История №1638910

За $3 любой брокер сварит маму в микроволновке

В конце 90-х мой приятель Серёга уехал в Нью-Йорк и каким-то чудом устроился «звонилкой» в третьеклассную брокерскую контору на Лонг-Айленде. Контора занималась тем, что впаривала мусорные акции (penny stocks) доверчивым дантистам из Огайо. По сути — классическая «бойлерная».

Шефом у них был чувак по имени Фрэнк. Фрэнк весил под 130 килограммов, носил костюм-тройку в полоску, пах дорогим одеколоном и имел привычку каждое утро ровно в 8:30 орать на весь опенспейс:

— Если вы сегодня не продали ни одного лота, вы не просто нищие. Вы крадете кислород у моих детей!

Серёга быстро понял механику. Главное — не затыкаться. Брокер на телефоне — это дрессированная акула. Говори уверенно, сыпь терминами вроде «высокотехнологичный прорыв» и «эксклюзивный шорт-сквиз», и клиент сам отдаст деньги. За три месяца Серёга оброс плотным слоем цинизма, купил подержанный «БМВ» и начал искренне презирать людей, которые работают за фиксированную зарплату. Ему казалось, что он поймал бога за бороду.

Всё закончилось в один день весной 2000 года, когда лопнул пузырь доткомов.
Утром рынок открылся сплошным кровавым падением. Акции компаний, которые еще вчера «меняли мир», превратились в тыкву. В офисе стоял грохот, как на скотобойне. Клиенты звонили и орали так, что мембраны в трубках лопались. Фрэнк вышел из своего кабинета, молча посмотрел на летящие вниз графики, снял пиджак, аккуратно повесил его на спинку стула и сказал:
— Всем спасибо. Лавочка закрыта.

Через полчаса в офис вошли два агента ФБР со складными коробками для изъятия жестких дисков.

Серёга выходил из здания с одной пластиковой коробкой, в которой лежали его кружка, блокнот и семейное фото. На парковке его ждал «БМВ», за который оставалось выплатить еще 15 тысяч долларов по кредиту. Рядом на поребрике сидел топ-брокер конторы, который еще неделю назад хвастался часами за 10 штук, и тупо курил, глядя на свои начищенные туфли в луже протекшего автомобильного масла.

Вечером Серёга сидел в дешевом баре в Квинсе, пил самое паршивое пиво и думал о том, что американская мечта — это когда тебя сначала пускают погреться у камина, а потом этим же камином бьют по голове.