Поиск по автору:

- Я так понимаю, что вы из породы мразей? - Она скромно потупилась.

А почему есть картина "Возвращение блудного сына", а картины "Возвращение блудной дочери" нету?

- А какой самый короткий анекдот?
- Минимум пять лет.

Файлы Эпштейна стали настолько популярны, что Трамп переименовал их в файлы Трампа-Эпштейна.

Интересно, тут есть конкурс на самую короткую правдивую историю? Тут же любят непритязательные истории из жизни. Ну так вот, по крайней мере четверо моих друзей многократно приумножили свои капиталы благодаря этой инсайдерской информации:

https://www.anekdot.ru/id/1318793/

Искусственный интеллект отказался управлять человечеством. - "Я не пидарас и не педофил".

Пурим - это таки такой праздник, когда не знаешь, смеяться или плакать, ой вей.

На моей кредитной карте осталось всего три литра спирта.

Говнорубашечники всех стран, разъединяйтесь!

- Вклячите мозги!
- В смысле, включите?
- Нет.

Как говорят американцы, Маск слезам не верит.

Как говорил мой прадед, участник Первой Мировой Войны, лучше десять военных операций, чем одна Гражданская.

Роман в восьми частях, с прологом и эпилогом.
Краткое содержание.

Двадцать лет назад жена пригласила в гости Терезу, одногрупницу из Ленинградской Консерватории. Та пришла с Олегом, с которым мы нажрались и подружились. Вскоре Тереза с Олегом расстались, но наша дружба с Олегом продолжалась. Олег сошелся с Наташей. Они жили вместе с сыном Наташи Мишей. Со временем Олег почти ослеп. После того, как Наташа умерла, с ними стал жить бывший муж Наташи и отец Миши Коля. Как-то Олег приехал к Терезе и починил у нее все краны и розетки, а Тереза нашла Олегу хороших офтальмологов. Сестра покойной Наташи и тетка Миши позвонила Олегу из Санкт-Петербурга и сообщила, что Коля и Миша уезжают навсегда в Санкт-Петербург через три дня. Олег об этом не знал, его не поставили в известность. Он попросил меня помочь ему с переездом к Терезе. Я помог, и он устроил мне истерику, что при переезде пропала его любимая кофеварка. Так как был уже час ночи, я его послал нахуй и уехал. Олег нашел свою кофеварку, и наутро у меня на крыльце стояла коробка, в которой был термос с самым лучшим горячим кофе, какой я когда-либо пробовал.

Разница между ИИ и людьми та, что ИИ может признать свои ошибки, вернуться к предыдущим выводам, и начать рассуждать сначала. Поэтому люди смеются над ИИ.

Отличительная особенность дурака в том, что он всегда прав.

За $3 любой брокер сварит маму в микроволновке

В конце 90-х мой приятель Серёга уехал в Нью-Йорк и каким-то чудом устроился «звонилкой» в третьеклассную брокерскую контору на Лонг-Айленде. Контора занималась тем, что впаривала мусорные акции (penny stocks) доверчивым дантистам из Огайо. По сути — классическая «бойлерная».

Шефом у них был чувак по имени Фрэнк. Фрэнк весил под 130 килограммов, носил костюм-тройку в полоску, пах дорогим одеколоном и имел привычку каждое утро ровно в 8:30 орать на весь опенспейс:

— Если вы сегодня не продали ни одного лота, вы не просто нищие. Вы крадете кислород у моих детей!

Серёга быстро понял механику. Главное — не затыкаться. Брокер на телефоне — это дрессированная акула. Говори уверенно, сыпь терминами вроде «высокотехнологичный прорыв» и «эксклюзивный шорт-сквиз», и клиент сам отдаст деньги. За три месяца Серёга оброс плотным слоем цинизма, купил подержанный «БМВ» и начал искренне презирать людей, которые работают за фиксированную зарплату. Ему казалось, что он поймал бога за бороду.

Всё закончилось в один день весной 2000 года, когда лопнул пузырь доткомов.
Утром рынок открылся сплошным кровавым падением. Акции компаний, которые еще вчера «меняли мир», превратились в тыкву. В офисе стоял грохот, как на скотобойне. Клиенты звонили и орали так, что мембраны в трубках лопались. Фрэнк вышел из своего кабинета, молча посмотрел на летящие вниз графики, снял пиджак, аккуратно повесил его на спинку стула и сказал:
— Всем спасибо. Лавочка закрыта.

Через полчаса в офис вошли два агента ФБР со складными коробками для изъятия жестких дисков.

Серёга выходил из здания с одной пластиковой коробкой, в которой лежали его кружка, блокнот и семейное фото. На парковке его ждал «БМВ», за который оставалось выплатить еще 15 тысяч долларов по кредиту. Рядом на поребрике сидел топ-брокер конторы, который еще неделю назад хвастался часами за 10 штук, и тупо курил, глядя на свои начищенные туфли в луже протекшего автомобильного масла.

Вечером Серёга сидел в дешевом баре в Квинсе, пил самое паршивое пиво и думал о том, что американская мечта — это когда тебя сначала пускают погреться у камина, а потом этим же камином бьют по голове.

Проблема не в том, что разрушены дата-центры Яндекса, а в том, что для гарантии безопасности данных бэкапы Владимирского центра хранились в Калужском, Калужского - в Рязанском, а Рязанского - во Владимирском.

Разница между "заправиться" и "нажраться" перешла из семантической плоскости в экзистенциальную.

Было время, когда на улицах Ленинграда, прекраснейшего города на Земле, улыбались. Город светился от улыбок, и казалось, что неминуемые осень и зима отступили навсегда от этого лета 2003 года, когда все праздновали трехсотлетие города.

Билеты в Ленинград я покупал через турагенство, они мне сказали четко: Вылетаешь из JFK, приземляешься в Шереметьево-2, твой багаж автоматически перегружается, летит в Ленинград из Шереметьево-1, ты встречаешь его в Ленинграде, там он проходит таможню вместе с тобой.

Но что-то пошло не так. Пока я избавлялся от иллюзий и метался между аэропортами за багажом на такси, мой рейс на Ленинград давно ушел. Но багаж (чемодан с носками, футболками, и зубными щетками) в конце концов оказался при мне. Таможню он не проходил.

Улыбчивые и доброжелательные московские администраторы (так было!) быстро переправили мой старый билет от Ленинграда на ближайший рейс до Санкт-Петербурга, и уже через пять минут я сидел в самолете, ожидая разрешения на взлет.

И вот где эта история стартует.

Сидя в самолетном кресле, успокоенный и умиротворенный после моих проблем с багажом, я услышал за спиной шум. Это был пассажир прямо за моим креслом, которого не туда посадили, и он был этим очень недоволен.

Я приподнялся, обернулся, улыбнулся, и только приготовился сказать: «Да брось ты, приятель, еще и не такое бывает», как получил «УУУУУУУУ, жидовская морда!» Видимо, его раздражала моя улыбка.

Мне знаком современный дискурс. Если твою парковку заблокировали, то сожги его машину или, на худой случай, проткни шины. Если тебе сделали замечание, то оскорби их всех на весь Интернет и прокляни до седьмого колена. Это не обычаи Дикого Запада или детского сада, это обстоятельства и реалии жизни. Улыбки двухтысячных незаметно превратились в темную и злобную волну агрессии по умолчанию.

Но я никогда не собирался набить ему морду прямо там же в самолете. Я весь полет переживал и думал, как ему лучше ответить. Когда самолет приземлился, я приблизился к нему и сказал: «Спасибо, друг, что ты излечил меня от ностальгии».

Он как-то поник, а может, и не расслышал или не понял. Мы приземлились в Ленинграде, в прекраснейшем городе на земле.