Поиск по автору:

Пастор Шлаг Пастернаку. (из переписки)

Во всём хотелось нам дойти
до полной жопы.
До мест вот этих. До черты,
до края чтобы.
 
До сучности текущих дней,
До правды рвотной.
До подоплеки, до костей.
До подноготной.
 
Всё время разрывая нить
судеб, событий,
опошлить всё и разлюбить.
Закрыть открытья.

О если был бы толк и прок,
хотя б отчасти,
Я написал бы кучу строк
о нашей власти.
 
О беззаконьях, о грехах,
паях и долях,
счетах, молитвах впопыхах,
в поту ладонях.

О том, воздастся как сполна
за жизнью краткой.
И черти свечкой со стола
поджарят пятки.

Горячим воском с ночника -
в глаза и в уши.
И нам не избежать никак
за равнодушье.

Я б разбивал стихи, как лёд,
всей дрожью льдинок,
как ледоруб с размаху бьёт
врага в затылок.

Обманутого большинства
и злость и мука.
Натянутая тетива
тугого лука.

Благодать.

Жёлтое летнее утро.
Тянет с окна ветерком.
Желудь растёт под дубом.
Пьяный блюёт под окном.

Утром все звуки ближе.
Муха мотает круги.
Трели пернатые слышно
и за стеной матюги.

Хочется сердцу не спора -
молча смотреть в небосвод.
Гад номер два у забора
глотку свою дерёт.

Выбегу к речке-змейке
малость встряхнуться от дел.
Надпись на каждой скамейке
скажет, что каждый хотел.

Копоть забыв и аптеку,
гладить траву босиком.
Броситься в воду с разбегу!
Ногу порезать стеклом.

Мутной водою умытым
грохнуться на песок,
пнув от себя забытый
кем-то дерьма кусок.

К солнцем нагретому раю
крепко прижаться скулой.
Ласково волны играют
пластиком и скорлупой.

Вечер. И снова дома.
Классики диск наугад.
Гром застучал отдалённо.
Снова за стенкой стучат.

В сумерках шепчут рябины
и под лимонной луной
кто-то целует любимых.
Пиздят кого-то ногой.

Впрочем, страну и веру
дав разорвать на куски,
стоит ли тратить нервы
летом на пустяки?

Общим став объектом осуждения,
на вокзал закончить все дела
торопилась Аннушка Каренина
и случайно масло пролила.

На рентген пришел я снова.
Может их прибор шалит?
Вместо мозга головного
только опухоль нашли.

Я хочу стать президентом.
В институт бы я пошёл,
где дают спецальность эту:
"пустобрех и пиздобол".

Начальной фазы дежавю
боюсь уже панически:
"Нет-нет, сегодня я не пью!
Не наливайте, говорю!
Ну... только символически..."

Я ползу по мостовой
с мятой мордою и боком,
"Боже..." слышу за спиной.
Трудно быть, однако, Богом.

На полке в ванной дожидаются меня
крем до битья, крем опосля битья.

В цене настоящие Ролексы.
Брегеты, Картье - это классика.
Когда же в компьютере роюсь я -
разбил бы песочные часики.

Шеф издал приказ. Сей опус
нам внушает тихий ужас:
"Чтоб идти спокойно в отпуск -
докажи свою ненужность."

"Он спился!" - говорили дуры-бабы.
"Не просыхал, потом в петлю полез."
А может водка и спасала. Не она бы -
давно бы галстуком измерил вес.

В зеленом сумраке аллей,
в дурмане слабом листьев прелых
сотри навязчивый елей
реклам и споры правых-левых.
 
И серность будней из ушей
отковыряй хотя бы спичкой,
залюбовавшись серой птичкой.
Он что - такой вот, соловей?
 
Взломай как льдину воротник.
Уйди поглубже в чащу леса
и отыщи в глуши родник
ещё без привкуса железа.

Отмой от ругани лицо
и растянись в траве до хруста.
Побыть хоть миг заподлицо
с природой - высшее искусство.
 
Закрой глаза и помолчи,
дыша торжественным настоем.
Понты и очереди, чин
игрой покажутся пустою.
 
И вот уже ля фам шерше,
и ручка тычется в бумагу,
и сердце веселей уже
перегоняет кровь на брагу.
 
Ну как? Полегче на душе?
Тогда пора вернуться в драку.

Я мозги хотя и пропил,
но в рекламе толк нашел:
мистер Мускул, мистер Пропер -
на троих нам хорошо.

C возрастом легче всё лично и врозь.
Локтем не чувствовать локоть.
Опыт растёт и усидчивость.
И нежеланье работать.

Крики чаек носит ветром,
я уснул под них ничком.
И мне снилось, как ракеткой
бьёт Шарапова Кличко.

На выборах свой голос и судьбу
отдам Касьянову. Я верю: компетентно
он поведёт с коррупцией борьбу
и снизит её вновь до двух процентов.

Грубый мат претит мне с давних пор,
заверну-ка по-французски вензеля.
И влезают в каждый разговор
ебонжур, вафлёр и вуабля.

И хоть улыбчив президент
и даже блог ведёт,
мне трудно с ним - то дисконнект,
то стыд, то дискомфорт.

Полугодие.

Полу-кончен год и город
в тополиный снег одет.
Тост нам с полу-Новым Годом
скажет полу-Президент.

Угроза Третьей Мировой… - забытые реалии,
преданья Хиросимской старины.
Всё реже слышу, чтоб про женщину сказали:
"она страшнее ядерной войны".

Отношенья наши уже длительные.
Поцелую в лоб тебя старательно.
Это были ласки предварительные
и всё чаще окончательные.

Порой слова похожи как бы,
но чувства в них - полярной мощи.
Вновь путаю Годину свадьбы
и Годовщину смерти тёщи.

Тишина на стройке - нет цемента или
гастарбайтеры прораба задушили.

АфориФм № 10, (по мотивам Г.Малкина-2).

Страны бывают, народ где не приживётся никак.
В центре вниманья быть в морге - это не лучший знак.

Времени смена у года не по карману подчас.
Редко имеем свободу, чаще всего – она нас.

Жертвую на демократию личных полцарства легко!
Путь до инфаркта приятней, чем беготня от него.

Делят всегда баррикады улицы на тупики.
В море купаясь славы, не заплывай за буйки!

Делают с сексом проблемы неповторимой любовь.
Спорить с придурком не дело - лучше всегда он готов.

Шкуру не повредить как, зверя в себе чтоб убить?
Рембрандта с рук не берите - Рубенса могут всучить.

Дождик идёт для тех, кто снова забыл свой зонт.
Верьте в удачу и где-то рядом она пройдёт.

АфориФм №9. (по мотивам Геннадия Малкина)

Жизнь – это поиски смысла под фонарями проблем.
Если покой тебе снится, встанешь разбитый совсем.

Жизнь получаем раз мы, некстати и впопыхах.
Верность храните в самых оригинальных местах.

Лучшие годы уходят, чтобы до худших дожить.
Выпьешь и кажется вроде - завтра же бросишь курить!

От терпежа винодела возраст зависит вина.
Женские юбки смелые - это мужчин паруса.

Умною быть так трудно, легкий надев прикид.
Любят учить друг друга Опыт и Дураки.

Вырастет муж эгоистом, если в семье он один.
Просто любить шахматистку: если потрогал – ходи.

Сделать несчастною может только одну однолюб.
Ты у дантиста? Хороший принцип есть - "Зуб за зуб".

Часто места под солнцем распределяют в тени.
Только успел оглянуться, как уже всё впереди…

Прекрасное далёко.

Быть может, доживу - поправятся дела,
и будущий премьер, собрав нас вместе кучей,
с улыбкой скажет: "Извините, господа!
Хотели как всегда, а вышло снова лучше."

Вес человека после смерти сразу
на двадцать грамм снижается в тиши.
Доказан факт и убеждает нас он
научным образом в наличии души.

Сильней науки наше одичанье,
всё к выгоде свелось и тут и там.
Боюсь, когда скончаемся случайно,
весы не колыхнутся ни на грамм.

Малый бизнес.

Чины, потом пожарники, экологи вдогонку…,
налоговая, СЭСовцы - кто только нас не тряс?!
На нашем фильме ужасов семь нянек у ребёнка
последний выковыривают глаз.

Мальчиш-Плохиш был куплен за конфеты,
варенья бочку, шоколад и мармелад.
Теперь бы он легко проделал это
за игровой красивый артефакт.

Когда бы стал царем я по оказии,
была проста программа бы до боли:
в указе первом бы вернулся к смертной казни,
а во втором бы список подготовил.

"О, лето красное…" - поэт давно изрёк,
но не пугает комариная пора.
Я выпиваю на ночь пузырёк
зеленоватой жидкости от "Раптора".

На морском песочке я Марусю встретил
в розовых чулочках, талия в корсете.

Если б я знал я то, что муж в авторитете -
были б целы почки, не лежал б в корсете.

Нынче с водкою пивка насосались в слизь.
Значит будет с утречка апокалипсись.

Любимый вождь! Учитель наш и кормчий!
Ты озарил нам тьму невзрачных дней!
В жару и в холод, при потопе от дождей -
что делать нам, всегда ты знаешь точно.

В дни подвигов и годы испытаний,
в любой момент готовы жизнь отдать
за то, чтоб продолжалась благодать
твоих речей и мудрых указаний.

Исцеловав портрет с тобой до блеска,
мы воплотим их в радостном труде!
Клянемся в верности неистовой тебе,
наш дорогой товарищ Чаушеску.

КЛЕЩ.

Выходные – это вещь!
Но куснул на даче клещ.
Смазав маслом белый бинт,
я крутил клеща, как винт.
На анализы отнёс –
вдруг найдут боррелиоз?
Помогите поскорей,
нате тысячу рублей!
Вдруг внедрил мне паразит
мозговой энцефалит?
И тогда мне постучат.
в двери сразу три врача.
Два с носилками, поди.
И с лопатою один.
Я молил иконостас.
Целый день я зубы тряс.
А итог – хоть в петлю лезь!
Нету дряни! Жаба есть.
Кошелёк и жизнь пусты.
Обхожу теперь кусты.
Доктора же – зуб даю -
жрут на тысячу мою.

На форумы и в чаты редко тянет,
предпочитаю ибо без затей
общение с реальными блядями,
с их тушью, подведенными тенями,
театру виртуальному теней.

Получив в научном знании ущерб,
мы сознание химерами корёжим -
то воспоминаньями о будущем,
то мечтами сладкими о прошлом.

Давно уже сыграл в кустах рояль.
Опять в листву деревья приодели.
А мы всё ищем, как святой Грааль,
свою Национальную Идею.

Её нашли уже, наверно, все
и мыкаемся мы лишь сиротливо.
Финн любит лес во всей его красе.
А немец - свой футбол под пиво.

Американец северный - мессией любит быть.
Его идея - выдать силу за свободу.
Американцу южному без танцев не прожить.
Его идея - мяч на пляже до захода.

Японцу хочется хранить свое лицо
и солнце первому встречать из океана.
Зулусу хочется чесать своё яйцо.
Индус достичь пытается нирваны.

Но их идеи нам не по нутру.
Для нас они темны и приземлённы.
Мерещится другая поутру,
когда встаём мы с мордою зелёной.

Она прекрасна, как дворцы богов.
Огромная, почти как мирозданье...
…а может нам и надо-то всего:
от каждого немного состраданья.

Взрывы, пожары, аварий черёд…
Всё "человеческий фактор".
А Судный День всё никак не придёт.
И заржавел Терминатор.

Кондитерская фабрика "В-Рот-Фронт"
продукцией сильна под цвет какао.
И этот цвет всю суть передаёт
системы государственного права.

Европа бьётся в поисках недуга.
Инфекцию в кишках кто вызвать мог-де?
Потом найдут - больные грызли ногти.
И некоторые даже друг у друга.

Вампиры, упыри и Зла обители
мелькают на экранах, всеми узнаны.
Упала цифра искушенных зрителей.
Зато растёт количество искусанных.

Тащат всё, где плохо что лежит.
Прямо на глазах, замки сбивая тут же.
Раньше бы сказал: "Душа болит!"
А теперь с поправкой: "Жаба душит!"

К нам привезли святые мощи.
Большая очередь в собор.
Мои желания попроще:
на ужин суповой набор.

Если пристали грабители,
то чтобы кто-то помог,
глупо кричать: "Помогите!",
правильней: "Чей кошелёк?!"

Поднялась культура. Гляньте
объявленья в Интернете:
раньше были просто “бляди”,
а теперича - “би-леди”.

Мужчина - это чёрт, припавший к алтарю.
В нём смесь желаний власти и летать.
Да, он не может быть кормящей матерью,
зато он может быть кормящим мать.

Как люблю свою я дачу,
речку, лес и огород.
А работу, где херачу,
и коллег - наоборот.

Жизнь несправедлива и хитра,
раздаёт не поровну нам булки.
У одних походка от бедра.
У других растут оттуда руки.