Поиск по автору:

С причала рыбачил апостол Андрей,
Военком подходил по воде...

Деревня, тёплая летняя ночь. Мужик под окном дома шепчет:
- Ваня! Ваня!
Шёпот из окна:
- Чего?
- Выходи!
- Зачем?
- Я тут самогоночки принёс, грудинки, огурчики малосольные, выпьем!
- Да не могу я!
- А чего так?
- Да ебусь я, будь оно неладно!

Общественное мнение - заведомо ложное мнение, так как большинство людей полные идиоты.

Эдгар Аллан По

«Мы переживаем время, которое несомненно представляет самое полное осуществление ликующего бесстыдства.
Бессовестность, заручившись союзом с невежеством и глупостью, выбросила на поверхность целую массу людей, которые до того упростили свои отношения к вещам и лицам, что, не стесняясь, возводят насилие и хищничество на степень единственных жизненных регуляторов.
Может быть, я ошибаюсь, но думаю, что такого нагло-откровенного заявления „принципий“ давно не бывало.
Прежде, даже в среде самых отпетых людей, можно было изредка расслышать слова вроде: великодушие, совесть, честь; нынче эти слова окончательно вычеркнуты из лексикона торжествующих людей.
Прежде люди, сделавши пакость, краснели; нынче - те же люди краснеют только тогда, когда задуманная пакость не удалась».

Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин

27 января - 200 лет со дня рождения Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина.

Не только гений словесности - пророк.

Однажды, в Киеве, Олег Даль сидел в кафе. Одна из поклонниц его таланта, как бы случайно, подсела за соседний столик. Покашляла, желая привлечь внимание артиста, но тот не реагировал, продолжал пить пиво.
Через некоторое время поклонница решила действовать более открыто и уронила сумочку. Видя, что артист опять не реагирует, она воскликнула громко:
— Ой, я сумочку уронила!
Тогда Олег Даль повернулся к ней и мрачно сказал:
— Дорогая, моя слабость — не женщины, а пиво!

В Геленджике, в пансионате Министерства обороны «Красная звезда», был особый сектор. Для актеров, игравших в фильмах про немецко-фашистских оккупантов.
Этот сектор так и называли - фашистский.
- Зина, зови фашистов к ужину! - разносилось по коридорам пансионата.
Или:
- Фашисты приглашаются на просмотр фильма «Операция „Ы“».
Среди актеров существовала своя иерархия - в зависимости от звания, которое они носили в кино.
Обер-лейтенант не мог сесть за обеденный стол раньше гауптмана. А тот, в свою очередь, давал прикурить актеру, игравшему генерала, и щёлкал при этом каблуками.
Некоторые актеры, если был перерыв в съёмках, приезжали даже со своим реквизитом и формой. Было забавно наблюдать немецких офицеров в столовой с подносами, на которых стояли борщ, пюре с рыбной котлетой и компот.
И вот однажды в пансионате появилась комиссия из Министерства обороны.
Глава её, генерал Прокофьев, и знать не знал о существовании фашистского сектора.
Комиссию встретили как положено: стол с южными деликатесами, грузинскими винами, шашлыком и танцами со специально отобранным медперсоналом.
Утром генерал встал с больной головой, вышел в коридор в трусах и майке. И тут навстречу ему идёт, одетый с иголочки в немецкую генеральскую форму, с моноклем в глазу и хлыстом в руке, актёр Одесской киностудии, спешивший на съёмку.
Кипягин называл фамилию, но мне она ничего не говорила.
За «генералом» шли ещё несколько артистов в немецкой форме, таща реквизит. Автоматы МР-40 висели у них на шее.
И уже вошедший в роль актёр, проходя мимо обалдевшего генерала Прокофьева, небрежно ему зиганул и сказал:
- Хайль Гитлер!
Генерал, хотя и не воевал, но как и все советские люди, смотрел фильмы про войну. Поэтому знал, как надо отвечать.
Он, встав по стойке «Смирно», зиганул и громко отчеканил:
- Зиг хайль!
Актёр подошёл к стоящему в трусах генералу, потрепал его по щеке и сказал:
- Русиш мужик, я назначать тебя староста эта деревня. Я хотеть кушать вечером млеко и яйки.
После этого у генерала Прокофьева отказали ноги, и он рухнул на пол.
- Бля… - сказал на чистом русском языке немецкий генерал и быстрым шагом удалился прочь.
Генерала Прокофьева тогда еле откачали, а фашистский сектор закрыли от греха подальше. И актёры, игравшие немцев, стали восстанавливаться в одном лагере с актёрами, игравшими советских бойцов и партизан.

На заборе сидит галка,
Вроде-бы пустяк...
Пионер подходит с палкой,
И хуяк ее, хуяк...

Мужчина - царь, мужчина - бог, но он всегда у женских ног...

Не все то солнышко, что встает...

Оторвали Ваньке встаньку...

Семь раз отпей - один отлей...

Я Вас любил - деревья гнулись...

Монах

Как то раз один монах
Плоть свою смирял… в штанах
Жамкал, теребил и тискал,
Смотрит: выросла пиписка

Он ее душил и мял,
Господа на помощь звал
Внял господь его мольбам -
Змей рыгнул, устал, опал…

Богословская наука
Укрепив монаху руку
Продолжает помогать
Праведникам плоть смирять

И пятилетки не прошло, мы туркам отомстили
За тот несчастный самолет, как турки как-то сбили
Сограждане, хочу спросить, причем не без иронии,
Министр обороны к нам не заслан из Эстонии???

Все жить хотим, но все когда-то умираем,
В пизду и рай и ад, я жить хочу, Ле Хаим...

Решили в одном селе два соседа - русский с татарином на двоих одну баню построить.
Поставили сруб, проконопатили, полы, потолки настелили, печку установили...
Баня почти готова, осталось полок сделать. И тут начались разногласия:
Русский требует полок из строганых досок делать, чтобы заноз не было, когда париться будет.
Татарин наоборот, против строганого полка - когда с женщиной в баню пойдет, то со строганого полка, в порыве страсти, можно и соскользнуть...
Спорили долго, наконец видят: мулла идет. Русский говорит:
- Давай у муллы спросим, какой никакой, а священник, значит некоторый авторитет имеет.
Татарин, естественно, согласился.
- Слушай, мулла, мы тут спорим, нужно ли доски для полка в бане строгать?
- Вы что, идиоты совсем? Конечно нужно. Но прибивать строганой стороной вниз!!!

Почему зимой в 30-градусный мороз мужики в джинсах мерзнут, а женщины в капроновых колготках ходят?
Потому, что у мужиков обогреватель хуевый, а у женщин - пиздатый...

Я помню чудное мгновенье
Передо мной нагнулась ты,
Твое в кудрях опиздененье
Затмило все мои мечты...

Есть приживалки и рабы
И это, в принципе не ново
Но главный лизоблюд, увы,
Всех превзошел, Сергей Аксенов…

Верховный русский богатей
Вы не поверите – еврей,
Сионист, жидомассон
Хитрый Леня Михельсон…

Бывают дети, что способны мать брюнетку, в короткий срок в блондинку превратить...

Раз какой-то демократ
В зад себе совал домкрат
Не шутя совал, всерьез
Он теперь Единоросс...

Глава Прикамья рассказал о планах по строительству зоопарка и галереи.
Так элегантно ставленник Москвы Максим Решетников анонсировал грядущие перестановки в краевой администрации...

Из-за предателей во власти,
Волна Великого дерьма
На гребне с теннисистом Борей,
Шестую часть надводных территорий
Накрыла...
Где теперь моя страна???

"Мумия" в кино с 8 июня.
Том Круз - без грима...

Кресты нередко боком нам выходят,
И вызывают не поддельный интерес –
Российский «Орден мужества» походит
На стилизованный «Железный Крест»

Не так страшно стать дедушкой, как трахать бабушку...

Зависла жопа над обрывом,
Высоким очень и крутым,
И из нее неторопливо
Клубами валит едкий дым
Не Змей Горыныч тот засранец,
Что грозно жопою дымит,
А лишь обычный мексиканец –
Нажрался чили, паразит

На работу утром Ленка
С головой больной идет,
А под вечер, на коленках,
Как всегда, домой ползет

– Что делать, доктор: изо рта воняет,
Зубная паста, порошок зубной –
Ничто от вони мне не помогает,
– Так ногти не грызи, когда расчешешь геморрой

Год Земляного Порося,
Подкрался, как бы, незаметно
И вот уже, Россия вся
Готовит свой набор заветный

Но вот загвоздка: в Год Свиньи,
Свинина на столе – кощунство,
И нам всем, как ни поверни,
Без холодца и сала грустно

Свиное мясо в «Оливье»,
Куриным мясом заменялась
А мясо в нашей колбасе
Лет десять, как не проявлялось

Без рыбы тоже никуда:
Селедка, что всегда под шубой,
Горбуши красная икра
И шпроты тоже любим тупо

Мимоза, как и винегрет
Дополнят праздника картину
Но все таки закуски нет
Милей желудку, чем свинина

Мы уважение свинье
Свое докажем несомненно,
Когда на праздничном столе
Возляжет поросенок с хреном

Костям без разницы, кто к ним приходит в гости,
Они свое отжили, и теперь лежат, гниют,
Но люди им покоя не дают,
Считая подвигом, что к ним приходят в гости