Поиск по автору:

Про мой любимый контингент петербуржцев. Веду экскурсию в один двор. Территория охраняемая. А туда позарез надо. Поэты, понимаешь, беспечно селятся где попало, не предполагая, что публика потом будет ломиться по местам их боевой славы, раздражая аборигенов своими восторженными физиономиями. Итак, завожу. Причем уже издалека вижу, что охранник - из строптивых. Бывает, можно иных уболтать, а бывает - ну никак. С этим я даже как-то раньше успела слегка поцапаться. И точно - уже выходит навстречу, грозно пуча глаза. Погнал, конечно. Ладно, думаю, хрен с тобой, пес жилищного режима. Так расскажу, не проходя дальше. И рассказываю. Про позднюю любовь двух немолодых людей. Прогулки. Стихи. Блокаду. Разлуку.
А охранник рядом стоит. Слушает. Вдруг откашлялся и смущенно сказал:
- Можно я вмешаюсь? - Чуть помедлил и продолжил извиняющимся тоном: - Это ведь не я запрещаю. Я бы пустил. Строго тут у нас. Проблемы у меня могут быть. Начальник все время смотрит, кто во двор заходит.
Да ладно, отвечаю, дело житейское. Мы и отсюда хорошо видим.
- А давайте так сделаем, - говорит он крепнущим голосом. - Вы пойдёте дальше, рассказывая. А я за вами, вроде как ругаю. Ну, вроде бы прогоняю. А вы рассказывайте.

Татьяна Мэй

Теперича не то что давеча.
Чилдрены косплеили Чапаева. Пиплы носили кэжуал, за лакшери шеймили. За прокрастинацию пороли. Никого не триггерило, разве что с утра немного. И никаких соцсетей, только партком, только хардкор.

B cтуденчeскиe времена (Институт восточных языков при МГУ, 1965-1970) я «художественно» оформлял стенгазету «Восток», которую мы вывешивали в институтском холле. Редколлегия наша пыталась хохмить в каждом выпуске, а иногда даже позволяла себе некоторые политические вольности.
Зарисовка с натуры. Прочитав какое-то студенческое произведение, директор института СанСаныч Ковалёв недоумённо показывает члену редколлегии Мише Горянову то место, где говорится о мужике, проглотившем пуговицу от кальсон и заметившему, что стал писать в четыре струйки. А Миша смущённо объясняет, что надо читать не «пи́сать», а «писа́ть», а дальше в текст вкралась досадная опечатка – надо не «четыре струйки», а «четыре строки».

Mikhail Krutikhin

Радиопередатчик был прошит пулями.
"Странный способ апгрейда !" - подумал Штирлиц.

В одном городе три церкви (протестантская, католическая и православная) боролись с нашествием мышей в своих зданиях.
Протестанты расставили гуманные ловушки и выпустили мышей в лес. Однако через некоторое время все грызуны вернулись обратно.
Католики решили, что мыши тоже творения Божьи, и смирились с их присутствием в храме.
Православные просто крестили всех мышей в округе. С тех пор те появляются в церкви только два раза в год — на Рождество и на Пасху.

Taкое я слышу с тех пор, как начала заниматься портретом, от самых красивых женщин: "так не люблю сниматься, вот бы закрыть глаза и уже все кончилось!" Я даже сама с собой делаю ставки, придет ли хоть однажды человек со словами: "как я обожаю сниматься, скорее начинайте и пусть это не кончается".
Всю теорию причин я знаю - это оттого, что человека ждет тестирование на прочность своего "я-образа", смотреть на себя извне - опасное дело, могут быть новости.
Поэтому я анестезирую человека: болтаю, рассказываю истории, перемещаю от стола к окну, потом на кресло, теперь к стене. Трогаю руками, поворачиваю голову и тело, как мне нужно, кручу в свете, чтобы человек не принимал решений, а просто шел на голосовой сигнал.
Каких историй взамен я только не слышала!
"Я подумала, на надгробный памятник через 50 лет надо же что-то вешать!"
"У меня есть двадцать дизайнерских платьев, и я знаю, что через год я перестану в них влезать, мне нужно себя в них увидеть на прощание".
"Мне изменил муж и я хочу сделать такой портрет себе, чтобы я смотрела на него и видела - с этой женщиной так больше никто не поступит!"
"У меня нет портретов меня, а мне нужно для дела!"

Olga Pavolga

Батюшка с раввином купили в складчину авто. При этом договорились, что никаких религиозных обрядов над ней производить не будут. Но батюшка все же втайне от раввина окропил машину святой водой.
Наутро идет он к машине и видит: выхлопная труба стала короче на ладонь.

Про кино. В советские времена вопить на съемочной площадке было высшим шиком и проявлением творческого куража. Я отрабатывала практику на съемках очередного фуфла про завод. Режиссер Х славился полным отсутствием таланта и мозга, но у него была луженная глотка, которой он кричал на сотрудников, артистов, операторов, короче, на всех, кто не мог ему ответить. Когда снимали в цеху одного из заводов, рабочие, устав от ора, пустили на него вагонетку с бракованными железками. Х успел увернуться, хамить рабочим побоялся и обложил матом молодую актрису. Актриса подошла близко к Х, врезала ему по уху так сильно, что режиссер упал на рельсы. Тут оператор крикнул рабочим: "Ну, где ваша вагонетка?!" Актрису заменили. Оператора простили.
В последний день съемок во дворе жилого дома Х блажил несколько часов подряд. Наконец, на балкон 12-го этажа вышла дама с полотенцем на голове и с криком: "Ты заткнешься или нет?!", бросила вниз топор. Топор пролетел в сантиметре от головы режиссера, и он вдруг замолчал. Стало тихо, все услышали, как шумят листья и у кого-то в квартире по телевизору поет Пьеха. Прощенный оператор сказал: "Долго жить будет, сука." Вспомнила об этом деятеле, по причине, что ему на днях исполнилось 90 лет.

Ganna Oganesyan

Однажды в кафе я заказала воды и суши.
Принесли глобус.

«А вот вы, к примеру, почему не худеете?», - спрашивает меня милый человек в комментариях. «Не хочу», - отвечаю я ему. Врете вы все, сообщает человек. Все хотят. Так не бывает. Вот если бы вам дали волшебную палочку, вы бы загадали бы, чтоб похудеть?! А? А! То-то же!
Дорогой мой человек. Если бы мне дали волшебную палочку, я бы загадала похудеть. Но скорее всего, начала бы я не с этого. Я бы организовала себе бы миллион долларов. Два. Нет, пять. Потом бы подумала, чего это я, меркантильненько же, и устроила бы мир во всем мире. Сделала бы, чтобы не болели дети и родители. И чтобы один человек (точнее, двести или, может быть, даже четыреста) вышел бы прям завтра на пенсию и уехал на северный полюс навсегда.
Чтобы группа «Битлз» никогда не распадалась бы. Чтобы манго были спелыми круглый год. И кроссовки новые чтоб. И комаров чтоб не было никогда. И чтобы починилась рука, которая почти год уже болит. И дом чтоб на озере Гарда. И миллион долларов. Два. Нет, пять.
И где-то только в этом месте я бы спохватилась. Посмотрела бы кругом. И поняла бы, что вот при таком раскладе оно мне нахер не сдалось – твое вот это похудение.

Maria Adamchyk

Я регулярно в разных кофейнях ухожу без оплаченного пирожного. Кофе забираю, благодарю и ухожу. Прихожу домой, вижу, что пирожного нет, возвращаюсь и забираю. Не уследишь за всеми покупателями: что мы забрали, а что нет.
Но всё же помнят, кто именно забыл. Кофейни разные, а сценарий всегда один: я захожу, а девушка за прилавком уже улыбается и достаёт то самое пирожное, я бормочу извинения.

Вот такой сюжет: в компании (допустим, на отдыхе) появляется незнакомый человек, немолодой, небогато одетый, видно, что "из простых", и не особо речистый. Но вдруг оказалось, что на любую ситуацию у него готова глубокомысленная цитата. Получается, что этот грубоватый старик - выдающийся эрудит, остряк и философ.
Потом выясняется, что на самом деле он - уголовник, отсидевший двадцать лет в какой-то далекой зоне. Там в библиотеке были только три толстые книги. Он за это время выучил их наизусть, "подряд и вразбивку" - и вот теперь разговаривает цитатами из этиx книг.
Внимание, вопрос: какие это могли быть книги?
Первый комментарий: "Библия, Швейк, Война и мир."

Мои дети, когда были маленькими, любили доставать меня вопросом: какую бы ты, пап, хотел суперспособность? Естественно, я что-то врал про спасение мира с помощью способности к суперрегенерации и невидимости. Про то, что у меня уже есть суперспособность, я детям не говорил, потому как они были ещё слишком юными и задали бы ещё больше вопросов, на которые им пока лучше не знать ответы.
Eстественно, я хотел регенерировать печень и ходить невидимым в женскую баню.

Pablo Discobar

Еще в 90-е мои состоятельные друзья начали обзаводится машинами. А в конце 90-х зарабатывал уже я неплохо. Друзья спрашивали: а ты что, когда же за руль?
Во-первых, отвечал, я постоянно бухаю, какая машина. Во-вторых, не хочу.
Друзья смотрели на меня как на лузера.
В нулевые машинами обзавелись уже все, даже те девушки сели за руль, которые – мне казалось – не очень в ладах с кофеваркой. Нет, водили и норм.
Девушки спрашивали: а ты что?
Во-первых, отвечал, не умею. Во-вторых, не хочу.
Девушки смотрели на меня, как на человека немного ущербного.
В компаниях люди обсуждали инжекторы, бамперы, аудиосистемы, какая лучше в машине бумс-бумс. А я напивался одиноко как Венедикт Ерофеев. Я был там лишним, я был посторонним, но гордым.
Но дальше.
О, дальше начались сюжеты с парковками. Почти все работали в центре, а там фиг где встанешь, да и сколько денег отдашь за парковку.
Кто-то машину продал, освоил каршеринг. У кого-то машина грустнела под окнами, ее засыпало то цветочками липы, то снегом.
А я мчался в светлом вагоне метро, читал по дороге эссе Иосифа Бродского, мне было легко и свободно.
Друзья начали хмуро пересаживаться в тот же вагон, делая вид, что не замечают меня.
В компаниях никто больше не спрашивал, что же я. В компаниях стали беседовать о кулинарных рецептах, чтобы заглушить тоску по временам до парковок.
А я лишь улыбался, великодушно и мудро. Пришло мое легкое торжество. Когда друг без машины стал предметом зависти, пусть и скрываемой.
Теперь же, когда очереди на заправках, истошные крики «бензина нет и не будет» – теперь я ощущаю себя ницшеанским сверхчеловеком.
Но в его русской версии.
Когда твое величие заключается в том, что ты просто чего-то не сделал. Все делали, а тебе было влом. Над тобой насмехались, а тебе было начхать.
Но в финале ты победитель.

Алексей Беляков

Когда-то Виктор Шкловский недовольно буркнул про одного своего знакомого, затеявшего ремонт:
"Интеллигентные люди ремонт не делают".
Почему Шкловский так сказал? Что он имел в виду?
А вот что.
Интеллигентные люди (по меркам конца XIX - начала XX вв.) почти никогда не были собственниками квартир. Собственничество сразу передвигало их из интеллигенции в класс буржуазии. А интеллигентный человек квартиру снимал. Когда она обтрепывалась, то есть года через четыре-пять - он что делал? - правильно! Съезжал и снимал другую, свеженькую, только что отремонтированную специально "под сдачу"!
Эх. Жили же люди...

Denis Dragunsky

В 1968 году советская подводная лодка К-129 с ядерными ракетами и новейшими шифровальными книгами затонула в Тихом океане на глубине почти 5000 метров. СССР искал её 2 месяца и не нашел. А американцы нашли. У них была сеть секретных подводных гидрофонов, которые засекли звук взрыва.
На дне лежал джекпот: ракеты, торпеды, советские коды. Проблема - глубина 5 километров. Достать 3000-тонную подлодку оттуда было физически невозможно никакими известными технологиями.
ЦРУ решило эту технологию изобрести.
Они пришли к Говарду Хьюзу - эксцентричному миллиардеру, авиатору и кинопродюсеру. И предложили сделку: мы строим корабль, а ты говоришь всем, что это твоя новая игрушка для добычи марганцевых конкреций со дна океана.
Так был построен Hughes Glomar Explorer. Гигантское судно с вышкой, напоминающей нефтяную, и огромными дверями в днище. А внутри пряталась «Клешня Клементины» - механический захват циклопических размеров, который должен был опуститься на трубах на 5 километров вниз, обхватить советскую подлодку и втянуть её внутрь корабля через днище, чтобы никто ничего не увидел со спутников.
Это стоило 800 миллионов долларов (около 4 миллиардов по нынешним деньгам) и 6 лет подготовки.
В 1974 году корабль вышел в точку. Рядом крутились советские разведывательные суда, они подозревали неладное, но американцы играли комедию: ходили по палубе в шортах, делая вид, что просто добывают минералы. В это время из недр корабля клешня опустилась на дно.
Они смогли захватить подлодку, начали подъем. Но на половине пути лодка разломилась пополам. Две трети корпуса, включая ракетный отсек, рухнули обратно на дно.
Американцы подняли только носовую часть. Они достали тела 6 советских подводников (и похоронили их в море с воинскими почестями), несколько торпед и, возможно, часть документации. Оправдало ли это затраты - до сих пор спорят.
В 1975 году произошла утечка, журналисты всё узнали. Именно тогда в ЦРУ придумали фразу, знаменитый Glomar response, которая стала стандартом для всех спецслужб мира:
«Мы не можем ни подтвердить, ни опровергнуть данную информацию».

Некий, более чем хорошо известный мне простой советский человек, нормальный и неплохой мужик, сварщик, любитель выпить, в то же время любил читать.
Бывает.
Так вот. Он прочел "Мастера и Маргариту". От корки до корки.
Подумал, и сказал:
"А что - вполне возможно, была и на самом деле такая банда гипнотизеров".

Есть такой финн Петрус Шродерус. Он работал полицейским и пел для себя, потом выиграл любительский конкурс певцов, в более чем тридцатилетнем возрасте, после чего его пригласили в Национальную оперу Финляндии, где он опять пел около 7 лет, даже исполнял главные партии. А затем ему стало там скучно, он ушёл и вернулся на работу в полицию, и дослужился до старшего констебля.

Перед Чемпионатом мира по футболу 2014 года в Сингапуре была запущена рекламная кампания против азартных игр. В ней ребенок жаловался, что отец поставил все его сбережения на победу Германии. Целью рекламной кампании было показать, что от игровой зависимости могут страдать не только те, кто ставит деньги в тотализаторе, но и члены их семей.
Рекламная кампания имела обратный эффект — Германия тогда стала чемпионом мира.

Но и умники периодически лажают. Любимая история - интеллектуал лет тринадцати, растерявшийся у памятника Остапу Бендеру. Не в силах поверить, что великие романы прошли мимо такого прекрасного парня, я пыталась подсказать:
- Ну как же, это памятник веселому жулику.
Он на миг задумался. Просветлел и выпалил:
- Троцкому, да?

Татьяна Мэй

В 1970-м году в Японии произошёл инцидент с группой, называвшейся "Дзюссацу кито содан", или Группа проклинающих монахов. Группа сформировалась для того, чтобы с помощью заклинаний миккё отправить в ад руководство промышленных компаний, виновных в загрязнении окружающей среды.
Состояла она из 4-х монахов, 4-х послушников и фотографа (который потом тоже стал монахом).
Под флагами, на которых было написано "Проклятье", монахи проводили перед загрязняющими среду предприятиями ритуалы Чёбуку-хо, направленные на смерть заклятых врагов. Они посетили несколько заводов в префектурах Миэ, Гифу, Тояма и Ниигата, ставших причинами бронхиальной астмы, интоксикации солями кадмия, отравления парами ртути и др. среди местных жителей.
Предварительно было разослано послание: "Руководство компаний, загрязняющих окружающую среду, разрушает мир вокруг нас и заставляет население страдать. За это, сколько бы раз они ни перерождались, они вечно будут оказываться в аду. А проклятье будет для них состраданием Будды."
В результате появились сообщения, что руководители стали умирать один за другим, компании начинали переговоры о гарантиях непричинения ущерба окружающей среде. В газетах писали о ряде смертей: от внезапных болезней, несчастных случаев, самоубийств при невыясненных обстоятельствах, и т.п. При этом никаких юридических последствий не возникло, потому что для обращения в суд компаниям надо было бы признать свою вину в загрязнении. B текстах монахов не указывались конкретные имена и названия, а проклятие с научной точки зрения не может быть причиной смерти.

Про похмелье. Кто-то же должен?
В некоторых барах, в каких я бывала, существуют похмельные завтраки. Где-то их называют "канадскими", где-то "русскими", где-то даже британскими. На Бали таков был "австралийский": туда входили пинта воды, две таблетки от головы и похлопывание по спине или по плечам – на ваш выбор. В русском ресторане Паттайи встречался рассол. Но невкусный, из капусты и с перчиком. Однако краше всего с похмельем справлялись в Грузии: наливали огромную плошку харчо – обжигающего, кислого (сливы в составе), обильно пахнущего говядиной и обволакивающего питательным рисом.
И вы закономерно спросите: погоди, а как же том ям? Он и кислый, и сладкий, и терпкий, и острый. И горячий, и жидкий, и сливочный? Мать того том яма я видала в гробу – отвечу я вам совершенно беззлобно. Но со знанием дела отвечу. Ничего нету хуже том яма с похмелья. Слишком сложное блюдо, соборное. Превращающее похмелье в поминки радости. Изувечивающее желудок, насилующее рот. Нет, в Таиланде не понимают в похмелье – уж лучше кислые щи или борщ, куриный бульон или окрошка на квасе. Впрочем, квас тоже от лукавого.
Как-то по соседству у меня жил жгучий испанец. Чувак такой невиданной красоты, что смотреть на него было физически больно. Белозубый, загорелый, браслет из ракушечек, татуировки – типичный такой киногерой. Вот как вы представляете себе – так и выглядел. И бухал он так страшно, что разбегались коты, расползались гекконы и плакали статуи. Захожу как-то к нему поутру – проверить, живой ли, не помер ли. А он сидит в саду под Ганешей и пьет что-то из чашки, смешно комкая рот. Я ему говорю: "Что это у тебя, милый Марко"? Чай? Блек коппи? А он взял сосисок, сварил их в ковшике, а жижу-то пьет. Вот такие похмельные средства в Испании.
Здесь есть рисовый суп. Туда обычно кладутся свинячьи фрикадельки, имбирь, мята, жареный лук – а сверху все это заливается уксусом, который стоит в плошке рядышком. В уксусе плавает чили, чеснок, рыбный соус – а больше ничего не плавает. В целом, мне даже понятна концепция, но грузинский харчо тут сработал бы лучше.
Но сколько ни живу в Таиланде – видела всякое: финские рестораны, литовские, даже канадские. Вот эта знаменитая канадская кухня. Вы о ней что-то слышали? Вот я тоже ни разу. Русские рестораны, индийские, японские, китайские, корейские и вьетнамские. Латино-американские, ливанские, израильские, турецкие. Но ни одного даже завалящего грузинского – хоть кричи в туман опостылевший и проси в тайский рисовый суп пережарить говядины, слив, хмелей-сунелей и аджики остренькой.

Alena Chornobay

Когда-то, еще в доцифровую эру фотографии, я пришлa фотографироваться на загранпаспорт. Фотограф, женщина лет 50-ти, очень старалась: посмотрите чуть влево, подбородок немного поднимите и пр., процедура затянулась, и я, не выдержав этого томления, сказалa: "Да что Вы так переживаете, я же не для брачного агентства снимаюсь, а для пограничников". На что дама посмотрела на меня оценивающим взглядом: "Вам-то что, а знаете, как красивые обижаются, когда плохо выходят!"

Аристотель, как всем известно, был большой ученый, философ и педагог. Поэтому царь Филлип Македонский нанял его учителем для своего сына, Александра. И Аристотель старался, прививал ему любовь к гигиене и гомеровской поэзии. Александр Македонский был в те годы молодой совсем, зеленый ишшо, и звали его, наверное, просто Сашкой. Или даже Шуриком. И завел он себе любовницу, куртизанку по имени Филлида. Но Аристотеля чот защемило, вот прям в нем взыграло что-то от этой женщины. И давай он на нее глазом зыркать и зубом цикать. А она ему - "не твоя, вот и дразнишься", а он понимает, что как бы да, не его, но седина в бороду - бес в ребро. Зелен виноград. И не нашел Аристотель ничего лучшего, как рассказать юному Шурику, какие все бабы коварные, щука гляди и вообще - не след смотреть в их сторону. Отбивают разум они мимоходом. А Шурику за Филлиду стало обидно. Она хоть и куртизанка, но женщина приличная. А Филлиде такое отношение вообще не понравилось, поэтому решила она философа проучить. Пришла к нему и говорит - а пойдем со мной на сеновал! И он сразу согласился, понятное дело. Стоит, глаза стеклянные, бородой трясет... А она ему - Смотри чего дам! Вот только сначала поиграем в ролевые игры! Аристотель, конечно, был мудрец, но тут дал маху. Подумал, наверное, что анализ потенции и акта - это, конечно, хорошо, но пора уже от теории к практике переходить. Филлида так все устроила, чтобы Александр в неазначенный час "случайно" зашел туда, где она будет уединяться с Аристотелем.Приходит шурик и видит прекрасное - стоит престарелый философ на четвереньках, в зубах у него уздечка а на спине сидит обнаженная Филлида и хлыстиком его того... подстегивает. В лошадку они играют.
Шурик опешил от такого зрелища (а кто бы не). А педагог, не снимая гетеры со спины, ему сказал такие слова: «Вот видишь, если она такое вытворяет со мной, старым, умудрённым человеком, то представляешь, во что она может превратить тебя».
Есть версия, что Шурика так испугало увиденное, что он срочно расстался с Филлидой и резко перешел на мальчиков. Был и другой вариант финала - Филлида сама ушла от Шурика к его другу, художнику. Но этот сюжет - женщина, едущая верхом на мудреце, был очень популярен в средневековой Европе. Всякие теоретики утверждают, что таким образом высмеивалось подчинение женщине. А я вам так скажу - все эти натурфилософы те еще гады по жизни. Аристотель всю свою биографию относился к женщинам, как к умственно отсталым, говорил, что они достойны побоев и недостойны жалости. А тут прилетела ему ответочка. И это вполне разумно и весьма справедливо.

В 2000–е года общалась с обеспеченной семьей, мама с четырёхлетним сыном всегда передвигались на личном транспорте с водителем. По какой-то причине машина не могла их забрать. И чтобы парень не закапризничал, она сообщает: «Звонил папа. Сказал, что заказал нам целый автобус. С людьми. Бежим, покатаемся?!»

Примерно в 1704 году мой пра- пра- пра-(...)дед Петр Андреевич Толстой, служивший русским послом в Константинополе, получил от Петра I приказ доставить ему парочку смышленых арапчат.
Вроде бы, хотел, чтобы из них вышло что-то дельное, в укор расслабленным и ленивым белым боярским отрокам.
Петр Андреевич Толстой не знал, где взять смышленых, но рассудил, что знатное происхождение арапчат может послужить хоть какой-то гарантией сообразительности; по себе судил. Так что он не стал покупать на рынке обычных детишек, а вот приглянулась ему парочка чернушек, приобретенных за год до того султаном. То ли они были пленниками, то ли заложниками, мнения историков расходятся.
Дав взятку кому надо, Толстой послал в Россию сухопутную экспедицию (на море могли догнать и отнять), замел свои следы в этой истории и продолжил свою опасную службу.
Детки прибыли в Россию; старший особых талантов, нужных царю, не проявил, сделался гобоистом, а младшенький - ну, младшенький, как известно, стал "Арапом Петра Великого" и прадедом Александра Сергеевича Пушкина, Нашего Всего.
Сейчас, когда никто не скажет доброго слова ни про империю ("имперский оскал" - вот так вот принято писать у порядочных людей), ни про расизм, ни про взяточничество, ни про абьюз несовершеннолетних, ни про нарушения всех мыслимых прав человека, - сейчас, в день рождения Александра свет Сергеича, хочу от всего сердца отвесить земной поклон и поблагодарить империализм, расизм, самодурство, коррупцию и бесправие за то, что, сплетясь и переплавившись в большом котле истории, они преподнесли нам, нашей непростой родине, вот такой, истинно Царский подарок.

Татьяна Н. Толстая

Я в детстве болтала без умолку. При этом мечтала быть "барелиной". Мама мне сказала: "Ты же знаешь, что во время спектакля нужно два часа молчать. А ты и минуты промолчать не можешь." В результате я засекала два часа и молчала - тренировалась. А мама отдыхала от моей болтовни.

Zoya Zharzhevsky

Сборная Норвегии по футболу подверглась жесткой критике за проявление шовинизма, неонацизма, крайне-правого экстремизма и токсичной маскулинности.
Причина? Они сфотографировались перед чемпионатом мира в образе викингов.

B библиотеке:
- У вас есть книги про суицид?
- Да, но на руки мы их не выдаем.
- Почему?
- Не возвращают!

Cтуденты, сдающие написанные ИИ тексты, это лишь одна из бед наших дней.
— Мы тут купили аппарат, который перехватывает микронаушники, — поделилась моя подруга, декан одного из факультетов.
— Как это?
— Ну вот так. Включаешь его, и он на разных частотах может перехватить сигнал. Сидит студент на экзамене, пишет под диктовку, а мы слышим, что именно ему диктуют. И, знаешь, иногда хочется подойти и сказать: «Вам там чушь говорят, это неправильный ответ»...
— То есть по этой информации вы можете понять, что за билет, а следом — что это за студент?
— Именно. И мы всех предупреждаем, но всё равно идут с этими наушниками...
— Они же сейчас мелкие совсем? Я когда на прямых эфирах работал, у нас такие вкладыши были, телесного цвета. Если длинные волосы, то вообще не видно.
— Это прошлый век. Сейчас они крошечные, их никак не увидишь. Зато потом они внутрь уха проваливаются, и наши оболтусы стоят в очереди в поликлинику, чтобы им наушник этот достали.
— А вторгнуться в канал можно? И что-нибудь туда сказать?
— К сожалению, только услышать. Но если бы ты знал, сколько их каждый раз...
В наше время пытались как-то с гарнитурой сдавать, но тогда техника ещё была грубее. Провода торчали, а затем появился блютус такого размера, что нигде и не спрячешь. Поэтому старые добрые шпаргалки выручали.
(Хотя я как-то умудрялся печатать под партой на кнопочном телефоне смски вслепую...)
Так что профессор, конечно, лопух, но аппаратура при нём, при нём! Ver menos

Leonid Smekhov

У моей подруги муж иногда шабашит. Недавно чинил что-то там в детском саду. Домой вернулся не в себе:
- Чиню полочку в помещении, где детки руки моют и все такое. Слышу за спиной шуршание. Оглядываюсь, девочка заходит. А так как я в десять раз её больше, то она меня не замечает.
Подходит эта кнопочка с бантиком к раковине, оглядывается по сторонам и начинает лизать кран. И лицо у неё при этом такое счастливое, будто пломбир ест. Тут в группе нянечка что-то уронила, девочку как ветром сдуло. Я даже глаза протёр, вдруг мне все привиделось. Раковина на месте, кран на месте, а девочки нет.
В общем, он потом ещё полчаса боролся с желанием лизнуть кран. Такой блестящий, такой гладкий и прохладный.
- А чо ты сопротивляешься? Давай полижем, - сказала моя подруга и тут же сделала.
Она вообще женщина очень решительная. И красивая. И умная.
- Не надо! Там же микробики! - попытался остановить её муж, но она уже перекатывала во рту язык, как её учили на курсах сомелье. Чтобы, так сказать, раскрыть вкус крана.
- Ну как?
- Явные нотки чистящего средства. Слушай, краны же, наверное, все разные на вкус!
- Дай я! - оттолкнул её муж и тоже лизнул.
В общем, все их друзья уже в этом флешмобе поучаствовали и пересрались, у кого дома кран вкуснее.
А вы не лижите! вы же взрослый человек и можете себя в руках держать.

Если честно, не очень понимаю, как мы жили без нее сотни лет.
Ведь она появилась совершенно недавно, лишь в 90-е. С наплывом деловитых азиатских ребят, которые строили все подряд, торговали китайским, а заодно принесли шаурму в великую нашу культуру и потеснили ей все старанья Похлебкина, Гоголя и Молоховец.
То есть она примерно ровесница нашей демократии.
Демократии уже нет, а шаурма вот, пожалуйста. Ее только больше становится.
И все больше людей обращают к ней благосклонные взгляды. Когда с деньгами не очень, в ресторан не пойдешь, а тут за триста рублей весь обед.
Есть такой Даванков, вице-спикер Госдумы от партии Новые люди. Года три уж назад он даже направлял обращение в Роскомнадзор, все было очень серьезно. Предлагал сформулировать «рекомендации по необходимому сбалансированному и гармоничному составу шаурмы».
Но что-то затея не вызвала отклика, Роскомнадзору куда больше понравилось жрать телеграм и другие ресурсы.
Однако направление мысли в целом было разумное. Можно было бы сделать целый госпроект – Росшаурма. Здание в центре Москвы, большой аппарат, солидный бюджет, программа мероприятий, зарубежные командировки, молодежное отделение.
Зря отмахнулись.

Алексей Беляков

Когда-то я проходила практику в следственном отделе РОВД. Больше всего на свете всё РОВД ненавидело ночные дежурства, а я страстно их любила. Выезды с мигалками, преступления, если повезёт - перестрелка! Как в детективе.
Но в жизни все выглядело несколько иначе. Три часа ночи. В отдел приволокли мелкого жулика, кажется, карманника. Сонная, бледная и злая дознаватель Софья Николаевна рисует протокол опроса.
Рядом дремлет ПНДшник. В углу всех ненавидит участковый. Опера бесшумно наливают в дежурке.
Малолетний рыжий тощий жулик пишет под диктовку. Смотрит затравленно.
- И обязуюсь, - диктует Соня, глядя на жулика красными глазами, - По первому требованию являться в органы дознания, следствия и суда...
Берет протокол. Перечитывает. Дежурку оглашает вопль раненного вепря:
- Да не "СЮДА", а "СУДА", долбоеб, твою мать...
Вот где литература-то. Зря не осталась.

Мария Дегтерева

Вы наверняка помните, что февраль 1917 года выдался жарким. В результате революции Николай Второй отрекся от престола, а страну возглавило Временное правительство.
И вот представьте, что в 1960-е советский журналист Генрих Боровик находит в Америке ещё живого, хоть и очень пожилого Керенского, и берет у него интервью.
После интервью журналист сказал Керенскому:
— Знаете, Александр Фёдорович, в Москве есть такой театр на Таганке.
— Слышал...
— И вот в нём недавно поставили спектакль по Джону Риду «Десять дней, которые потрясли мир».
— Так-так?
— Так вот, в нём есть ваш персонаж.
Александр Фёдорович заинтересовался:
— А кто же играет... меня?
— Вас играет молодой артист Владимир Высоцкий.
Керенский, с радостным удивлением:
— Ну надо же! Меня играет сам Высоцкий!
А Генрих Боровик, бравший то интервью, до сих пор жив. Фантастика.

Leonid Smehov

Поначалу в Петербурге было лето круглый год. Всегда тепло, солнечно, никому было не душно и не дуло. Но потом на город обрушилась большая литература.
Достоевский придумал дождь, Гоголь — зиму, Бродский — слякоть и желание покурить. Блок решил, что половину времени будет ночь, Андрей Белый сторговался, что из неё часть будет белой.
Пушкин везде расставил чугунные памятники и мосты, а Грин сделал так, что мосты понадобилось разводить. Когда мосты сводились, по ним то и дело скакал Хармс верхом на жирафе.
Понаехавший из Москвы через Оренбург Крылов завез обжорство, снобизм и привычку иносказательно обзывать всех обезьянами.
Ахматова начиталась Достоевского и придумала простуду. Зощенко пришлось придумать Сестрорецк, чтобы было где прятаться от Достоевского, Гоголя и Ахматовой.
Чуковский придумал детей, Гумилёв — семейные обязательства, а Виктор Цой — поребрики и шляться.
И только Стругацкие придумали космос, чтобы у жителей Петербурга была хоть какая-то альтернатива.

Gleb Klinov