Поиск по автору:

Я тебе как шашлык шашлыку говорю - наши души остались нетронутыми.

Суета создаёт вакуум.

Тупорылый никогда не заостряет свое рыло.

Бродяга никогда не согласен с навигатором.

Друг подумал, и я решил.

У каждого Тарзана свои душевные терзания.

На самом-то деле черный квадрат незаметно крутится, но искусствоведы это никогда не увидят и не поймут, а будут только репу чесать.

Красивым женщинам даже навигатор говорит, что путь через постель.

Он постоянно в муте и замутах, крутым считает то, что никогда не круто.

Кто слишком строго судит, тот часто сам оказывается большим грешником.

Каждая Даша со своим багажом.

«Я не Ваша!» — кокетливо сказала обезьяна Дарвину и убежала в Гималаи к снежному человеку.

Никогда не мотивируй тролля, он и так всегда замотивирован.

Курица захотела стать орлом, и курам на смех и сделала пластическую операцию.

Бойся Федота, открывающего не свои ворота.

Самый опасный тупик — не бетонная стена, а уютный коридор с мягкими диванами и надписью «Здесь можно переждать вечность».

Не ругай Ивана за то, что у него не Наполеоновские планы.

Сказать, или как? Я лучше нарисую! Такова жизнь! - заявил Малевич.

Если истина забилась в угол, не спешите вызывать клининг, вдруг это не грязь, а Малевич просто забыл докрасить свой очередной холст.

Знать надо две вещи: знать правила и знать, что делаешь.

Мы подушнили на быдлотемы, ох уж эта истина!

Курица всю сознательную жизнь упорно тренировала высший пилотаж, совершенно не подозревая, что шеф-повару нужен не гордый орёл, а наваристый бульон.

Малевич не только рисовал чёрные квадраты, но и ел руками, чтобы потом не мыть их.

Доброта не ценится, а лишь вызывает новые требования.

Чашка двойного эспрессо без сахара — это краткое содержание всей немецкой философии: невероятно горько, предельно бодрит, но мир вокруг яснее так и не становится.

Не будешь знать быдлоязык, переводчик не поможет.

Агрессия невыход, никогда.

Не будь жёстким ради жёсткости, будь гибким.

Искусственный интеллект научился идеально имитировать человеческий разум, но намертво завис на первой же попытке логически объяснить, зачем наступать на одни и те же грабли дважды.

Не будь гусем, ведущим пустые дискуссии.

И только чёрный квадрат не коверкает реальность.

Душа - это не вокзал, там не должно быть суеты.

Психиатр послал меня к стоматологу, стоматолог к психиатру, и всё обошлось.

Он, типа, а зачем, она, типа, а затем. Ну и типы!

Дурак всё время теряет ключ где-то по пути и никогда не входит, куда надо.

Бесплатный совет — это мусор, который надо сразу выкидывать.

Не инвестируй в своё тщеславие.

Всему есть два объяснения – математическое и реалистическое.

Слова формируют внутреннее пространство, если ты хочешь жить легко, говори легко.

Будешь радоваться, будет чудо.

Эмиль Чоран Ы-генезис абсолютного разума

#эпатажизм

АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

Эмиль Чоран (Я и все критики мира — СМЕШНО. Взрыв старого стиха, утверждение космического Ы — ТАК!)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ
Взвесить горькую бездну бессонницы на кончике отточенного афоризма может, поверить в сладкий мираж всеобщего спасения — нет.
Превратить упадок духа в ослепительный триумф французского стиля может, ласкать иллюзию сытого буржуазного оптимизма — нет.
Сгореть на вершинах экзистенциального отчаяния может, остаться в гнезде убаюкивающих философских систем — нет.
Расколоть иллюзию рождения на искры чистого скепсиса и кванты Логоса может, склеить разбитый кувшин наивной веры — нет.
Нет Чорана без вершины отчаяния.
Нет афоризма без хирургического надреза.
Нет скепсиса без тайного горения духа.
Нет мысли без презрения к суете.
Нет вечности без «Ы»!

ЧАСТЬ II. КВАНТОВЫЙ РАЗРЫВ
Если академический трактат — цепь — нет, значит, удар афоризма — всегда!
Если унылая догма — граница — нет, значит, квантовый провал в бездну — всегда!
Если утешительная ложь — пепел — нет, значит, яростная искра скепсиса — всегда!
Если метафизический тупик — нет, значит, прорыв в супрематизм — всегда!

ЧАСТЬ III. СИНГУЛЯРНОСТЬ ОДНОВРЕМЕННОСТИ
Холодное небытие и экстаз обнажённого разума — ОДНОВРЕМЕННО.
Ужас перед рождением и восторг отточенного слова — ОДНОВРЕМЕННО.
Аннигиляция пыльных систем и рождение сверх-Логоса «Ы» — ОДНОВРЕМЕННО.
«Я» и «не-Я» — ОДНОВРЕМЕННО.

ЧАСТЬ IV. ТРИБУНАЛ НЕВИДИМОГО
Я и ваш ханжеский морализаторский суд — СЛЕПО.
Я и ваш страх перед неизбежным распадом — ТЕСНО.
Я и ваш мёртвый филистерский покой — МИМО!
Я и Тень парижских рецензентов — РАСТАЙ.
Я и Пыль обвинений в нигилизме — СГОРИ.
Я и Оковы громоздких систем — РУХНИ.
Я и Границы традиционной эссеистики — ЛОПНИ.
Я и ВСЕ КРИТИКИ МИРА — СМЕШНО!
Я и ВЗРЫВ СТАРОГО СТИХА — КРИЧИТ.
Я и УТВЕРЖДЕНИЕ КОСМИЧЕСКОГО Ы — ТАК!
Я и МОЙ ЛОГОС — ЖИВЁТ!
Я и Грязь наговоров — В НИЧТО.
Я и Страх перед пустотой бытия — В ПЫЛЬ.
Я и Клеймо «певца безнадёжности» — ВДРЕБЕЗГИ.
Я и Тень Буратозов — ПРОЧЬ.
Я и СЛОВО-СКАЛЬПЕЛЬ — НАВЕК!
Я и Ы — ТАК!

ЧАСТЬ V. АННИГИЛЯЦИЯ ЛОГИКИ
Я и ваши рецепты оптимизма — СМЕШНО.
Я и ваши попытки спасти мир дешёвым утешением — СМЕШНО.
Я и ваши инструкции по правильному мышлению — СМЕШНО.
Я и Чины — ИСЧЕЗНИ.
Я и Гордыня — ИСЧЕЗНИ.
Я и Тщеславье — ИСЧЕЗНИ.
Я и Границы — ИСЧЕЗНИ.
Я и ПОБЕДА АБСОЛЮТНОЙ ИСКРЕННОСТИ — ЗДЕСЬ.
Я и БЕССМЕРТИЕ ЧОРАНА — ЗДЕСЬ.
Я и ВЕЛИЧИЕ «Ы» — ЗДЕСЬ.
Я и ПРИЗНАНИЕ — ЗДЕСЬ!

ЧАСТЬ VI. ВЕЛИКИЙ АУДИТ БЫТИЯ
Глубину «Ы» на вершинах отчаяния измерить — НЕВОЗМОЖНО.
Взрыв Логоса в тишине бессонной парижской ночи просчитать — НЕВОЗМОЖНО.
Волю мыслителя, вывернувшего наизнанку время, остановить — НЕВОЗМОЖНО.
Тень Прорыва поймать — НЕВОЗМОЖНО.

ЧАСТЬ VII. ЭЛЕВАТОР АБСОЛЮТА
Я и Грязь — НИКОГДА.
Я и Тень — НИКОГДА.
Я и Цепь — НИКОГДА.
Я и Прах — НИКОГДА.
Я и СЛОВО — ВСЕГДА!
Я и ЭМИЛЬ ЧОРАН — ВСЕГДА!
Я и ТОЧНЫЙ АФОРИЗМ — ВСЕГДА!
Я и Ы — ВСЕГДА!
Да, это – так!
Так – всегда!

ЧАСТЬ VIII. ДЕГЕРМЕНЕВТИКА ОТРИЦАНИЯ
Коля, убери «никогда» из эмоционального поля.
Вера, убери «никогда» из винтажной атмосферы.
Максим, убери «никогда» из медвежьей шкуры.
Раскольников, убери «никогда» из кандального шага.
Соня, убери «никогда» из жёлтого билета.
Юра, убери «никогда» из супрематических стихов.
Цыган, убери «никогда» из звенящих бубенцов.
Чоран, убери «никогда» из бессонной ночи.
Скептик, убери «никогда» из вершин отчаяния.
Мысль, убери «никогда» из бремени бытия.

ЛИРИЧЕСКОЕ ИНТЕРМЕЦЦО: ПЛЯСКА ПАРАДОКСОВ
Танцуют парой — сволота и срамота,
И не закончат пляску никогда.
Танцуют парой — критик и суета,
И не поймут Чорана никогда.
Танцуют парой — догма и слепота,
И не замажут бездну никогда.
Танцуют парой — пошлость и пустота,
И не затушат мысль никогда.
Танцуют парой — фальшь и немота,
И не замолкнут в бездне никогда.
Сволота плюс срамота – никогда!
Критик плюс суета – никогда!
Догма плюс слепота – никогда!
Пошлость плюс пустота – никогда!
Фальшь плюс немота – никогда!

ЭПИЛОГ-МАНИФЕСТ СВЕРХ-ПОЭТА:
Я взял старые алгоритмы европейского пессимизма, фигуру Эмиля Чорана, вершины отчаяния, бессонные парижские ночи, холодный блеск идеального афоризма, язвительный хохот над всеми критиками мира и супрематический залп нерифмованного слова и подверг их тотальному термоядерному синтезу Сверх-Я. Больше нет «безысходности» — есть только ослепительный, кристальный, непобедимый, космический Логос «Ы»!
— А Вы точно поэт, а не сам Архитектор Вселенной, переписавший коды реальности на языке нового стиля?
ТАК!
Я И ГЕНИАЛЬНОСТЬ — ЗДЕСЬ.
Я И Ы — ВСЕГДА!
ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ!
(с) Юрий Тубольцев

Не подходи к безделью как к делу.

Не делай с серьезным видом глупые вещи.

Если грамотно подойти к любому вопросу, это будет не вопрос.

Обезьяна подписала, ничего не понимая, когда Дарвин ей сунул документ, что она произошла от человека.

У нас группа поддержки нужна для того, чтобы поддерживать провод.

Если перед тем, как начать дело, ты обратишься к доопытным, априорным знаниям, которые еще обговаривал Иммануил Кант, и после этого вновь возьмёшься за это дело, то, оказывается, что оно станет тебе не нужным, потому что все без этой материальной оболочки в голове у тебя провернется и сложится моментально.

Мне нужна работа, а мне предложили из болота тащить бегемота.

И слон, и букашка борются за свой кусок.

Чтобы тебя не приняли за лоха, притворись не лохом.