История №1637513

Как я стала отличницей.

В детстве я была очень худенькой и ничего не ела. Педиатр писал в карточке «дефицит веса», а бабушки обвиняли родителей, причитали, что дитя скоро ноги протянет, и вызывались откормить меня блинами со сметаной.

Мамина бабушка решила проблему моего питания истинно деревенским методом: перед обедом она капала мне в ложку две капли самогонки «для аппетиту». После такой терапии я действительно вылизывала тарелку, но растолстеть так и не успела: родители быстро покончили с детским алкоголизмом и спешно забрали меня домой. После этого они побаивались многообещающих предложений по моему «откорму». Но папина бабушка, учительница на пенсии, обещала использовать только педагогические приемы.

Итак, я поцеловала в нос любимого кота, собрала вещи, и мы поехали к папиной родне.

В первый же день я последовательно отказалась от каши, супа, котлет, гарнира и компота, чем только подтвердила свою репутацию. Бабушка поняла: при таком раскладе она не то что не справится с задачей, а рискует провалить миссию и вернуть меня родителям еще более худой.

Тогда она вспомнила свое педагогическое прошлое, взяла тетрадь и размашисто написала на обложке: «Дневник». Так у меня появился первый табель успеваемости еще до школы.

Училась я из рук вон плохо. У меня была двойка по предмету «суп», двойка по каше, слабая тройка по блинам и твердый кол по котлетам. Даже по такой дисциплине, как «глазированный сырок», где все были отличниками, у меня стояла тройка с большим минусом. Сырки тогда были дефицитом и доставались по блату, но я их все равно не ела. Бабушка пугала, что отдаст вкуснятину соседским детям, но в результате в последний день срока хранения доедала их сама.

Я каждый день торговалась и убеждала бабушку, что просто надкусить котлету — это уже крепкая четверка. Она же заявляла, что это двойка, а на четверку нужно осилить половину пюре и хотя бы одну котлету целиком. Обещания «выпить компот вместо супа» тоже не принимались: для тройки по первому блюду требовалось выесть всю гущу, которую я любила меньше всего.

Это был не дневник прилежной ученицы, а телефон телевидения из мультика про Карлсона: 322-223. От старших товарищей я знала, что с такими оценками оставляют на второй год. Но перспектива зависнуть у бабушки меня не пугала, гостить у нее мне нравилось.

Бабушка узнавала новые рецепты у соседок и пыталась разнообразить мое меню. Покупала тарелки с рисунком на дне и убеждала съесть все, чтобы посмотреть на картинку. Даже обещала мороженое в качестве премии. Все без толку. Я ковыряла вилкой в тарелке, съедала пару кусков хлеба и убегала гулять.

Лето пролетело быстро. Несмотря на скверную успеваемость по «блинам» и «кашам», на второй год бабушка меня не оставила и вернула родителям. Такой же худой, но живой.

Педагогический эксперимент с треском провалился: привеса не было. Зато бабушка мне «дала установку». В сентябре я пошла в первый класс и так боялась снова увидеть двойки, что стала круглой отличницей. Правда, теперь оценки ставили уже не за супы и котлеты, а за математику и письмо.