Поиск по автору:

Триллер «Тёща».
Часть 1 (одын дома).
Жизнь — это не сказка!
Жизнь — это боль!
Зачем так бестактно твой каблук наступил на мою мозоль?! Не сыпь понапрасну на рану соль. Экономь!
Стой, это вообще плохая примета. Геморрой!
Представь, дорогая. В моём шкафу завелась дряхлая как мир и совершенно ненормальная моль. Всё время стучится, говорит скрипучим противным голосом: «Открой!»
А я ей говорю: «Уходи отсюда, тёща, уходи скорей! Ты опять забыла ключ от дверей и пароль. У тебя в семье дурная роль. Лучше улетай на своей метле скорей домой!»
Да так и не пустил. Ой! Зачем так больно по голове, Оль?! Я вовсе не ноль. О-о-о-о! Что-то быстро потемнело. А это чо, кровь?!
И стоит какая-то такая грустная старушка надо мной с косой. Тёща???
Чёрт! Не надо вот так грубо между ног. Я ещё пока живой!!!...
Часть 2. Экшен.
Ну вот и я иногда готов взгрустнуть порой. Ну-ка, мужик, веселей копай, не стой! Не филонь! Скорее яму рой!
Я тут случайно укололся, кажись, ножом. Вся жизнь теперь в труху. Совсем больной!
Опять очнулся. Лежу в гробу. Какой отстой! Могильщик наш, кажись, ушёл в запой. А у нас что-то холодно, понимаешь, на кладбище зимой. И вот я, разумеется, в одних семейных трусах и белых тапочках бегу, петляя по сугробам, уже домой. Я почти что супермен, такой простой герой! Земля в ушах, в глазах огонь! За мной же бегут две женщины с мачете и ружьём. Добить милого, наверное, хотят вдвоём. Какие дуры, хотя бы сняли туфли!
Врёшь! Нас просто так сегодня не возьмёшь! Не стой! Прорвёмся! Ведь здесь главное — не скули и не ной!
Жизнь — это не сказка!
Жизнь — это боль!

Самый страшный враг — это бывший лучший друг.
Самый страшный и, возможно, странный лучший друг — это тот, кто порой крайне необходим для знакомства с симпатичной подружкой, подчёркивать твою потрясающую симпатичность по сравнению с ним (ну а чем мы хуже баб), ну или для изображения в дальнейшем, без сомнения, храбро побитого хулигана.
Но вот беда, чуть увлёкшись, ты получаешь действительно реально страшного врага!

Ещё раз о тараканах и мухах.
Срали они на нас!
Ещё раз о большинстве политиках и олигархах.
Клали они...

Господа французы и иные макаронного монстра поклонники,
Предлагаю вам перейти на другую сторону
В твердого неба сторонники.

Ещё одна ваша любимая про Вовочку. 😵‍💫
Вовочка часто играл с топором,
То кашу готовил, то пиратский пил ром.
Когда нету родителей, квартира — дурдом.
Вчера за кошкой гонялся с огромным ружьём,
А с утра поваром был и чуть-чуть палачом.
Вот зря не благоразумные соседи сегодня за солью зашли.
Ну зато вот отличные получились из них беляши.

Уголовная хроника.
К сожалению, опять не состоится знаменитый аукцион с эксклюзивными молодильными яблоками из тридевятого царства. Главный аукционист Кощей и его помощница Баба Яга за мошенничество и воровство были безжалостно отправлены в колонию для малолетних преступников.

С детства боксёр Кличко часто страдал всем, ну и в частности одиночеством. И только его отражение, впоследствии на ринге всё-таки признавшийся близнецом, иногда скрашивало его суровое существование в казематах советской действительности.
Жизнь ведь это череда непрекращающихся, порой унизительных ударов, и тут главное сохранить главное. Свой орган размножения и, наверное, мозг. Ну или то, что от него осталось! Вот!
Кличко выдающийся деятель и несгибаемый титан современности...

Вскрылись новые файлы Эпштейна о зелёных и даже, возможно, голубых человечках. Те в отместку и потом, предвидя это, не раз незаметно прилетали и мстили на оргиях многим, очень многим известным личностям. Попытки догнать и снова разоблачить их кончались опять же суровыми оргиями с догоняющими. Скоро, очень скоро из-за этого безобразия, появится новое поколение западных политиков.

Если бы знал, где придётся пасть, то не падал бы.
Если бы узнал, что придётся испытать, то не встал бы.
Никогда и ни за что.
Вот что я вам скажу, мужики и бабы.

Прискорбно быстро и снова прошло это волшебное лето, и началось!
Началась опять нежданно ненастно-промозглая осень.
И я упорно и бескомпромиссно теперь начал заново бороться с зависимостью от нашего замечательного мороженка и постоянно влекущего пляжного отдыха.
С помощью горького шоколада, согревающего коньяка, железно-бетонной воли и китайского пуховика.
Застряв, казалось бы, навечно, стучась хоть и образно, но головой об прозрачную стенку под этим плаксиво-хмурым небом на нашей недолговечной петляющей дороге жизни. В извечно-угрюмой и, казалось бы, бесконечной, еле ползущей, будто на чьи-то похороны, пробке!
Чёрт, а ведь скоро ещё и зима!
Дорогу заметёт, и скроется, как будто от стыда в сугробах, осень.
Я здесь за тортики и чёрно-кофе!
А там, вот несомненно, будет и полегче! Бороться, как всегда, упорно мы начнём и будем с весом!

На меня не нашлось у моего милого, этой ночи силы.
Знаю, точно говорил, виноваты в этом только голубые.
В каждом, даже старом утюге слышно, что творится в мире.
Только пиво с водкой помогает милым пережить, эти страшные картины.

Жизнь — это просто,
Жизнь — это дар.
Сильные грозы,
Внезапный удар.
Ласты отбросив,
В конце-концов все мученики
Отправятся в рай.
А впрочем, может всё иначе!
И в другой совсем край?
Вот ведь незадача.
Ну, блин, тут хоть не летай!
Завтра же сдам свой самолётный билет.
К чёрту все полёты.
Не хочу пока на тот свет.
А как же до Владивостока!?
Поездом? Ну не-е-ет!
А до Владивостока лучше возьму
Ну конечно велосипед!

Армейские мудрости СССР — РОССИЯ.
Пока наш враг бесславно и заумно изучает свои карты, жуя чего-то там со скуки, мы же, ничуть не смущаясь, беспощадно и умело меняем наши родные и такие загадочные ландшафты. Готовьтесь, суки!
Средь бесконечного пространства нашего необыкновенного могучего государства за каждым пнём застыл в суровой позе ракетный и готовый ко всему расчёт. Вот сходит в туалет и снова в бой! Пока не прозвучал ещё в ушах отбой!
На каждый ход врага, тузом или шестёркой, поставим ему мат прямым ударом точным. В любой момент и даже среди холодной мрачной ночи. Заранее достанем враз его, вот неожиданность, из трусов в горошек хорошо заранее заточенной патриотической отвёрткой.

Бесцельно и бессмысленно рождают люди рифмы приблизительно.
Пускай ты и не поэт, но выдать должен в этой жизни хоть один сонет.
Вот цензор мой, ты мне ответь, за что не любишь и не печатаешь мой бред!?
Другим же открыт сей просторный путь.
А я теперь угрюм, в печали, ну и в целом просто жуть.

Самый лучший негр на земле — это тот, что живёт в Литве. А в Латвии и Эстонии? Всё те же рожи, всё та же жизни проза и в тех же позах, что в колониях. Невозможно взирать на это всё без содрогания, гнева либо иронии!

К 23 февраля.
И как эти граждане на гражданке живут!?
Строем не ходят, боевые правильные песни не поют. Портянки не носят, не по распорядку встают, одним словом, дикари!

К 23 февраля.
Не каждой обезьяне можно в армии доверить гранату. А потому, в нашей армии, они ходят только с автоматом.
А то вот возьмёт, какая-то новоприбывшая макака и шмальнёт её куда-то, а мы в это время с товарищем генералом опять бежим и обсираемся.
Не порядок!

К 23 февраля.
Альтернативно одарённый солдат скачет по минному полю, как сайгак. Все, как дураки, стоят, тупо смотрят вниз или в лес. А он вот сейчас, ещё мгновение, и взлетит выше всех!

К 23 февраля. С праздником!
Мало кто из уважающих себя командиров, изредка, но с возрастающим интересом и раздражением рассматривая у себя в кабинете чёрный квадрат, хоть раз в жизни, но всё же не мечтал в ответ нажать эту чёртову красную кнопку.
Весь мир в труху, буржуи, бойтесь!
Но это будет лишь потом и, может, после.
А сейчас, дежурный! Где мой подарочный набор! Восьмое марта скоро!

Все люди — сволочи, или Последняя комаринная песнь в доме отдыха номер 7.
Все люди — сволочи! — думал комар.
И снова, каждую ночь, пить неустанно кровь продолжал.
Каждый, каждый норовит по мне нанести хоть один удар.
А я ведь юн, красив, удал!
А эти! Эти с табуреткой или тапком на меня!
Мечтают гады втихаря, чтоб в ящик поскорее я сыграл.
Нет, не выйдет, господа!
Есть у меня бесценный дар.
Я очень, очень шустр и чрезвычайно мал.
И вам об этом я не раз жужжал, в постели нежно обнимая.
А вы, а вы всё доктор, доктор, санитар!
Он снова, снова ко мне через окно попал!
Все-е-е-е, все люди — сволочи!
Не через окно, а через форточку.
А впрочем, впрочем, я так и знал!

Лучший враг невидимки — это слепой параноик. Сколько ни плюй в колодец, водой не наполнишь. Господа, леди и джентльмены. Все мы на кладбище, под землёй, всего лишь товарищи.

Когда пить уже не нужно, но невозможно. Тост.
Так выпьем же за Снежану, за бабу моего снеговика.
За струи зимнего дождя.
За неприглядный лес и разных там чертей, что окружают потихонечку меня.

Сейчас даже когда смотришь только в окно, всё кажется, что вся окружающая жизнь — это сплошное кино или безумная матрица!
Закрадываются иногда и какие-то ещё смутные подозрения, когда смотрю на себя в айфон, что вот голос вроде похож и физиономия моя, а всё же ну не я, не я!
Пускай меня целует Мерлин Монро и единороги танцуют на заднем плане вроде, и я похож на Волдеморта, сидя с утёнком голым в ванне, но тёща мило улыбается, стоя рядом, это же явный перебор! Такое не может быть, точка и всё!

Белая горячка, в отличие от какой-то там белочки, всегда приходит весьма неспешно, степенно и только к белым уважаемым людям.

Опытный чукча, при вселении в новый дом прежде всего, всегда покупает очень большой холодильник.
Вы спросите для чего?!
Для того чтобы в суровую долгую зиму, если что, было где погреться!

Если и строить новую стену, новый железный занавес на нашей печальной сцене бытия, то только, желательно, на территории наших безумных врагов и из их хладных трупов. Но, боюсь, и этот занавес наши западные «друзья» вскорости растащат по бедности на металлолом.

Может, этот малороссийский стих сейчас и смешон.

Ночь нынче лунная, звёздная, ясная.
Видно всё, как будто бы днём.
Выйдем, любимая, за день уставшая,
В лес на минутку вдвоём.

Присядем-ка вместе с тобой под калиною.
Правой рукою нежно обнимаю твой стан.
Глянька, моя рыбка, волной серебристою
Стелется в поле туман.

Лес наш волшебный, весь лунною пронизанный,
То ли затаился, то ли, может быть, спит.
Только на стройной высокой осинушке
Лист чуть заметно дрожит.

Небо раздольное, осыпано звёздами.
Что за чудесная нынче пора.
Под тополями жемчужными каплями
Блещет ночная роса.

Да ты не бойся, что ноженьки босые
Вдруг окунулись в росу.
Я же тебя, милая, прямо до самой пороженьки
Сам на руках донесу.

Ты не страшись замёрзнуть, лебёдушка.
Нет ведь ни ветра, ни туч.
Нежно прижму тебя к своему сердцу горячему юному.
Чувствуешь, как жар его жгуч?

Ты не пугайся, что могут подслушивать
Тихие наши слова.
Ночь уложила и сном всех окутала.
Спит даже лесная трава.

Спят и друзья, и вороги лютые.
Их не тревожит наш искренний смех.
Мы же с тобою любовью хранимые.
В небеса воспоряя, обнимаемся, и это вовсе не грех.

В целях противопожарной и иной безопасности курить противопоказано тем, кто много пьёт, и наоборот. Пора, пора уже порвать этот цинично замкнутый порочный круг.

Чем дальше ближний, тем больше его люблю.

Давно развелся их прах, и учреждения такого давно на карте нет, а письма всё равно шлют туда, как всегда, в основном подметные и отчаянные. В том числе и поклёпы, наветы стрёмные, злобные, ну куда же без этого. Всё нескончаемыми серыми сериями идут и идут с какой-то безумной надеждой и безусловно надёжным адресом проверенным: площадь Дзержинского, НКВД, товарищу Ежову или Берию.

Каждое позитивное отрицание (ну хотя бы возьми гениального меня) — это тоже фактически знак согласия и поддержки, выраженное, по-видимому, случайно иногда в этом непритязательном знаке тире! А минус — это для других бесталантных оболтусов. Верните на главную страницу хотя бы плюсики-крестики, а то любовь ко мне не так очевидна и иногда не совсем видна! Слава Пафнутию Бурвидусу везде и всегда!

После проведённой экспертизы в пельменях с бараниной, баранов не обнаружено, за исключением самого покупателя.

Сегодня каждый, вроде, молит Бога о хорошей погоде.

Всё было бы, конечно, так, если бы не случилось эдак!
Жизнь — это сначала оптимистический оптимизм, осторожный оптимизм, пессимизм, мрачный пессимизм, пофигизм, пофигизм и, конечно, вишенка на торте, похороны!
Но до каких-либо приемлемых похорон нужно и дожить! А до хороших похорон нужно ещё и доработать!
А до очень-очень хороших похорон с правильным вежливым закапыванием в хорошем правильном месте с красивыми венками и надлежащими почестями в нормальный экологический чистый родной чернозём. Я уж не говорю о соответствующем золото-платиновом памятнике с окружающими его бесконечно-печальными и просто несчастными родственниками, лишёнными моей обворожительной улыбки и, конечно, огромного наследства! И для всего этого нужно жить, жить очень-очень долго и совсем-совсем хорошо. Да и готовиться к этому печальному трагическому событию нужно уже с детства, с пелёнок! Так о чём это я.

Недавно узнал, что самое большое количество маньяков, на квадратный метр — это в США. А почему? Ответ простой: в других странах их никто не подсчитывал.

Лучшая болезнь после паранойи — это маразм! Ничего не помнишь, ни каких обид, ни какого другого зла, одним словом, красота! Правда, это с какой стороны иногда посмотреть, вот, к примеру, забудешь, где капкан вчера поставил, а сегодня сам туда сядешь! Ладно какой очередной сосед, в саду закопаю, а себя жалко.

Сегодня утром на зарядке потерял я, убегая от собаки,
Свои розовые пушистые с помпоном тапки!
Как только отдохну и стану всё же с раскорячек,
Снова там же побегу, попрошу вернуть их, тёщин её любимый подарок, тех очень милых собачек.

Зачитавшись об любимом, его слезливым письмом.
А потом, утром проснулась, целуясь с котом.

Логика — это страшная сила и местами уже запрещена за свой, свой слишком неудобный вид!

Письмо на...
Все мысли мои не о том, ни о сём.
Где-то в Америке вышел закон.
Мне бы должно, конечно, на это плевать.
Но только есть вопрос, твою мать.
Любопытно узнать: что за дела?!
Кто катит болон на нас, на меня?
Санкции, санкции, красивое слово, не правда ли?
А может, это опять Пентагон
Затеял свои грязные махинации?
А может, это местный райком
Свихнулся, забыв о советской вакцинации?
Вот беда, где же вы все, объединённые нации?!
Гнусные происки, пора на пролом.
Сейчас подождите, только найду свой перрон.
И завтра, конечно, поеду в Америку со своим любимым топором.
Буду всех мелко так их шинковать,
Чтобы не смели, свой рот на нас и меня раззевать.
Даром что ли, я их язык целый год, ходил изучать.
Санкции, санкции, красивое слово, не правда ли?
Это вам не игра, ваши вшивые коварные манипуляции.
Скоро приеду, ждите, буржуи, кастрации.
2004 год.

Берегись автомобиля 2.
Каждый может быть прохожим.
А любой, даже очень случайный прохожий, может потенциально оказаться свидетелем.
А любой свидетель вполне может стать подозреваемым. А подозреваемый легко превращается в обвиняемого. А обвиняемый, если очень постараться, оказывается в конечном итоге виновным. Ну а виновный — это уже практически преступник. А преступник неизбежно становится приговорённым, если, конечно, с адвокатом не повезло или взятку мало и не тому дал. А любой приговорённый преступник — это уже не только теоретически, но и порой фактически уголовник. Ну и любой уголовник — это наверняка будущий рецидивист. В общем, сколько верёвочке не виться. От тюрьмы и от суммы. Хоть на улицу не выходи.

Опять только для вас, мои без сомненья, гениальные стихи.

Слепой осёл увидел как-то свет,
Пошёл к нему, нашёл овёс,
А счастье — нет!
Хотелось ему бы хотя бы золото найти,
Как говорили ему знакомые все ишаки,
Если найдёшь, откроются и освещены будут все твои пути!
Но время шло, настал уже обед,
А злата и даже хотя бы серебра,
Как и закончившегося вдруг овса,
По дороге у слепца всё нет и нет!
У каждого везения есть пределы, срок,
Вокруг осла, как всегда,
Теперь одна трава растёт,
Такой у нас тут выдался урок!

Поход ради знаний.
Хотел повысить, по многим настоятельным просьбам окружающих, свой и так выдающийся интеллект, шёл даже в направлении потенциально умных книг и других разнообразных источников знаний волевым бескомпромиссным шагом. Как увидел, опять чисто случайно, коварную пивную со своими добрыми друзьями на этом нелёгком пути. Тяжело вздохнул и свернул немного для чуть-чуть и недолго передохнуть. Передохнул! Вот попутал чёрт дорогу! Насрал в сапоги, подкинул мне краплённую колоду.
Хоть в этот очередной раз так и не получилось дойти, не повезло.
Но, думаю, уж в следующий раз обязательно дойду иль доползу, хоть и не в меру качаясь. Остановите шар земной, я проблююсь и обо всём покаюсь!
Тем более от этой пивной не так уж и много чего и целым осталось! Голова трещит, а в горле сушь.
Да и немного поколоченных и повреждённых друзей моих ведь тоже малость жалко, их нужно непременно и куда-нибудь вернуть или до больнички хоть как-нибудь да доставить! А завтра снова продолжу свой героический
поход, упорный труд. Не скрою, идти вперёд — нелёгкий путь! Надеюсь, знания от меня пока не убегут! А убегут, тем хуже будет и для них! Урою!

Редактор, верь, что придёт пора,
И на обломках стихотворного утильсырья
Напишут наши имена,
Гиганта мысли, мастера пера
Пафнутия Бурвидуса.

У каждого самурая есть своя Фудзияма.
Семеро одного не бьют, восьмого ждут.
В каждом человеке есть порой, холодные мозги и горячее сердце.
А если чуточку покопаться, то найдётся и печень в перце.

Есть версия, что на нашей необъятной планете в центре спрятан огромный алмаз зеленовато-голубоватого цвета. И многие очень жадные люди, словно черви, грызут и грызут кожуру земли, пытаясь добраться до драгоценной сути этой. А далеко в, казалось бы, бескрайних небесах, когда прячется фонарик уставшего 🌞 Бога Ра за краем горизонтом, проявляются красивые дырки на чёрном небосводе и вечная подруга Ра Луна. 🌙 Он постоянно и всегда, любуясь ею, подсвечивает её, пока она кружится над планетой.

Если читатели какого-либо произведения смеются, то вполне возможно, что они смеются не над сутью этого произведения, а над самим произведением и тем самым над его непосредственным творцом, автором сего недоразумения.
Ну что ж, пусть будет так. Возможно, вы напишете гораздо лучше, и тогда...
Впрочем, хватит мечтать, вы просто все завидуете! Горите тогда синим пламенем, бесталантные неудачники!

Не жалуйся и не ропщи на судьбу,
Она ещё та старомодная стерва.
Начинаешь или только закончишь ты игру,
Как снова приходится возвращаться на проклятый круг,
Где нет туза, ни семёрки и в утешение даже дамы черва.
А остаётся лишь отчаянье и порванный сюртук,
Огромные долги и два оголённых нерва.

А кто приходит к белочке после новогодних праздников, если и она перепились в стельку!? Ну не знаю, наверное, дятел.
Но к Трампу явно кто-то пострашней вчера пришёл, раз ракетами и бомбами шмаляет. Может, Мадуро?

Оптимистам всегда принадлежит только лучшая часть кладбища.