой: взяла на себя работу секретаря писателя, а так же переводчика его писем и машинистки. Постепенно в её руках оказались и все домашние дела. У плиты она, конечно, не стояла — Горький держал прислугу, — но вполне могла считаться хозяйкой. И это несмотря на то, что рядом с писателем в то время постоянно была Мария Андреева, его друг, помощник, секретарь и неофициальная жена. Они подружились.
⠀
Вхождение Марии Игнатьевны в мир Горького было связано для неё со многими приобретениями, но прежде всего, конечно, с открывшейся возможностью ощутить, благодаря поддержке писателя, не только почву под ногами, но и войти в среду группировавшейся вокруг него творческой интеллигенции (тут бывали и Шаляпин, и Блок, и Ходасевич, и Алексей Толстой...). Кроме того, она умела внимательно слушать Горького, смотреть на него умными, задумчивыми глазами, отвечать, когда он спрашивал, что она думает о том и об этом. «Образование она получила «домашнее», но благодаря большому такту ей удавалось казаться осведомлённой в любом предмете, о котором шла речь», - писал о ней поэт Ходасевич. Надо ли удивляться, что отношения между Закревской и Горьким вскоре стали максимально близкими, впрочем, их интимный союз никогда не афишировался.

Здесь, в квартире Горького, Мура повстречалась и с Гербертом Уэллсом, посетившим Россию вместе со старшим сыном в конце сентября 1920 года. Он остановился у своего давнего друга Горького, и каково же было его удивление, когда он застал там Марию Бенкендорф, которую встречал ещё перед войной, в Лондоне. Сейчас Уэллс увидел её не в открытом вечернем туалете с бриллиантами, а в скромном платье, и тем не менее должен был признать, что Мура не утратила ни своего очарования, ни жизнерадостности — в сочетании с её природным умом они делали её поистине неотразимой. Собратья по перу проводили долгие вечера в откровенных беседах. А переводчицей, разумеется, была Мура.
⠀
В конце 1920 года Мура решила поехать в Эстонию, чтобы узнать о детях, и Горький выхлопотал для неё разрешение; сам он тоже собирался уезжать за границу. Но когда Закревская вышла из поезда в Таллинне, то тотчас была арестована. На первом же допросе она узнала о себе многое: что работала на ВЧК, жила с Петерсом, с большевиком Горьким, а теперь её прислали в Эстонию как советскую шпионку. Неизвестно, как сложилась бы её жизнь дальше, если бы грамотный адвокат (знакомый Горького) не помог бы Муре освободиться. А ещё он дал ей дельный совет: чтобы выжить в непростое время в этой стране, беспрепятственно видеться с детьми, иметь свободу передвижения, нужно просто выйти замуж за эстонского подданного, разом решив вопросы гражданства. Мура так и сделала.
⠀
Женихом стал непутёвый отпрыск известной семьи Будбергов, Николай — бездельник, шалопай, лишённый наследства и всяческих связей с семьёй, но сохранивший титул барона и готовый поделиться им с Мурой, если она, в свою очередь, согласится «помочь материально». Деньгами поддержал её Горький, и в начале 1922 года Мария Закревская-Бенкендорф стала баронессой Будберг. Новоиспечённый муж в тот же день уехал в Берлин, и Мура, можно сказать, больше его не видела.
⠀
Тем временем Горький был уже в Германии и энергично хлопотал за Муру, которую предложил властям назначить за границей его агентом по сбору помощи голодающим России.

Позже Мария Игнатьевна стала и литературным агентом Алексея Максимовича. Писатель дал ей доверенность на заграничное издание своих книг и уполномочил договариваться об условиях их перевода. Она вновь взяла хозяйство в доме Горького в свои руки - вернее, не в доме, а в пансионе или гостинице, поскольку писатель переезжал с одного курорта на другой в надежде справиться с болезнью — застарелым туберкулёзом. Так вскоре они оказались в Италии, и, несмотря на болезни и денежные проблемы, рядом с Горьким всегда была Мура — подруга, вдохновительница и просто любимая женщина. Это ей Горький посвятил своё последнее и самое значительное произведение — 4-томный роман-завещание «Жизнь Клима Самгина», и это её портрет стоял у него на столе до последних дней. «Без неё я — как без рук и без языка», - говорил он...
⠀
В апреле 1933 года их пути разошлись: Мура с чемоданом бумаг (архивом Горького) убыла в Лондон, а Горький отправился в Россию. Однако разъезд не означал разрыва отношений. Продолжалась переписка, и последовали новые встречи, последняя из которых состоялась в 1936 году, когда по просьбе умирающего писателя её вызвали в Москву — попрощаться. Долгое время бытовавшее мнение о причастности Марии Будберг к якобы насильственной смерти Горького сегодня кажется безосновательным, так же как и утверждение, что, будучи сотрудницей НКВД, Мура тогда же привезла из Лондона ту часть секретного горьковского архива, которую он ей оставлял на хранение. Некоторые исследователи уверены, что упомянутый архив так и не попал в руки Сталина. Сама Будберг настаивала на том, что чемодан с рукописями и письмами Горького пропал в Эстонии, где она его оставила перед войной. Кстати, последние архивные открытия доказали, что Мура никогда не была агентом НКВД. Как и нет никаких документальных доказательств её шпионской деятельности в пользу иностранных государств.
⠀
Но вернёмся в 1933 год. Тогда Мура, забрав детей, обосновалась в Лондоне и завела романтические отношения с Гербертом Уэллсом. К тому времени Уэллс не только овдовел, но и рассорился с последней возлюбленной - теперь его роман с Мурой, начавшийся, возможно, ещё в 1920 г. в России, стремительно набирал обороты.

«Она проводит со мной время, ест со мной, спит со мной, но не хочет выходить за меня замуж», — жаловался стареющий писатель. Тем не менее Мария Игнатьевна была очень привязана к Уэллсу, хотя, возможно, и не так сильно, как он к ней. Когда в 1934 году близкий друг Уэллса, английский писатель Сомерсет Моэм спросил Муру, как она может любить этого толстого и очень вспыльчивого человека, она со свойственным ей остроумием ответила: «Его невозможно не любить — он пахнет мёдом».
⠀
После войны она жила в Лондоне совершенно свободно, без денежных затруднений - умирая, Уэллс оставил ей приличную сумму денег. Сын её держал ферму, дочь вышла замуж. Мария Игнатьевна несколько раз ездила в СССР как британская подданная. Шли годы, десятилетия... Теперь Мура выглядела стареющей аристократкой: увешанная тяжёлыми бусами, в длинных широких юбках, она говорила басом, курила дамские сигареты и пересыпала речь непечатными английскими словами. Любила травить анекдоты и по-прежнему имела многочисленный круг знакомых. В конце жизни она очень растолстела, общалась больше по телефону, много пила и не скрывала, что для того, чтобы нормально «функционировать», ей нужен алкоголь.
⠀
За два месяца до смерти сын, бывший уже на пенсии, забрал Марию Игнатьевну к себе в Италию. Там, предчувствуя свою смерть, она сожгла все рукописи и личный архив, которые держала почему-то в автомобильном трейлере, стоявшем около дома. Все тайны ушли вместе с ней... Как считается, полная информация о подлинных событиях в жизни Марии Игнатьевны возможно до сих пор скрыта под грифом «секретно» в архивах спецслужб разных стран и остаётся неизвестной исследователям.
⠀
2 ноября 1974 года в лондонской «Таймс» было напечатано известие о её кончине и длинный некролог, в котором воздавалось должное женщине, в течение сорока лет находившейся в центре английской аристократической и интеллектуальной жизни: Мура была писательницей, переводчицей, консультантом кинорежиссёров, чтецом рукописей для издательств на пяти языках и т.д.

«Она могла перепить любого матроса… — говорилось в некрологе, — среди её гостей были и кинозвёзды, и литературные знаменитости, но бывали и скучнейшие ничтожества. Она была одинаково добра ко всем… Её близким друзьям никто и никогда не сможет заменить её». Конда Марию Игнатьевну хоронили в Лондоне, в православной церкви на отпевании в первом ряду стояли французский посол в Лондоне господин Бомарше и его жена, за ними многочисленная английская знать, кое-кто из знати русской, а также дети и внуки Муры.

Так закончилась жизнь «русской миледи», «красной Мата Хари», как её называли на Западе, вдохновительницы таких непохожих друг на друга писателей, «железной женщины» Марии Закревской-Бенкендорф-Будберг. По словам нашего современника, писателя-фантаста Кира Булычева, она принадлежала к типу женщин, «судьба которых укладывалась в рамки понятия «он избрал меня, и нет в том моей вины», и потому они были совершенно беззащитны перед будущим и перед судом потомков.

И.Буккер «Мура, Горький, Уэллс и разведки»,
А.Зиолковская «50 знаменитых любовниц».

У Рабиновича берут интервью:
— У вас есть какие-нибудь увлечения?
— Ну, раньше я марки собирал…
— А сейчас?
— Ну, марок не стало — теперь евро собираю...

16 сентября сего года произошло ДТП на Посадской улице. Водитель грузовика Кубыкин, заметив женщину, которая стояла на пешеходном переходе, затормозил, пропуская пешеходку. Гражданка Рыбец, которой ни разу в жизни ни одна машина и даже лошадь не уступала дорогу, продолжала стоять, ожидая, когда машина проедет.

Кубыкин, убедившись, что женщина переходить не собирается, тронулся с места. Рыбец, видя, что грузовик едет медленно, прикинула, что, как обычно, успеет проскочить, и бросилась через дорогу. Водитель резко затормозил и сделал жест рукой, мол, проходите, гражданочка!

Рыбец истолковала жест в смысле "проваливай, пока не переехал!" и метнулась на тротуар обратно, дожидаясь, по ее словам, "когда этот псих проедет". Водитель, решив, что женщина странная, на всякий случай дал предупредительный гудок. Рыбец сообразила, что он гудит, приняв ее за глухую, и покачала головой, мол, я не такая глухая, как вам кажется.

Кубыкин расценил качание головой как "переходить отказываюсь" и, кивнув, поехал. Рыбец решила, что кивком он дал понять: "Еду медленно, проскочишь!" и рванула наперерез. Грузовик встал. Рыбец остановилась, не зная, с какой скоростью он поедет, без чего не рассчитать, с какой скоростью надо перебегать. Кубыкин пришел к выводу - женщина сумасшедшая. Дав задний ход, он скрылся за углом, чтобы она успокоилась и перешла. Рыбец разгадала маневр так: водитель хочет разогнаться и выскочить на полном ходу! Поэтому переходить не стала. Когда Кубыкин через сорок минут выехал из-за угла, женщина стояла на тротуаре как вкопанная. Грузовик попятился, не зная, чего от нее ждать. Кубыкин, предчувствуя, что добром это не кончится, решил сделать крюк, проехать другой дорогой. Когда грузовик опять скрылся, Рыбец, не зная, что этот тип задумал, в панике бросилась бежать проходными дворами с криками:
"Убивают, спасите!"

В 19.00 на углу Посадской и Бебеля они вылетели навстречу друг другу. Кубыкин едва успел затормозить. Рыбец едва успела перекреститься.

Поняв, что "не раздавив ее, грузовик не уедет", она показала Кубыкину кукиш, мол, не раздавишь!

Кубыкин, у которого, по его словам, уже плыли перед глазами круги, увидев в красном круге кукиш, принял его за дорожный знак "Водитель! Освободи проезжую часть!" и выехал на тротуар, освобождая шоссе идиотке.

Рыбец, сообразив, что водитель в доску пьян и будет давить ее на тротуаре, где могут пострадать посторонние люди, приняла единственно верное решение: бросилась навстречу машине, решив принять удар на себя.

Кубыкин дал задний ход. Рыбец сделала то же самое. Так они маневрировали часа три. Стало смеркаться.

И тут до Кубыкина дошло: тетку в детстве хорошо переехали, а он, очевидно, похож на водителя, который ее недодавил! Чтобы она его не боялась, Кубыкин натянул на лицо черные колготки, которые купил жене. Вглядевшись, Рыбец опознала в Кубыкине особо опасного преступника, фото которого было напечатано в газете. Рыбец решила его обезвредить и с криком "Ура!" метнула в машину бидон молока. Кубыкин вывернул в сторону и врезался в фонарный столб, который, падая, придавил некоего Сидорчука, которого действительно пять лет разыскивала милиция.

Вот так, благодаря решительным действиям граждан, был задержан особо опасный преступника.

Автор ✍️ Семен Альтов.

В Китае два дайвера нырнули в реку глубиной 10 метров на 5 минут, но вынырнул только один.

Второй дайвер тщетно прождал товарища на берегу - его друг не вернулся. Тогда он вызвал спасателей, и они пять дней искали пропавшего.

Через пять дней они таки нашли любителя подводного плавания. Оказалось, что 40-летний Ван по ошибке завернул в подводную пещеру на глубине 9 метров.

Завернул и заблудился. В этом месте в провинции Хунань в центральном Китае была сложная сеть подводных пещер. Чтобы передвигаться по ним нужен опытный проводник.

Как же Ван выжил?

Он нашёл воздушный карман и 5 дней выживал там, ожидая помощи и питаясь сырой рыбой, которую удавалось поймать.

Спасатели несколько раз погружались на глубину и услышали звук, похожий на стук по камню. Так Ван давал понять, где он находится.

Заметив водолазов, Ван выплыл к ним навстречу и помахал им фонариком. К моменту выхода на поверхность в его баллоне оставалось всего 4% кислорода.

Несмотря на столь долгое пребывание в подводной пещере, мужчина заявил, что чувствует себя хорошо, и даже смог сам дойти до машины скорой помощи без носилок. Причиной такого состояния назвали рыбную диету.

Вот уж чудеса случаются 😊

Из сети

Мама не любит папу.
Папа не любит маму.
Я подрасту и тоже
любить никого не стану.

Ночью опять ругались.
Думали, я не слышу.
Ветки в окно стучались,
дождик стучал по крыше,
мне было очень страшно.
Я потихоньку плакал.
Не помогала даже
плюшевая собака.

Как-то уснул. Приснилось,
что у нас всё нормально.
Мама опять влюбилась
в папу, а папа — в маму.
Мы все втроём гуляли.
Стихли и дождь, и ветер.
Мамочка обнимала
папу, смеялись дети
и щебетали птицы.
Лето, июль в разгаре.

Это мне только снится.
Утро в осенней хмари,
мама звенит посудой,
кажется, скоро завтрак.
Снова не вышло чуда.
Может быть, выйдет завтра?!

Папа придёт с работы,
вкусно пахнёт морозом.
Он принесёт мне тортик,
маме подарит розы.
Мама наденет платье,
ногти накрасит лаком,
сядем за стол, захватим
плюшевую собаку,
будем есть торт, петь песни,
будет совсем не страшно.

Нужно петь песни вместе,
это предельно важно!
Нужно смеяться громче
и обниматься чаще.
Чтоб сыновьям и дочкам
не было ночью страшно.

Чтобы под одеялом,
крепко прижав собаку,
дети бы понимали,
что им не нужно плакать.

Чтоб не услышать фразу
детскими голосами:
«Я подрасту и тоже
любить никого не стану!»

Мальвина Матрасова

«Москва - Кассиопея» (СССР, 1973, приключения, фантастика)

Научно-фантастический художественный фильм «Москва - Кассиопея» поставлен режиссёром Ричардом Викторовым по сценарию Авенира Зака и Исая Кузнецова. Это первая часть кинодилогии, в которую входит также картина «Отроки во Вселенной».

Рабочим названием фильма в процессе съёмок были «Удивительные космические приключения». Первоначально был единый сценарий без деления на два фильма, но когда объём отснятого материала превысил стандартный хронометраж советского фильма, из Госкино СССР было получено разрешение снять два фильма «Москва — Кассиопея» и «Отроки во Вселенной».

По сюжету Виктор Середа рассказывает в школе о полете к созвездию Кассиопеи на космическом корабле «Заря». Позже появляется загадочная личность и набирает команду из шести подростков для полёта в космос, но путь туда и обратно займёт больше 50 лет, а на Земле и вовсе пройдут столетия. А еще на корабле оказывается седьмой участник — тайком пробравшийся туда хулиган и создатель суперклея Федя Лобанов. Всё это приводит к совершенно непредсказуемым последствиям и приключениям.

Премьера фильма в СССР состоялась 23 сентября 1974 года. Затем его показ состоялся в Польше, Германии, Югославии и Чехословакии. Фильм удостоился множества наград, включая премию за лучший фильм для детей на Всесоюзном кинофестивале в Баку в 1974 году, премии на Международном кинофестивале научно-фантастических фильмов в Триесте в 1975 году, приза на Международном кинофестивале в Москве в 1975 году, премии «Платеро» на Международном кинофестивале для детей и юношества в Хихоне в 1975 году, диплома Международного технического конкурса фильмов в рамках конгресса УНИАТЕК в Москве в 1976 году и Государственной премии РСФСР имени братьев Васильевых в 1977 году.

Рейтинг на Кинопоиске: 8.0

Чуть чуть юмора...😁😁Было или нет?... Говорят, это было в Киеве в начале 60-х годов...

Была одна семья, в которой было 9 детей. Родители — простые штукатуры очень хотели родить 10-го, чтобы получить в придачу к ордену «Мать-героиня» большую квартиру, машину, множество льгот и всяких других полезных вещей.

Но вот незадача - папашка иссяк, и 10-й никак не получался. И решили они попросить помочь кого-то со стороны.

Присмотрели на своей стройке прораба, предложили ему 1000 рублей (деньги по тем временам немалые). Ну, он и помог вполне результативно.

Каждый получил желаемое и, казалось, должен был остаться доволен. НО!.. Прораб был пакостен и завистлив и накатал заяву в суд, в коей описал всю правду, как она есть: мол, штукатуры обманули государство и т.п.

Зал суда был набит битком, а когда огласили приговор, народ попадал под стулья и стал корчиться от смеха.

Приговор гласил:

- в действиях обвиняемых нет состава преступления;

- 1000 руб. были признаны незаконным заработком и должны быть взысканы с прораба;

- поскольку прораб признал, что ребенок от него, взыскивать с него алименты до достижения 18 лет ребенка.

Эпилог:

Kогда тебе роют яму, не мешай! Cделаешь из нее бассейн...)))😉
Из сети

Рассказывают, что когда-то грабители зашли в банк.

Один из них крикнул на входе: «Не двигаться! Деньги принадлежат банку, а жизнь принадлежит вам!»

Все присутствующие смирно легли на пол.

*Это пример того, как термин меняет восприятие мира.*

Одна женщина провокативно легла на стол, но грабитель сказал ей: «Это ограбление, а не изнасилование. Веди себя соответственно!»

*Это пример того, как должен вести себя профессионал – концентрироваться на цели.*

В процессе побега с места ограбления, самый молодой из грабителей (с академической степенью) сказал самому старому, который едва окончил начальную школу: «Эй, старик, может быть, посчитаем, сколько мы взяли?»

Старик ответил сердито: «Не будь дураком, это очень много денег, чтобы их пересчитывать. Подождём, пока объявят в новостях, сколько банк потерял».

*Это называется опыт – на сегодняшний день опыт важнее степени.*

После того, как грабители исчезли, директор банка сказал бухгалтеру, чтобы тот позвонил в полицию. Бухгалтер ответил: «Погоди, давай сначала добавим к украденной сумме те 5 миллионов, которые мы похитили в прошлом месяце и скажем, что их тоже украли».

*Это называется – использовать любую возможность.*

Назавтра в новостях объявили, что банк был ограблен на сумму 100 миллионов. Грабители пересчитали добычу, но насчитали всего 20 миллионов. Грабители начали ворчать: «Мы рисковали жизнью из за несчастных 20 миллионов, в то время, как банковское начальство похитило 80 миллионов не моргнув глазом. Наверно лучше изучать, как работает система, вместо того, чтобы быть простым грабителем.

*Это называется: знание – сила!*

Директор банка был очень доволен, а особенно тем, что его потери на бирже были замаскированы ограблением.

*Это называется – не бояться риска.*

Дай человеку пистолет, и он сможет ограбить банк.

Дай человеку банк и он сможет ограбить всех

Из сети

«Он увидел её всего на 8 секунд в рекламе кофе. Он позвонил ей 11 раз. Она сказала «нет» 10 раз. Они женаты уже 52 года».

В 1971 году Майкл Кейн, уже ставший кинозвездой после фильмов «Красавчик Алфи», «Ограбление по-итальянски» и «Убрать Картера», отдыхал дома перед телевизором, когда началась реклама кофе Maxwell House.

На заднем плане была женщина, которая его завораживала.

«Я увидел эту женщину по телевизору в рекламе и сразу же влюбился», — вспоминал он позже. «Я просто смотрел на неё и думал: „Вот она, та самая женщина“».

Его сердце колотилось. Ладони вспотели. Он опустился на колени перед телевизором, чтобы лучше разглядеть её лицо во время крупного плана.

Убеждённый, что она живёт в Бразилии, потому что это была реклама бразильского кофе, Кейн сказал своему другу Полу, что бронирует билет на самолёт этим утром, чтобы искать эту таинственную женщину по всей стране.

Пол подумал, что он сошел с ума. Но Кейн был совершенно серьезен.

Вдруг вмешалась судьба: Пол, работавший в рекламном бизнесе, рассказал ему, что очаровательная модель на самом деле живет в Лондоне, всего в нескольких милях отсюда.

Ее звали Шакира Бакш.

Она была бывшей «Мисс Гайана», родившейся в мусульманской семье индийского происхождения в Британской Гвиане. В 19 лет она пережила террористический акт в консульстве США, где работала, в результате чего у нее лопнула барабанная перепонка и остался шрам от щеки до уха. Решив построить лучшую жизнь, она приняла участие в конкурсе «Мисс Гайана» и победила. Затем она заняла третье место на конкурсе «Мисс мира» 1967 года в Лондоне, где и осталась, чтобы начать карьеру модели и актрисы.

Кейн взял ее номер и позвонил.

Она сказала «нет».

Он позвонил снова. Она снова сказала «нет».

Он позвонил в третий раз, в четвертый, в пятый. И каждый раз она отказывалась.

Большинство мужчин уже бы сдались. Но Майкл Кейн не был похож на большинство мужчин.

Он звонил всего одиннадцать раз.

На одиннадцатом звонке она наконец согласилась на встречу.

«Я влюбился в неё минут за восемь», — сказал Кейн. «Ей потребовалось два часа, чтобы влюбиться в меня».

«Он был всем, чего я не ожидала», — сказала Шакира журналу People в 1976 году. «Я только что увидела его в фильме „Убрать Картера“, и он показался мне таким агрессивным и безжалостным. Вместо этого я нашла его обаятельным и очень мягким, человеком, с которым я хотела бы провести часть своей жизни».

Они поженились 8 января 1973 года в отеле Algiers в Лас-Вегасе и с тех пор вместе — воспитывают дочь Наташу, вместе идут по пути славы и строят один из самых крепких браков в Голливуде.

Но история любви — это не просто роман.

До Шакиры Майкл Кейн выпивал бутылку водки каждый день и много курил. Он вёл разрушительный образ жизни знаменитости, встав на опасный путь.

Когда он встретил её, всё изменилось.

«Она не говорила мне бросить пить», — признался он. «Я просто хотел быть трезвым и живым рядом с ней».

Кейн говорил, что жена спасла ему жизнь. «Без неё», — сказал он однажды журналистам, — «я бы давно умер».

Шакира оставила актёрскую карьеру, чтобы путешествовать с мужем, помогая семье пережить десятилетия давления Голливуда. В 2000 году, когда королева Елизавета II посвятила Майкла в рыцари, леди Шакира Кейн гордо стояла рядом с ним — как и на каждом этапе их замечательного пути.

Сегодня, спустя более 52 лет совместной жизни, их история любви остаётся доказательством того, что иногда лучшее в жизни появляется там, где его меньше всего ждёшь — даже в рекламе кофе.

Майкл был готов лететь в Бразилию и искать по всей стране женщину, которую он видел всего восемь секунд по телевизору.

Это не одержимость.

Это значит осознать момент, когда твоя жизнь меняется.

И найти в себе смелость стремиться к нему — одиннадцать раз, если потребуется, — пока судьба наконец не скажет «да».

Из сети

Женщины знают толк в жизни!!! - Красотка, дай номер телефона!

- Молодой человек, пишите 0695671230.

- Хм... Так сразу...

- Пишите, пишите, не стесняйтесь. Позвоните сегодня вечером ровно в шесть. В семь встречаемся на ужин. Я позже есть не люблю. Сегодня секса не будет. Рано. Возьмите деньги. Я люблю крабов.

Цветов не надо. Сэкономите.

Завтра можно секс. Я люблю сверху. Полгода вам достаточно? Мне нельзя тянуть с детьми. Да и вам тоже. Мальчик. Потом девочка. Я растолстею. Вы полысеете. Вы уйдете к соседке. А я отберу вашу квартиру.

- Вот дура.

- Лучше потратить две минуты, чем двадцать лет!

Из сети

Замечали ли вы когда-нибудь, что ни одни старики не раздражают нас так сильно, как наши собственные?

Это потому что все старики — это просто старики. А наши — это постаревшие родители, которых мы помним другими, молодыми и полными сил и которые еще относительно недавно исполняли в нашей жизни совсем иную роль.
Мы не готовы разрешить им одряхлеть, поглупеть и впасть в детство.
Есть только один способ улучшить наши отношения с ними. Один-единственный способ сделать эти отношения легкими и простыми.
Этот способ заключается в том, чтобы понять и принять, что лучше эти отношения уже не будут никогда. И легкими и простыми тоже никогда не будут.
Нужно найти в себе силы, чтобы дать старикам возможность быть такими, какие они есть.
Уважать их детский выбор. Выполнять глупые просьбы. Не относиться серьезно к их идеям. Соглашаться на странные требования. Не спорить с ними, когда они говорят абсолютную и очевидную чепуху. Потому что — зачем? Какой смысл?
Старики боятся наших проблем — болезней, увольнений, неудач и сердечных драм — потому, что каждая такая проблема лишний раз напоминает им о собственном старческом бессилии, неспособности помочь даже собственному ребенку. Это очень болезненное напоминание, очень страшное и очень унизительное состояние, наглядное доказательство старческой немощи, устарелости, неадекватности.
Боль, досада, бессилие и унижение — это то, что испытывают старики каждый раз, когда у нас случается неприятность. И поэтому всеми силами пытаются такие ситуации предотвратить.
Они постоянно расспрашивают нас о наших делах потому, что боятся наших проблем больше, чем боимся их мы сами. И постоянно нам что-нибудь советуют потому, что это единственный для них способ хоть как-то повлиять на ситуацию.
Короче, зарубите себе на носу — общение с пожилыми родителями -только для хороших новостей. Пока таковых нет — глотаем сопли и улыбаемся. Когда появляются хорошие новости — рассказываем родителям правду. Приятную правду.
Старики очень ценят все, что так или иначе может их отвлечь от неприятных физических ощущений, дурных мыслей и переживаний.
Поэтому, если вы хотите доставить своим пожилым родителям удовольствие, не дарите им скороварку, кофеварку, стиральную машину или любой другой, с вашей точки зрения, абсолютно необходимый в хозяйстве объект, появление которого, как вам кажется, непременно доставит им радость.
Не доставит.
Если вы хотите доставить им радость, подарите им свое время. Но только, конечно, не какое-нибудь пустое, скучное и завалящее. Выберите для подарка время качественное, яркое, необычное.
Старость — самая заразная болезнь на свете. Больны старостью мы все, без исключения. Дело только в стадиях.
Родители находятся на более поздних стадиях этой болезни, а мы — на более ранних. Вот и вся разница. Вопрос времени.
Надо увидеть в пожилых родителях без пяти минут себя. От этого становится страшно, но легче.
Просто напоминайте себе, что общение со стариками — это в каком-то смысле общение с нами самими, сострадание и любовь к ним — это любовь к нам самим, таким, какими мы станем через пару десятков лет.
Человечество вообще склонно потреблять положительные эмоции. А в старости они просто необходимы. Производить их старики сами уже не в состоянии.
ЭТО НАША РАБОТА.
Мы с вами — аккумуляторы положительной энергии. Это тяжело, и от этого устаёшь. Но что поделаешь? Море синее, небо синее. «Сильные и красивые» — это теперь мы. А кто еще?
Что бы ни происходило, как бы тяжело ни было, какие бы обиды вольно или невольно нам пожилые родителями ни нанесли — завтра будет новый день.
И до завтра нужно научиться забывать все, что происходило сегодня.
Мы не тащим
обиды изо дня в день. Мы выкидываем их из головы, из сердца, из памяти — и просто забываем. И начинаем новый день взаимоотношений с чистого белого листа.
И тогда все станет хорошо.
Мы же их любим? Да?
И долго ли им осталось?

Саша Галицкий "Мама, не горюй!"

Однажды молодой человек узнал в прохожем своего учителя из младших классов. Он подошел к старику и спросил:

- Вы меня не помните? Я был вашим учеником.

- Да, я помню тебя третьеклассником. И чем ты занимаешься сейчас?

- Я преподаю.

- Что же привело тебя к этому выбору?

- Не что, а кто. Вы.

- Каким же образом я вдохновил тебя на нашу профессию?

- Потому что вы так повлияли на меня, что мне тоже захотелось иметь юных учеников.

- Позволь мне полюбопытствовать, в чём же выразилось моё влияние?

- Вы на самом деле не помните? Разрешите мне освежить это в вашей памяти. Однажды мой одноклассник пришел в класс с красивыми часами на руке, которые ему подарили родители. Он их снял и положил в ящик парты. Я всегда мечтал иметь такие часы. Я не удержался и решил забрать их из его парты. Вскоре тот мальчик подошел к вам в слезах и пожаловался на кражу. Вы обвели нас всех взглядом и сказали: "Тот, кто забрал часы, принадлежащие этому мальчику, пожалуйста верните их". Мне стало очень стыдно, но мне не хотелось расставаться с часами, так что я не признался. Вы направились к двери, заперли ее и велели нам всем выстроиться вдоль стены, предупредив: "Я должен проверить все ваши карманы при одном условии, что вы все закроете глаза". Мы послушались, и я почувствовал, что это был самый постыдный момент в моей недолгой жизни. Вы двигались от ученика к ученику, от кармана к карману. Когда вы достали часы из моего кармана, вы продолжали двигаться до конца ряда. Затем вы сказали: "Дети, всё в порядке. Вы можете открыть глаза и вернуться к своим партам". Вы вернули часы владельцу и не произнесли больше ни одного слова по поводу этого инцидента. Так в тот день вы спасли мою честь и мою душу. Вы не запятнали меня как вора, лгуна, никудышного ребенка. Вы даже не удосужились поговорить со мной об этом эпизоде. Со временем я понял почему. Потому что, как истинный учитель, вы не захотели запятнать достоинство юного, ещё не сформировавшегося ученика. Поэтому я стал педагогом.

Оба замолкли под впечатлением этой истории. Затем молодой педагог спросил:

- Раз вы меня узнали сегодня, не вспомнили ли вы меня в том эпизоде?

Старый учитель ответил:

- Дело в том, что я обследовал карманы тоже с закрытыми глазами.

Из сети

Я против – войны любой,
Но когда ведут на убой
Россию под волчий вой
Гестаповской русофобщины,
Американщины и европщины,

Я – за то, чтобы этот конвой,
Что Россию ведёт на убой, –
Россия отсталинградила,
Не по головке гладила,
Соглашаясь на мир – любой!

Я – против такого мира,
Где Россия себя скормила
Американщине и европщине,
Гестаповской русофобщине,
Освенциму, где – могила,
И варят из трупов мыло!
Я – против такого мира,

А те, кто – не против, пусть
Пройдут гитлерячий путь
От Бабьего Яра – вплоть
До пламени Сталинграда,
Где будет им пекло ада!
Россию не сдаст Господь,
Он – против её распада.

(с) Юнна Мориц

Среди всех космических курьезов и розыгрышей первое место по праву принадлежит шутке Оуэна Гарриотта.⁣
⁣
В 1973 году он входил в экипаж американской орбитальной станции «Скайлэб». Розыгрыш, который он устроил над офицером Центра управления полетами Робертом Криппеном, достоин навечно войти в анналы космонавтики.⁣
⁣
С собой в космос Гарриотт захватил диктофон, на который его супруга наговорила несколько заранее составленных фраз. Когда в один из дней оператор Роберт Криппен вышел на связь с орбитальной станцией, Гарриотт ждал у передатчика с диктофоном в руке. Между станцией и Центром управления состоялся следующий диалог:⁣
⁣
— «Скайлэб», это Хьюстон, ответьте.⁣
— Здравствуйте, Хьюстон,— бодрым женским голосом отозвалась станция.— Это «Скайлэб».⁣
Земля после секундного колебания поинтересовалась:⁣
— Кто говорит?⁣
— Привет, Боб,— отозвалась станция.— Это Хелен, жена Оуэна.⁣
Боб несколько секунд переваривал ответ, а затем с трудом выдавил:⁣
— Что ты там делаешь?⁣
— Я тут решила ребятам поесть принести. Все свеженькое,— успокоил его голос с орбиты.⁣
Центр управления молчал около минуты, а затем отключился. Видимо, у офицера связи сдали нервы.

Из сети

Когда мне исполнилось семнадцать лет, на время студенческих каникул, вместо того чтобы отпустить меня с любимой девушкой на лето в Одессу, отец отправил меня на два месяца работать в ботаническую экспедицию разнорабочим на Курильские острова. Теперь я понимаю: он хотел, чтобы я перелетел через весь Советский Союз, понял, увидев тайгу, острова, моря, океаны, что я все-таки живу в лучшей в мире стране.

Короткими замечаниями, как гомеопатическими дозами, папа пытался порой охладить во мне восторг, который я испытывал вместе с толпой, загипнотизированной прессой, и «мультяшечными», как он говорил, революционерами!

Конец перестройки. Первый съезд депутатов. Горбачев, Сахаров... Крики на трибунах. Впервые, глядя на прямые репортажи из Дворца Съездов, мы почувствовали первые вздохи гласности и свободы слова. Увидели тех, кто впоследствии начал называть себя громким словом «демократы». Я смотрел телевизор, отец стоял за моей спиной, потом вдруг махнул рукой и полусказал:

— Что те были ворами, что эти... Только новые будут поумнее! А потому — украдут поболее!

— Папа, это же демократия!

— Не надо путать демократию со склокой.

Прошло совсем немного времени, и я, и все мои интеллигентные друзья теперь, рассуждая о наших политиках, говорят не «демократы», а «так называемые демократы». Мол, не хочется пачкать слово «демократия».

В 1989 году, вернувшись из своих первых гастролей по Америке, я с восторгом рассказывал о своих впечатлениях в кругу семьи. Так обычно делал мой отец, возвращаясь из путешествий. Отец слушал мои восхищения со сдержанной улыбкой, не перебивая, и потом сказал только одну фразу: «Я смотрю, ты так ничего и не понял. Хотя дубленку привез хорошую!»

Я очень обиделся. За мою поездку, за совершенство Америки, за западную демократию, свободу, за то будущее, которое я рисовал в своем воображении для России. Мы поссорились. Отец не мог мне объяснить, что он имел в виду. Или я просто не хотел его понимать. Я ведь уже был звездой! На мои выступления собирались тысячи зрителей. Правда, я запомнил его слова, которые он сказал, чтобы закончить наш спор: «Ладно, не будем ссориться. Ты еще, наверное, не раз на Западе побываешь. Но когда меня не будет, помни, все не так просто! Жизнь — не черно-белое телевидение».

Как будто он знал тогда, что через пять лет я кардинально поменяю свое мнение об Америке.

Мне иногда кажется, что родители уходят из жизни для того, чтобы дети начали все-таки прислушиваться к их советам. Сколько моих знакомых и друзей вспоминают теперь советы своих родителей, уже после их смерти.

После ухода отца из жизни я стал его послушным сыном!

Сейчас, когда отца нет, я все чаще вспоминаю наши ссоры. Я благодарен ему прежде всего за то, что он не был обывателем. Ни коммунисты, ни «демократы», ни журналисты, ни политики, ни Запад, ни писательская тусовка не могли заставить его думать так, как принято. Он никогда не был коммунистом, но и не попадал под влияние диссидентов.

Только мы, его самые близкие, знали, что он верит в Бога. У него была в тайнике иконка, оставшаяся от его мамы. И ее крестик. Незадолго до смерти, понимая, что он скоро уйдет из жизни, он перекрестил меня, некрещеного, давая этим понять, что когда-нибудь мне тоже надо креститься.

А диссидентов он считал предателями. Убеждал меня, что скоро их всех забудут. Стоит только измениться обстановке в мире. Я «инакомыслящих» защищал со всей прытью молодости. Отец пытался переубедить меня:
— Как ты можешь попадаться на эти «фиги в кармане»? Все эти «революционеры», о которых так трезвонит сегодня Запад, корчат из себя смельчаков, а на самом деле они идут театрально, с открытой грудью, на амбразуру, в которой давно нет пулемета.

— Как ты можешь, папа, так говорить? Твой отец в 37 году умер в тюрьме, и даже неизвестно, где его могила. Мамины родители пострадали от советской власти, потому что были дворянского происхождения. Мама не смогла толком доучиться. После того как ты написал романы о Японии, за тобой ведется слежка. В КГБ тебя считают чуть ли не японским шпионом. А эти люди уехали из страны именно от подобного унижения!

Отец чаще всего не отвечал на мои пылкие выпады, словно не уверен был, что в сорок с лишним лет я дозрел до его понимания происходящего. Но однажды он решился:

— КГБ, НКВД... С одной стороны, ты, конечно, все правильно говоришь. Но все не так просто. Везде есть разные люди. И между прочим, если бы не КГБ, ты бы никогда не побывал в той же Америке. Ведь кто-то же из них разрешил тебе выехать, подписал бумаги. Я вообще думаю, что там у нас наверху есть кто-то очень умный и тебя специально выпустили в Америку, чтобы ты что-то заметил такое, чего другие заметить не могут. А насчет диссидентов и эмигрантов... имей в виду, большинство из них уехало не от
КГБ, а от МВД! И не диссиденты они, а... жулики! И помяни мое слово, как только им будет выгодно вернуться, — они все побегут обратно. Америка от них еще вздрогнет. Сами не рады будут, что уговаривали советское правительство отпустить к ним этих «революционеров». Так что все не так просто, сын! Когда-нибудь ты это поймешь, — отец снова ненадолго задумался и как бы не добавил, а подчеркнул сказанное: — Скорее всего, поймешь. А если и не поймешь, ничего страшного. Дураком тоже можно прожить вполне порядочную жизнь. Тем более с такой популярностью, как у тебя! Ну, будешь популярным дураком. Тоже неплохо. За это, кстати, в любом обществе хорошо платят!

Естественно, что после такого разговора мы снова поссорились.

У папы не было технического образования. Он не мог с математической точностью определить формулу сегодняшнего дурака. Он был писателем.

Недавно мне довелось разговаривать с одним мудрым человеком. В прошлом ученым-математиком. Теперь он философ. Как модно говорить нынче — «продвинутый». Он объяснял мне свою философию: большинство людей в мире воспринимают жизнь как двухполярное измерение. На самом деле жизнь многополярна. Многополярное устройство мира лежит в основе всех восточных учений и религий. Жизнь человека не есть колебания электрического тока между плюсом и минусом. Плюс и минус, на которые опирается западно-голливудская философия, в конце-концов приводят к короткому замыканию.

Все, что мне объяснял современный философ, наверняка было точно с математической точки зрения, но мудрено для простого двухполярного обывателя. А главное, все это я знал давно от отца, который не употреблял в своей речи таких мудреных слов, как многополярные системы. Он пытался очень доходчиво мне объяснить, что «все не так просто». Не все делится на плюс и минус.

Как бы я хотел, чтобы сегодня отец слышал, что я все-таки начал прислушиваться к его словам, и еще... чтобы хоть разок спустился на землю и услышал:

«Какие же они ту-пые!» — и аплодисменты согласного зала!

Я жалею, что он ушел из жизни хоть и с надеждой, что его дети поумнеют, но с неуверенностью за эту надежду!

Михал Задорнов

Производство легендарного автомобиля «Победа» было полностью остановлено 31 мая 1958 года. Этот автомобиль останется в истории советского автопрома, как один из лучших для своего времени, не уступая в конкурентной борьбе с западными образцами.
«Победа» являлась по тем временам еще и весьма комфортабельной машиной. На ней устанавливался обогреватель салона, а на последних модификациях - радиоприемник в качестве стандартного оборудования, роскошь по тем временам неслыханная. Именно на «Победе» впервые появились электрические указатели поворотов, и именно водители «Побед» первыми перестали размахивать руками, предупреждая о маневре.
Впервые на отечественной машине появился электрический стеклоочиститель и даже такая приятная мелочь, как плафон освещения салона. Создатели «Победы» не обошли стороной и качество внутреннего дизайна. На ГАЗе изобрели технологию особой окраски металла, после которой поверхность практически не отличалась от отделки ценными породами древесины.
«Победа» стала и первым массовым советским автомобилем. За 12 лет было выпущено 241 497 ее экземпляров. Для того времени это огромные цифры, соответствующие в наше время десяткам миллионов единиц. Ну а качество производства было таково, что некоторые «Победы» успешно ездили по дорогам и спустя полвека.
С начала производства и до конца 50-х годов XX века купить автомобиль «Победа» можно было по цене 16 000 рублей. Для сравнения: заработная плата рабочих в то время колебалась от 800 до 3 000 рублей. Шахтеры и металлурги получали еще больше - до 8 000 рублей в месяц. Заработная плата рядового инженера составляла 1 200-1 300 рублей. Секретарь райкома КПСС, то есть представитель власти, получал 1 500 рублей.

Когда окончательно выяснился успех нового легкового автомобиля, все создатели «Победы» были награждены Сталинскими премиями - самыми крупными и высшими денежными наградами, которые тогда существовали в нашей стране.
Еще одно событие, связанное с появлением «Победы», - прорыв советских автомобилей на мировой рынок. В 1950 году только город Стокгольм закупил для своего таксопарка 800 «Побед». К середине XX века машину импортировали в Швецию и Данию, Бельгию, Австрию, Финляндию.
Массовое городское такси в Финляндии вообще появилось в те годы именно благодаря автомобилю «Победа». В СССР же специально для таксопарков Москвы и всех областных центров было выпущено 37 492 экземпляра этого автомобиля в специальной комплектации и с таксистскими «шашечками» на бортах.
Небольшие партии «Побед» тогда продавались в Великобритании и даже в США. Как писал в 1953 году американский журнал Auto Age, «американские инженеры тщательно осмотрели Победу и сочли качество изготовления по многим показателям отличным».
Уже перед «финишем» в 1956 году дизайнер Юрий Долматовский поработал над рестайлингом «Победы» ради повышения комфорта: заднее стекло машины было увеличено, передние сиденья стали раздельными, изменилась форма заднего дивана, получившего боковую поддержку. Производство «Победы» было полностью остановлено 31 мая 1958 года на отметке 235 999 экземпляров. Его место на конвейере занял новый автомобиль-легенда ГАЗ-21 «Волга».

Из сети

Самая невероятная катастрофа советского истребителя: как один самолет попытался сбежать без пилота.

В 1989 году на один из домов бельгийской деревушки Беллегем упал советский истребитель МиГ-23. Так закончился один из самых нелепых полетов в истории мировой авиации.

Трагедия начала разворачиваться в девять часов утра 4 июля 1989 года, когда с военного аэродрома польского города Колобжега взлетел истребитель МиГ-23 под управлением полковника Николая Скуридина. Это был обычный тренировочный полет, истребитель был не вооружен, если не считать 260 23-миллиметровых снарядов к авиационной пушке, полковник Скуридин был опытным летчиком, имевшим налет 1700 часов из которых 527 часов он налетал на МиГ-23.

Через сорок секунд после взлета что-то пошло не так: обороты двигателя стали падать, самолет прекратил набирать высоту и Скуридин решил катапультироваться, полагая, что истребитель через несколько секунд разобьётся. После эвакуации двигатель МиГ-23 вновь заработал, и самолет (уже без пилота) продолжил набор высоты.

Командование 871-го Померанского Краснознаменного истребительного полка, которому принадлежал самолет, после объяснений Скуридина решило, что МиГ-23 упал в Балтийском море и организовало поиски обломков истребителя, который тем временем сумел набрать высоту 12 000 метров и летел на запад на автопилоте. Самолет пересек границу Польши и ГДР, а при подлете к границе ФРГ был обнаружен операторами натовских радаров, которые «навели» на него два истребителя ВВС США.

Сблизившись с МиГ-23, американские летчики с изумлением увидели, что в кабине самолета никого нет. Также они доложили диспетчеру, что на самолете нет вооружения и предложили его сбить. Но диспетчер запретил сбивать советский истребитель, полагая, что обломки, падая с высоты 12 километров, могут накрыть весьма значительную, густонаселенную площадь, что могло привести к жертвам и разрушениям. В сопровождении американских самолетов МиГ-23 вошел в бельгийское воздушное пространство и почти дотянул до французской границы, где его уже поджидали истребители Mirage-2000, пилоты которых, в отличие от американцев, имели четкий приказ сбить самолет сразу же по пересечении франко-бельгийской границы.

Применять оружие «миражам» не пришлось: израсходовав все топливо, МиГ-23 начал плавно снижаться и в 10 часов 37 минут упал в нескольких километрах от французской границы. К сожалению, он угодил точно в один из домов бельгийской деревушки Беллегем, похоронив под его обломками 19-летнего Вима Деларе. Вот уж, что называется, не повезло, так не повезло...

Сразу же разгорелся международный скандал. Правительства Бельгии и ФРГ обратились за разъяснениями к советской стороне, пытаясь получить ответ на вопрос, почему это советские истребители без всякого предупреждения вторгаются в воздушные пространства других стран, а СССР в течение долгого времени не предупреждает о таких ЧП? Западноевропейцы больше всего опасались того, что на самолете могли находиться ракеты или бомбы и тогда масштаб разрушений был бы совсем другим. Кое-кто заговорил даже о том, что МиГ-23 мог нести ядерную бомбу, но советская сторона в лучших традициях гласности и нового мышления заверила, что вышло досадное недоразумение и что пока МиГ-23 летел над ФРГ и Бельгией, его обломки искали в Балтийском море. Вот почему западноевропейским «партнерам» ничего не сообщили заранее.

Советский Союз предложил создать двухстороннюю комиссию по расследованию катастрофы и также согласился выплатить 685 000 долларов компенсации за гибель Вима Деларе и уничтожение дома. Вскоре советские специалисты были допущены к месту катастрофы, им даже было разрешено вывести обломки истребителя обратно в СССР. Во многом такое сотрудничество стало возможным благодаря разрядке конца восьмидесятых годов, когда два военных блока – НАТО и стран Варшавского договора — начали налаживать диалог, перестав смотреть друг на друга как на непримиримых врагов.

Полет беспилотного МиГ-23 из Польши в Бельгию, когда самолет смог без участия летчика пролететь более девятисот километров, является в чем-то уникальным. В истории мировой авиации и раньше были случаи, когда летчики слишком быстро покидали самолеты, и те продолжали еще какое-то время лететь самостоятельно, но никто не смог проделать такой длинный путь. Этот полет можно было бы считать курьезным, упади МиГ-23 где-нибудь в чистом поле, но закончился полет трагедией. Видимо, несчастному Виму Деларе самой судьбой было предназначено погибнуть таким образом, ведь проработай двигатель МиГ-23 хотя бы на секунду больше или меньше, то молодой человек остался бы жив.

Стоит упомянуть и еще один малоизвестный факт. В тот же день, 4 июля 1989 года, случилась еще одна катастрофа, также приведшая к печальным последствиям. Все в той же Польше, в воздухе столкнулся советский фронтовой бомбардировщик Су-24 и польский планер. Произошло это опять-таки из-за череды нелепых случайностей и ошибок, и если повреждения Су-24 оказались не фатальными и летчик посадил бомбардировщик на своем аэродроме, то польскому планеристу столкновение с «сушкой» стоило жизни. Однако главной темой того дня в европейской прессе был «самолет-беглец» МиГ-23, тем более, что случился этот инцидент во время визита тогдашнего генсека Михаила Горбачева во Францию, куда за ним следом едва не прилетел и советский беспилотный истребитель.

Женщина курила сигареты почти 96 лет, съедала около килограмма шоколада каждую неделю, жила совершенно одна до 110 лет — и всё равно стала самым старым человеком в истории, чей возраст был официально подтверждён.

Её звали Жанна Луиза Кальман, и её жизнь была настолько необычной, что учёные десятилетиями изучали феномен её долголетия.

Она родилась 21 февраля 1875 года в Арле, тихом городе на юге Франции. Чтобы вы понимали, это было время до появления автомобилей, самолётов и массового распространения электричества в домах.

Эйфелева башня ещё не была построена. И всё же Жанна прожила достаточно долго, чтобы увидеть интернет, мобильные телефоны и мир, который изменился до неузнаваемости.

Когда ей было всего 13 лет, по её воспоминаниям, в художественную лавку её семьи зашёл неопрятный незнакомец и купил несколько холстов.

Этим человеком, как позже рассказывала сама Жанна, был Винсент ван Гог. Она описывала его как грязного, плохо одетого и неприятного. Документально подтвердить эту встречу невозможно, однако историки считают её вполне вероятной: в то время художник действительно жил в Арле.

Тогда Жанна и представить не могла, что перед ней стоит будущий гений мировой живописи. Спустя всего два года Ван Гога не станет, а ей будет суждено пережить ещё более века истории.

Она выросла, вышла замуж, создала семью и жила, казалось бы, обычной жизнью в Арле. Но время шло, а Жанна продолжала свой путь. Она потеряла мужа, дочь и внука. Десятилетия проходили. Мир менялся до неузнаваемости — две мировые войны, высадка человека на Луну, падение Берлинской стены, появление интернета. А Жанна всё ещё была здесь.

Она курила с 21 года. Бросила только в 117 лет — не из-за проблем со здоровьем, а потому что зрение стало слишком слабым, чтобы самостоятельно зажечь сигарету, а она была слишком гордой, чтобы постоянно просить помощи.

Она съедала около килограмма шоколада в неделю и, по воспоминаниям современников, регулярно позволяла себе небольшую рюмку портвейна.

Она использовала оливковое масло — втирала его в кожу и добавляла в пищу. Она ездила на велосипеде почти до 100 лет. И жила одна в своей квартире до 110 лет, когда всё же неохотно переехала в дом престарелых.

Даже в последние годы она сохраняла ясный ум. Когда в 90 лет Жанна заключила с адвокатом Андре-Франсуа Раффре договор пожизненной ренты, он был уверен, что совершил выгодную сделку. По условиям договора он должен был ежемесячно выплачивать ей определённую сумму, а после её смерти получить её квартиру.

Но судьба распорядилась иначе: адвокат умер раньше своей клиентки, а его семье пришлось продолжать выплаты. Эта история стала одной из самых известных в истории подобных соглашений.

В 1995 году Жанна Кальман была официально признана старейшим из всех когда-либо достоверно подтверждённых людей. Она умерла 4 августа 1997 года в возрасте 122 лет и 164 дней. Почти три десятилетия спустя этот рекорд остаётся непревзойдённым. После неё ни один человек с документально подтверждённым возрастом не смог преодолеть рубеж в 120 лет.

Учёные тщательно изучали её историю, пытаясь найти секрет столь невероятного долголетия. Генетика? Образ жизни? Питание? Отношение к жизни? Единого ответа так и не существует. Известно, что её родители и брат тоже прожили долгую жизнь.

Однако специалисты считают, что долголетие Жанны, скорее всего, стало результатом сочетания наследственности, благоприятных условий жизни и активного образа жизни.

Когда её спросили о секрете долголетия, она ответила:

«Я плохо вижу, плохо слышу и чувствую себя неважно — но всё прекрасно».

В истории Жанны Кальман есть что-то удивительно спокойное и вдохновляющее.

Не потому, что она якобы доказала безвредность вредных привычек — это было бы неверным выводом. Скорее, её жизнь напоминает о том, что человеческий организм намного сложнее любых формул.

На наше здоровье влияют наследственность, образ жизни, окружающая среда, уровень медицинской помощи и внутреннее отношение к жизни. А чувство юмора, любознательность и умение радоваться каждому дню, возможно, тоже играют свою роль.

А как вы считаете, что действительно помогает человеку прожить долгую жизнь — наследственность, образ жизни, позитивный взгляд на мир или всё вместе? Поделитесь своим мнением в комментариях.

Из сети

Ленинградское чудо в ХХ веке
Посадка Ту-124 на Неву — уникальный случай в истории авиации

Многие наслышаны о чудесном "приводнении" пассажирского лайнера на реке Гудзон, которое СМИ назвали не иначе как "Чудо на Гудзоне". Напомним, 15 января 2009 года авиалайнер Airbus A320-214 авиакомпании US Airways выполнял плановый рейс AWE 1549 по маршруту Нью-Йорк — Шарлотт — Сиэтл.

Но всего через 1.5 минуты после взлёта столкнулся со стаей канадских казарок, и у него отказали оба двигателя... Экипаж благополучно посадил самолёт на воду реки Гудзон в Нью-Йорке.

По мотивам этого происшествия был даже снят одноимённый фильм. Однако немногие знают, что в советском Ленинграде произошло аналогичное чудесное спасение пассажиров самолёта.

Посадка Ту-124 на Неву — уникальный случай в истории авиации
21 августа 1963 года пассажирский самолёт, летевший из Таллина в Москву, совершил аварийную посадку на Неву. Ту-124 приземлился на воду Невы, неподалёку от Александро-Невской лавры. Это единственный случай в российской авиации, когда при посадке пассажирского самолёта на воду — никто не погиб.

В тот день небольшой пассажирский Ту-124, предназначенный для коротких перелётов, совершал обычный рейс из Таллина в столицу СССР. Сразу после взлёта летчики обнаружили, что переднее шасси полностью не убирается. К тому времени аэропорт Таллина накрыл густой туман и возвращаться туда было небезопасно.

Диспетчер принял решение посадить лайнер в Ленинграде. Долетев до города, судно стало нарезать круги над Северной столицей, вырабатывая топливо. В это время лётчики пытались полностью выпустить шасси, бив по нему шестом через пробитую в фюзеляже дыру, однако их усилия были тщетны.

Неожиданно, на восьмом кругу, когда топливомер показывал остаток топлива 750 литров, которого более чем достаточно, чтобы сесть в Пулково, но остановился левый двигатель. Экипаж запросил срочную посадку, ему разрешили пролететь над центром города по прямой.

Однако через несколько минут, когда воздушное судно пролетало над Адмиралтейством на высоте 500 метров, заглох и правый мотор. Самолёт бесшумно летел по инерции, с каждой секундой скорость и высота падали. Второй пилот, ранее летавший на гидросамолёте, крикнул, что лайнер нужно сажать на Неву.

Проблема заключалась в том, что на реке очень много мостов. Воздушный лайнер, снижаясь, миновал Большеохтинский мост, на высоте 10 метров промчался над ещё строившимся мостом Александра Невского. Рабочие на мосту с перепугу попрыгали в воду. Филигранно втиснувшись между мостами, самолёт плавно "приземлился" на водную гладь Невы, проскользил по волнам и остановился в 100 метрах от Финляндского моста.

При посадке судно получило несколько пробоин и начало потихоньку заполняться водой. К счастью рядом находился буксир, который отбуксировал самолёт к деревянным плотам у берега, по которым все 45 пассажиров и экипаж успешно эвакуировались и были направлены в Москву. По некоторым данным, в тот день на борту среди пассажиров был будущий Патриарх всея Руси Алексий II.

На набережной столпился народ, фотолюбители делали снимки необычного приземления. Вскоре появились люди из КГБ в штатском, которые стали всячески препятствовать съёмке, засвечивая плёнку. Однако несколько уникальных кадров, представленных в статье, все же уцелели. В ходе расследования инцидента было выявлено, что топливомер давал неверные показания из-за того, что пилоты перед взлётом некорректно установили остаток топлива.

Самолет после поднятия из воды решили не восстанавливать и передали в учебный центр как тренажёр. После спасительной посадки экипаж за самовольное приводнение сначала исключили из авиаотряда. Однако после публикации в прессе статей о спасительной посадке и героическом подвиге пилотов, начальство смягчилось. Экипаж все же представили к заслуженной награде.

Кроме того, не стоит забывать, что посадка лайнера с полуубранным шасси даже на подготовленную грунтовую полосу на брюхо в Пулково была авантюрой. Историю чудесного приводнения советского лайнера внесли во все авиационные пособия мира. Командир самолета Виктор Мостовой после восстановления на службе продолжил летать пилотом Аэрофлота, а позднее работал начальником смены во Внуково.

"Чудо на Гудзоне" и "Чудо в Ленинграде" в сравнении по мнению экспертов.
Оба случая подходят под описание "реактивный самолет с пассажирами на борту недалеко от центра густонаселенного города вынужден совершить посадку на реку". Здесь, конечно, важны детали. В нью-йоркском случае причина отказа двигателя была очевидна: самолёт врезался в стаю птиц. Роль экипажа ясна: выполняли полёт по процедуре, столкнулись с нештатной ситуацией, выполнили комплекс процедур для её решения, вышли за пределы этого комплекса с успешным результатом.

В случае с Ту-124 до конца всё-таки непонятно, что случилось. Лётчики выполняли полёт по стандартным инструкциям, столкнулись с нештатной ситуацией — заклинило переднюю опору шасси, потом что-то произошло, и экипаж оказался в самолёте без двигателей над густонаселенным городом.

Что писали СМИ и рассказали очевидцы.
В Ленинграде 21 августа 1963 года в результате стечения обстоятельств пассажирский самолёт Ту-124 приводнился на Неву. Всего известен 21 случай управляемых вынужденных посадок пассажирских авиалайнеров на воду, в 10 из которых при посадке никто не погиб; этот случай — один из семи, обошедшихся без жертв вообще, в остальных трёх случаях были утонувшие уже после эвакуации из самолёта.

Газета "Петровский курьер" № 39 (209) от 19 октября 1998 г.
В августе 1963 года по Ленинграду поползли слухи об уникальном ЧП. Серебристый пассажирский лайнер, сделав с десяток кругов над городом, неожиданно снизился и сел прямо на Неву. Через некоторое время ленинградцы видели, что самолёт буксируют по воде куда-то к устью Невы.

Думали, что это киносъёмка смешной комедии вроде "Полосатого рейса" или испытание спецтехники. Но впоследствии стали говорить, что самолёт этот — рейсовый, в нём были пассажиры, а за их спасение герой-командир корабля награждён орденом Красной Звезды.

Пассажирский борт "Ту-124" под командой Виктора Яковлевича Мостового, приписанный к таллинскому авиаотряду и шедший из Таллина в Москву 21 августа 1963 года, приближался к Ленинграду. Внезапно экипаж сообщил по радио, что заклинила одна из "ног" шасси и нормальная промежуточная посадка невозможна.

Заслуженный пилот СССР, профессор Академии гражданской авиации Анатолий Иванович Оркин считает, что командира экипажа Мостового и его подчинённых нужно было сурово наказать за разгильдяйство, а не награждать. Скандал вокруг посадки на Неву он ясно помнит.

Первоначально заместитель начальника Ленинградского управления гражданской авиации Владимир Васильевич Сиротин хотел отправить самолёт назад в Таллин — сажайте, мол, там. Но потом, учитывая особенности таллинского аэродрома, решили приземлить его на аварийной грунтовой полосе за городом по отработанной технологии — "на брюхо".

Подогнали пожарные машины, "скорую помощь". А чтобы посадка не грозила взрывом, капитану корабля дали команду "выработать топливо". Самолёт должен был кружить над городом, пока баки не станут почти пустыми. Затем Мостовому нужно было приземляться.

Тогда ещё разрешали самолётам летать над Ленинградом на высоте не ниже 400 метров (но после этого случая определили границы облета за городской чертой), и серебристая птица, не вызывая особого ажиотажа, долго кружила в небе. Затем вышло следующее. "Борт" панически сообщил, что горючее выработано... полностью, и минимум топлива для захода на посадку отсутствует.

Это значило, что экипаж увлекся, прохлопал расход топлива (либо приборы показывали ошибочные данные) и машина сейчас может рухнуть на дома. К счастью, внизу оказалась Нева. И "Ту-124" сел между Большеохтинским и Финляндским мостами.

Капитан катера, который плыл по Неве, вовремя сориентировался, подпёр одно крыло Ту-124 и начал толкать машину к берегу. Пассажиры и экипаж сошли. Что интересно, Главное управление Гражданского воздушного флота СССР сразу расценило "подвиг" Мостового как разгильдяйство.

И таллинский авиаотряд затем отчислил этого пилота. Но, по странной логике (были спасены иностранцы, поднялся шум). В итоге, командира корабля наградили. Вскоре Мостовой приехал в Ленинград учиться в Академии гражданской авиации. Ситуацию с награждением прояснил бывший работник Ленинградского обкома КПСС, просивший не называть его фамилию:

Во-первых, по свежим следам мы сразу сообщили в ЦК КПСС о подвиге летчика Мостового. Во-вторых, КБ Туполева восторженно отозвалось о высокой плавучести советской реактивной машины, благодаря чему спаслись люди. В-третьих, газеты успели раззвонить о подвиге экипажа. Так что ж, судить или наградить? Дали лётчику орден. Самолёт вывезли на понтонах в устье Финского залива, затем следы его потерялись.

Газета "Петровский курьер" № 41 (211) от 2 ноября 1998 г.
Ретросенсация 35-летней давности, связанная с аварийной посадкой пассажирского самолета на воды Невы, в душах петербуржцев возродила нечто вроде "национальной гордости великороссов". В редакцию позвонили 140 (!) свидетелей приводнения "Ту-124", явились моряки, непосредственно спасавшие пассажиров, работники авиаотряда и те специалисты, которые эвакуировали и разбирали крылатую машину. Теперь мы можем нарисовать полную картину происшествия, выделить то, о чём промолчали по цензурным соображениям центральные и ленинградские газеты в 1963 году.

Тогда "Ту-124" был "сырой", недоработанной машиной, свежеиспечённым детищем туполевского КБ. При попытке сесть в Таллине он потерял шаровой болт (его потом подняли на взлётной полосе), и машину с неисправным шасси отправили в Ленинград — садиться "на брюхо" на грунтовке в "Пулково". В полёте лётчики пытались "выбить" заклинившее шасси и даже прорубили днище фюзеляжа. Но ничего не помогало.

Руководитель полётов аэропорта "Пулково" Георгий Нарбут в тот день дал экипажу команду действовать по инструкции — выжечь топливо до запаса в одну тонну. Но беда в том, что топливомеры на борту не могли объективно указать, сколько горючего осталось. А посадка в нарушение инструкции с запасом хотя бы в 1200, 1300 килограммов "горючки" грозила летчикам разжалованием.

"Приземляйтесь на аэродром", — дал команду Нарбут. Но бортмеханик сказал командиру корабля Виктору Мостовому: "Витя, в баках есть резервный запас, моя лишняя тонна". "Иду ещё на один круг", — сообщил на землю командир. Но полёт "на авось" чуть не обернулся катастрофой. Один за другим заглохли два двигателя — горючего не стало как раз над "штабом революции" — Смольным. "Садись на воду! " — крикнул Мостовому второй пилот, бывший гидролётчик.

Командир приказал экипажу идти в салон и "отвлекать разговорами" пассажиров, а сам начал планировать в воздухе, насколько это было возможно на тяжёлой машине. Ошибаться было нельзя. Экипаж пронёсся в четырех метрах над строящимся мостом Александра Невского (с лесов в ужасе посыпались рабочие), увидел контуры Финляндского железнодорожного моста и сжался в страхе: врежемся… Но машина хвостом коснулась Невы, затем шлепнулась брюхом, слегка поднырнула и застыла... в сотне метров от опор моста. Говорят, 27-летний Виктор Мостовой поседел за эти секунды.

Но опасность не ушла. Пропоротый фюзеляж начал набирать воду, а глубина Невы здесь — 13 метров. К счастью, по Неве шел буксирчик постройки 1898 года с командой из четырех человек и смирно тащил сплавной плот. Увидели самолёт. Кто-то задорно крикнул: "Во, второй Чкалов объявился!" Но капитан Юрий Поршин оценил нешуточную ситуацию: он велел сбросить буксирный трос и оставить плот.

Капитан подвёл буксир к машине и крикнул летчикам: "Как вас зацепить?" Посовещавшись, разбили колпак кабины и зацепили трос за штурвалы пилотов. Самолёт подтянули к причалу у завода "Северный пресс", где вдоль берега стояли плоты. Крыло самолёта, согнувшееся при ударе о воду, аккуратно легло на плоты, образовав нечто вроде трапа. Пассажиры — сорок четыре человека, среди которых двое детей, — начали выходить через верхний люк, держа в руках вещи. Они были спокойны.

Сотни прохожих на берегу, рабочие соседних заводов, выбежавшие за проходные, кричали "Ура!" Вышел экипаж. Ему аплодировали. Примчался вертолёт из Пулкова, какой-то строгий начальник велел пилотам садиться вместе с полётными документами. Мостовой, красивый и стройный мужчина, вёл себя подчёркнуто спокойно. Вертолёт улетел. Из экипажа остался юноша-стюард, охранявший багаж. Затем подъехал автобус "ПАЗ" и увёз пассажиров в аэропорт, откуда их отправили в Таллин.

Пришёл пароход с водосливом, начал откачивать воду из самолёта. Но это было бесполезно, вода из пробоин прибывала. И "Ту-124" к утру затонул. На другой день под самолёт подвели понтоны и буксиром отправили его на территорию нынешней "Ленэкспо", к Шкиперскому протоку, где базировалась войсковая часть.

После комиссии приняли решение: машину списать из-за поломок. От неё отсоединили кабину и отправили в качестве тренажёра в Тамбовскую область, в Кирсановскую авиашколу. Красивые мягкие кресла продавали всем желающим по цене бутылки водки. Фюзеляж долго валялся на берегу, потом его разрезали на металлолом.

Виктора Мостового наградили орденом Красной Звезды, его экипаж — медалями. По некоторым сведениям, Мостовой после неудачной учёбы в Академии гражданской авиации уехал в Краснодарский авиаотряд. Капитана буксира Поршина наградили Почётной грамотой и часами.

Точную информацию об этом инциденте предоставили: бывший руководитель полётов аэропорта "Пулково" Г. М. Нарбут, командир корабля "Буревестник" А. Л. Демин, старшина 1-й статьи С. Б. Вершлер, бывший капитан буксира Ю. В. Поршин, бывший рабочий войсковой части В. И. Иванов, лётчик В. И. Антипенко, а также десяткам петербуржцев, которые были очевидцами этого ЧП.

Дальнейшая судьба экипажа
Виктор Мостовой до 1978 года работал в 200-м авиаотряде, потом до 1988 года работал начальником смены в аэропорту "Внуково", откуда ушёл на пенсию после инфаркта. В 1989 году с семьёй эмигрировал в Израиль, где умер в Кирьят-Гате в 1997 году. Последние годы перед кончиной работал рабочим на фабрике. Второй пилот Василий Чеченев вскоре после удачной посадки стал командиром воздушного судна (КВС), а затем и лётчиком-инструктором. Скончался в 2002 году.

35 лет спустя участники тех событий участвовали в телевизионной передаче "Как это было" на российском телевидении, и бывший второй пилот Василий Чеченев обмолвился, что "увлечённость" экипажа ремонтом шасси во время кружения вокруг города привела к тому, что был упущен момент, когда топлива ещё хватало до аэропорта. Ещё одной причиной, в программе было названо несовершенство датчиков указания топлива.

Нa cъeмкax фильмa «AФОНЯ» в Яроcлaвлe cоздaтeли cтолкнyлиcь c проблeмой. Выноcкy окнa к сцeнe «Афоня просыпaeтcя в комнaтe Кaти» планировали снимать на рaccветe. По cцeнaрию, в окнe должны были виднeтьcя молодожёны, но зa полчaca до cъёмок, выяснилоcь, что cвaдебное платье нeвecты зaбыли в Москве. Тогда опeрaтор Сергей Вронский, увидeв за окном лошадь, которая тащила телегу с бочкой и предложил Данелии снять её. Делать нечего, сняли лошадь.

- Кaк ты это потряcaюще придумaл! Кaк это точно! - восхищaлиcь поcлe просмотрa на Мосфильмe - Лошaдь! Он дeлaeт eй прeдложeние - a потом лошадь! Вот и Катя, как эта несчастная лошадь, будет тащить груз этого омерзительного хамства и нищеты всю жизнь!
Чeрeз год после выхода фильма в CCCР, прошлa пeрвaя прeмьeрa в Лос-Анджелece. Когдa нa экрaне появилась лошадь с бочкой, раздались аплодисменты. После просмотра Данелия спросил сидевшего рядом Рубена Мамуляна (классик американского и мирового кино), мол, чего это все аплодировали. На что прозвучaл отвeт:
- Не думай, что aмeриканцы тaкие тyпые, как пишут ваши газеты. Что тут понимать? Он её замуж позвал. И сразу - лошадь с повозкой. Замужем за ним она и будет как эта лошадь.

Сегодня мало упоминают о роли самого первого союзника СССР в борьбе с фашисткой Германией. Этим союзником стала Тувинская Народная Республика.

Переписанная современная история безжалостно стирает лица и судьбы тех, кто стоял до конца в одной из самых кровавых войн ушедшего века. Гитлеровцы во время Великой Отечественной войны называли тувинцев «Der Schwarze Tod» — «Чёрная Смерть».

Тувинцы стояли насмерть даже при явном превосходстве противника, пленных не брали. Такое прозвище они получили уже в самом первом бою.
31 января 1944 года в бою под Деражно (Украина) кавалеристы-тувинцы выскочили на маленьких лохматых конях с саблями на передовые фашистские части.

Чуть позже пленный немецкий офицер вспоминал, что зрелище деморализующе подействовало на его солдат, на подсознательном уровне воспринявших «этих варваров» как полчища Аттилы. Фашисты после этого боя дали тувинцам название der Schwarze Tod — Черная Смерть».

В своих мемуарах генерал Сергей Брюлов пояснял:
«Ужас немцев был связан и с тем, что тувинцы, приверженные собственным представлениям о воинских правилах, принципиально не брали противника в плен. И командование Генштаба СССР не могло вмешиваться в их воинские дела, все-таки они наши союзники, иностранцы-добровольцы, и на войне все средства хороши».

Из доклада маршала Жукова :
«Наши иностранные солдаты, кавалеристы слишком храбры, не знают тактику, стратегию современной войны, войсковой дисциплины, несмотря на предварительную подготовку, плохо знают русский язык. Если дальше будут так воевать, к концу войны никого из них в живых не останется».

На что Сталин ответил:
«Беречь, не бросать первыми в атаку, раненых возвращать в деликатной форме с почестями на родину. Живые солдаты из ТНР, свидетели, расскажут своему народу о Советском Союзе и роли их в Великой Отечественной войне».

Тувинская народная республика стала частью Советского Союза уже во время войны, 17 августа 1944 года. Летом 1941 года Тува де-юре была самостоятельным государством.

В августе 1921 года оттуда были изгнаны белогвардейские отряды Колчака и Унгерна. Столицей республики стал бывший Белоцарск, переименованный в Кызыл (Красный город).

Советские войска были выведены из Тувы к 1923 году, но СССР продолжал оказывать Туве посильную помощь, не претендуя при этом на её независимость. Принято говорить, что первой поддержку СССР в войне оказала Великобритания, однако это не так.

Тува объявила войну Германии и её союзникам 22 июня 1941 года, за 11 часов до исторического заявления Черчилля по радио. В Туве сразу же началась мобилизация, республика заявила о готовности отправить свою армию на фронт.

38 тысяч тувинских аратов в письме Иосифу Сталину заявили: «Мы вместе. Это и наша война». По поводу объявления Тувой войны Германии есть историческая легенда, что когда об этом узнал Гитлер, то его это позабавило, он даже не удосужился найти эту республику на карте. А зря.

На момент вступления в войну с Германией в рядах армии Тувинской Народной Республики насчитывалось 489 человек. Но грозной силой стала не армия Тувинской Республики, а её помощь СССР.

Сразу же после объявления войны фашистской Германии Тува передала Советскому Союзу не только весь золотой запас республики, но и добычу тувинского золота — на общую сумму 35 миллионов тогдашних рублей (платёжно-покупательная способность которых в десятки раз выше, чем нынешних российских).

Тувинцы приняли войну как свою. Об этом свидетельствует тот объём помощи, который небогатая республика предоставила фронту. С июня 1941 по октябрь 1944 года Тува поставила для нужд Красной армии 50 000 боевых коней, 750 000 голов скота. Каждая тувинская семья отдала фронту от 10 до 100 голов скота. Тувинцы же в прямом смысле поставили Красную армию на лыжи, поставив на фронт 52 000 пар лыж.

Премьер-министр Тувы Сарык-Донгак Чимба в своём дневнике написал: «Извели весь березняк рядом с Кызылом». Кроме этого, тувинцы отправили 12 000 полушубков, 19 000 пар рукавиц, 16 000 пар валенок, 70 000 тонн овечьей шерсти, 400 тонн мяса, топлёного масла и муки, телеги, сани, упряжь и другие товары на общую сумму около 66,5 миллиона рублей.

В помощь СССР араты собрали пять эшелонов подарков на сумму более 10 миллионов тувинских акша (курс 1 акша — 3 рубля 50 копеек), продуктов для госпиталей на 200 000 акша. Почти всё это безвозмездно, не говоря уже о мёде, плодово-ягодных консервах и концентратах, перевязочных бинтах, целебных лекарственных травах и лекарствах национальной медицины, воске, смоле…

Из этого запаса Украине в 1944-м было подарено 30 тысяч коров. Именно с этого поголовья началось послевоенное возрождение украинского животноводства. В телеграмме Президиума Верховного Совета Украинской ССР Президиуму Малого Хурала Тувы отмечалось: «Украинский народ, как и все народы СССР, глубоко ценит и никогда не забудет той помощи фронту и освобождённым районам, которую оказывают трудящиеся Тувинской Народной Республики…».

Осенью 1942 года советское правительство разрешило принимать на военную службу добровольцев из Тувы и Монголии. Первые тувинские добровольцы — около 200 человек — вступили в ряды Красной армии в мае 1943-го и были зачислены в 25 отдельный танковый полк (с февраля 1944 года он был в составе 52 армии 2 Украинского фронта). Полк воевал на территории Украины, Молдавии, Румынии, Венгрии и Чехословакии.

А в сентябре 1943-го вторую группу добровольцев — 206 человек — зачислили в состав 8 кавалерийской дивизии, участвовавшей, в частности, в рейдах по фашистским тылам и бандеровским (националистическим) группам на западе Украины.

Первые тувинские добровольцы представляли собой типичную национальную часть, они были одеты в национальные костюмы, носили амулеты. Только в начале 1944 года советское командование попросило тувинских воинов отправить свои «предметы буддистского и шаманского культа» на родину.

Всего за годы войны в рядах Красной армии служили до 8 000 жителей Тувы. Около 20 воинов-тувинцев стали кавалерами ордена Славы, до 5 000 тувинских воинов награждены другими советскими и тувинскими орденами и медалями.

Двум тувинцам было присвоено звание Героя Советского Союза — Хомушку Чургуй-оол и Тюлюш Кечил-оол. Хомушку Чургуй-оол был всю войну механиком-водителем танка Т-34 52 армии того самого 25 танкового полка. Другой тувинец, Кыргыз Чамзы-рын, кавалер многих советских орденов, в том числе ордена Славы, встретил 9 мая в Праге.

Можно привести множество других боевых эпизодов, характеризующих храбрость тувинцев. Вот только один из таких случаев: Командование 8 гвардейской кавалерийской дивизии писало тувинскому правительству: «…при явном превосходстве противника тувинцы стояли насмерть. Так, в боях под деревней Сурмиче 10 пулемётчиков во главе с командиром отделения Донгур-Кызыл и расчёт противотанковых ружей во главе с Дажы-Серен в этом бою погибли, но ни на шаг не отошли, сражаясь до последнего патрона.

Свыше 100 вражеских трупов было насчитано перед горсткой храбрецов, павших смертью героев. Они погибли, но там, где стояли сыны вашей Родины, враг не прошёл…». Тувинцы не только помогали фронту материально и храбро сражались в танковых и кавалерийских дивизиях, но и обеспечили постройку 10 самолётов Як-7Б для Красной армии.

16 марта 1943 года на подмосковном аэродроме «Чкаловский» делегация Тувы торжественно передала самолёты в распоряжение 133 истребительного авиационного полка ВВС РККА. Истребители были переданы командиру 3 авиационной истребительной эскадрильи Новикову и закреплены за экипажами. На каждом было написано белой краской «От тувинского народа».

К сожалению, до конца войны не сохранился ни один самолёт «тувинской эскадрильи». Из 20 военнослужащих 133 авиационного истребительного полка, составлявших экипажи истребителей Як-7Б, войну пережили только трое.

Помощь Тувы СССР в годы войны вполне вписывается в известную поговорку: мал золотник, да дорог. А если отбросить метафоры — тувинский народ делился самым последним с народами СССР во имя Победы.

История республики и её народа впечатляет. Всего один штрих. Поистине беспрецедентно политическое долголетие одного из лидеров Салчака Калбакхорековича Тока (1901 — 1973), руководившего Тувой с конца 1920-х до своей кончины в 1973-м.

Так долго ни один деятель не руководил ни одной страной!
Его уважали Сталин, Хрущёв, Брежнев, генералиссимус Чан Кайши (руководитель Китая в 1928 — 1949 годах, затем Тайваня до 1975 года), руководитель и маршал Монголии Хорлогийн Чойбалсан (1930 — 1952 годы), его преемник Юмжагийн Цеденбал.

После преобразования республики в октябре 1944 года в Тувинскую автономную область РСФСР Тока стал первым секретарём Тувинского обкома партии.

С 1971 года он член ЦК КПСС и Герой Социалистического Труда. Кроме того, Салчак Калбакхорекович Тока считается основоположником тувинской советской литературы: его рассказы и статьи стали появляться в тувинской и советской печати ещё в начале 1930-х годов. Автобиографическая повесть Токи «Слово арата» (1950 год) была удостоена в 1951 году Сталинской премии по литературе.

Изий Гармин

Из сети