Юмористические истории

Моя преподавательница лексикологии французского языка была приверженцем, мягко говоря, очень экстравагантных методов обучения. На занятиях выжимала из нас все соки, для мотивации мозговой деятельности обзывала последними словами, а на зачетах и экзаменах превращалась в добрую фею! Кидала нам на столы тонны шоколадных конфет и кучу всякой литературы шпаргалочной. "Списывайте, девочки, списывайте. Выше головы все равно не прыгнете. Я вас выучила как облупленных за семестр. Больше, чем вы стоите, вы от меня не получите. А давайте я вам что-нибудь интересное расскажу, пока вы списываете?"

Может быть, то была какая-то специальная методика сбивания с толку в момент концентрации на синонимах/антонимах и прочих методах языкового многообразия, не знаю. Не знаю. Зато узнала, что у Нины Моисеевны муж болеет остеопорозом. Она повесила ему турник в дверной проем, висеть на котором он решительно отказался. Тогда супруга стала выбивать на том турнике его зимнюю одежду, приговаривая "Так пусть хоть шуба твоя остеопорозом не болеет!"

На последнем экзамене Нина Моисеевна рассказывала нам про свои студенческие годы. А училась она, как оказалось, в Москве. Да и вообще коренной москвичкой была. Не помню, честно, историю о том, как Ниночка, студентка факультета французского языка московского пединститута, познакомилась с В. Тихоновым, чья популярность в 60е годы набирала обороты. Однажды он пригласил ее на премьеру своего нового фильма. В этот вечер Ниночка надеялась, что Тихонов ей в любви признается.

Если кто не помнит антураж кинозалов того времени, напомню: глубокие бархатные кресла, и огромные занавеси на дверях из того же бархата. И обязательно швейцар у двери, в чьи обязанности входило открывать дверь опоздавшим и, светя фонариком, провожать их на указанные в билетах места.

И вот сидят Вячеслав Тихонов и Ниночка... смотрят на экран. А Ниночка ерзает и ерзает, вся из себя в замешательстве. В туалет захотелось девушке! И как признаться в этом В.Тихонову, главному герою картины, которую они смотрят? Извини, дорогой, но мне очень надо носик припудрить? Терпела Ниночка до последнего, а когда уж мочи терпеть не осталось, молча вскочила с кресла и ринулась к выходу. Да в бархате запуталась. Лихорадочно складки перебирает в поиске двери. А швейцар, за ней наблюдая со своего стула, бороду оглаживает, а потом как зарычит! Басом на весь зал!

- Обоссалась, дура?

Как по волшебству, двери сразу отворились, и наша Ниночка, пунцовая от стыда, рванула по надобности, а затем прямиком домой, на свою девичью кровать ничком. Рыдать и повторять маме с папой:
- Нету! Меня нету! И не будет! Скажите ему, что я умерла!

"И так тоже бывает, девочки, - закончила Нина Моисеевна свой рассказ. - Делайте выводы."

Когда в Италии делали перевод фильма "Унесенные ветром", переводчиков очень позабавило созвучие имени Scarlett с названием болезни scarlattina. Решив не устраивать из драмы комедию, они переименовали главную героиню в Роселлу - Rossella O'Hara.

История Камерера (https://www.anekdot.ru/id/1632545/) всколыхнула аналогичное воспоминание, давно погребённое в тщете будней. Воспоминание интересное ещё и тем, что произошло оно тоже в Стрелке. Тем более сейчас лежу после спортивной травмы, двигаться особо нельзя и больно.
Итак, курсантю потихоньку в Нахимке. Наряд по столовой, а конкретно - в самой блатной должности. Это - рабочий. Пусть по заводскому звучащая должность читателя не обманывает - ХЗ почему было именно такое название придумано, но это была самая блатная, в буквальном смысле хлебная, и выпрашиваемая всеми должность. Это не была БЧ (боевая часть) - мойка посуды - где ты в говне чужих объедков в количестве 3-4 человек несколько часов без перерыва моешь тарелки и котелки за тысячей рыл. Это не вестовой - где ты, как официант, должен накрыть на сотню человек, и потом за всеми этими пожравшими свиньями убрать, это не... да неважно.
К сути - рабочий - этот тот, кто получает на складе продукты, привозит их в столовую, ну и там по мелочи. Вследствие этого ты имеешь непосредственный доступ ко всему тому обилию высококачественных продуктов, вдосталь снабжённых белками и жирами, так необходимыми растущему организму будущего офицера. Сарказм, если что - но, в любом случае, набрать себе немного круп, муки, макарон, овощей, даже подсолнечного масла и сахара для личного употребления их потом в снимаемой в городе хате - было возможно.
В данный момент мы с напарником пришли на склад- не могу похвастаться молодецкой памятью, забыл его имя, к сожалению, парень был классный, но помню наружность - пацанчик явно мелковатого размера, не блещущий никакими физическими данными. Но отличился смелостью и ответственностью, как потом оказалось. На складе в этот приход нам нужно было забрать свеклу, но не в виде буряка, а уже нашинкованную, и очень влажную. Не помню, наверно, это была какая-то консервация. Вот это бесценное вместилище витаминов в полужидком виде было налито в лагун. Лагун - это квадратная алюминиевая ёмкость размерами примерно метр на метр, в объёме примерно куб -ну чтоб не врать, пусть будет полкуба - для дальнейшего пиздеца это не особо принципиально.
Само собой, даже умственно ограниченному начальнику склада (был у меня на неё зуб, то отдельная история, эсэсовка ёбаная) было понятно, что два мощнейших на весь институт (сарказм) бойца не утянут на себе эту махину. И для транспортировки стратегического запаса красной вонючей баланды нам был выделен транспорт. Естественно, это был не "Муравей", и даже не подвода с лошадью, а всего лишь тачка мощностью в две курсантские силы. "Два солдата и лопата заменяют экскаватор".
Очень важно описать эту гордость транспортного парка вооружённых сил. Плоская горизонтальная металлическая поверхность, без бортов, стоящая на 4-х колёсах диаметром 20-30 см. Передние два колеса поворотные. Поворачиваются они торчащей впереди штангой, свободно вращающейся влево/вправо, и вверх/вниз. На конце штанги - большое кольцо. Наверно, предполагалось это кольцо накидывать на буксировочный крюк, и тележку, по идее, должны были везти, как прицеп.
Теперь - диспозиция, тоже важно. Склад находился на берегу моря, а точнее - той самой Стрелецкой бухты. Столовая же была повыше, к ней вела асфальтовая дорога под очень крутым уклоном. Длину не помню точно, не очень длинная, не километр конечно, но и не десять метров. А, посмотрел сейчас в навигаторе - меньше 100 метров.
Быстрый разумом читатель, возможно, уже понял, что было дальше.
Получив свеклу в стоящий на тележке лагун, мы потащили тележку, впрягшись в кольцо, наверх, в столовую. Дойдя до верха и посмотрев вниз, на шикарно выглядящий спуск к завлекающе волнующемуся Чёрному морю, на имеющееся в их распоряжении крутейшее гоночное средство, по своим ТТХ сравнимое разве что с болидами Формулы-1, двум долбаёбам пришла в голову шикарнейшая идея. А именно - скатиться на тележке вниз. Ладно, одному долбаёбу - мне. Мой напарник, насколько я помню, не блистал умом по сравнению со мной (уж не обижайся, братан, если прочитаешь и узнаешь себя, я всё-таки будущий дважды краснодипломник на самой сложной специальности), и он всецело поддержал мою идею.
Взгромоздившись на тележку, рядом со свободно стоящим лагуном, я взял руководство в свои руки. А именно: перекинул штангу с кольцом наверх, так что она оказалась смотрящей назад под углом 45%, таким образом она должна была служить рулём, управляя передними колёсами. В теории всё было красиво - то есть, если волоча тележку за собой, мы поворачивали штангу за кольцо, и колёса разворачивали тележку, куда надо, то, находясь сверху тележки, и также само поворачивая штангу, также можно было управлять тележкой.
Мой юный друг, прям как истый викинг - олимпийский чемпион по бобслею, подтолкнул сзади тележку, направив её вниз по дороге и запрыгнул сзади, держась руками за свободно стоящий лагун - это не недостаток скудости моего запаса слов, я помню, что это словосочетание только что уже употреблял. Небольшого импульса, заданного малой массой моего напарника, хватило для придания небольшого ускорения нашему будущему A-1 Skyraider. К тому же возле столовой уклон был небольшой, и наш заряжённый пепелац плавно покатился вниз, весьма легко управляясь мною через штангу. Но ничто не бывает вечно, и наша недолгая дорога почти в дюнах вскоре дошла до очень крутого спуска к складу. Тут я, набравший 60 баллов из 60 на вступительных экзаменах по физике, вспомнил, поздновато, конечно, подходящие к случаю формулы классической механики, про гравитацию и ускорение. Тем более что теоретические бессознательные расчёты в моём мозгу были немедленно подтверждены эмпирически. Сама по себе нехило весящая металлическая тележка, утяжелённая двумя пусть не самыми упитанными бойцами общим весом больше 100 кг, и, самое главное, полукубовым лагуном, почти полным жидкой субстанцией - стала развивать просто неебическую скорость.
Не знаю, чем я думал до начала этого движа, но обладающий хорошей памятью читатель наверняка вспомнит, что в моём описании нашего трансформера на колёсах тормоза отсутствовали. Осознание этого пришло ко мне слишком поздно.
Итак, мы несёмся вниз, я, как вперёдсмотрящий, понял раньше моего в прямом смысле заднеприводного партнёра (не ЛГБТ! запрещено в России), что мы не можем остановиться и сейчас въебёмся в накатывающую на нас стену склада, без всякой возможности замедлить движение. Но иногда я всё-таки отличался быстрым умом, и мне пришёл в голову план спасения - можно было вырулить тачку, и поехать вдоль склада, где дорога уже шла горизонтально, и так потихоньку затормозить. Хотя длины ВПП не хватило бы по любому, и мы бы скорее вьебались уже о забор, но неважно. Пытаясь спасти наш несущийся к неумолимому теракту Boeing 767 - как-то не был я готов принять ислам в столь юном возрасте, к тому же уже и так имея за забором длинноногую черноволосую гурию с плоскими сиськами - я резко выруливаю в сторону, пытаясь промчаться мимо склада. "Выруливаю" - это я хотел так сделать. В реале штангу заклинило, она отказалась поворачиваться, и судьба шахида уже нависла над двумя доселе православными воинами моря.
Тут мой заднесмотрящий товарищ тоже увидел перед собой уготованную нам судьбу. Как сейчас помню, он честно пытался нас спасти, и высказал гениальную мысль, крикнув мне "Имярек! Поворачивай!"
Этот, без сомнения, дельный совет, был дважды излишним. Во-первых, я придумал это раньше. Во-вторых, будучи за несработавшим рулём, я уже понял тщетность попыток его исполнения. Я смог только исторгнуть лишнее оправдание: "Не могу! Колёса заклинило!". От исполнения незапланированного теракта по уничтожению военного продовольственного склада со стратегическими запасами бочек солёных огурцов, заправленными для увеличения белковой массы крысиными трупами (мимолётный факт, выявленный мною в тот же самый день) нас спасла случайность, а конкретно - неровность на дороге, ЕМНИП, небольшой бруствер, возведённый для отвода воды. Натолкнувшись колёсами на это препятствие наш далеко не Жип, и даже не БТР, начал перекидываться вперёд-набок. Спойлер - тележка так и не опрокинулась, реальное чудо секретных военных разработок учёных Советского Союза; лишь очень сильно накренилась, и остановилась. Осознав неминуемое продолжение прямолинейного равномерного движения моего тела вперёд даже после прекращения действия на него силы поездатости тележки, я каким-то чудом на рефлексах прыжком покинул гибнущий корабль - к стыду моему, как капитан, я оставил его первым! И даже смог удержаться на ногах, пробежав вперёд и безопасно затормозившись. Уверен, если бы кто-то это заснял со стороны - это смотрелось бы эпично и даже Джеки Чан рыдал бы от зависти к этому трюку.
Мой же, как должны помнить, не блещущий умом товарищ, и явно не обладающий такими глубокими знаниями точных наук как я, далее стал первоисточником поговорки "Слабоумие и отвага". При опрокидывании тележки, СВОБОДНО СТОЯЩИЙ ЛАГУН накренился, завалился на бок, и попытался упасть на землю. Не обучающийся на специальности с математическим уклоном, как я, мой напарник не смог даже примерно посчитать и понять, что ёмкость в полкуба, наполненная не какими-то сухими макаронами, а крайне жидко-полутвёрдой субстанцией будет весить несколько сот килограмм. Он попытался удержать её, спрыгнув с тележки и подставив своё хрупкое юношеское плечо! Его намерения были возвышенны и героичны - он не мог допустить лишения сотен голодных курсантских ртов порции так необходимых им витаминов. Буду краток, да и пора вообще закругляться - вся эта вонючая красная жижа вылилась прямо на него, траектория кроваво-красного водопада при этом пролегала от его чистых погон рядового до заскорузлых прогар, далее обильно поливая грязную асфальтовую дорогу, как пиндосы заливали напалмом джунгли Вьетнама.
То, что он оказался полностью покрытым этой блевотной на вид массой, и потом пошёл переодеваться - это херня. Угадайте, что мы сделали со свеклой? если не служившая в армии некая девочка наивно подумает, что мы вернулись на склад, и попросили нам выдать новую порцию, то умудрённый боевым опытом ветеран догадается сразу. Мы нашими рабоче-крестьянскими мозолистыми руками, с чернотой под ногтями от работы на кухне, собрали то, что могло собраться обратно, в лагун. Наверняка с мусора дороги там попадались прутик или даже жучок - что ж, салат, значит, будет только разнообразнее и питательнее.
Лагун был благополучно доставлен на кухню, расфасован, и выдан на приём пищи.
ПС. На дороге осталось чёткое громадное цветное пятно, но вопросов к нам по этому поводу не поступало, Хз почему, наверно, потому что если кто увидел в том закутке, ему было пох...
ППС. Я не был такой уж законченной скотиной, и когда наша рота пришла пожрать кулинарных шедевров, приготовленных вороватыми похуистами-поварами, я подошёл к каждому столу, и без пояснения причин предостерёг боевых товарищей от вкушения такого изысканного яства, как салат из свеклы, состоящий только из свеклы и ещё какой-то невнятной херни.