Поиск по автору:

Наши люди на вакцинацию на такси не ездят.

Не плюй в колодец, тебе оттуда брать воду.

- Куда у вас есть турпутевки?
- Крым, Кавказ,Турция – все наши.

- Слышал, Васька обыграл вчера в шахматы самого Каспарова?
- Каспаров уже давно не чемпион мира.
- Надо будет сказать ему, чтобы поменял фамилию соперника в Super Chess.

Старушки ворчат на скамейке:
- Сегодня врачам не требуется никаких знаний, все делают только по протоколу.
- Так вроде по протоколу - это в полиции?
- Везде по протоколу, только и полиция не защищает, и медики не лечат.

По числу выиграннах сражений Фейсбук уже обошел даже Голливуд.

- Фирма Apple – украинская фирма?
- С чего ты взял, американская.
- Так у нее логотип – надкушенное яблоко.

- Сегодня все спортсмены сидят на допинге.
- Не только сидят, но и ходят, бегают, прыгают.

Даже ошибаться надо в свою пользу.

Из разговора критиков:
- Говорят, новое произведение писателя N произвело настоящий фурор?
- Еще бы, рост мальчика 63 см, а вес около 7 кг.

Хэллоуин в библиотеке.

За окном городской библиотеки давно опустились сумерки. Уже давно ушел последний читатель и Софья Павловна, библиотекарь и старая дева со стажем, тяжело вздохнув, придвинула к себе настольный календарь. Наступало 31 октября. Она закрыла глаза.
Неожиданно в глубине читального зала раздались чьи-то приглушенные голоса. Софья Павловна поднялась со своего места и пошла туда, к классикам. В конце темного прохода она различила так хорошо ей знакомые полки в виде зловещей буквы П. Софья Павловна в ужасе отшатнулись - это была виселица, на которой что-то болталось. Внезапно оттуда метнулась чья-то тень в балахоне и в лунном свете блеснули кривые и гнилые зубы: кариес и парадонтоз, видимо, мстили палачу за его жертвы. Тень снова возникла уже прямо перед глазами Софьи Павловны и она ясно увидала его безумные глаза и кровавый топор в руке.
- Раскольников, - узнала Софья Павловна и в ужасе закрыла лицо руками. Палач занес над ее головой топор, но откуда-то с полок Льва Толстого сверкнул острый клинок и рука с топором с воплем упала на пол.
- Браво, Болконский, - услышала Софья Павловна и к месту казни вышел босоногий и бородатый крестьянин. Зеркало русской литературы осветило все вокруг и она с наслаждением посмотрелась в него. Внезапно из темного угла с криком кто-то выскочил и бросился к выходу. Двери хлопнули и через секунду что-то тяжелое с воплем бросилось в пролет входной лестницы.
Софья Павловна опять закричала.
- Успокойтесь, барышня, это всего лишь Гаршин, - насмешливо сказало зеркало.
Неожиданно раздался страшный грохот: это приближался огромный поезд и какая-то женская тень смело бросилась под него.
- Анна Каренина, - догадалась Софья Павловна.
- Эх, Аня, Аня, сколько раз тебе говорил, что никакая любовь не стоит человеческой жизни.
- Не скажите, Лев Николаевич, - вперед выступила высокая мужская тень в пенсне.
- Да ладно, Антон Павлович, ваши-то три сестры куда подались, небось, в теннис к лесбиянкам.
- Не путайте их с сестрами Уильямс, Лев Николаевич, но это не меняет суть дела: любовь - это высшее проявление человеческой жизни.
Тень на виселице внезапно дернулась и стала судорожно извиваться: Софья Павловна узнала повешенного - это был Достоевский.
- Снимите его, - дрогнувшим голосом попросила Софья Павловна.
- Не волнуйтесь, барышня, Федор Михайлович – известный игрок и мистификатор.
Рука висельника ловко ослабило удавку на шее и тело весело спрыгнуло на пол.
- От вас, Лев Николаевич, ничего не скроешь, вы прямо не зеркало, а Фотошоп какой-то.
- Был я намедни в Санкт-Петербурге, в "Англетере", так вот там один поэт повесился, так повесился: весь номер был в кровищи, неделю потом убирали.
- С Раскольниковым вы это зря, Лев Николаевич: он был мой. Да и не мистификатор я вовсе. Вот Гоголь - это да: и тут его нет, и в собственной могиле тоже.
В другом конце зала в компании охотников громко чавкал какой-то барин.
- Иван Сергеевич, кого вы на этот раз подстрелили?
- Никого, Лев Николаевич, вот и приходиться своей Муму лакомиться.
- Ну вы, прямо, кореец какой-то, Иван Сергеевич, а не русский барин.
По проходу шумно проехала телега с четвертованным бородатым мужиком: его голова была посажена на кол каким-то достойным учеником Малюты Скуратова и словно тыква-светильник, cкорбно и зловеще освещала все вокруг.
- Емельян Пугачев, - догадалась потрясенная Софья Павловна.
- Правильно, - грустно усмехнулась какая-то голова с соседней полки, голова Берлиоза. – А то нас вечно путают.
- А где сам Михаил Афанасьевич? Хоть с Киевского майдана успел вырваться или заживо сгорел, как одесская плеяда?
- Тут я, - выступил из темноты Булгаков. - Сколько уже можно смертей, господа писатели, может хватит?
- Вы-то сами, Михаил Афанасьевич, даже Иисуса Христа не пожалели. По сравнению с вами, мы - сущие ангелы.
Внезапно по проходу грязные пехотинцы проволокли окровавленное тело Петеньки Ростова. Рядом возникла тень Кутузова, которая торопливо перекрестилась, с лица упала повязка, обнажив, похожую на сырое мясо, глазницу.
- Это не я, это все война, - Лев Николаевич поспешно перекрестился и впервые пристыженно замолк. Вокруг разлилась тишина, было только слышно, как бьется сердце умирающего князя Андрея Болконского.
Софья Павловна в ужасе проснулась. Слабый луч утреннего осенного солнца уже проник в библиотеку. Она встала и прошла в глубь зала. Весь пол был покрыт чем-то красным и омерзительно липким.
- Наверное, кто-то из читателей наступил вечером на кетчуп. Им что палка колбасы, что томик Толстого. Люди, люди. А вы, мастера культуры, с кем вы?
Ей показалось, что бюст Пушкина понимающе кивнул ей, но сегодня он был уж больно похож на ночную голову Берлиоза.
Внезапно из коридора раздались звуки музыки. Это молоденькая уборщица со шваброй в руках кружилась в вальсе под божественную музыку Прокофьева, как когда-то Наташа Ростова на своем первом балу. Светало. Неторопливо пробуждался новый день.

На смену ворошиловским стрелкам пришли луганские.

- Как у нас власть борется с коррупцией?
- Похоже, они ударили по рукам.

На барахолке жизни постоянно приходится торговаться.

- Дорогая, сделай мне гаспачо.
- Хорошо, я не буду подогревать суп.

- Если Хилари Клинтон избирут Президентом США, то чем в Белом Доме будет заниматься ее муж Билл?
- Как чем, практикантками.

Он и она:
- Почему ты называешь меня "фуа-гра"?
- Потому, что ты у меня уже в печенках сидишь.

Сегодня правила приличия требуют их постоянного нарушения.

Победителей не судят, им подсуживают.

- Господи, что у вас с лицом?
- А что такое?
- На вас просто лица нет.

- Скажите, этот автобус идет в центр?
- Вот именно что идет, кругом такие пробки.

- На что жалуетесь, больной?
- Я сильно упал, доктор.
- Ничего, голубчик, немного полежите и сами поднимитесь, на то вы и Рубль.

Если думаешь, что королям легко, попробуй принять яд.

Глупые вопросы не требуют умных ответов.

Очень трудно выносить других людей, особенно, на себе.

Когда Шерлок Холмс и доктор Ватсон громко обсуждали какое-нибудь преступление, миссис Хадсон обычно говорила:
- Джентьмены, потише. Понаехали тут.

Поэт сказал: Уберите Ленина с денег! Убрали. С тех пор: ни Ленина, ни денег.

Подумаешь, встал не с той ноги: не сороконожка поди.

- Официант, как жизнь ?
- Плохо, сегодня чаевых даже на чай не хватает.

Жизнь до могилы доведет.

Маразм не только крепчает, но и молодеет.

Крепостное право давно отменили, а холопы остались.

- Кто здесь крайний?
- Я, но за мной просили не занимать.
- Почему?
- Потому, что я - стрелочник.

Если полоса невезения затянулась, то попробуйте перейти на встречную полосу.

- Алло, это – техподдержка, у меня синий экран смерти.
- А откуда вы звоните?
- Из морга.

Начищенные морды приятно блестят.

Катаясь как сыр в масле, не забывай по мышеловку.

Мир держится на трех китах, а вы, китобои, только мешаете этой хрупкой стабильности.

Не надо наступать на чужие грабли, наступайте на свои.

Выходя сухим из воды, не воображай себя богом.

Довольный муж говорит жене:
- Сегодня наш директор выразил мне благодарность.
- Молодец, а как было дело?
- У него в туалете закончилась бумага.

Это же сколько нужно выпить, чтобы бросить пить.

Чтобы такое сделать, чтобы ничего не делать.

Рука Москвы руку моет.

Спасибо тому миллиарду китайцев, которые живут хуже нас, иначе наша жизнь была бы просто невыносимой.

Кого приносят аисты, а кого - дятлы.

В больнице:
- У вас что?
- Сотрясение мозга.
- Женат?
- Нет, сам со стремянки упал.

Жена говорит мужу:
- Дорогой, давай пройдем мимо ЗАГСа, где мы когда-то расписались?
- Преступника всегда тянет на место преступления.