Юмористические истории

В аэропорте Шарма шобла харедим мазала тов пятки, сваливая в Лондон, зе капитал оф грейт британ. Из Бен Гуриона вылетишь или застрянешь, то один Элохим Адонай знает, потому автобус, земля Кемт, Исход.
Реээкспорт, так сказать.

Араб на входе веселился вовсю. Мол, надо кипу снять. Ортодоксы в крик: им без шляпы низя. Заратустра не велит. Араб им, мол, тогда пешком пиздуйте. Вам невпервой. За 40 лет до Каира точно дошкандыбаете, там правила помягче. А сейчас, шляпа сними, трубка сверни, в жопа засунь, на хуй пошел.
Глядя на этот бесплатный цирк я по быстрому сварганил из газеты шапку-малярку и предложил ее упорствующим в вере.
Приготовил телефон.
Такие кадры взорвали бы Сеть наверняка.
Ортодоксы тяжело, мрачно, по бычьи переводили мутный взгляд с лучащегося желанием помочь меня, на газетную кипу, на араба, который не обоссался только неимоверным усилием воли.
В конце концов, посовещавшись, решили покрывать башку талитом, наволочка такая с кистями, что они под лапсердаками таскают.
Сам я на обыск пошел с маляркой на башке. Араба скрючило. Тот, подвывая, махнул рукой, мол, вали, Христа Ради, дай работать спокойно!
Проходил неосмотренным.

Лебедица сердца маво, в вере иудейской несведущая, поинтересовалась, что это за симфонический оркестр тут переезжает, и почему они без инструментов?

- Это евреи, грю.
- ЭТО?!
- Ну. Евреистей некуда. Квинтэссенция, так сказать. Абсолют. Вещь в себе. Кантианские аиды. Или Кантовские.. В квадрате.
Сферические жиды в вакууме, если так можно выразиться.
Милая долго пырилась то на мою лысую башку, то на этих жертв абортов тети Песи.
- А ты тогда кто?!!!

Не нашел, что ей ответить. Я и на анекдот ру , среди тамошнего ебланья жидового, начинаю национальности стесняться.

Словом, сложно это вот все у меня. С национальной идентичностью.

Мне однажды довелось цапануть краем защиты картера несколько камешков - проехал по неотремонтированной грунтовке, и нырнул в яму. Там эти ямы щебнем засыпали. Ну цапанул и цапанул – на наших дорогах и не такое бывает.

Утром завожу машину – вначале нормально, а чуть погодя загрохотало - звук был такой, будто движок вообще разваливается. Выключил мотор, посидел, потом опять завёл. И опять такая же картина – вначале нормально, а через полминуты этот грохот. Открыл капот, посмотрел- визуально вроде всё в порядке.

Со слезами на глазах и болью в сердце доехал на СТО. Грохот то появляется, то исчезает. Не знаю, что происходит, но самое меньшее, к чему готовлюсь – капиталка двигателя. И времени, и денег заранее жалко.

Вот попал, так попал…

Как же надо мной смеялись.

Небольшое расстояние между собственно картером и его защитой было заполнено десятком гранитных камешков. Которые и обеспечивали уникальный звуковой эффект.

Мастера на техобслуживании даже денег не взяли- я им настроение на целый день поднял.

В ГОСТЯХ У ГРУБАСА.

У нас в Институте востоковедения работал индолог Гриша. Он специализировался на истории династии Маурьев, про которую выпустил толстую монографию. Одновременно Гриша был ловким человеком. Вот и пристроился на центральное советское телевидение экспертом-консультантом. Хвалился, что платят прилично. "Только в день получки очереди в кассу огромные. Но это ничего, пережить можно. Да и с нужными людьми познакомишься".

Мне было интересно узнать, чем там на центральном телевидении Гриша занимается, и напросился сопроводить его на эту самую экспертную консультацию.

В телевизионных кулуарах мне не понравилось. По бесконечным коридорам туда-сюда шныряли люди с какими-то пластмассовыми лицами. Гриша всем кивал, но за руку с ним никто не здоровался – некогда. Одну симпатичную девушку Гриша окликнул:
– Как дела?
Она же, не останавливая свой бег, в свою очередь спросила его:
– Мы знакомы?
Гриша не огорчился такому обращению. "Тоже мне, недотрога нашлась! Здесь такого добра как грязи", – флегматично заметил он.

Потом нам крутили подготовительные материалы для документального фильма про Индию. Вот на экране возникла живописная базарная площадь, народу полно.
– Какой это город? – поинтересовался сценарист.
– А хрен его знает! — недолго думая невозмутимо ответил Гриша.
– Понял! – ничуть не огорчившись, сказал сценарист.
Он был ушлым профессионалом, такого ничем не смутишь и не озадачишь.
– Так в сценарии и напишем: в одном индийском городе...
И действительно что-то черкнул в своем блокноте. Закладкой ему служил трамвайный билетик за три копейки.

– Ну как тебе, понравилось? – спросил Гриша, когда мы возвращались по домам.
– А хрен его знает… — вежливо ответил я.

Это ж в советское время было. Редкий востоковед добирался до изучаемой страны. Этим он походил на астронома, с обожанием смотрящего через телескоп на свою любимую звезду.