Поиск по автору:

В финале плей-офф Колобку не хватило концентрации.

Про войну и страну хор экспертов пищит.
Патриоты как вроде они.
Точно так привезённые с дачи клещи
притворяются родинками.

Лезет кот поцеловаться, тварь тупая,
перед этим свою жопу долго лижет.
Впрочем, люди точно так же поступают -
не достать своё, поэтому - у ближних.

Кипят у галлов политические страсти,
а мы, зевая, поглядим отсель
их новый евротический блокбастер
"Эммануэль".

Сценарий.

На выборах двенадцатого года
появится вдруг третий Кандидат.
Еще пушистее и волею народа
Тандемократия введёт Триумвират.

Засилье бюрократов повсеместно.
Погода дрянь, но буду вряд ли я
на Бога злиться. В иерархии небесной
не Он командует, а канцелярия.

Наш Создатель умер, судя по всему.
А архангелы спились похоже, ироды.
То крутнут штурвал к глобальному теплу,
то обратно в ледниковые периоды.

Есть опасные болезни, что кладут в момент на койку
и особенно опасна та, которая склероз.
Обещал себе, хоть тресни, что не буду пить я столько,
но какая-то зараза передала передоз.

К нам привезли святые мощи.
Большая очередь в собор.
Мои желания попроще:
на ужин суповой набор.

Ну вот и мухи белые. Пока их маловато.
Пройдёт не больше месяца, ну двух,
и в бой пойдёт совковая лопата,
стоящая на лоджии для этих мух.

Успехи медицины несомненны,
но мазь Вишневского по-прежнему воняет.
От рабства до свободы суверенной
мы дожили, привычек не меняя.

КЛЕЩ.

Выходные – это вещь!
Но куснул на даче клещ.
Смазав маслом белый бинт,
я крутил клеща, как винт.
На анализы отнёс –
вдруг найдут боррелиоз?
Помогите поскорей,
нате тысячу рублей!
Вдруг внедрил мне паразит
мозговой энцефалит?
И тогда мне постучат.
в двери сразу три врача.
Два с носилками, поди.
И с лопатою один.
Я молил иконостас.
Целый день я зубы тряс.
А итог – хоть в петлю лезь!
Нету дряни! Жаба есть.
Кошелёк и жизнь пусты.
Обхожу теперь кусты.
Доктора же – зуб даю -
жрут на тысячу мою.

Человек - природа так сказала – для того рождён, чтоб выживать.
Человек рождается усталым и живёт в надежде отдыхать.

Чтобы бегать вечно за деньгами. Деньги, снова деньги, там и тут.
Чтобы пользоваться разными благами. А для них есть предыдущий пункт.

Он конечно думает, зараза, что рождён для счастья. Незачёт.
Наша цель – быть кормовою базой. И менять демографический отчет.

Защищают целый день Дирол и Орбит
мои зубы от возможного вреда.
Ночью же не кариес приходит,
а кошмары про работу, господа.

Новые фильмы снимаются.
Наши, родные и громкие.
Последний, который понравился -
"Броненосец Потёмкин".

Да, признаемся, по части демократии
не годимся Украине мы в подмётки.
Только правят почему-то у не-братьев
каждый раз мерзавцы и подонки.

Новогоднюю ночь кто-то любит всегда.
Прочих белые ночи заводят.
А вот мне почему-то милее всех та,
когда стрелки назад переводят.

В запотевшем зеркале все выглядят работающими в поте лица своего.

Один из двух свидетелей на свадьбе
моей упился до беспамятства, скотина.
И потому хотелось разузнать бы -
а вдруг моя жена нелегитимна?

Хреновости в сплошную полосу
сливаются, наматывая триллер.
Сменила будто старую косу
костлявая на новый мощный триммер.

Жизнь идёт. Сижу себе на склоне я.
Вдруг приснилась Ксения Собчак.
Бюллетенем выборным стуча,
"Отвечай!" - кричит - "Чей Каталония?"

Телеэфир - опять жратва. Как будто общий голод.
То повар кажет нам талант, то вкусная кормёжка.
Советский флаг : на нем Звезда, под нею Серп и Молот.
Российский герб : Петух-мутант, а в лапах Вилка с Ложкой.

В демократических странах в кухонные плиты встраивают дополнительные
ручки - для управления государством.

Мужчина - это чёрт, припавший к алтарю.
В нём смесь желаний власти и летать.
Да, он не может быть кормящей матерью,
зато он может быть кормящим мать.

Главная мужская функция - Работа.
И даже женщины лишь параметры этой функции.

Фильмы ужасов озвучивать нетрудно,
только в горле боль у всех наутро.

Вот ночной косметический крем,
кожи матовость он обеспечит.
Вот дневной, он нужнее. Зачем?
Чтоб уменьшилась матовость речи.

Все лезут к сладкому, боксируя локтями.
Чуть зазевался – получи в хлебало.
Чем дольше я работаю с людЯми,
тем лучше понимаю каннибалов.

Порой слова похожи как бы,
но чувства в них - полярной мощи.
Вновь путаю Годину свадьбы
и Годовщину смерти тёщи.

За неделю до марта Восьмого,
(интересно, что Фрейд тут сказал бы)
в праздник Масляный снова и снова
повсеместно сжигаются бабы.

Ария Ленского: "Ольга!
Я люблю Вас! Сколько?"

Купил желудков, вроде уток.
А есть боюсь, рука дрожит.
Желудок спустится в желудок.
И кто там победит ?

Не бей жену, и она была человеком.

Нами правят вурдалаки и рептилии,
что живут внутри пустой Земли.
Но напрасны все у них усилия,
пока шапочку ношу я из фольги.

Жизнь по-новой может сдать
карты и историю,
cтоит только опоздать
на паром "Эстония".

Достиженья медицины несомненны,
но одна проблема мучает особо:
почему-то ни-ког-да одновременно
в человеке не болят башка и жопа.

Когда в продукте качество плохое,
нас выручают жадность и корысть.
Вино сухое было. До того сухое,
что мне пришлось его загрызть.

На рентген пришел я снова.
Может их прибор шалит?
Вместо мозга головного
только опухоль нашли.

Поставили, чтоб выбрать президента,
веб-камеры везде. Какой масштаб!
Однако девяносто семь процентов
продолжили смотреть Комеди-Клаб.

Когда скулишь, что быть могло иначе,
смотри на тех, кто шлёт унынье к бесу.
Касторский Буба никогда не плачет,
есть у него другие интересы.

Велика Россия, а на колени посадить некого.

По отношенью к разным иностранцам
у нас, как погляжу, есть перекосы.
За нрав живой люблю американцев
и не переношу америкосов.

Сначала долго строим красный Мордор.
Потом решаем вдруг - да ну его к хуям!
Прыжки туда-сюда здесь вместо спорта,
причем в мешках для трупов по граблям.

Диссонанс про ренессанс.

Одна из давних грёз - поговорить бы раз
обиняков чтоб без хотя бы с кем о ценах.
Напрасен мой запрос - как выросли у масс
духовный интерес и лексикон в беседах!

Кому ни встанешь в хвост, куда ни кинешь взгляд -
о вечном говорят, о времени и музах,
о том, что Пристли прост, а Пруст витиеват,
и Зевс придурковат в сравнении с Исусом.

Движенья в болеро, нюансы мизансцен
премьер последних лет смакуют общим хором.
А если ляпнешь про налоговый процент -
все оглянутся вслед с брезгливым приговором.

И вновь о па-де-де, антре и фуэте,
про чей-то акростих и орхидеи запах...
И нету никого, хотя бы одного,
с кем душу отвести о выпивке и бабах.

Когда он зво́нит мне, то я на это ло́жу,
раз за меня не пло́тит в баре он.
Я одеваю кофточку и врятли всё же
просщу ему евонный грубый тон.

Минувший век. Один клиент психушки,
желая власти, написал "Майн кампф".
А нынешние, те что у кормушки,
способны только на "Майн кайф".

На юбилее женщины, пускай она дряхла,
полно цветов, но живы все. Пекутся силы высшие.
Когда мужчины юбилей - стол ломит от бухла.
И утром сожаления, что накануне выжили.

Призыв сегодня у меня к согражданам короткий:
в кулак всю волю и полдня всем провести без водки.

В страшном сне видел я конец света,
всех сгубил термоядный огонь.
Тишина, лишь на улице где-то
одинокая бродит гармонь.

То пойдёт на поля, за ворота,
то обратно вернётся опять, -
словно ищет в потёмках кого-то,
но уже никого не сыскать.

А вот в природе нету шуток. Ни одной.
Играет с мышкой кот, но ей не до игры.
Нет юмора совсем в цепочке пищевой,
зато там может быть ирония судьбы.