История №1507726
- Наташа! У вас всё хорошо?
Удивлённо останавливаюсь.
- Все отлично, Лена! - Кричу в ответ. - Не считая того, что опаздываю.
- Ай, поверьте, на смертном одре вы, может быть, вспомните, как мы тут с вами мило болтали, но точно не вспомните о каких-то скучных опозданиях на работу!
Я согласно улыбнулась и поинтересовалась в ответ:
- Как ваши дела?
- Могли быть и лучше! - Охотно отозвалась Лена.
- Что так?
- Алла уволилась, и я никак не могу подобрать себе сменщицу! Вчера утром приходила одна, ну такая интеллигентная - просто, королева английская, подвинься! Расположились с ней за столиком, стали разговаривать и пить чай, как две благородные леди. Я расписывала ей наш подъезд во всей красе и уверяла, что только по недоразумению здесь не висит табличка "Подъезд образцового содержания"...
И тут из лифта выходит Гриша, жилец из 79-й. В жёлтых трусах и шлепках. Как из бани, честное слово.
- Доброе утро, дамы! - Помахал нам игриво, встал на крылечке и курит.
Мы ошелело смотрим на него в камеру и понимаем только одно - человек соблюдает баланс: одновременно гробит и закаляет свой молодой организм, чтоб у него всё хорошо было.
У новенькой мгновенно запотели очки. А меня разобрал смех. Это же эпизод для комедии в духе Георгия Данелии.
Он возвращается обратно, я ему кричу:
- Григорий, вы бы хоть куртку накинули! На улице минус пять!
Сменщица же моя высокодуховная побледнела и залопотала:
- Боже, боже, какой кошмар! Нет, я к такому не готова! Я не смогу! Нет, нет, нет...
Как курсистка, честное слово. Подумаешь, человек вышел на крыльцо в трусах! Да, в феврале. Да, на крыльцо многоквартирного дома. Да, трусы были ярко-желтые. Но ведь они были!
Я стала ее успокаивать и убеждать, что это наш местный клоун, совершенно безобидный, подрабатывает актером, немного склонен к эксцентрике. Даже приврала, что он вообще тут снимает квартиру и через месяц съедет.
- Целый месяц! - Ужаснулась эта воспитанница института благородных девиц. - Я столько не выдержу!
И тут этот клоун снова выходит из лифта! На этот раз в куртке.
Кричит:
- Лена, вы просили - я надел куртку!
И распахивает ее эффектно, как чертов эксгибиционист в парке.
А под курткой вообще ничего. Даже жёлтых трусов!
Наташа, ну что вы смеётесь, я так сменщицу себе никогда не найду!
©️Волошина Наташа
Гриша, или Эротика подъездного хозяйства
Продолжение истории Наташи Волошиной
Часть вторая, в которой желтые трусы становятся местной легендой, а подъезд — местом паломничества
Недели две после того случая подъезд гудел, как трансформаторная будка. Бабульки на лавочке обсуждали «гришинские трусы» с таким жаром, будто это была новая коллекция «Гуччи». Мужики в лифте многозначительно подмигивали и спрашивали: «А правда, что Григорий теперь в чем мать родила на почту ходит?» Я отмахивалась, но внутри уже зрело нехорошее предчувствие.
Лена, наша консьержка, ходила мрачнее тучи. Сменщицу она так и не нашла. Кандидатки, наслышанные о «подъездном эксгибиционисте», либо сразу вешали трубку, либо приезжали с блокнотами и записывали расписание выходов Гриши, как график движения электричек.
— Наташа, — жаловалась она мне в окошко, — вчера одна пришла. Из Петергофа, между прочим! Интеллигентная, с брошью. Спрашивает: «А где здесь у вас нудистская секция?» Я говорю: «Какая секция, у нас подъезд жилой!» А она: «Ну как же, мне в женском форуме написали, что здесь по утрам бесплатный стриптиз для жильцов. Я с подругой хотела записаться на просмотр».
Я прыснула в кулак, представив очередь из дам с биноклями у нашего подъезда.
— Лена, ну вы же сами видели, он не специально. Он же актер, у него натура творческая.
— Актер! — фыркнула Лена. — Знаете, где он теперь работает? В театре «На Литейном»! И знаете кем? Гамлета играет! Вчера афишу видела: «Гамлет. В главной роли — Григорий Задорожный. Сцена с Офелией — в жёлтых трусах (художественное решение)».
Я чуть не поперхнулась кофе. Вот это пиар-ход!
Но самое интересное началось через месяц.
Часть третья, в которой выясняется, что под курткой может скрываться не только тело, но и большая тайна
Как-то вечером сижу на работе, дописываю отчет. Вдруг звонок от Лены. Голос у неё странный, придушенный, как будто она только что увидела привидение или выиграла в лотерею, но боится в этом признаться.
— Наташа, вы домой когда?
— Часа через два, Лена. А что?
— Да так... Приходите, расскажу.
Прихожу. Лена сидит в своей каморке, перед ней кружка чая, а лицо... такое мечтательное, как у девочки-подростка, впервые увидевшей Тимати.
— Ну? — говорю. — Что случилось? Гриша опять в трусах выходил?
— Хуже, — шепчет Лена. — Он вышел без трусов.
Я замерла.
— В смысле? Опять куртка и ничего?
— Хуже, — повторяет Лена. — Он вышел... с пирожками.
Я села. Честное слово, села прямо на подоконник, потому что ноги отказали.
— С какими пирожками? Откуда?
Лена сделала драматическую паузу (сказывается многолетнее общение с жильцами) и выдала:
— Он испек. Сам. Для меня. Потому что я жаловалась, что сменщицы нет и поесть некогда. И принес в семь утра. В одних трусах. В жёлтых. И говорит: «Лена, это вам. С любовью. От Гамлета».
Я представила эту картину. Утро. Подъезд. Консьержка. И Гриша в трусах, с противнем горячих пирожков. Это же не подъезд, это съемочная площадка нового сериала!
— И что вы? — спрашиваю.
— А что я? — Лена застеснялась, как пятиклассница. — Взяла. Пирожки вкусные, между прочим. С капустой. Мои любимые.
— Откуда он знает, что вы любите с капустой?
— Не знаю, — Лена пожала плечами. — Спросил, наверное. Или... — она замялась, — или я в прошлый раз при нем говорила, когда вы звонили про свой отчет.
Я смотрела на Лену и понимала: наша консьержка, женщина строгая, с принципами, с выговором, способным остановить атомный реактор, — она краснеет. Краснеет, как та самая курсистка, которая месяц назад сбежала от желтых трусов.
Часть четвертая, философская, в которой выясняется, что стыд — понятие относительное, а пирожки — абсолютное
На следующий день Гриша принес пирожки с рисом. Через день — с яблоками. Еще через день — с мясом. Ассортимент расширялся, трусы оставались желтыми, погода за окном — февральской.
Лена расцвела. Она перестала жаловаться на сменщицу, перестала ругать Гришу за эксцентрику и вообще заметно помолодела. Начала краситься. Потом сделала прическу. Потом купила новую кофточку.
Я молча наблюдала за этим подъездным романом и думала: а ведь права была та дурацкая книжка «Сто лет одиночества» — любовь приходит, откуда не ждешь. Иногда в желтых трусах и с противнем пирожков.
И тут в один прекрасный день происходит событие, которое перевернуло все.
Часть пятая, кульминационная, в которой Гриша совершает подвиг и теряет трусы навсегда
В нашем подъезде случилась коммунальная авария. Прорвало трубу горячего водоснабжения в подвале. Вода хлещет, пар валит, жильцы в панике, сантехник обещал быть через три часа, но кто ж ему верит.
И тут из лифта выходит Гриша. Без трусов. Совсем. Потому что зачем трусы, если ты собрался в подвал, где и так жарко?
Он проходит мимо остолбеневших жильцов, мимо бабулек, позабывших закрыть рты, спускается в подвал и через сорок минут вылезает оттуда весь в грязи, но с гордым видом победителя стихии.
— Задвижку перекрыл, — сообщает он обалдевшей публике. — Течь устранена. Можете расходиться. И кстати, Лена, я вам пирожки с луком и яйцом принес. Свежие. Утром испек.
Тишина в подъезде стояла такая, что было слышно, как в соседнем доме у кого-то чайник закипает.
А потом бабки зааплодировали.
Честное слово. Бабки, которые полгода назад крестились при виде желтых трусов, теперь хлопали голому по пояс Грише, потому что он спас их от затопления. И пирожки, видимо, тоже сыграли роль.
Часть шестая, финальная, в которой подъезд обретает счастье, а Гриша — постоянную работу
Теперь Гриша — официальный герой нашего подъезда. Сантехник, который должен был приехать через три часа, приехал через два дня и долго ругался, что «какой-то клоун без штанов всю работу сделал, а мне теперь без премии сидеть».
Лена сменщицу нашла. Знаете кого? Ту самую интеллигентную даму из института благородных девиц, которая сбежала от желтых трусов. Оказывается, она прочитала в новостях про подвиг Гриши, приехала с цветами и сказала: «Я была неправа. Настоящий мужчина познается не по одежде, а по поступкам. И по пирожкам, — добавила она, увидев, как Гриша выносит Лене очередную партию. — Где научились так печь?»
Гриша скромно потупился и сказал, что в театральном училище был факультатив «Сценическое движение и кулинария».
Теперь в нашем подъезде висит табличка. Не «Подъезд образцового содержания», а «Здесь живет Гриша. Печет пирожки по вторникам и четвергам. Вход строго в одежде».
А Лена и Гриша... Ну, они теперь вместе ходят в магазин за продуктами. Лена в новой кофточке, Гриша — в нормальных штанах. Потому что дома, говорит, могу ходить как хочу, а на людях надо соответствовать статусу.
Статус у него теперь — «личный герой и пирожковый мастер консьержки Лены». И знаете, глядя на них, я понимаю: счастье оно такое — приходит неожиданно. Иногда в феврале. Иногда в желтых трусах. Но чаще — с пирожками. Особенно с капустой. Моими любимыми, между прочим.
Так что, Лена, если вы это читаете — Гриша ваш, конечно, молодец. Но пирожки он теперь и мне иногда носит. По старой дружбе. Я не против.
А подъезд наш теперь — самое романтичное место в районе. Вчера вечером вижу: парочка целуется у лифта. Я им: «Вы кто?» А они: «Мы туристы. Приехали на экскурсию к месту, где началась великая любовь в желтых трусах». Вот так.
Говорят, скоро снимут документальный фильм. Режиссер какой-то известный заинтересовался. Сценарий пишут. В главной роли, естественно, Гриша. Трусы обещают желтые, исторические.
Лена волнуется, худеет к премьере. Я ей говорю: «Лена, вы и так красавица. Главное — пирожки не забудьте. С капустой. Это же ваш фирменный знак теперь».
Она смеется. А Гриша стоит рядом, в нормальных штанах, и смотрит на неё так... Ну вы понимаете. Как Гамлет на Офелию. Только без трагедии. С пирожками.
Эпилог, написанный на смертном одре (как учила Лена)
И знаете, Лена оказалась права. На смертном одре я, конечно, много чего вспомню. Но тот февраль, желтые трусы, Гришу с противнем, Лену в новой кофточке и бабулек, аплодирующих голому герою, — это я не забуду точно. Потому что это и есть жизнь. Настоящая. Непричесанная. Смешная. Иногда нелепая. Но с пирожками.
А те 200 метров, которые я пробежала тогда, опаздывая на работу, — забыла сразу. Чего и вам желаю.
©️ Нашаташа Лавашина, продолжение
Простоял на морозе в одних трусах, затем вышел без трусов.
А что там дамы без микроскопа смогли рассмотреть?
если Лена не из Одессы, тогда я вообще ничего не смыслю в этой жизни )))
April19➦Гарик О• 14.02.25 18:52🇷🇺
Гарик, это прото стилизация. Автор может. Сможем и мы, если вздумается такое проделать. Но зачем?
April19➦Гарик О• 14.02.25 21:56🇷🇺
Я люблю послушать хороший русский язык (которого у меня, увы, нет). Не литературный, не театральный, не книжный, не киношный, не искусственный. Настоящий. Без акцентов, влияний и жаргона. Без южного, вятского и уральского говоров.
Гарик О ★➦April19• 14.02.25 22:29🇷🇺
хороший русский хорош, когда на нём говорят все окружающие
а в регионах полно диалектов, каждый на своём месте
мне нравятся южно русский и северный, к примеру
конечно, когда там бывал