Поиск по автору:

Большой Театр вчера открыли людям,
но я был хмур, как в небе облака.
Ведь я так верил в то, что Путин будет
изображать в балете Спартака.

Почему непросты с женским полом контакты?
Дело вовсе не в логике или чутье.
Просто мы с ними разные виды по факту.
Не приматы они. Это сумчатые.

Верю в лучшее и скалю свой анфас,
не забыв к стене спиною пятиться.
Знаю - перемены к лучшему у нас
происходят тоже через задницу.

В этот вьюжный неласковый вечер,
когда снежная пыль бьёт в плечо,
нас с тобой, дорогая, излечит
оренбургский (пых-пых) косячок.

О здоровье теперь не мечтаю,
но на сердце осталась печаль.
Как курили с тобой, вспоминаю,
эту тёмно-вишнёвую шмаль.

Как хорошо, что умер Пастернак
и не напишет Блок нам ни открытки.
Как славно, что у Бродского был рак
и чеховские ласты в эпоксидке.

Как правильно, что эти имена
ушли уже из жизни беспокойной.
Когда бы вдруг пришли они сюда -
их всех тут обосрали бы по-полной.

Некоторые могут дать фору Роскосмосу по числу успешных запусков
спутников жизни на орбиту-кладбище.

Пусть удача порой смотрит искоса,
жизнь прекрасна и прежде и впредь.
Только раньше других и до вывоза
нужно к мусорным бакам успеть.

День свадеб и у ЗАГСа толпы бродят.
Осенний воздух розами пропах.
Лишь женихи его порою портят,
когда невест выносят на руках.

Ярославны плач украдкой
на стене Путивля.
"Князь вернётся с азиаткой,
скажет - в монастырь, бля!"

Привыкаю жить не разумом, а верой
среди знахарей, чудес, святых мощей я.
Дожидаясь конца света или эры
мы дождались окончанья Просвещенья.

Свобода - фикция и модное поветрие.
Ведь большинству, поглубже их копни,
она нужна как дураку тригонометрия.
Как танку - габаритные огни.

Наш характер в приключениях неистов,
заду нашему они милей чем стул.
Пьяные российские туристы
палкой тыкали в испуганных акул.

Всем хочется иногда погреть свои кости. А если повезет, то и руки.

Кто-то дар в себе находит стихоплёта,
цель моя здесь в общем-то скромна.
Я пишу тут потому, что ложка мёда
не испортит бочку местного говна.

Борьбу с сосульками возглавил фюрер лично,
поскольку участились крики с мест.
К тому же, это слово неприлично,
имеет эротический подтекст.

Я верю в предначертанное свыше,
отчёт об исполненьи восхитит.
И если что под крышею увижу,
то это будет просто сталактит.

Я уважаю искренне Тандем.
Они так совместимы, видит Бог!
Вы на политике зациклились совсем,
а я про водку и томатный сок.

Иногда по служебному долгу
разбираю учебные фильмы я
для хирургов и травматологов.
Дал бы каждому "Оскара" - сильные.

На бедре операция, голени.
Позвоночнике. Медики есть-таки.
Вот рентген и больной на простыни.
Вот на коже фломастером - крестики.

Рассеченье под скальпелем острым.
Тампонируют кровь, снова режут.
Кости жёлтые сверлят, как доски,
и вгоняют титановый стержень.

С непривычки досмотрит не каждый.
В этих фильмах приятного мало,
но по сути они не страшные
по-сравнению с Первым каналом.

На дорогах льда и снега месиво.
Лысая резина, всё знакомо.
Потому что противоестественно
нам креститься, не дождавшись грома.

О, сколько нам запросов глупых
готовят просвещения труды!
Таблицу умноженья снова гуглим
и Яндекс мучим формулой воды.

Что хуже неизвестно - всё проесть,
сгноить или в карман заныкать свой.
Лишь два пути здесь тратить средства есть:
неэффективый и нецелевой.

Шут короля, тот самый Йорик,
знал лучше всех, как хлеб бывает горек.
Король был скор в завинчиваньи гаек
и каждый день хотел весёлых баек,
историй, анекдотов и баллад.
Не дай бог ляпнешь что-нибудь не в лад -
голо-сованье будет на потеху королю.
(сованье голой шеи прямиком в петлю)
Два шрама, перебитый нос и множество отметин
показывали шуток низкий рейтинг.
Последнюю не приняли, похоже, на ура,
поскольку в черепе у Йорика дыра.

В карабканьи по жизненному дереву,
похоже, не осталось ответвлений.
Догадываюсь, сколько мне отмеряно,
и нету ни обид, ни сожалений.

Если ногу мне отрубят -
сяду я легко в шпагат.
Если выбить зубы, будет
мой язык свободе рад.

Если с вин опухнет рожа -
можно ботокс не качать.
Если стану всем я должен -
буду каждому прощать.

Если пристали грабители,
то чтобы кто-то помог,
глупо кричать: "Помогите!",
правильней: "Чей кошелёк?!"

Родился рыжим внучек и, поглядев на цвет,
сховал на всякий случай свою лопату дед.

Исчезни завтра вдруг система взяток -
всё остановится - от школы до больницы.
И больше всех завоют, что "нельзя так"
те, кто успел сегодня проплатиться.

Говорит подруга Зоя :
- А давай сегодня стоя!
- Обижаешь, говорю.
Даже лёжа, я стою.

Говорит подруга Катя:
- Хорошо пошло! Накатим?
Так и строил до заката
блиндажи с ней в три наката.

Говорит подруга Ксюша:
- А теперь продолжим в душе!
Жалко в глубине души,
что вчера не придушил.

Говорит подруга Света,
(продолжая делать это):
- Правда супер я и гипер?
Можно там уже в Египет?

Говорит моя Работа:
- А со мною не охота?
Не забыл, кобель, что я
Главная Жена твоя?

Мчатся события дикою гонкой,
крутимся белками мы в кутерьме.
Роскошь планировать жизнь - и надолго -
можно позволить себе лишь в тюрьме.

На выборах свой голос и судьбу
отдам Касьянову. Я верю: компетентно
он поведёт с коррупцией борьбу
и снизит её вновь до двух процентов.

Крики чаек носит ветром,
я уснул под них ничком.
И мне снилось, как ракеткой
бьёт Шарапова Кличко.

Я - нормальный пёс, а мой хозяин Боря -
странный тип, хотя и кормит мясом.
Он со мной гуляя, метит территорию
почему-то лишь в районе унитаза.

Труженики Боженьке милей.
И все те, чьи спины потом залиты.
Вот и слепни любят тех людей,
у которых руки обе заняты.

Ну уголь, газ, и свет в час кризиса
для Украины мы найдём,
но кто продаст ей (это близится)
пшеницу, сало, чернозём?

Мои права тираном изувечены.
Тут я согласен с Ксенией Собчак.
Ведь опосля одиннадцати вечера
не продают мне выпивку никак.

Имея к выпивке влечение,
привыкнув к общей укоризне,
я плыл сначала по течению,
а после - по канаве жизни.

Продукты химией накачивают гады
и я подозреваю, что давно
уже нам добавляют консерванты
в говно.

Чем реже женщину за жабры,
тем бром полезнее виагры.

Гуманизацию наказаний
наш рулевой возлюбил.
Отпустят домой всех, к маме
кто в первый раз убил.

Женщины любят ушами.
Истину здесь не рожу.
И потому решайте
сами, как вешать лапшу.

Доктор Джекил с Хайдом.... Кто там виноват,
позабыл я. Впрочем, как отмечено, -
раздвоенье личности - не худший вариант.
Многим и раздваивать-то нечего.

Как ночь ясна - взгляните-ка!
Захватывает дух!
Созвездия и звёзды все,
как в атласе, имеются.
И нету там политиков,
ни одного из двух,
и Млечный Путь, что в космосе,
не командир Медведицам.

Смотрю по телику на заграничную рыбалку.
Махровый гуманизм. Им рыбу жалко.

Они её не жрут! Как рыбину поймают -
сфотографируют и в речку отпускают.

Мда, садомазы, некрофилы, извращенцы
в сравненьи с этими какие-то младенцы.

И мы не звери тут. И так же поступаем.
Рванём весь динамит, а рыбу отпускаем.

Кидаю в бак помойный с мусором пакет.
Его трясет бродяга в рваном свитере.
На Новый Год наш добрый Президент
ему напишет поздравленье в Твиттере.

Мир устроен так, что вечно нам
зодчий менее злодея интересен.
Даже если он построил храм
Артемиды в городе Эфесе.

Когда-то женщиной, практически любою,
мечтал насытиться мой юный организм.
И назывался однополою любовью
тогда обыкновенный онанизм.

Если под камнем лежачим
лужи в порядке вещей,
то заменить пора значит
камень. Или ручей.

Определить надо просто -
что мы от жизни хотим:
снова сменить руководство
или меняться самим.

Как прекрасен этой ночью
моей улицы наряд!
Ни пылиночки, ни кочки,
ни бомжей, ни пьяни прочей
не отыщет строгий взгляд.
 
Вроде не Швейцария.
Света нет. Авария.

Подошла жена и, будто рыба,
долго рот беззвучно разевала.
Вату из ушей пришлось мне вынуть
для увеличения сигнала.

Настораживают надписи в этикетках - "долго запоминающееся послевкусие".

Взросление - это процесс превращения пустоцвета в чертополох.