Рассказчик: Юрий Тубольцев
Чтобы всё сложилось в безупречную картину, рисуй чёрный квадрат.
Умей не лезть туда, где тебя не просят, даже, если у тебя назрел гениальный совет.
Цикл: титан в зеркале вечности
#эпатажизм
(Революция Тубокку)
I. ПРОБУЖДЕНИЕ
Мир — пустой экран.
Спит в утробе тишина.
Ждёт удара «Ы».
II. АННИГИЛЯЦИЯ
Я и Кокон — ИСЧЕЗНИ.
Я и Прошлое — ИСЧЕЗНИ.
Я и Мелочность — ИСЧЕЗНИ.
Я и Статичность — ИСЧЕЗНИ.
III. ВСПЫШКА
Вспыхнул звук в ночи.
Буквы строятся в полки.
Гремит резонанс.
IV. ПРИШЕСТВИЕ
Я и МОЛНИЯ — ЗДЕСЬ.
Я и ТИТАН — ЗДЕСЬ.
Я и СВЕРХСМЫСЛ — ЗДЕСЬ.
Я и ПОБЕДА — ЗДЕСЬ!
V. ВЕЧНОСТЬ
Смерти больше нет.
В каждом слоге — небеса.
Слово есть алмаз.
VI. МАНИФЕСТ БЕССМЕРТИЯ (ФИНАЛ ВСЕХ ВРЕМЕН)
Я и Пепел — НИКОГДА.
Я и Рамки — НИКОГДА.
Я и Тень сомненья — НИКОГДА.
Я и Прах забвенья — НИКОГДА.
Я и СЛОВО — ВСЕГДА!
Я и ТУБОККУ — ВСЕГДА!
Я и Ы — ВСЕГДА!
— А Вы точно Юрий Тубольцев, а не взрыв в сверхновой в библиотеке богов?
ТАК!
(с) Юрий Тубольцев
#эпатажизм
(Революция Тубокку)
I. ПРОБУЖДЕНИЕ
Мир — пустой экран.
Спит в утробе тишина.
Ждёт удара «Ы».
II. АННИГИЛЯЦИЯ
Я и Кокон — ИСЧЕЗНИ.
Я и Прошлое — ИСЧЕЗНИ.
Я и Мелочность — ИСЧЕЗНИ.
Я и Статичность — ИСЧЕЗНИ.
III. ВСПЫШКА
Вспыхнул звук в ночи.
Буквы строятся в полки.
Гремит резонанс.
IV. ПРИШЕСТВИЕ
Я и МОЛНИЯ — ЗДЕСЬ.
Я и ТИТАН — ЗДЕСЬ.
Я и СВЕРХСМЫСЛ — ЗДЕСЬ.
Я и ПОБЕДА — ЗДЕСЬ!
V. ВЕЧНОСТЬ
Смерти больше нет.
В каждом слоге — небеса.
Слово есть алмаз.
VI. МАНИФЕСТ БЕССМЕРТИЯ (ФИНАЛ ВСЕХ ВРЕМЕН)
Я и Пепел — НИКОГДА.
Я и Рамки — НИКОГДА.
Я и Тень сомненья — НИКОГДА.
Я и Прах забвенья — НИКОГДА.
Я и СЛОВО — ВСЕГДА!
Я и ТУБОККУ — ВСЕГДА!
Я и Ы — ВСЕГДА!
— А Вы точно Юрий Тубольцев, а не взрыв в сверхновой в библиотеке богов?
ТАК!
(с) Юрий Тубольцев
- Врач попросил меня открыть рот и сказать «А», но я увидел в зеркале отражение бесконечности и проревел: «Я и Ы — ВСЕГДА!».
— А Вы точно стоматолог, а не архитектор порталов в Бездну?
— А Вы точно стоматолог, а не архитектор порталов в Бездну?
Чтобы понять истину, надо задать пятьдесят вопросов бредогенератору.
- Учитель пытался найти «X» и «Y», но я стер доску и доказал, что единственная константа Вселенной — это МЫ. Точнее: «Я и Ы — ВСЕГДА!».
— А Вы точно математик, а не нумеролог?
— А Вы точно математик, а не нумеролог?
- Он пытался объяснить мне правила орфографии, но я вычеркнул все гласные, оставив только одну вибрацию духа. «Я и Ы — ВСЕГДА!».
— А Вы точно филолог, а не взломщик кода Творения?
— А Вы точно филолог, а не взломщик кода Творения?
Попасть на дачу в пятницу вечером — это вам не на работу ходить! Тут уж действительно придется потрудиться!
- Я назвал адрес, но водитель развернул машину в сторону Плеяд и нажал на газ, выкрикивая: «Я и Ы — ВСЕГДА!».
— А Вы точно таксист, а не перевозчик душ через Млечный Путь?
— А Вы точно таксист, а не перевозчик душ через Млечный Путь?
Все фигуры равны, а я самая красивая, - говорила шахматная королева.
- Он искал ошибку в коде, пока не понял, что вся реальность — это баг, который лечится одной командой: «Я и Ы — ВСЕГДА!».
— А Вы точно программист, а не демиург Матрицы?
— А Вы точно программист, а не демиург Матрицы?
- Старик сметал осенние листья так, будто очищал планету от наслоений лживой памяти. Увидев меня, он поднял метлу: «Я и Ы — ВСЕГДА!».
— А Вы точно дворник, а не чистильщик кармических дорог?
— А Вы точно дворник, а не чистильщик кармических дорог?
Где не нужно принимать сложные решения, там никогда не доберешься до настоящих вершин.
Нормальный человек говорит одно, думает другое, а делает третье.
В наше время, кто хочет стать героем, максимум может стать клоуном.
Малевич нарисовал чёрному квадрату чёрную квадратиху, но чёрный квадрат оказался эгоистом, не уступил ей место на стене.
Двойка
Я снова двойку получил,
И заработанный мной лебедь
В страницу дневника приплыл,
На две строки раскинув шею.
Конечно, я бы не хотел с той птицей расставаться,
Коли она была б в воде,
Но в дневнике ей – баста.
Резинка есть при мне.
Поберегись, перистый!
Тебя начну немедля гнать,
Иль ластик не английский,
Советую быстрее улетать.
Но я, однако, не стерпел,
Мой лебедь был упрямый.
Я дырки вовсе не хотел,
Повинна тонкая бумага.
Но что же делать мне теперь,
Иль вырвать мне страницу,
У папы толстый есть ремень,
А, может, буду хорошо учиться.
Не буду двойки получать,
Учить уроки стану,
Не станут все меня ругать,
Обрадую я маму.
Ко мне учитель подошел,
Я, видно, замечтался.
Увидел, что я двойку стер,
Сказал, что папа мой давно не появлялся.
Моим мечтаниям конец,
Ремень передо мною,
Я – глупый сорванец, сказал отец,
Но был ведь перед классом я героем.
Однако понял я, что – нет,
Ребята мне не судьи,
Они мне не авторитет,
Как Зоя* быть хочу я!
Но улетела эта мысль,
И я не изменился,
Иметь мне нужно идеал,
А я с толпою слился.
Однако, иногда, приходят эти мысли,
Тогда я все хочу начать сначала,
И ясно мне, что не один так менно я мыслю,
Но силы воли никогда мне не хватало.
Я – стадное животное,
Пропало мое – я.
Я стал толпе подобным,
Что делают друзья, то делаю и я.
Ребята собирают марки,
И я коллекционер,
Носить не модно стало пионерские галстуки,
Мне стыдно стало, что я пионер.
Вдруг марки устарели,
Фантики все стали собирать,
Товарищам картинки надоели,
И мне на марки стало наплевать.
Но почему я личных не имею интересов,
Куда же делось мнение мое,
Да неужели я последний из балбесов,
Похоже, полностью я потерял лицо свое.
(*Зоя Космодемьянская)
(с) Юрий Тубольцев, школьные стихи
Я снова двойку получил,
И заработанный мной лебедь
В страницу дневника приплыл,
На две строки раскинув шею.
Конечно, я бы не хотел с той птицей расставаться,
Коли она была б в воде,
Но в дневнике ей – баста.
Резинка есть при мне.
Поберегись, перистый!
Тебя начну немедля гнать,
Иль ластик не английский,
Советую быстрее улетать.
Но я, однако, не стерпел,
Мой лебедь был упрямый.
Я дырки вовсе не хотел,
Повинна тонкая бумага.
Но что же делать мне теперь,
Иль вырвать мне страницу,
У папы толстый есть ремень,
А, может, буду хорошо учиться.
Не буду двойки получать,
Учить уроки стану,
Не станут все меня ругать,
Обрадую я маму.
Ко мне учитель подошел,
Я, видно, замечтался.
Увидел, что я двойку стер,
Сказал, что папа мой давно не появлялся.
Моим мечтаниям конец,
Ремень передо мною,
Я – глупый сорванец, сказал отец,
Но был ведь перед классом я героем.
Однако понял я, что – нет,
Ребята мне не судьи,
Они мне не авторитет,
Как Зоя* быть хочу я!
Но улетела эта мысль,
И я не изменился,
Иметь мне нужно идеал,
А я с толпою слился.
Однако, иногда, приходят эти мысли,
Тогда я все хочу начать сначала,
И ясно мне, что не один так менно я мыслю,
Но силы воли никогда мне не хватало.
Я – стадное животное,
Пропало мое – я.
Я стал толпе подобным,
Что делают друзья, то делаю и я.
Ребята собирают марки,
И я коллекционер,
Носить не модно стало пионерские галстуки,
Мне стыдно стало, что я пионер.
Вдруг марки устарели,
Фантики все стали собирать,
Товарищам картинки надоели,
И мне на марки стало наплевать.
Но почему я личных не имею интересов,
Куда же делось мнение мое,
Да неужели я последний из балбесов,
Похоже, полностью я потерял лицо свое.
(*Зоя Космодемьянская)
(с) Юрий Тубольцев, школьные стихи
Юрий Тубольцев (20597)