Лучшие анекдоты, истории и фразы зарегистрированных пользователей

Моя мать была подругой одного женатого мужчины, от которого я и родился.

Сколько себя помню в детстве, постоянного жилья у нас не было, все время скитались и снимали квартиры.

Когда мне было пять лет, мать познакомилась с очередным мужчиной и захотела быть с ним, но он поставил ей условие, что возьмет ее, если она будет одна.

Та легко и просто променяла сына на этого мужика. Просто привезла меня к моему отцу, дав в руки все необходимые документы. Она позвонила в дверь его квартиры, услышала звук открывающего замка и убежала. А я остался стоять.

Дверь открыл отец и опешил увидев меня. Он понял сразу, кто я. Завел в квартиру.

Его жена приняла меня хорошо -также, как и их дети, дочка и сын. Отец хотел сначала отдать меня в приют, но его супруга не дала этого сделать, сказав, что я ни в чем не виноват. Просто святая женщина.

Я поначалу ждал свою родную мать, думал, что она вот-вот вернется за мной. А потом перестал, и начал жену своего отца называть мамой.
Мой родной отец не питал ни к одному своему ребенку теплых чувств, не говоря уже обо мне. Меня он считал лишним ртом, но продолжал содержать, как и остальных членов семьи.

Сам он был довольно-таки деспотичным человеком. Когда приходил домой, мы запирались все вместе в детской комнате и старались не попадаться ему на глаза. Его жена не могла уйти от властного мужа, детей он бы не отдал ей из принципа. Вот так годами и терпела все его гуляния и припадки злости. Она научилась его избегать и когда нужно, подавлять его гнев, защищала нас от скандалов и криков. В доме была тишина, мы знали расписание и не нервировали отца. Главное, мы не нуждались ни в чем, а мама дарила нам любовь и ласку за двоих.

И когда он все-таки ушел к очередной молодой любовнице, мы все вздохнули с облегчением. На тот момент мы уже были практически взрослыми. Сестра и брат заканчивали школу. По стечению обстоятельств, мы были ровесниками, поэтому я тоже готовился к выпускным экзаменам в школе. Вот так, трое выпускников. Мы помогали друг другу, подтягивая по предметам.

Каждый из нас мечтал поступить в престижный институт. Отец, хоть и не был с нами ласков, но оплатить учебу обещал и сдержал свое слово. Мы поступили и выучились, получив те специальности, о которых мечтали.

А потом случилось так, что наш отец умер. После него осталось хорошее наследство.
Его последней любовнице не досталось ничего — она просто не успела его женить на себе. Ну а мы все стали полноправными хозяевами его фирмы и денежных счетов.

Мы продолжили развивать бизнес. И настал тот момент, когда нужно было ехать за границу, открывать новый филиал. Решили, что главным в том филиале буду я.
Я предложил забрать с собой нашу маму — она как никто другой, достойна была уехать в теплую страну. Мои сестра с братом, поддержали мою идею.

И вот настал тот момент, когда мы должны были уезжать. И тут вдруг нарисовалась моя родная мать. Я узнал ее сразу. Моя детская память запечатлела ее образ на долгие годы.
Она решила вдруг вспомнить обо мне, узнав, что я уезжаю:
«Сынок, я твоя настоящая мать! Неужели ты забыл меня? Ты стал таким взрослым.
А я так скучала и переживала, как ты живешь. Давай наконец-то будем жить вместе!»
Я поражен был ее наглостью:
«Конечно я помню тебя! Помню, как ты убегала от дверей, оставив меня совсем еще маленьким.
И ты мне не мать. Моя мама сейчас уезжает вместе со мной. А тебя я даже знать не хочу».
Развернулся и ушел. И ни капли не сожалею об этом.

Моя мама — та, что не побоялась взять ребенка своего мужа от посторонней женщины, воспитавшая меня в любви и ласке. Она сидела со мной, когда я болел, она была рядом когда мне первый раз разбили сердце, она успокаивала меня после ссор с друзьями, учила меня, прощала мне шалости и глупости, терпела мои капризы в подростковый возраст, никогда не напоминала, что я ей не родной. Для нее я стал сыном, для меня она стала мамой! Другой у меня нет!

Мы уехали с ней в другую страну. Там я встретил свою будущую жену, маме она понравилась и у них хорошие отношения. Мама не стала помехой моей личной жизни, более того, она отважилась устроить свою жизнь. Она встретила милого мужчину, я был только за. Она заслужила свое счастье! Сейчас мама много путешествует, часто навещает своих детей и внуков. Я смотрю в ее радостные глаза и понимаю — я рад, что она есть в моей жизни. Она мой ангел-хранитель!

Октябрь, начало ноября — бархатный сезон, уже не жарко, вода терпимой температуры, до зимних штормов далеко, лепота да и только...
Особенно по будням, народу немного, валяйся на пляже и читай приключения Фандорина — что бывает возможно после дежурства.
Дежуривший уходит первым, что при легком расписании значит — свобода приходит часа за три до захода солнца, торопясь на пляж я опять ощущаю себя школьником, сбежавшим с урока, разве что вместо Балтийского моря — Тихий океан, песок покрупнее, вместо юрмальских сосен — пальмы, да и школьник поседел...
Обычно на пляже много детей, семьи часто выезжают с ночёвками, детишки всех возрастов барахтаются на мелководье, копаются в песке, пытаются удить рыбу...
Иду купаться и я, поплавав, выхожу и вижу — компания из 4 взрослых, закончив кушать, подходит к кромке воды и ... моют миски и разделочную доску, масляные пятна плывут по поверхности, рядом с детьми!
Такого я здесь никогда не видел, явное неприкрытое свинство...
Они возвращаются со второй порцией грязной посуды, молодые ребята с быдловатыми повадками и дешёвыми татуировками белого мусора мобильных парков.
— Я бы не стал этого делать, на вашем месте...негромко говорю я им.
— Это почему ещё?!?! — с вызовом, мол, прочти нам, старый хрыч, лекцию, а мы тебя смачно пошлём нахер!
Ну-ну...мы пойдём другим путём.
— Видите ли, тут дети...
— И что?!?
— Детям свойственно писяться, иногда какаться.
Да и взрослым, особенно пожилым, с недержанием.
Вот и я, каюсь, не выдержал, помочился, вы уж извините старика...
Молчание.
Без слов собрали посуду в мешок и уехали, негодуя, с отвращением на лице.
Кто бы знал, что жлобство и брезгливость — родственники?(c) Michael Ashnin

Самый большой выигрыш в лотерею для меня - моя жизнь.
Дело было так: у моих родителей уже было двое дочерей, но отец безумно
хотел сына. И вот мама беременна в третий раз и собирается идти на
аборт, ибо с тремя детьми по военным городкам в советское время мотаться
вслед за офицерскими чинами любимого мужа накладнее, чем с двумя.
Но папаня бьётся об заклад, что уж в этот раз точно родится пацан и
будет он его футболу и бильярду учить, да на рыбалку ездить. Он начинает
клянчить у мамы, что сделает всё на свете, лишь бы она рожала третьего
ребенка.
А она возьми да и ляпни: "А ты Волгу в лотерею с одного билета выиграй -
тогда и рожу".
Папа срывается к ближайшему ларьку, покупает один билет моментальной
лотереи и... с дикими воплями прыгает от радости - ВОЛГА!!!
Маме пришлось меня рожать:) Правда, я всё же девочкой оказалась. Да ну и
ладно, зато в бильярд всё равно неплохо играю.
(с) Rinka

Услышав по российскому телевидению, как хорошо живётся гражданам России, жители Брянской, Смоленской и Костромской областей выразили желание тоже войти в состав России следом за Крымом.

После 15 лет службы священником в приходе отца Паскуале был организован
прощальный вечер. На вечер для произнесения короткой торжественной речи
был приглашен один известный политик. Политик опаздывал, и священник
решил сказать несколько слов своей пастве, чтобы занять время.
"Первое впечатление об общине я получил от первой исповеди, которую я
здесь услышал, и я подумал. что архиепископ послал меня в ужасное место.
Первый человек, который исповедался, рассказал мне, что он украл
телевизор и деньги у родителей, совершил кражу на работе, имел
увлекательные интимные отношения с женой своего босса, и иногда
занимался продажей наркотиков. И, в довершение всего, он признался, что
заразил венерической болезнью свою сестру. Я был ошарашен и потрясен. Но
с течением времени я познакомился с остальными прихожанами и увидел, что
не все такие - я увидел людей хороших и ответственных.
Вот так и прошли 15 лет моей карьеры священника."
И тут появился политик, который должен был произнести долгожданную речь.
Извинившись за опоздание, он начал: "Я никогда не забуду тот день, когда
наш священник появился здесь впервые. Мне посчастливилось первым
исповедаться у него..."

Про внимательность. Рассказал радиоведущий немецкой станции ВДР. Он на работу ездит электричкой (есбан). Не по бедности, зелёный наверно. В электричках все, усевшись, утыкаются в смартфоны, планшеты, ноуты. Ну, оригиналы - в книгу или газету. А он смарт забыл. И стал впервые изучать попутчиков. Оказалось, что напротив через проход сидит человек с уткой. Нет, не той, что под кроватью. С живой. Нет, не на базар везёт. Утка ухожена, "причёсана", снабжена поводком и изящным галстуком-бабочкой. Сидит на руках. Незадолго до остановки этого попутчика, утка без команды спрыгнула и важно, вразвалочку пошла к двери. Поводок-рулетка вытянулся почти на всю длину. Хозяин утки предпочитал сидеть до последнего, сорвался в последний момент. Утка терпеливо его ждала у двери. На этой остановке никто больше из вагона не выходил. Все изучали содержимое дисплеев. Никто не заметил утку с бантиком. А она так старалась!

Рассказал Ost.

НАСТОЯЩИЙ МУЖИК

Рассказала подруга. Далее с её слов.

Сидим с подругой и сыном в кафе. Сыну 3 года. Коктейльчик пьем.
За соседним столиком сидит небедно прикинутый негр, изысканно потягивает вино, и оглядывается вокруг на предмет кого бы снять. Замечает компанию из пяти девушек за соседним столиком, и начинает этакие поползновения к знакомству. Те его быстро отшивают, им и так весело. Тогда он оборачивается к нам.
- Э… какь вяс зовуть? Я есть мочь вяс угастить?
Мы ни слова сказать не успели.
Сынуля вылезает со своего места, упирает руки в боки и злобно этак говорит:
- Иди домой!!!
Негр застывает в ступоре, мелкий, видя, что его не вполне поняли, подходит ко мне, кладет руку на плечо и говорит:
- Мама – МОЯ!!!
Следом к подруге:
- Настя тоже моя!!! А ТЫ – иди домой!!!
Опешивший негр снова поворачивается к другой компании. Но не тут то было. Малыш подбегает к ним:
- И эта тётя тоже моя! И эта! И эта! А ТЫ ИДИ ДОМОЙ!!!
Ушел.
Проржавшиеся девчонки закормили «защитника» сладостями, но история на этом не закончилась.
Спустя пару недель отдыхаем с той же подругой на пляже и видим того самого негра. С радостной улыбкой направляется к нам.
И тут из кустов вылезает сынуля. С совком в руке. Молча, но грозно смотрит на него.
- Я поняль. Я есть итить домой, - грустно выдыхает негр и уходит.

К музыке я глух, но очень отзывчив. С детства. В том смысле, что петь
люблю, а слуха никакого. "Ой мороз, мороз" в моем исполнении производит
неизгладимое впечатление и запоминается навсегда. Очень давно
выяснилось. Я только во второй класс пошел, когда родителям пришла в
голову мысль дать мне музыкальное образование. Мой дядька, окончивший
консерваторию, преподававший, а потом, некоторое время, даже
директорствовавший в местной музыкальной школе, прослушав меня, уперся
было рогом, но уступил напору старшего брата и я был зачислен. Дядька,
чувствовавший некоторую ответственность за своего будущего ученика
подарил мне старенькую мандолину и какую-то фигню, в которой по
прилагавшемуся смычку можно было узнать небольшую скрипку.
Надо сказать, что подарки меня заинтересовали мало и только с точки
конструкции и всяких винтиков, называемых почему-то колками. В то время
меня гораздо больше занимали упертые из отцовской библиотеки две книги.
"Система самбо - боевое искусство" Харлампиева, с очень интересными
картинками захватов и бросков и толстый учебник химии Глинки с
непонятными, но зачаровавшими меня словами. А еще хомяк.
Эта рыжая сволочь в очередной раз прогрызла свою клетку и сбежала за
шкаф. Чувствуя нехилую для ребенка ответственность за зверя, и потратив
день на его выковыриварие из под шкафа, клетку я починил. Проволокой. В
качестве проволоки исключительно подошли струны от мандолины и скрипки,
выкушенные оттуда бокорезами. Чтоб никто не заметил я натянул в место
струн обычный бумажный шпагат. Таким когда-то в магазинах перевязывали
всякие свертки и торты. Опробовав полученное и не заметив никакой
разницы в звучании, я тут же забыл об инструментах и занялся
опробованием Харлампиева на валике от дивана.
Клетка отцу понравилась. Меня бы, наверное, похвалили, но дядька,
возмущенный до глубины души, моим варварским отношением к смычковым
мандолинам, нажаловался отцу и труд остался неоцененным. Отец у меня,
слава богу, у меня человек мудрый и выдуманное им наказание меня
полностью устроило. Мне запретили заниматься музыкой.
Подумаешь, какое дело, - петь вполне можно и по пластинкам выучиться, -
решил я, - достал из шкафа мамин любимый диск с Барыней и тем самым
морозом на другой стороне. Через неделю упражнений диванный валик лопнул
по шву, терпеливая моя бабушка начала повязывать голову пуховым платком,
закрывая уши двумя его слоями, а у хомяка пропал аппетит и желание
вылезать из клетки. Но песню про мороз я выучил без всякой музыкальной
школы. Расстраивало меня только одно: практически полное отсутствие
слушателей. Бабушка ссылалась на внезапную мигрень, мама на усталость и
заочные контрольные МОПИ им. Крупской, отец отбыл в очередную
командировку, а все мои друзья считали пение полностью "дефчачьим"
делом. Единственным слушателем был хомяк, не имевший, как я сейчас
понимаю, другого выхода из клетки. Но в жизни мне везет. Везет всегда и
в больших количествах.
Не прошло и пары дней, как двери нашего класса распахнулись и в них,
прервав урок, влетела наша новенькая учительница пения - совсем
молоденькая девица в модной мини юбке. Мы встали и сели. Пошептавшись
немного с нашей классной дамой она объявила следующее: намечавшийся на
завтра сборный концерт школьного хора и сольных исполнителей под угрозой
срыва. Все исполнители и половина хора полегли с ангиной, обожравшись
мороженого, после выездного пения в соседней школе. И если хор еще
споет как-нибудь в половинном составе и уже репетирует, то сольные певцы
могут только хлопать в ладоши дома. Срочно нужна замена. Не может ли к
кто-нибудь из нас спеть русскую народную песню?
- Ну, я могу, - я встал и покраснел от смущения, гордо оглядывая,
одноклассников, - как раз недавно разучил одну. Песня ямщика называется.
Сидящий рядом Колька покрутил пальцем у виска, а невоспитанный Леха
просто заржал. Зато симпатичная Маринка обернулась, встряхнув бантиками,
и заинтересованно улыбнулась. Пришлось покраснеть еще сильнее.
- А знаешь ли ты, милый друг, ноты? - спросила удивленная неожиданной
инициативой снизу классная дама, - и сколько раз тебе повторять, что
взрослым "нукать" неприлично?
- Ну, знаю, - не моргнув глазом соврал я, не видя обратной дороги, - у
меня дядька директор музыкальной школы.
Железный аргумент произвел впечатление.
- После уроков зайди в музыкальный класс, - молвила учительница пения и
удалилась радостно крутя красивой попой.
Господи, какими наивными были наши учителя, как они верили детям, думаю
я сейчас. Сейчас, когда я на тридцать лет старше тогдашней
семнадцатилетней учительницы пения с уничижительной кличкой "певичка".
А тогда, я еле доёрзал оставшийся урок и отправился на третий этаж
школы, куда такой малышне вход был обычно заказан. Ну, если только тебя
потащат в учительскую на разборки, за курение в туалете, разбитый
товарищу нос, вынесенное стекло или еще какую невинную детскую шалость,
вроде "дымовухи" из расчески.
В музыкальном классе меня ждали.
- Вставай рядом, - сказала Певичка, усаживаясь за пианино и разминая
пальцы. Зазвучала незнакомая мне музыка.
- Разминается, наверное, - сообразил я.
- Тебя темп устраивает? - спросила Певичка.
- Какой, нафиг, темп, если музыка не та? - подумалось мне, - ее же на
баяне играть нужно, как на пластинке, а пианино здесь никаким боком не
вертелось.
Поискав глазами баян и немного выждав, я, все-таки, решил не сдаваться:
- Нормальный темп, но вот тональность...
- Чего тональность? - немного ошалела учительница, - Я всегда так...
- А вот я бы добавил минорности, - перебил ее я, выдав незнакомое мне
слово слышанное от дядьки. И смягчил, показав пальцами, - совсем
чуть-чуть.
На мое счастье, наши занятия были прерваны школьной техничкой тетей
Любой, ввалившийся в кабинет со шваброй и ведром.
- Все, Галка, выметайся, - проворчала она приступив к уборке, - опять до
ночи бренчать собралась. Иди уже, не мешай работать. Мальчишку до дома
проводи только, чтоб не натворил чего. Знаем мы их. Нечего ему
репетировать, он и так весь подъезд своими песнями замучал.
Вот что правда то правда: по дороге я мог чего и отчебучить. Тетя Люба
жила в соседней квартире, дружила с моей бабушкой и знала меня, как
облупленного с самого рождения. И мы ушли домой.
Перед началом концерта, все исполнители толпились за кулисами актового
зала и волновались перед выступлением в ожидании рассаживании публики.
Под ногами у выступающих путался школьный Шарик. Шарик - это не шарик, а
собака и всеобщий любимец. Мелкий и пушистый по своей породе, он жил при
столовой, раскормлен был до шарообразного состояния, вследствии чего,
был добр до безумия и сносил небезопасные для здоровья детские ласки с
терпением плюшевой собаки. Наконец начался концерт.
Я выступал вторым. Дождавшись объявления меня, я вышел на сцену,
поклонился публике, выставил вперед правую ногу и милостливо кивнул
таперу в лице Певички:
- Давай фигачь, а то народ заждался.
Она заиграла, я запел не попадая в такт, но пронзительно громко и очень,
как мне казалось, душевно.
Народ в зале зашевелился, сидящий рядом с Маринкой Леха (везет же гаду)
зааплодировал, а я продолжил свою трагическую песнь, взяв чуть повыше.
Среди зрителей раздались редкие одобрительные, как мне казалось, смешки.
И я запел с большим чувством, как только мог. Когда я добрался до своей
"ойревнивой" жены, в зале не только смеялись, но и плакали. Я хотел было
обрадоваться реакции публики, как мне начали подпевать сзади. Не
прерывая песни я обернулся: чуть левее меня, на сцене сидел Шарик и
подвывал, задрав голову. У него выходило ничуть не тише чем у меня, но в
такт он попадал лучше.
- Вот паразит, - думал я и пел, - не мог раньше вылезти.
А в зале, внимая грустной пестне, рыдали все. Мысли мои были прерваны
рассерженным голосом директора:
- Кто пустил эту скотину на сцену, - вопросил директор, - уберите ее
немедленно.
Физрук, географ и трудовик - все школьные мужики бросились выполнять
указание. Музыка кончилась, но я допел до конца, не обращая внимания на
беготню за спиной. Не знаю, как Шарику, а мне больше так никогда не
хлопали.
Но до сих пор меня мучает один вопрос: почему ни у физрука, ни у
географа, ни у трудовика не было сомнений какую скотину имел ввиду
директор. Может он им пальцем показывал? Это же неприлично при учащихся.

Я - два метра ростом, под сто кило, небритый около двух недель, сел в электричку. Напротив парнишка - на его майке написано: "Улыбнись, если хочешь меня". Мне скучно, я сижу, улыбаюсь, а он аж вспотел...

Эта леденящая кровь история произошла много лет назад, когда я еще студентом подрабатывал на скорой помощи одного из районов города Самары. Как правило, на каждой скорой любого района есть негласный, но общеизвестный список нелюбимых адресов. Наша подстанция тоже не была исключением. Своих героев, самых капризных и занудных пациентов, мы знали в лицо. Некая Прасковья Филипповна постоянно терроризировала нашу неотложку, с периодичностью до трех-четырех раз в день. Выезжая на ее "плохо с сердцем", приходилось в итоге убеждать болезную, что плюс-минус пять миллиметров ртутного столба в показаниях ее артериального давления - это физиологическая норма, что сегодняшнее аж девятичасовое отсутствие стула - это вовсе не признак каловых завалов, что кардиограмма вновь и в который раз не только инфаркта - даже аритмии-то не кажет. Ну и, естественно, учить наизусть географию и характер всяческих покалываний, бульканья, сжиманий и мурашек. Понятно, что от ипохондрика ждать чего-то иного не стоит, но когда эпидемия гриппа, бригады не вылезают из машин, а вызов на ее адрес только за сегодня уже четвертый…
Вот на четвертом-то вызове Василич, доктор от бога, ветеран афганской, и не удержался. Душа просила хохмы. Оставив фельдшера на станции и пошушукавшись с диспетчером, отчего та сделала большие глаза и быстро-быстро закивала, он заявил народу в курилке:
- Спорим на коньяк, что Филипповна на этой неделе никого доставать не будет!
Ударили по рукам, и доктор поехал. Вернулся он быстро. Через пять минут после его приезда в диспетчерской зазвонил телефон. Сняв трубку, диспетчер с минуту слушала, расплываясь в улыбке, кивала, а потом, нажав на рычаг отбоя, куда-то перезвонила. Коньяк Василичу проспорили, да еще как! Никто с этого адреса не звонил месяца полтора. Василич и диспетчер молчали как партизаны, поэтому на НАКОНЕЦ-ТО поступивший от Прасковьи Филипповны вызов чуть ли не жребий бросали, кому ехать - до того любопытно было узнать подробности из первых уст.
Оказалось, что, открыв в прошлый раз доктору дверь, больная опешила: эскулап стоял на четвереньках и держал в зубах чемоданчик. Выдержав театральную паузу, он поставил чемоданчик на пол и четыре раза на нее гавкнул. После этого оборотень в халате повернулся и на четвереньках потрусил вниз по лестнице. Когда прошло замешательство, Филипповна позвонила в скорую вновь и пожаловалась, что доктор, гад, НА НЕЕ ЛАЯЛ. Диспетчер оказалась девушкой доброй и отзывчивой и пообещала прислать нормальных медиков.
Когда приехала другая бригада, "не в пример этим, все как на подбор, просто гренадеры!", врач участливо так спросил:
- Так вы говорите, на четвереньках стоял?
- Да, да!
- И даже, простите, лаял, как собака?
- Да, истинный крест!
Надо сказать, что за все полтора месяца пребывания в психбольнице сердечко у Прасковьи Филипповны не болело ни разу.

Помню, на очередной призывной комиссии нам велели сдать анализы. Как
обычно. Мочу и кал.

Ну ладно бы сказали накануне. Или в повестке там как-то отметили. Все бы
и принесли с собой. Нет. Команда сдать поступила оперативно. В течении
получаса - всем на все про все. И никого не ебет - хочешь ты срать, не
хочешь...

Выдали всем то ли баночки, то ли коробочки, не помню уж.
А военкомат на отшибе. Маленький и деревянный.
А сортир - на улице. Скворешник в одно очко.
А на улице - минус двадцать.
А народу - человек сто.

К сортиру выстроилась очередь. Из тех, кто был уверен, что СМОЖЕТ. Кто
знал, что - никак, нервно курил в сторонке. Кто-то с кем-то начал
договариваться насчет "одолжиться говна" Мол, потом верну слихвой. "А ты
нырни туда и черпай хоть ведром" - отбивались от шуток честные засранцы.

Кому-то первому пришла светлая мысль в голову. Отпинал снег. Ковырнул
грунт. Отломал кусочек мороженой родной российской земли. И в коробочку.

Сдал. Свободен. Послезавтра - за результатом.

Ну, тут уж и все потянулись. Токо принимай. Взлохматили местность - как
после артобстрелла.

Я тоже честно отнес и сдал свой кусочек нечернозема. Очень переживал:
вдруг там, в грунте, какие коварные инфузории-туфельки заховались?
Которые при обнаружении бдительным медперсоналом отразятся на моем
священном долге?

Нихера! Не подвела земля русская! На послезавтра в числе прочих получил
диагноз: яйца глист не обнаружены! Годен, короче.

Только потом, на построении, полковник, военком, сказал:
- В анализах кала у призывника Егорова анализ обнаружил ЛИЧИНКУ МАЙСКОГО
ЖУКА. Майский жук не принадлежит к классу человеческих паразитов.
Поэтому с весенним призывом Егоров пойдет служить Родине. Но в личном
деле мы этот факт обязательно отразим. Пусть в армии с его жопой
разбираются. Отслеживают, так сказать, вылет.

Ракетчик

Этот забавный случай произошёл, вроде как, в железнодорожной поликлинике Новочеркасска.
Пришёл товарищ со своей бедой к проктологу (спец по задницам). Тот после осмотра чего-то засомневался и для подтверждения диагноза повёл нашего героя на ультразвуковую диагностику.
Разумеется, мужик шёл за проктологом и на объявление у входа не обратил никакого внимания. А там чёрным по белому лазерным принтером напечатано, что при себе необходимо иметь презерватив. Его надевают на ректальный (по-простому задничный) датчик, перед введением туда, куда надо, чтобы сохранить его стерильность.
Мужик стоит, мнётся, чувствует себя неловко, потому что врач ультразвуковой диагностики - подходящего возраста симпатичная женщина.
Та поднимает глаза, видит напуганного мужика и с улыбкой говорит:
- Давайте презерватив и раздевайтесь.
Мужик удивлённо (объявления-то не видел) спрашивает:
- Зачем?
Врач отвечает:
- Глупый вопрос, мужчина.
Тот что-то смекнул, выскочил из кабинета и через десять минут прибежал с презервативом, коробкой конфет и бутылкой шампанского.
Такого веселья врачиха не испытывала давно.
Такого облома мужик не испытывал вообще никогда в жизни.

Друг рассказал:
В конце 90-х он учился в очень крутой школе. 10 класс. Контингент - дети политиков, бизнесменов и пр. Простых детей нет в принципе. Каждый старается показать что он круче всех и все остальные по сравнению с ним - пустое место. Одежда, ручки, прически и пр. набор понтов - у каждого. Кроме мальчика Дениса. Он единственный из 12 человек в классе содержался родителями в "черном теле" - простая одежда, простой портфель и никаких понтов.
И с утра укладку волос тоже никто не делает. И главное - Денис единственный ходит в школу сам - его не привозят с водителем. У Дениса нет звучной фамилии и его родители не приходят на родительские собрания.
В общем, Денису училось нелегко. И это мягко скажем. Но Денис был молчаливым и замкнутым парнем, а беспредела в школе не допускали. Посему его никто не бил, а просто стебали и не общались.
В те годы был дан приказ проверить прописку всех школьников. Занимались этим рядовые милиционеры.
В их школе это была женщина - сержант, работавшая в милиции явно не по собственной инициативе, а по причине под названием "жизнь приперла". Шел 99-й год, разгар кризиса и для многих это был способ остаться на плаву.

От общения с вышеобозначенным контингентом школьников у неё на лице нарисовалось не просто неприязнь, а просто натуральное чувство социальной несправедливости.
Проверив документы у всего класса, она остановил свой взгляд на Денисе. Напряженное лицо несколько расслабилось, и она взяла его паспорт. Быстро пролистав до нужной страницы, она внимательно посмотрела на прописку. Почему-то её взгляд завис, хотя операция обычно занимала не более 2-3 секунд. Затем внимательно посмотрела на первую страницу паспорта, затем на Дениса. Затем снова открыла прописку, и посмотрев на Дениса, спросила:
"Ты живешь по адресу Новоникольский переулок, 15?" "Да", - удивленно и даже испуганно ответил Денис. "А почему в паспортном столе номер квартиры не указали?" - грозно спросила женщина-милиционер. С соседних рядов, наблюдавших за процессом, сразу зазвучали шутки про проживание в подъезде, бомжей и пр.
"Так там нет квартир" - ответил Денис.
"Как это нет квартир?!"
"Ну так, нет квартир. Это наш дом" - спокойно ответил Денис.
"В смысле ваш дом? Это же адрес внутри Садового кольца! Что ты мне голову морочишь?!"
"Папа купил этот особняк с государственного аукциона. Мы всей семьей там прописаны. Это теперь наш дом."
Женщина-милиционер молча отдала Денису паспорт и быстро вышла из класса. Вид у неё был дикий, а лицо было переполнено социальной ненавистью.
С тех пор над Денисом больше не смеялись - мерседесы и версаче рядом с частным особняком в двух шагах от Кремля смотрелись как-то убого и серо.

Не спрашивай у мужчины про его доходы, у женщины про возраст, у патриота, откуда у него американский паспорт.

Хозяин кафе нанял себе помощницу. Работы много. На ней и обязанности
официантки, и посуда, и по кухне помогать должна. На удивление новенькая
со всем справляется без проблем, в отличие от всех бывших. И после смены
довольно бодро себя чувствует. Хозяину интересно, откуда такие навыки,
но в лоб спрашивать не решается:
- А вы чем раньше занимались?
- Да ничем.
- Совсем ничем?
- В декретном была.
- А до декретного.
- Училась, вышла замуж, родила.
- И сразу ко мне в кафе устроились?
- Да. Как в детский садик своих четверняшек оформила.
- А! Теперь все ясно.
И хоть немного, но повысил ей заплату.

Какие же мы, взрослые, испорченные...

У друзей двое детей, сыну лет 11, дочке года 4. Сын по собственной инициативе укладывает сестренку спать, помогает ей умыться, раздеться, что-то рассказывает перед сном... Золото, а не мальчик.

В один прекрасный день девочка заявляет:
- Мама, я больше не хочу, чтобы Павлик меня укладывал. Он делает со мной то, что мне еще слишком рано.
Мама, в мгновенной панике:
- Что?! Что он с тобой делает??
- Он учит меня считать до тысячи.

Операция, проведенная на самом себе

Эта история произошла в 1961 году в Антарктиде. 27-летний доктор Леонид Рогозов участвовал в антарктической экспедиции. 29 апреля Леонид заболел. Как опытный хирург, он определил, что у него острый аппендицит. Но так как он был единственным врачом на станции, а погода была нелетной, он решил делать операцию сам. При помощи метеоролога, подававшего инструменты и водителя, державшего зеркало и направлявшего свет от настольной лампы, врач произвел себе местную анестезию и начал операцию, которая продлилась около двух часов и прерывалась на время, когда он терял сознание.
“Я не позволял себе думать ни о чем, кроме дела… Мои бедные ассистенты! В последнюю минуту я посмотрел на них: они стояли в белых халатах и сами были белее белого. Я тоже был испуган. Но затем я взял иглу с новокаином и сделал себе первую инъекцию. Каким-то образом я автоматически переключился в режим оперирования, и с этого момента я не замечал ничего иного.”
К полуночи операция, длившаяся 1 час 45 минут, была завершена. Через пять дней температура нормализовалась, ещё через два дня были сняты швы. Леонид Рогозов стал известен всему миру. В 1963 году Владимир Высоцкий посвятил ему песню.

Мда! Подхарчили ребята....
Ассоциация - на 3 курсе летом устроился у отца в экспедиции работать.
Дело было в Сибири, под г. Ноябрьском.
Вышили трассу около озера Круглое (идеально круглое, кстати, даже слухи
ходили, что это воронка от ядерной бомбы) Летом в тайге жарко - до +35
может дойти, мошкара, поэтому решили отдохнуть на бережке - на песочке
меньше гнуса. Вдруг слышу песню и через 15 минут к нам вываливает
мужик-хант (местная народность такая). Самый прикол, что он был одет как
для зимы - унты, малица, рукавицы за поясом.
- Ну садись чай пить.
- Спасибо.
После ухи, каши и чаю, начинаю расспрашивать человека что ж он так одет
не по погоде.
- Однако зимой живот заболел, увезли в Тюмень, в больницу, кишки резали,
а потом сказали лежать - а у меня стадо 40 оленей, встал и пошел.
Короче человек 600 км шел по тайге из Тюмени до нас 4 месяца "Однако
весело было - где покормят, где водки нальют"
- А далеко еще до дома?
- А совсем ничего - до кладбища дойду, родным поклонюсь (есть такое в
километрах 20 от Круглого - там мертвецов не хоронят, а развешивают на
елках типа елочных игрушек, первый раз как увидел - чуть не сдох от
ужаса, мне 16 лет было и я был один - заблудился), а там налево и через
две недели дома...
Дали человеку сигарет, банку тушенки, хлеба и пошел он дальше.

Интересно, почему во всех детских поликлиниках висят плакаты с
Айболитом? Он же ветеринар!

Тут менеджер банка рассказывал приятелю:
- Проценты по кредитам на самом деле очень высокие, доходят до 70, а
иногда до 80 процентов. Но люди узнают об этом, лишь начав гасить
кредит. Я ведь, до того как устроился в банк, - оглядывая толстые
пуленепробиваемые стекла в операционном зале, - думал, что вся эта
защита сделана от грабителей.