Лучшие анекдоты, истории и фразы зарегистрированных пользователей

Фраза "Вас звонок очень важен для нас, но в настоящее время все операторы заняты" вызывает лишь раздражение и гнев позвонившего.
Вот, что слышат в телефонной трубке клиенты авиакомпании "Virgin Atlantic":
- Здравствуйте, меня зовут Ричард Брэнсон, я владелец авиакомпании "Virgin Atlantic". Сейчас все операторы заняты. Это, безусловно, непорядок. Давайте поступим следующим образом: если через 18 секунд никто не ответит на ваш звонок, вы получите скидку 450 фунтов. Я начинаю обратный отсчёт: 18, 17, 16, 15...
Клиент слушает и страстно мечтает только об одном - чтобы оператор не снял трубку...

Матвиенко хочет указывать на продуктах закупочную цену от производителя, дескать это покажет наценку продавца. Идея глупая, а у меня есть альтернативная, давайте при выступлении чиновника указывать его зарплату и объём богатства. Чтоб было понятно почем нам такой идиот обходится.

Если бы в России за кражу отрубали руки, то в Государственной Думе вместо кнопок для голосования были бы педали.

Услышал на работе разговор двух подруг (полноватого телосложения):
"Муж, сволочь, поставил на дверцу внутри холодильника пневмоцилиндр и таймер с клапаном.
Теперь с 20:00 до 6:00 открыть холодильник очень сложно: за дверцу тянешь - она вроде и приоткрывается и даже свет загорается, а дальше никак. Отпустила - сама тут же закрылась. Правда если ОЧЕНЬ хочется, можно приложить силу побольше, тогда можно открыть, но при этом срабатывает, как он говорит, ПРЕДОХРАНИТЕЛЬНЫЙ клапан, и вся семья, да и соседи, слышат ВИЗГ ГОЛОДНОЙ СВИНЬИ".

ИСТОРИЯ ОДНОЙ ФОТОГРАФИИ
В жизни всегда есть место подвигу, особенно когда совсем не до подвига.
Парень и девушка, поехали в горы Кавказа.
Альпинистами они не были, они были мажорами из МГИМО, и альпинизм,
поэтому у них был "игрушечный", так для понта. Мол, мы бывали, покоряли,
знаем. Опять же романтика: Мальчик, девочка, гитара, палатка. Амуниция,
у них была конечно же первостатейная. Все самое дорогое. Даже ледорубы
были, хотя до льда и снега они не собирались идти, но фотки с ледорубом
и бухтой веревки, это круче чем ковбой Мальборо. Они поднялись на
километровую высоту, не больше. Переночевали. Пора и домой в Москву. Но
Кавказ внес свои коррективы, они заблудились наглухо. Наглухо - это три
дня и три холодных ночи. Сожгли бензин из зажигалки "зипо", гитару,
спальный мешок, а мокрая трава че-то не горит. День похож на день, и
ничего нового: с утра до вечера хромое блуждание от пропасти до
пропасти, а как они туда попали, и как спуститься вниз к людям –
непонятно.
Между собой, охрипшие влюбленные общались только матом. На четвертое
утро, они проснулись от звуковых галлюцинаций. Им слышались: немецкая
речь, смех и переливы губной гармошки. Как в фильмах про войну. Звуком
все не закончилось, в палатку заглянул мужик и сказал:
- Гутен морген.
Наши герои выползли из палатки и увидели двадцать человек из группы
"Эдельвейс", навьюченных до зубов, только без оружия.
Это были матерые немецкие альпинисты и в результате "э-кальских" и
"бэ-кальских" переговоров, выяснилось, что они к своему восхождению
готовились два года и не намерены отвлекаться от маршрута ни на секунду,
поэтому не может быть и речи, о том, чтобы отвести наших страдальцев
вниз к людям. Они лишь неопределенно показали ледорубом направление и
тыкнули варежкой в компас. Бедолаги не хотели отпускать живых людей, тем
более, они уже там вчера блуждали, куда смотрел ледоруб.
Наши твердо решили, что немцы не пройдут и легли перед ними "трупами". И
немцы поставили ультиматум (немцы вообще любят ультиматумы):
- Вы идете с нами «шнеллер», покорять «алес» вершину, далее мы
спускаемся с той стороны горного хребта и приводим вас в цивилизацию. Но
если вы будете нас задерживать, мы вам тут же скажем "ауфидерзейн".
Русские посмотрели вдаль и вверх на сияющую снежную вершину и грустно
сказали:
- "яволь"
Немцы грубо высыпали все вещи студентов на землю (ну немцы, что
возьмешь) и взяли то немногое, что пригодится в походе, остальное велели
бросить, собрали им с миру по карабину и пошли.
Наши 100 000 раз пожалели, что поперлись с немцами. Это все равно, что
человек сломавший палец, ломает себе еще и обе ноги, чтоб с поломанным
пальцем без очереди попасть в Склиф. Но отступать было поздно.
Представьте - как трудно лезть в гору человеку, который прет на вершину,
только чтобы попасть вниз. Чего только стоит сон над пропастью, в гамаке
прибитом гвоздиком к горе. Нормальному человеку такое приснится и он,
вздрогнув, проснется...
Они вернулись домой еле живые, похудевшие, с обгоревшими на солнце
лицами и слезящимися глазами. Но вернулись.

Через месяц немцы прислали им фотографию. Я ее видел: Радостные Гансы и
Фрицы орут и смеются, как будто увидели в бинокль Москву. В руках вымпел
покорителей вершины, а на заднем плане на снегу сидят две печальные
фигуры с впалыми глазами

"... У многих катанье на коньках производит отдышку и трясение..."
Козьма Прутков.

Собрался я тут в уездный городок N. Отдохнуть, порыбачить. Перед
поездкой звоню и выясняю, что лепший мой кореш из местных рыбаков лежит
в больнице с сотрясением мозга, повреждениями лица и прочими
сопутствующими травмами. Следствие бурного выяснения отношений.
С чем идти к корешу в больницу? Ну, понятно, вкусняшки там всякие. Еще,
поскольку он рыбак заядлый, зашел в магазин и прикупил всяких взрослых
игрушек. Крючочки, поплавочки, пусть играется, мечтая, какую он рыбу на
них вытянет в реабилитационный период. Чтива бы еще неплохо. Книг он не
большой любитель. Прошелся по лоткам, набрал желтой прессы, Плейбой,
Пентхауз и т.д. Рыболовных журнальчиков опять же.
А в пятницу вечером, перед поездкой, сидючи на работе и просматривая
новости на сайте анекдотру, пришла мне в голову мысль.
Взял я Топ100 историй за все годы, перенес в Ворд, чуток отформатировал,
страницы пронумеровал и распечатал. Переплел тут же в термообложку.
Солидный такой фолиантик получился.
Приехал, пошел к приятелю. Грустное зрелище провинциальной больницы.
Лежит. Рожа ушитая, башка перебинтованная. Разговаривать не хочет.
Посттравматическая депрессия. Короче: «Комиссары, бросьте… Да не меня!!!
Автомат! » Реакция на все вялая. Видно, что жить не хочется. На всякие
бананы-апельсины приятель не обратил внимания. Крючочки-поплавочки с
сухим «спасибом» заныкал в тумбочку. Плейбои-пентхаузы тут же растащили
соседи по палате. На тумбочке остался сиротливо лежать мой фолиант.
Ничьего внимания он не привлек, издали напоминая сборник техдокументации
по монтажу атомной электростанции. «Это че? » «Так, почитаешь на досуге»
Чувствую, не получается разговора. Весь в себе человек. Я и свалил.
Загляну, говорю, послезавтра. По дороге поговорил с лечащим врачом. Мол,
не надо ли каких лекарств приятелю привезти. Тот говорит: «Ему сейчас
главное покой. И настроение как-то переломить. А все остальное есть. »
Через день я обнаружил разительные перемены в жизни палаты и всего
отделения. И в настроении кореша. Кореш цвел и суетился. Бурно меня
приветствовал. Рожа его напоминала маску смерти, еще больше по сравнению
с прошлым разом измазанная зеленкой, йодом и заклеенная пластырем. Со
стороны остальных болезных мое появление так же вызвало значительное и
непонятное одобрение. Только один никак не отреагировал. Он лежа читал
фолиант. Папка была уже порядком замызгана и покрыта пятнами йода,
зеленки и других микстур.
И вдруг читающий заржал. Все внимание сразу переключилось на него.
«Какой номер-то? » - спросил кореш. «675-й» «Это где про троллейбус? »
«Не, про Клепу» «А про троллейбус - это все пиздежь» - сказал мрачный
мужик на крайней койке.
Оказалось, после моего ухода приятель от нечего делать стал читать
подборку. Сначала хмыкал. Потом захихикал. Потом заржал. Все посмотрели
на него как на идиота. Неделю пацан мрачно умирал. От смеха швы на роже
стали, естественно, расходиться и кровоточить. Кликнули сестру, кореша
забрали в процедурную, всем стало любопытно, над чем же он ржал.
На «почитать» быстренько установилась очередь. Потом другим жителям
отделения стало интересно, над чем же так активно ржет седьмая палата.
Потом тем, кто уже прочитал, стало интересно, над чем конкретно в данный
момент ржет читающий. Сделали сквозную нумерацию историй. Активно
обсуждали. «Вообще не понимаю, чего там смешного, про эту станцию…» «А
ты тупой потому что» Читали ночью. При этом читающий ржал и будил
остальных. Сестры ругались и грозились чтиво отобрать.
Забросили телевизор, плейбои-пентхаузы и карты. Вспоминали свои случаи:
«А вот у нас один раз…» Один древний дед сказал мне: «Слышь, паря!
Забери на хуй свою тетрадку. Тута больница, нада лежать и лечицца. А они
ржут и ржут» Оказалось, дед не умеет читать. А вслух договорились не
читать, чтоб кайф не размазывать. Дед обиделся и обещал «ночью тетрадку
спалить в пизду»
А я подумал: «Вот те нате! Анекдот.ру в миниатюре. Тут тебе и оценки,
тут тебе и комментарии, где так же преобладают два железных аргумента
«Сам дурак! » и «Тупой потому что!», тут тебе и КЖП в виде медперсонала
и нечитающего деда.
Пора было уезжать. На обратном пути я опять встретил врача. Покурили,
поговорили. Он сказал, что из Германии прислали гуманитарную помощь с
лекарствами. А приятелю моему три раза за два дня чинили швы. Но это
фигня. Главное, что он резко пошел на поправку. А в конце врач попросил:
«Ты мне, если не трудно, в виде гуманитарной помощи такую же книжечку
потом сделай. Я ее в качестве сильнодействующего буду применять. А то с
лекарствами сам знаешь как. »

Ракетчик

Знаете, конечно, эмблему медицины – палку, обвитую змеей. По легенде, это посох Асклепия. Шел будто бы древнегреческий врач Асклепий во дворец критского царя, и вдруг его посох обвила змея. Асклепий ее убил, но тут приползла другая змея с пучком травы в клюве и воскресила первую. Этой-то травкой Асклепий и вылечил царского сына.

Мне эта легенда всегда казалась довольно глупой и как бы принижающей высокую миссию медицины. Ну что за доблесть – отобрать у пресмыкающегося пучок травы? Ни ума не надобно, ни умения. Поэтому я обрадовался, когда услышал другую версию.

Есть, оказывается, такой вид паразитических червей – ришта, или дракункулюс. Типичный глист, но живет у человека не в кишечнике, а в подкожной клетчатке. Дорастает под кожей до 80 сантиметров, вызывает адскую боль и гнойные раны. Страдальцев, пораженный риштой, можно было встретить везде, начиная от Древней Греции и заканчивая Средней Азией каких-нибудь 80 лет назад. Единственным способом избавиться от червя было вытащить его целиком из раны, наматывая на палочку, очень медленно и осторожно, чтобы не дай бог не порвался, а то заражение крови гарантировано. Процедура продолжалась иногда по нескольку дней и требовала большого опыта и терпения.

Так вот, некоторые историки считают, что медицинская эмблема на самом деле изображает не змею, обвившую посох Асклепия, а этого самого глиста, намотанного на палочку. Вот представьте себе того древнего врача, который целый день сидит на солнцепеке на грязном базаре и под вопли больного медленно-медленно, по миллиметру выматывает из гноящейся раны бесконечного червя, зная, что одно невверное движение – и все пропало. По-моему, это и есть самый правильный, честный и беспристрастный символ медицины, какой только можно придумать.

Мужик увидел надпись на дверях женского монастыря: "Секс с молодыми монашками - 500 у.е.". Постучал, открыла прелестная монашка, приняла деньги и говорит:
- Я пока приготовлюсь, а вы пройдите, пожалуйста, по коридору в последнюю дверь направо.
Мужик быстро прошмыгнул к указанной двери, открыл, снова попал на улицу, дверь за ним закрылась. Обернулся и видит на двери табличку: "Сегодня вас поимела сестра Мария".

Этот прикол произошел во время холодной войны на границе ФРГ и восточной Германии. Светлые головы конструкторов из ФРГ нашли очень оригинальный способ тестировать свои танки в «реальных» условиях – автономно управляемую машину подсовывали под наши пушки, причем специально, сильно нервируя наших погранцов.
Наши в свою очередь тоже не плошали – новые снаряды разрабатывались достаточно регулярно. А подбитый танк ФРГ-шники за привязанный к нему трос затаскивали обратно и изучали повреждения, стараясь максимально улучшить его «непробиваемость». Время шло, прогресс тоже. В один прекрасный день, очередной подарок соседей получил новым, супер крутым снарядом прямо по кумполу но, танк не умер, как это было до этого, а выжил и с успехом был отведен на родину.
Естественно, что нашему командованию такая ситуация очень не понравилась. Пригласили несколько именитых инженеров и поставили им задачу – придумать что-то, способное такой аппарат утихомирить. Инженера же, были люди смекалистые и многоопытные. Решение нашлось очень простое: - «Товарищи, а не шмалянуть ли нам по этой заразе из ПВО-шной пушки старого образца?». Сказано – сделано! Притащили старую ПВО пушку, предназначенную для убивания стальной болванкой вражеской авиации на высотах до десяти километров (такие пушки ещё до ракет применяли)…
Пушка была страшна! Длинна ствола 10 метров + специально разработанная кинетическая болванка. Её без особых изменений установили на бетонный постамент, только ствол развернули ни вверх, а как положено. И так, пришел час «Че». Очередной ФРГ-шный танк нагло вылез, куда ему ни следовало, наши расчехлили новую игрушку и шмалянули. ТАКОГО эффекта не ожидал ни один академик!
Танк не подбили в прямом смысле этого слова. Выглядело это так, словно шестидесятитонный танк «сдуло» со своего места. Тяжелый танк, от попадания кинетический болванки развалился на отдельные фрагменты, которые, подчиняясь естественным законам, улетели на «родину» своим ходом без всякой буксировки…
С тех самых пор НАТОвцы от своей любимой привычки проводить испытания новой техники на советский границе отказались.

ПОСТ N 1
Пару лет назад, делал документальное кино про войну и три дня снимал
в Кремле роту почетного караула.
Как она живет, как тренируется и охраняет пост номер один.
Каждый час писали смену караула у Вечного Огня: сначала крупно ноги,
через час - общий план, еще через час - крупно лица, еще через час -
другой ракурс, еще через час... и так далее, ведь их же нельзя
остановить и попросить пройтись для второго дубля.
Одним словом обычная съемочная суета.
Замполит роты Олег – хороший мужик, в очередную смену караула, посмотрел
на часы и вдруг говорит:
- Ты сейчас снимай не солдат, а публику, которая будет на них смотреть.
Сними не пожалеешь.
Я удивился, но послушался и не пожалел - это оказался мудрый совет.
Мы с оператором перелезли через ограждение, зашли за Вечный Огонь и
начали снимать публику сквозь пламя по переднему плану.
Примаршировала новая смена, вдруг люди пооткрывали рты, как будто они
увидели не солдат, а инопланетян...
Я присмотрелся и правда караульные с разводящим шли не то что синхронно,
а просто как роботы... и все какие-то неправдоподобно одинаковые.
Пораженные зрители от удивления даже забывали их фотографировать. Только
потом я понял, что разводящий и двое караульных были тремя братьями
близнецами.
Внутри, за кремлевским забором все эти «киборги» превращались в обычных
жизнерадостных мальчишек, даже не верилось, что это те же сверхлюди,
которые стоят там, у Вечного Огня...
Рядом крутился мой четырехлетний сынок, он мерил фуражки и хватал всех
за карабины, пытаясь примкнуть штык.
Мы брали у солдат маленькие интервью: «Тяжело ли без движения стоять
целый час?», «Что ты чувствуешь у вечного огня?», «Какие забавные или
не очень случаи происходили на посту?» и т. д.
Каждый очень искренно говорил о себе. Рассказали, как однажды к огню
поперлось пьяное мурло, не обращая внимания на окрики. В результате
"мурло" получило от часового - отверстие штыком в области ягодицы, а
часовой получил отпуск на родину, так что если кто не в курсе: эти
ребята далеко не манекены в военной форме...
Я спросил пацанов:
- А не трудно ли сдерживаться, когда публика пытается вас рассмешить?
Смеяться-то нельзя...
Они наперебой стали рассказывать, какие иезуитские способы бывают у
зрителей, лишь бы «расколоть» часового: и рожи корчат, и разные звуки
издают, часто травят анекдоты, но стоишь, не подаешь виду, зато в
караулке все ржут потом как подорванные. А на посту нет, такого быть не
может... Как будто выключателем отключается способность смеяться.
Один парень рассказал, как однажды стоял на посту и тут его из толпы
случайно увидела одноклассница, она была в Москве проездом.
Кричит: «Ваня! Ваня! Это ты, или не ты!?»
Часовой конечно и бровью не повел...
Хорошо, что одноклассница догадалась дождаться до конца часа и пойти за
караульными до дверей в стене.
Парень отпросился, вышел и минут двадцать поболтал с девчонкой у ворот.
Мне понравилась эта история, и я попросил пересказать ее еще раз на
камеру.
Солдат согласился.
Включилась камера, но парень впал в ступор (такое бывает).
Единственное, что он смог заикаясь из себя выдавить:
- Меня зовут Иван Иванович... эээ...

Все вокруг просто таки упали от смеха, думаю что товарищи его с тех пор
только так и называют: Иван Иваныч.
Съемка закончилась, мы попрощались с ребятами и пошли с сыном
прогуляться по Александровскому саду: поели мороженого, полюбовались на
фонтаны.
Напоследок сынок захотел еще разик посмотреть на смену караула и тогда
уже поехать домой.
Я посадил хлопца себе на шею и протиснулся сквозь публику поближе к
самому ограждению. Еще семь минут и будет смена.
Ждем.
Вдруг Сынок, сидя на моем загривке, показывает на часового рукой и
громко говорит:
- Папа! Папа! Смотри! А вот с ружьем Иван Иваныч!!!
Через секунду часовые синхронно (а они все делают синхронно...)
покраснели и стали медленно опускать головы на грудь пряча лица под
фуражками, потом мелко затряслись...
Видимо они переживали, что-то среднее между оргазмом и
микро-инсультом...
Я быстро унес своего подстрекателя подальше.
Хорошие они все-таки ребята, с юмором. Не зря каждого из них отбирают
одного из двух тысяч.

- Холодно так! Я бы щас дома забралась под плед, в шерстяных носочках,
на кресло с горячим кофе.
- Спаришься...
- Ага, и спарилась бы с кем-нибудь...

В нашем городе одно из любимых событий для моего сына – генеральная
репетиция ежегодного военно-морского парада в последнюю пятницу июля.
Сегодня, например. Репетиция лучше, чем сам парад - всё один к одному,
как на нём, но сидишь на VIP-местах, пафоса меньше, и можно гильзы
всякие после стрельбы-пальбы пособирать. Взвод могучих морпехов
запомнился своей вальяжной походкой, а-ля гуси на водопое. Ну что тут
поделаешь, звёзды – уважительно подумал я. Лбами все кирпичи
переколошматили, дрались мама не горюй – нахрена им эта шагистика
приснилась. По окончании репетиции ведущий сдержанно поблагодарил в
мегафон всех участников и сделал им отдельные мелкие замечания. А потом
мы отправились собирать патрончики наперегонки с остальной детворой.
Но оказалось, что репетиция закончена ещё не для всех – неподалёку от
нас на отшибе плаца вдруг построился тот самый взвод морпехов, и его
командир в образной форме высказал всё, что думает об уровне его
строевой подготовки. Знаете, я со многими прорабами общался, но таких
глубин русского языка я ещё не слышал. Наконец командир сделал
драматическую паузу, давая время своей команде осмыслить сказанное.
В наступившей зловещей тишине маленькая девочка, тоже собиравшая
патрончики, спросила: «Мама, а что сказал дядя? Я ничего не поняла…
Кроме слова якорь!» Покрасневшая мама, строго глядя на командира,
внятно и чётко выговорила: «Дядя имеет ввиду, что они очень хорошо
выступили, но могли это сделать ещё немножечко лучше!» Морпехи срочно
построили каменные лица.
При взгляде на тёртую физиономию самого весёлого из них, девочка шепнула
маме уже совсем тихо: «А мне кажется, дяденька их наругал - вон тот
парень уже плачет…»

Джилиан Линн - постановщик мюзиклов «Кошки» и «Призрак оперы» на Бродвее

В школе Джилиан считали безнадёжной. Кто-то из школы написал её родителям записку, в которой говорилось, что у девочки были проблемы с обучаемостью. Она не могла сосредоточиться, вечно ёрзала. Сейчас бы сказали, что у неё синдром дефицита внимания, но в 1930-х годах никто не знал о таком синдроме.

Её отвели к врачу. Она пришла туда с матерью, её посадили в кресло в дальнем конце комнаты, где она просидела, подложив ладошки под ноги целых двадцать минут, пока врач разговаривал о её проблемах в школе. Она всем мешала, невовремя сдавала домашнюю работу — и так далее. В конце концов, доктор сел рядом с Джилиан и сказал ей, что выслушал её маму, осознал все проблемы Джилиан, но теперь хотел бы поговорить с её мамой с глазу на глаз. Он попросил Джилиан подождать немного, и вышел вместе с мамой из комнаты. До того как выйти, он включил стоящее на столе радио. Как только взрослые вышли, доктор попросил маму Джиллиан взглянуть на то, что делает дочь.
Она сразу же вскочила на ноги и начала двигаться в такт музыке. Доктор и мама Джилиан посмотрели на это пару минут, потом доктор повернулся и сказал: «Миссис Линн, Джилиан не больна. Она танцовщица. Отдайте её в хореографическую школу». Мама последовала совету врача.

...Они вошли в комнату, где были похожие на Джилиан люди, непоседы, люди, которым чтобы думать, нужно было двигаться. Они учились балету, степу, джазовому стилю, занимались модерном и современным танцем. Со временем её приняли в Королевскую балетную школу, она стала солисткой, сделала замечательную карьеру в Королевской балетной труппе. В конце концов она закончила Королевскую балетную школу и основала собственную компанию, Танцевальную компанию Джилиан Линн и встретила Эндрю Ллойда Вебера. Джилиан сделала одни из самых известных музыкальных постановок в истории, принесла радость миллионам людей и стала мультимиллионером.

Попадись матери Джилиан другой врач, он бы посадил ребёнка на таблетки, чтобы заставить его успокоиться.

Женщина жалуется подруге:
- Муж у меня совершенно невозможный. Он только про свою мамочку
все время говорит. "А вот мама так не делает". "А вот видела бы
мама". "А маме бы это не понравилось". А я у него вообще
на десятом месте.
- Надо, чтобы он обратил на тебя внимание как на женщину, тогда он
про мать и помнить забудет. Он вечером придет, а ты его встреть
в каком-нибудь сексуальном наряде.
Короче, приходит вечером муж - жена его встречает в черном лифчике,
черных чулках, на руках - черные перчатки.
- Боже, ты вся в черном - что-нибудь с мамой?

В нашей группе студентов-заочников был один креативный бездельник (мы иногда удивлялись, как он вообще в вуз поступил), который частенько приходил на экзамен с совершенно пустой головой, зато для преподавателя сочинял какую-нибудь невероятную трагическую историю, обычно мало правдоподобную и глупейшую. То его перед самым входом в вуз машина сбила, то он девушку от хулиганов защищал, а его за это отметелили, всего и не припомню. Причем большинство преподавателей, как ни странно, ему верили. Уж очень жалобно он эти свои истории рассказывал, сам Станиславский ему бы апплодировал. Правда, преподы не все были такими уж доверчивыми лохами.
Как-то на экзамене по политэкономии профессор после нескольких попыток вытянуть из него хоть что-то, отдаленно имеющее отношение к его предмету, спрашивает его, что же ему помешало выучить если не учебник, так хотя бы тот материал, который он в своих лекциях давал. Да и неплохо было бы, если бы он рассказал, почему ни одну его лекцию не пожаловал своим присутствием. Ну, тот и погнал примерно следующую лабуду:
- Понимаете, вот только я приехал на сессию, устроился в гостиницу, взялся за учебу, как внезапно приезжает из дома моя жена с нашим грудным ребенком. Ребенка бросает на меня, а сама уезжает в Гагры с любовником. А малыша же надо кормить, пеленки стирать (в то время еще не было подгузников), да еще он в номере плачет день и ночь, мешает всем соседям по гостинице. В конце концов они на меня написали жалобу директору, а тот не стал разбираться и выселил нас на улицу. Бомжевали с малышом несколько дней, пока кое-как пристроились на вокзале в комнате матери и ребенка. А это же вокзал, там одни уходят, другие приходят, куча детей, все плачут наперебой. Разве можно в таких условиях что-то выучить?
То что вы сейчас прочитали, это только бледная тень его подлинного рассказа, сам он тогда гораздо живописнее расписывал, просто лет прошло немало, многие детали стерлись в памяти. Если вы читаете и думаете: "какой же придурок этот автор, как можно было вообще придумать такой бред", значит вам будет легко понять, что тогда творилось в головах у всех нас, кому довелось слышать этот бред в оригинале.
Короче, он все это рассказывает, а народ в аудитории давится от смеха, но терпит, чтоб не ухохотаться и не сдать его с потрохами, товарищ все-таки.
Профессор послушал (по его лицу похоже, что он проникся сочувствием), и говорит:
- Ну хорошо, сынок, все я понимаю, семейные проблемы штука серьезная. Но у нас же все-таки экзамен, хотя бы что-то я должен у тебя спросить. Ты хотя бы на самый простой вопрос ответь, определение мне назови, что такое вообще наука политэкономия. Оно прямо на первой странице учебника написано. Открывал хоть учебник-то?
- Конечно открывал, сейчас...Политэкономия это...это...наука такая, экономия, только политическая, ну вроде как на экономику с политической точки зрения посмотреть (не дословно, конечно, но промямлил он что-то в этом роде).
Некоторые из нас уже фыркают, как кони, но мы держимся.
- Молодец! Вижу, старался, учил, вот товарищи, берите пример. Сынок, скажи, а у тебя батя есть?
- Есть, а что?
- А батя твой штаны как носит, на подтяжках или на ремне?
Тот ничего не понимая, тупо отвечает:
- На ремне вроде, а вам зачем?
- А затем, что когда ты домой приедешь, то передашь своему отцу мою просьбу, запоминай: "папа, наш преподаватель политэкономии Иван Сергеевич просит тебя, чтоб ты снял ремень и всыпал мне, бездельнику, как следует по голой жопе, чтобы в следующий раз я не вешал лапшу на уши старому профессору." Запомнил? И это, сынок, тебе еще повезло, что он на ремне носит.
Вся группа уже и так угорает в открытую, а тут еще этот чудила не нашел ничего лучшего, чем спросить:
- А почему повезло?
- А потому, что если бы он носил на подтяжках, то я бы его попросил, чтобы он тебя, афериста, на них просто удавил.

Ты вчера пришла с корпоративного Нового Года, я снял с тебя сапожки,
сказал тебе сто комплиментов, терпеливо слушал, кому какие дали подарки,
какая дура эта Нелли Степановна, я три раза станцевал с тобой твою
любимую песню из Криминального Чтива, два раза трахнул тебя, по твоему
капризу открыл шампанское, кое-как уложил тебя спать, гладил твои
волосы...
Сегодня с корпоратива пришел я: - долгие разборы, почему так поздно и
почему помада на рубахе, потом тряпкой по е@лу и пошел на х#й, пьяный
скот, я с тобой не разговариваю... . . ВОТ ЭТО И ЕСТЬ РАВНОПРАВИЕ

Сегодня трое богатейших россиян потеряли 12 миллиардов долларов.
Завтра их поищут в карманах остальных россиян.

Сейчас сотрудничество с Индией на поставку вооружений, в том числе и
корабельной техники, ведется уже на долгосрочной основе. А в начале
90-ых, для наших кораблестроителей оставшихся без финансирования, заказ
от индусов на достройку новейшего фрегата, был просто спасением.
Заложенный еще при СССР и предназначавшийся для Северного флота, корабль
был готов процентов на восемьдесят. Но достраивать его не собирались, а
собирались списать в металлолом. Так дешевле. А тут, откуда ни возьмись,
появились смуглые люди с простынями на головах и с желанием это купить,
да еще и за доллары. Наши, естественно, обрадовались до усрачки.
Быстренько достроили, напичкали новейшим вооружением, провели ходовые
испытания и т. п. Но один заказ – это один заказ. Захотелось продолжения
банкета. А раз так, то клиенту нужно понравиться. Тогда и решили
провести не просто официальную передачу корабля индийской стороне, а
устроить костюмированное шоу. Наняли артиста на роль Петра 1, переодели
кучу народа в форму трехсотлетней давности, на фрегат прикрутили пушку
тех же времен и устроили грандиозную театрализованную баталию. Все были
довольны и прощались уже по-братски.
Через какое-то время, фрегат пришел на свою новую родину. Осмотреть
новейшую технику, купленную за сотни миллионов, в порт приехал сам
министр обороны. Под прицелами видеокамер, он бодро взбежал по трапу. И
тут случился момент, не попавший в кинохронику. Ноги министра
подкосились, и он со стоном начал опускаться на палубу. Ведь первое, что
он увидел на супер современном боевом корабле, была бронзовая пушка
трехсотлетней давности, стрелявшая ядрами.
Недоразумение вскоре прояснилось и на наше дальнейшее сотрудничество с
Индией не повлияло.

29 января родился Антон Чехов.

За 44 прожитых года, половину из которых он болел туберкулезом, унесшим его в могилу, писатель не только создал выдающиеся произведения (двадцать томов всемирно прославленной прозы), но и успел сделать колоссально много:

• Построил четыре деревенские школы, колокольню, пожарный сарай для крестьян, дорогу на Лопасню, преодолевая пассивное сопротивление косного земства, надувательство подрядчиков, равнодушие темных крестьян;

• Поставил в родном Таганроге памятник Петру Первому, убедив Антокольского пожертвовать изваянную им статую городу и организовав ее отливку и бесплатную доставку через Марсельский порт;

• Основал в Таганроге общественную библиотеку, пожертвовав туда более двух тысяч собственных книг, и четырнадцать лет непрерывно пополнял ее;

• Во время жизни в Мелихове ежегодно как врач принимал свыше тысячи больных крестьян совершенно бесплатно и снабжал каждого из них лекарствами;

• В качестве земского врача на холере один, без помощников, обслуживал 25 деревень;

• Совершил героическое путешествие на остров Сахалин , в одиночку сделал перепись всего населения этого острова, написал книгу «Остров Сахалин», доказав цифрами и фактами, что царская каторга – «бездарное издевательство имущих и сытых над бесправной человеческой личностью»;

• Помог тысячам людей (содержание многих из писем Чехову в каталоге собрания сочинений формулируется так: «Благодарность за полученные от Чехова деньги…», «Благодарность за содействие в получении службы…», «Благодарность за хлопоты о паспорте…» и т. д.

• В разоренном Мелихове посадил около тысячи вишневых деревьев и засеял голые лесные участки елями, кленами, вязами, соснами, дубами и лиственницами; на выжженном пыльном участке в Крыму посадил черешни, шелковицы, пальмы, кипарисы, сирень, крыжовник, вишни и прекрасный цветник.

И это далеко не всё.

Почему академик Гельфанд не учился в 10-м классе и никогда не был студентом

Израиль Гельфанд (1913-2009) — один из величайших математиков XX века, автор множества теоретических работ и прикладных исследований с применением математического метода в области физики, сейсмологии, биологии, нейрофизиологии, медицины. Родился в украинской деревне Окны. Окончив всего девять классов школы, не получив высшее образование, поступил в аспирантуру механико-математического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова и уже в двадцать семь лет стал доктором наук, а в сорок — членом-корреспондентом Академии наук СССР. Гельфанд — лауреат многочисленных отечественных и международных премий; почетный доктор семи иностранных университетов, включая Гарвард и Оксфорд; почетный иностранный член Американской академии искусств и наук.

Когда Израиль Гельфанд окончил девятый класс школы в небольшом местечке под Одессой, учитель математики сказал ему: «Изя, дорогой, я больше ничему тебя не смогу научить. Езжай в Москву, найди там МГУ, а в МГУ — мехмат. Учись дальше, и ты станешь великим математиком!»

На механико-математическом факультете МГУ девятиклассник дошел только до секретаря деканата.

— Молодой человек, где ваш диплом об окончании средней школы? — возмутился секретарь. — Ах, у вас его еще нет! Тогда езжайте к себе назад на Украину и приходите через год, с дипломом!

Но вернуться домой Гельфанд уже не мог — так запали в душу слова учителя о великом будущем. Он решил остаться в Москве, и чтобы заработать на жизнь, устроился гардеробщиком в Ленинскую библиотеку — все как-то ближе к книгам.

Однажды его заметил там за чтением монографии по высшей математике молодой, но уже знаменитый математик Андрей Николаевич Колмогоров.

(Андрей Колмогоров (1903-1987) — советский математик, академик, почетный член нескольких западных академий наук, профессор МГУ им. М.В. Ломоносова, один из создателей современной теории вероятностей. Написал ряд важных работ по истории и философии математики. Был научным руководителем Израиля Гельфанда и не раз говорил про своего ученика: «Общаясь с Гельфандом, я ощущал присутствие высшего разума».)

— Мальчик! Зачем ты держишь в руках эту книгу? — спросил ученый. — Ведь ты не понимаешь в ней ни строчки.
— Я извиняюсь, товарищ профессор, но вы не правы! — парировал Израиль.
— Не прав? Тогда вот тебе три задачки — попробуй решить хотя бы одну до моего возвращения. У тебя есть два часа!

Колмогоров пробыл в библиотеке дольше, чем рассчитывал, и, вернувшись за пальто, отдал номерок другому гардеробщику, совершенно забыв о поручении юному Гельфанду. Уже на выходе из вестибюля он услышал позади робкий оклик:

— Товарищ профессор! Я их решил...

Андрей Николаевич вернулся, взял у Гельфанда исписанные торопливым почерком листки, выдранные из школьной тетради, и с изумлением обнаружил, что все задачи решены, причем последняя, самая трудная — необычайно изящным и неизвестным ему способом.

— Тебе кто-то помог? — не мог поверить профессор.
— Я извиняюсь, но я решил все сам!
— Ты сделал это сам?!! Тогда вот тебе еще три задачки. Если решишь две из них, возьму на мехмат к себе в аспирантуру. У тебя на все про все четыре дня.

На пятые сутки Колмогоров появился в гардеробе Ленинки и направился прямиком к тому сектору, который обслуживал Израиль Гельфанд.

— Ну как дела? — полюбопытствовал профессор.
— Мне кажется, я их решил... — мальчик протянул математику листы с задачами.

Колмогоров погрузился в чтение. Изучив листки, ученый поднял голову, внимательно посмотрел Изе в глаза и сказал:

— Извините меня, пожалуйста, за сомнения в авторстве решений тех первых задач. Теперь я вижу, что вам никто не помогал. Дело в том, что ни в этой библиотеке, ни за ее пределами вам никто не мог подсказать решение нынешней третьей задачи: до сегодняшнего дня математики считали ее неразрешимой! Одевайтесь, я познакомлю вас с ректором МГУ.

Они застали ректора в его кабинете на Моховой. Тот сидел за столом, заваленным бумагами, и что-то напряженно писал. Ректор лишь мельком взглянул на вошедших:

— Андрей Николаевич! Мне надо срочно дописать документ, а вы врываетесь ко мне с каким-то мальчишкой!
— Простите великодушно, но это не мальчишка, а Израиль Моисеевич Гельфанд, гениальный математик, — уверенно представил Изю ректору первого университета страны Колмогоров. — Он любезно согласился пойти ко мне в аспирантуру. Прошу вас распорядиться.

Вот почему так случилось, что академик Гельфанд никогда не учился в 10-м классе и никогда не был студентом.