Поиск по автору:

В дни, когда звери трепетали перед могучими львами и называли их владыками всея саванны, вышел из тени тот, кто не склоняется ни перед кем. Его не породила злоба, но гнев стал ему пищей. Ни укус кобры, ни клык леопарда не сразили его, ибо кожа его — самая крепкая броня, дух его — закалённая сталь, а сердце — барабан войны. Так явился новый Владыка. Он стал истинным царём зверей — не по званию, но по праву. И поклонились ему даже самые гордые.
Медоед мал ростом, но облик его не знает слабости. Тело его — плотное и низкое, будто вырезано из чёрного гранита. Спина — цвета пепла, словно вся пыль бесчисленных битв осела на его шкуре. Лапы — когтистые молоты, созданные крушить и подчинять. Глаза — не блеск хищника, но холод наблюдателя: всё видит и многое ведает.
От пустынь Намибии до индийских джунглей его боятся и восхищаются им. Медоед ступает по земле, как воинственный царь, собирающий свою дань. Он берёт всё, что пожелает: ящерицы, зайцы, гадюки, мёд, чужая добыча — всё становится его трапезой. Даже большие коты уступают ему свой завтрак, пока вместо него Владыка не спросил их жизни.
Пусть на Медоеда обрушится шквал пчелиных жал, дождь из игл дикобраза, копыта буйвола, когти леопарда или клыки льва. Госпожа эволюция создала в лице Медоеда идеального воина-берсерка, даровав ему две способности.
Первая — нечувствительность к боли. Удары, порезы и раны не способны сломить бушующую волю к победе. Медоед был выкован вечным пламенем, чтобы атаковать и держать удар от зверя в 10 раз крупнее него. Молодые хищники, что впервые встречают на своём пути Владыку, порой видят в нём лёгкую добычу и вступают в бой. Но почти никогда им не выйти победителем.
Тело Медоеда слышит боль, но не слушает: её глас гасят толстая кожа и жировая прослойка под ней. Шкура зверя — и доспех, и оружие одновременно: невероятно прочная, но исключительно эластичная. Толщиной в палец, до 6 миллиметров, она в четыре раза прочнее человеческой кожи и в несколько раз подвижнее.
Глупец, схвативший Медоеда, пожалеет о своём поступке, ведь возмездие будет стократ сильнее. Владыка изворачивается внутри собственной кожи и обрушивает гнев на врага. Он вцепляется обидчику в морду, глаза, нос — куда угодно. Гибкий позвоночник, стальные мышцы и челюсти-капканы не знают пощады. Укус настолько силён, что зверь раскалывает черепаший панцирь с такой же лёгкостью, как куриное яйцо.
Второй дар эволюции — невосприимчивость к яду. Кобры и мамбы — самые смертоносные змеи Африки — для Медоеда лишь трапеза. Четверть всего рациона Владыки состоит из змеятины. А все благодаря одной маленькой мутации в ДНК, что превращает яд в воду.
Токсин большинства ползучих гадов нацелен на никотиновые ацетилхолиновые рецепторы. Эти рецепторы находятся в нервной системе и мышцах. Именно они передают сигналы о том, что телу нужно двигаться, легким — дышать, а сердцу — биться. Но змеиные токсины блокируют их работу, из-за чего наступает паралич дыхания, остановка кровообращения, поражение нервной системы и смерть.
Так вот, на Медоеда отрава не действует. Его ацетилхолиновые рецепторы отталкивают молекулы яда с помощью аминокислоты аргинина. От смертоносного укуса чёрной мамбы владыку лишь потянет на сон. Но ненадолго: как только Медоед очнется, он восстанет и добьет врага.
Не всегда Медоед берёт своё грубой силой: он славится хитростью и умом. Так, Владыка заключил союз с маленькой птичкой медоуказчиком. Она показывает, где обнаружила улей, Владыка разоряет его и делит с пернатым добычу. Медоед забирает мед, а медоуказчик — соты и личинок.
Даже человеческая хитрость не способна сломить дух и волю Владыки. Удержать зверя в неволе — то ещё испытание. Из любого заточения Медоед будет искать выход острыми когтями и не менее острым умом. Самый известный Медоед-беглец — Стоффл. Из центра реабилитации диких животных в ЮАР он сбегал несколько десятков раз!
Слава бесстрашного воина идёт далеко впереди самого бойца. Так что некоторые животные не просто преклоняются перед ним — они мимикрируют. Детёныши гепардов очень интересно раскрашены: тёмные бока и белая шерсть на спине издалека очень похожи на Медоеда. Благодаря этому котят обходят стороной львы и гиены, никому не хочется просто так нарваться на гнев Владыки.

Не моё

Что я узнал за 15 лет священства в РПЦ⁠⁠

Получив священный сан ты попадаешь в рабство. Буквально. Сначала твой епископ решает, куда тебя отправить - на хороший приход в крупном городе, или на разрушенный приход в ебенях с тремя бабками. Далее настоятель решает, какое денежное довольствие ты будешь получать. Понравишься ему - может даже пару МРОТ положит. Не понравишься - вот тебе символически 1К в месяц, а дальше как-нибудь сам. И пох, что у тебя семья

РПЦ ценит неучей. С трудом закончил 11 классов, а дальше не потянул даже заборостроительную шарагу? Отлично, смело иди в семинарию! Ведь если у тебя не будет светского диплома и светской профессии, ты будешь абсолютно зависеть от своего епископа и своего настоятеля (почему - смотри пункт 1), и точно не будешь высказывать, что не надо. А человек с профессией и образованием может в один прекрасный момент просто послать весть этот цирк уродов куда подальше и пойти на нормальную работу.

Священники - это каста. Если твой папа, а в идеале ещё и дедушка с прадедушкой, были священниками, ты - голубая кровь. Тебе по наследству передадут крупный и денежный приход, церковное начальство твоей епархии для тебя не грозные владыка Никодим и отец Алексий, а дядя Кодя и дядя Лёша, которые к твоему папе на шашлыки приезжали. А если пришел с нуля, ты никто. И это проявляется ещё в семинарии. Таких папиных сынков ставят петь в хор или помогать на службе, а пролетарии идут разгребать мусор/чистить картошку.

Нормальные люди в церковь не ходят. То есть, существуют две большие группы прихожан - старые бабки, которым некуда идти и нечего делать, вот они и кучкуются в церкви; и дети, которые учатся в воскресеной школе, и на неделе их тоже стараются вовлекать. У взрослого человека с работой, семьёй и полноценной жизнью нет ни возможности, ни необходимости регулярно ходить в церковь. Так что, если видите мужчину/женщину 20-50 лет, одиноко стоящих на службе, держитесь от них подальше, с ними конкретно что-то не так. Нет, может быть это действительно человек искренне воспылал верой и предпочитает службу всем прочим развлечениям, но таких 1 на 1000. А в большинстве случаев - такой человек полный неудачник, у которого ничего не клеется, вот он и прибежал в церковь.

Люди не считают тебя за обычного человека. Например, вряд ли кому-то в здравом уме придёт в голову рассказывать обычному незнакомцу, как ты гонял шкурку на видео с обезьянами или как ты жрал кошачий корм. А священнику такие истории несут пачками, да ещё и спрашивают, что им делать. Голову лечить, родные, голову. Отсюда же вытекает правило - никогда нельзя давать прихожанам свой личный номер телефона. Иначе будут звонить в 3 ночи, ибо приснился страшный сон, или в 6 утра, ибо проснулся с поллюциями/менструациями. Кошмар.

Фиксированные суммы на всё в церковной лавке - необходимость. Потому что чаще всего для наших людей слова "за пожертвование" означают "на халяву". Мы у себя в храме как-то проводили эксперимент - всё из церковной лавки, кроме совсем уж дорогих украшений и икон, за сколько не жалко. И что вы думаете, за товар на 50 000 мы в итоге собрали "пожертвований" на 7 838 рублей 50 копеек (кто-то реально копейки притащил). Больше мы таких экспериментов не устраиваем.

Если у церкви есть попрошайки, значит священник 100% в доле. Открывается новый храм, к настоятелю приходит мужчина с хитрыми глазами, и расписывает самый настоящий бизнес-план - вот столько "нищих" мы поставим, вот столько примерно они будут поднимать, вот столько получишь конкретно ты, батюшка. Соглашаться или нет - личное дело настоятеля, но на практике почти никто не отказывается, ибо это деньги их воздуха

Самая большая нагрузка в церкви, как и везде, падает на низший персонал - всяких чтецов и певцов. Потому что действия и слова священника на службе всегда фиксированные. Самые большие изменения происходят именно в том, что читают и поют. И вроде священник должен во всём этом разбираться, чтоб если что поправить, но так лень

Родители, которые отдают детей в воскресную школу, чаще всего их ненавидят. Им плевать на веру, на благочестие, им лишь бы куда-то сплавить выродка, чтоб в воскресенье тоже не мешался под ногами. А всякие секции стоят денег, да и отдашь пизюка на карате, он потом возьмёт, и в один прекрасный день отхреначит непутевого батяню/маманю. А в воскресной школе его вроде бы должны научить вторую щеку подставлять.

Дети верующих родителей - это трагедия. Потому что в 99% случаев они уйдут из церкви и будут с отвращением вспоминать посты, службы и дополнительный учебный день по воскресеньям. И хорошо ещё, если просто к нормальной жизни уйдут, а то ведь могут и начать путешествовать по сектам, в поисках "той самой истины, которой нет в рпц"

Один единственный совет, который хочется дать абсолютному большинству прихожан - включите мозг

Милостыню бездомным нужно подавать только фальшивыми деньгами! Их арестует полиция и у им будет где жить! Не благодарите!