Поиск по автору:

Поводырь для анестезиолога.

В последнюю мою неделю в качестве старшего резидента, перед самим выпуском, — меня вызвал директор анестезиологического департамента университета и предложил место в тренировочной программе, инструктором.
Я согласился — деньги в университете платили сравнительно небольшие, зато полностью покрывались страховки, все: медицинская, стоматологическая, по нетрудоспособности, страховка жизни и профессиональных ошибок.
А главное — ничего не надо было менять, те же сотрудники, те же стены, та же квартира, тот же маршрут — лепота, я недолюбливаю перемены.
И я принялся оформляться.
Мне прислали анкеты, я принялся их заполнять.
Был там и параграф о физическом и психическом соответствиях условиям работы.
Не злоупотребляю ли я наркотиками?
Нет.
Алкоголь?
Умеренно.
Физические или психические состояния, не позволяющие выполнять рабочие функции?
Нету.
Далее меня спросили про судебные преследования, не нахожусь ли я в розыске?
Нет.
И так далее, получение привилегий в госпитале — процесс долгий и нудный.
Так, к примеру, наличие туберкулёзного прошлого — там меня обязали сделать рентген. Почему не кожный тест?
А вот почему — во многих странах, включая СССР — вакцинацию БЦЖ считали обязательной и в Союзе проводили тщательную вакцинацию, близко к 100%.
Дальше — интереснее, отец пришёл с войны с активным туберкулезом, лечился и вылечился, советские фтизиатры были люди грамотные и эффективные.
То ли от него, то ли не от него: у меня на лёгких, точнее, на правом, был узелок.
Так что меня ещё и на компьютерный томограф послали.
Кстати, эта часть рутины стала постоянным мотивом.
Уже лет 30 возобновление и продление моих привилегий — проходит через радиологию.
Получил добро — и продолжил работать, там же и с теми же.
В чём заключается работа инструктора?
Им доверено работать с новичками в тандеме:с новым, очень зелёным младшим резидентом , особенно опасном в первые 3-4 месяца, тут глаз да глаз нужен.
Опаснее их( и намного!) — только интерны или студенты, выбравшие ротацию в анестезиологии, с целью прикинуть — подходит ли им моя специальность.

Более маститые профессора двигали науку, а также тренировали старших резидентов — все профессора обладали высшей квалификацией в своих специальностях, к примеру — педиатрический анестезиолог.
И раз в неделю проводились конференции по итогам, осложнениям и ошибкам.
Я не видел более кровавого ристалища, чем эти конференции — коллеги и друзья — они беспощадно вскрывали ошибки друг друга, безжалостно и предельно честно. Эрудиты в своей специальности — они по памяти цитировали результаты новейших исследований!
Происходило это так: резидент докладывал историю пациента — а затем на арену врывались гладиаторы анестезиологической науки, старые и молодые звёзды нашей кафедры.
Ну, да не моё это дело, у младшего комсостава задачи были поскромнее: не дать никому никого убить.
Другая обязанность — читать лекции.
И тут я схитрил — выбрал тему моих лекций такую, что наехать на меня зубрам было затруднительно.
Точнее, невозможно, и они и я были мало осведомлены в предмете лекции о врачебных ошибках в области межи между врачами и адвокатами.
Я лично почерпнул кучу нового материала:
Определение malpractice.
Применение malpractice.
Ошибки врача, приведшие к malpractice.
Профилактика — наше всё:
Быть честным с больным и его семьей.
Назначив какое-то исследование — проверь результаты, персонально.
Или, к примеру, игнорирование совета другого специалиста: больной с грыжей, с аномальной ЕКГ, с последующей консультацией кардиолога, где он рекомендует ангиографию ДО грыжи.
Парадокс — но большинство реальных ошибок не ведёт к судебному разбирательству, если честные и доверительные отношения построены между врачом и пациентом. И, наоборот, масса исков даже по стандартному лечению, где ошибки не было — но врач и пациент не сошлись характером.
Ну, а вот и история.
Мне было велено приготовить обзор закрытых дел по предыдущему десятилетию. Много чего интересного и полезного прочёл.
Вот тут я и прочитал нечто, уже как 30 лет вызывающее у меня недоумение — ну вот как?!?!
Важнейшими органами чувств для анестезиолога являются зрение и слух.
Опытный врач-анестезиолог ориентируется в любых звуках и шумах в операционной.
Любой незнакомый или новый шум — объект беспокойства, не говоря уже о тревожных сигналах мониторов.
Но ещё большее значение имеет зрение — мониторы, наркоз с контролем над системой дыхания, поставить детскую венку — без зрения ну никак.
Простые понятные вещи, да?
И я так думал, пока не добрался до раздела — привилегии и malpractice.
И вот там, чёрным по белому, сухим лаконичным языком был описан случай, когда временно нанятый замещающим анестезиолог первый раз явился на работу в сопровождении собаки-поводыря!
Он был перехвачен директором оперблока, не дойдя до операционной, в двух шагах от неё — ничтоже сумняшеся, он двигался с собакой в сторону раздевалки.
Прибежал администратор, привилегии были мигом отозваны и плохо видящий анестезиолог покинул этот госпиталь, навсегда.

Как это случилось — что легально слепой человек получил привилегии для работы в одной из самых экстремальных областей медицины — я могу только гадать!
Дело было середины 80ых, до всевидящего надзора компьютеризации — где-то кто-то накосячил с бумагами, явно.
Были там и расследования, что-то финансовое, по поводу иска госпиталя к компании временного размещения врачей.
Мораль?
Ну хоть какая?
Есть — вовремя уйти.
У Хемингуэя есть рассказ о пожилом тореадоре, «Непобежденный».
Весь смысл жизни Мануэля Гарсии — коррида.
Он стар, был тяжело ранен быком, вроде бы надо и на покой…
Его друзья хотят отрезать его косичку, обязательную для тореадора — и тем самым спасти его от следующей травмы, а то и гибели.
Он настаивает, он не мыслит свою жизнь без арены.
Все сдаются и он выходит на бой.
И опять, бык его ранит, тяжело, он с трудом заканчивает бой.
Его уносят на носилках, раненого, но не сдавшегося.
И его друзья и коллеги так и не отрезают ему косичку…
Операционная — та же арена, с обязательством победить.

…день, когда я навсегда уйду с ристалища — неотвратимо приближается…
И дай бог мне мудрости - уйти вовремя, непобеждённым и с косичкой…
Michael Ashnin@anekdot.ru

Суровый урок Беретты.

Беретта, как и Кольт и Калашников — достаточно хорошо известное имя.
Фирме уже, почитай, как пять веков, старейшая оружейная компания мира, до сих пор — владеет ею всё та же семья. Возможно, что и старейшая частная компания.
Охотничьи ружья и винтовки, пистолеты и револьверы, карабины, одежда для охоты — вот что такое Беретта.
Наиболее известная( и популярная) её продукция — полуавтоматические пистолеты, они находятся на вооружении многих армий мира.
Надёжные, недорогие, высокого качества — и… они мне не нравятся… рукоятка толстая, эргономика того же 1911 или люгера мне гораздо больше подходит.
Их старые модели ещё туда-сюда, новые же… ну, неудобные, да и всё тут.
Охотой я не занимаюсь, с охотничьими ружьями Беретты — практически не знаком.
Но есть у Беретты и привлекательная для меня продукция — карабины.
Причём стреляющие пистолетными калибрами.
Что, в свою очередь, делает их востребованными для обороны жилья — они короткие, отдача — практически минимальная, пули застревают в стенах, коли промахнётесь. Это, кстати, моя точка зрения — винтовки плохо годятся для охраны жилища - пуля из того же Калашникова пробивает и вашу стену и прошивает насквозь дом соседа…
Дробовики, пистолеты и карабины пистолетного калибра — то оружие, которое я рекомендую.
Время стремительно, я старею: зрение слабеет, руки иногда дрожат, да и отдачу переносить всё труднее — вот тут карабины и выходят на первый план.
Беретта производит их в разных калибрах, мой карабин — стреляет 40S&W.
Вот этот карабин и преподнёс мне суровый урок…
Правила обращения с оружием — у меня — религия.
Особенно после несчастного случая на съёмках фильма, сравнительно недавно — Алекс Болдвин, знаменитый актёр, застреливший режиссёра.
Судили и оправдали, но карьере — капут.
Я же считаю — да, он не знал, что пистолет заряжен боевой, а не бутафорской амуницией.
Но вот что НИКАКОЕ оружие нельзя ни при каких обстоятельствах направлять на людей, вне зависимости от любых обстоятельств — за одним исключением — самооборона с защитой жизни или здоровья.
Очевидно, статус знаменитости не гарантирует наличие здравого смысла.
Впрочем, медицинская степень, как оказалось — тоже.
Обычная рутина, уход за оружием — дошла очередь и до Беретты.
И тут что-то пошло не по плану … то ли я спутал последовательность проверки после чистки то ли не сработал предохранитель — до сих пор не знаю.
Знаю результат —выстрел, у меня в спальне, в пол.
Не знаю как вы — меня моя собственная тупость бесит больше чем вся тупость населения планеты!
Страшная ругань самого себя, сарказм типа «давай уже закончим получение Дарвиновской премии « — всё это было сказано.
Затем я приступил к обследованию пола: в дереве было только одно входное отверстие, пуля срикошетила и под углом вернулась в многострадальный деревянный пол, где и застряла.
В моей монументальной глупости — есть только один разумный момент:дуло было направлено в пол,под углом.
Что и спасло бы меня от рикошета — отскочив от подлежащего цемента, пуля улетела бы в стену.
В сухом остатке: искорёженный пол, смятая об цемент пуля и ненавистное мне презрение к самому себе…
Мораль?
Да какая там мораль!
Хотя…
Уставы пишутся кровью, старайтесь не дописывать их своей кровью.
Michael Ashnin@anekdot.ru

Диктаторы, как анальный секс:
Их либо обожают либо ненавидят.
Похоже — тут всё дело — в количестве смазки.
Или её отсутствия.

Из моей личной коллекции стыда:
Как я боролся с нацизмом в китайском ресторане.

Есть ли в США нацисты?
Есть. Их очень немного, я лично не встречал ни одного, они влачат жалкое существование маргиналов, собираются в небольшие группы, с очень скромными средствами.
О деньгах.
Серия судебных разбирательств по гражданским искам их буквально разорили, у них отняли помещения и имущество.
Короче, очень маловероятно, что они на что-то способные, на какие-либо акции.
Беззубые правые радикалы, фрики — они сильно уступают левым радикалам, многочисленным и опасным громилам, типа БЛМ или Антифы . Мы все были свидетелями кровавых погромов и выжженных городов, те ещё ублюдки…
Вернёмся, однако, к нацистам: будучи маргинальной немногочисленной группой — им приходиться изрядно шифроваться, чтобы не получить по циферблату от негра или еврея.
Одной из достаточно известных шифровок является замена “ Hail Hitler” на цифру «88».
Хитрожопые нацики заменили восьмую букву английского алфавита, букву “H”, на цифру «88».
Таким образом, они салютуют друг друга не “ Heil Hitler!”, а НН или 88.
Один или два раза я видел эту цифру на бейсболке или на машине — и зная смысл — показывал носителям средний палец, мол, я знаю, что ты нацик, надо бы тебе морду отрихтовать, да Заратустра не позволяет!
Отвлекусь: самые большие враги цивилизации — взбесившиеся радикалы, неважно — левые они или правые, имперского толка или исламофашисты, методы у них у всех одинаковые.
А врагов надо знать, хорошо изучать и разбираться в их безумных идеях, моё мнение.
А вот и история.
Ни пивши ни жрамши — навещал отца в больнице, весь день провёл координируя разные специальности медицины.
Закончил хорошо за полдень, обнял отца, попрощался, прыгнул в машину и двинулся домой, где меня ждали собаки и суточное дежурства,
Обычно я ничего не ем — бодрее себя чувствую на дороге и в операционной, нету этой треклятой сонливости от полного желудка.
В тот день мною овладели усталость, жажда и голод — грозный триумвират, победный.
Так, надо съезжать с большака и поесть, может быть и подремать в машине.
Съехал.
Китайский ресторан, из более новых и навороченных, очень популярный, их целая сеть раскидана по всей Калифорнии.
Есть там и бар, дело невиданное для обычных китайских ресторанов. К нему и сел, чтобы столик не занимать.
Смотрю меню, еду выбрал, надо бы и пиво взять.
Открыл меню, небрежно просмотрел фирменные коктейли… и кровь бросилась мне в голову!! Имя у одного коктейля — 88!!!
Чего?!?!? Да, название коктейля « Хайль, Гитлер», никакой ошибки нет…
Играя желваками — Бармен, зовите менеджера!!
Он удивился( я ничего не заказал) — но позвал.
Она прибежала, в чём дело?!?

Ресторан полный клиентами — я попросил найти место поговорить наедине.
Да, пожалуйста, отвела в свой кабинетик.
( Её явно убедили мои побелевшие от ярости глаза.)
Каким образом нацистская символика очутилась в вашем меню?!?
А?!? Она ничего не поняла, даже после моего объяснения.
Молодая женщина не имела ни малейшего понятия— о чём это я?!?
Разговор зашёл в тупик, не читать же ей краш-курс по истории 20 века…
Тем не менее — она отнеслась к моему возмущению как к возмущению потенциального клиента — и обещала найти знающего менеджера из штаб-квартиры компании.
Оставил свой телефон и уехал, обозленный, есть расхотелось.
Кстати, и усталости как не бывало…
Звонок из компании застал меня дома, менеджер не обманула — звонил заместитель руководителя компании.
Неторопливо представился, спросил откуда я родом,чем занимаюсь.
Немного рассказал про себя: Бруклин, школа бизнеса, почти мой ровесник, дети, женат, перебрался в Калифорнию, звать
Алекс Шапиро, неожиданно.
А потом предложил перейти к делу, объяснить моё неудовольствие, поскольку он ничего не понял из сбивчивых объяснений менеджера ресторана.
Объяснил.
Как и полагается Шапирам — оказался весьма умным и понятливым.
И всё быстро объяснил: да, коктейль « Мартини-88» есть в меню.
Но никакого, ни малейшего отношения, к нацизму он не имеет.
88 в восточной нумерологии — счастливое число, «число ангела», символ процветания и счастья.
А вот у радистов это —« люблю, целую».
А в фильме Тарантино — это название банды якудзы, в фильме « Убить Билла»
Как видите, много разных значений, помимо вами упомянутого.
Он закончил свою короткую речь, высказав свои сожаления по поводу неудачного опыта в их ресторане.
Далее он поразил меня своим планом исправить название на « Счастливый коктейль 88» в меню, с коротким объяснением восточного значения этой цифры — профилактика будущих недоразумений. Шапиро справедливо рассудил: что случилось однажды — может случиться опять.
Мы попрощались и разошлись по своим жизням.
Врать не буду — я больше никогда не был в ресторанах этой компании, не приходилось.
Одно я знаю точно — денацификация отдельно взятого китайского ресторана завершена. О чём я и решил вам рассказать.
Так что лопайте спокойно, Шапиро всё держит под контролем.
И, мой вам совет, — никогда не торопитесь с умозаключениями.
Именно торопливость и легкая воспламеняемость привели меня к недоразумению.
Стыдному, надо признаться —и, похоже, что стыд этот с годами не проходит…
Michael Ashnin@anekdot.ru

Бомж-анестезиолог или искушение блудного сына.

Что-то на Сайте мне напомнило…охмурение Козлевича ксендзами…
И забуксовавшая было память достаточно долго не соглашалась выявить связь между классической сценой из «Золотого телёнка» и моей стародавней байкой о моём личном охмурении…
Начну я, пожалуй, с описания ситуации в американской медицине начала 90х, точнее — с объяснения системы интернатуры, резидентуры и феллоушипа.
Всё вместе — я бы перевёл как постдипломные тренировочные программы.
Итак, интернатура — обычно год, обычно самый тяжёлый год в тренировочных программах.
Интернатура может быть включенной в резидентуру и может быть отдельной, переходные программы для будущей специализации типа радиологии или анестезиологии.
Именно такая интернатура и была мне нужна — поскольку задача была после первого года поступить в трёхлетнюю программу по анестезиологии.
Всего 4 года, стало быть.
Но эти 4 года должны бы считаться как в Крымскую компанию, оборона Севастополя, где один год шёл за три… достаточно суровое дело…
И уж бы хрен со всеми сложностями — но даже устроиться в такие программы — было архисложно, по многим причинам.
Особенно в хирургические специальности и анестезиологию, где приоритетом приёма заслуженно пользовались самые лучшие выпускники лучших медицинских вузов страны
И уж потом — иностранные врачи, чей диплом был принят за отвечающий всем стандартам американских дипломов.
За аккредитацией следовали экзамены за весь курс медицинского вуза и экзамен на знание языка.
Директора тренировочных программ закономерно настороженно относились к иностранцам — просто не знали, что же им ожидать от них.
Да и проверить кандидата было просто невозможно — что с верностью до наоборот происходило при рассмотрении кандидатуры в программу американского выпускника — чего уж проще, снял трубку и поговорил с деканом.
Тем не менее — нужда во врачах была отчаянная, иностранные врачи потихоньку начали пробиваться в программы и доказывать свою способность к равному соревнованию.
На острие атаки находились индусы, пакистанцы, иранцы и филиппинцы — с превосходным английским и обучением по аналогичным американским учебникам, с той же программой и теми же экзаменами.
Врачам из СССР приходилось туго,особенно поначалу.
Языком мы владели слабо, система постдипломного обучения казалась сложной и непонятной.
Но: стоило одному из наших прорваться в программу — и в подавляющем числе случаев показать себя надёжным и трудолюбивым бойцом — как директор программы менял своё отношение и на будущий год брал в программу выпускников того же советского вуза.
Мне — нереально повезло.
Причём и с интернатурой и с резидентурой.
Интернатуру первыми проломили наши лучшие выпускники, знакомые мне ещё по Риге, ребята профессорского типа.
И я устремился в тот же пролом — достаточно успешно, после трёх поколений рижан директор программы увеличивал число интернов из Союза.
Ну, вкратце — интернатура вещь суровая, особенно для новобранца.
Не о ней речь, однако, расскажу в следующий раз.
А вот с резидентурой дело не вытанцовывалось…
Одна из наиболее популярных и желанных специальностей,анестезиология, похоже, была не для меня. Осложняло ситуацию непреклонность моей мамы — программа должна быть в Калифорнии, где жили её близкие родственники.
И я бы долго ещё ездил по интервью, безусловно безуспешно, самая горячая специальность в самом желаемом штате Союза — ну, это всё выглядело несбыточным…
С концепцией « чёрного лебедя» все знакомы?»
Ну так вот — чёрный лебедь прилетел к анестезиологии…
То ли из-за запланированных реформ в медицине то ли в силу манипуляций страховых компаний — но заработки в анестезиологии обрушились.
Американские выпускники с их обычным средним долгом за медицинское обучение в районе четверти миллиона( сейчас раза в два больше) — не могли себе позволить выбрать низкооплачиваемую специальность.
Рынок отреагировал быстро — гордые директора гордых и желаемых анестезиологических кафедр сломя голову гонялись за новыми кандидатами, по больше части — тщетно.
И, неожиданно, стали звонить и упрашивать приехать на интервью.
Два - в Калифорнии.
Первая вакансия мне не понравилась: буйный госпиталь, с перестрелкой в приёмном покое, с металлоискателями и обысками посетителей.
К тому же из 25 позиций первого года — у них заполнены только пять, что означало только одно — невероятную занятость резидентов, работающих за себя и « за того парня»…
Второе интервью было в благолепном университетским госпитале, принадлежащим адвентистам седьмого дня.
Куда меня и зачислили, довольно странно — с началом через полгода, посередине обычного учебного года. Это довольно хитрое решение проблемы « первого июля» — когда в госпитале смена часовых и вчерашние студенты становятся интернами, вчерашние интерны превращаются в резидентов, короче — июльский хаос, не рекомендую болеть в июле. К августу всё устаканится — тогда и добро пожаловать.
Январские новички смягчают напряжение — к июлю они уже зрелые резиденты и берут на себе более сложные задания.
Меня это устраивало: моя интернатура была согласна, чтобы я поработал там ещё несколько месяцев. После чего я планировал эвакуацию родителей из Латвии.
Затянулось предисловие, пора и к истории перейти.
Уж не знаю, чем — но я приглянулся преподам своей программы внутренних болезней.
То ли моя молчаливая невозмутимость, то ли нерушимый энтузиазм, то ли моя легендарная способность высыпаться за 5-10 минут и держать удар массовых поступлений — трудно сказать, я и сам не знаю.
И особенно мной был доволен директор программы, у нас были совместные пациенты, с их хвалебными отзывами, несколько дельных предложений, моих — и директор взял на себя обязательства переубедить меня в моём выборе специальности.
…Тогда был взят курс на переориентировку медицины — деньги, ресурсы - всё было направлено на создание семейного врача.
Растущие зарплаты общих врачей находились в списке пряников моего директора.
Да и резидентура у них короче.
Я уклонялся от таких разговоров — цель была опять стать анестезиологом, не семейным врачом. Оставшиеся месяцы я провёл в моём любимом отделении реанимации и интенсивной терапии, читал учебники по анестезиологии.
Директор, однако, приступил к охмурению достаточно серьёзно.
Он даже не поленился достать номер Уолл Стрит Джорнел — где описывался бездомный анестезиолог, Манхэттенский бомж, с зарплатой недостаточной для приличного существования. Что я помню из прочитанной статьи —он регулярно пользовался приютами, не голодал, просто ждал возможности снять квартиру.
Не подействовало.
Приближалась дата моего отъезда и доктор Робертс пошёл в банзай-атаку, откровенный разговор был неизбежен.
Пришёл к нему в кабинет, присел, приготовился к его аргументам.
« Так, оставим все эти прагматические доводы.
Давайте поговорим о вас и пациентах.
Пациенты наперебой хвалят вас, преподавательский состав выдал вам высокие оценки — и немудрено, дифференциальная диагностика — ваш любимый конёк.
Так?»
Я смущенно ответствовал , что, мол, это всё — иллюзии.
Робертс возразил: нет, не иллюзии, вот анкета, преподаватели и пациенты, их оценки — ошибки быть не может.
Мужик был убедительнее ксендзов, охмурявших Козлевича… я аж посочувствовал Адаму…
Так, надо объяснить человеку — почему анестезиология, а не внутренние болезни.
Вежливо, без напора: видите ли, моя природа, мои мозги моя биохимия — протестуют против сидения в офисе. Дюжины мелких нерешаемых проблем, упрямые и ограниченные пациенты… вот мы с вами вместе вели давеча приём… Какие ваши наблюдения?
«Зрелый и здравый врач, внимательный и ответственный.»
Приятно слышать, однако в районе середины этой лепоты, где-то около полудня — ваш покорный слуга серьёзно подумывал о самоубийстве…
И это не было преувеличением — я эффективен, решая одну проблему.
И я весьма неэффективен в случаях рассеивание моего внимания на множество проблем одновременно.
Моя природа, моя личность — я предпочитаю один большой стресс — не множественные мелкие стрессы.
Таким уж я рождён…
Он кивнул, я его убедил.
Пора было прощаться.
Он оказался весьма благородным в своей неудачной попытке:
« Миша, если по каким-то причинам не выйдет с анестезиологией - знайте, мы всегда будем рады зачислить вас в наши ряды.»
Я ушёл собираться… неведомо мне — он горячо рекомендовал меня моему новому директору.
Наши жизни разошлись.
И, о ирония - пятью годами позже я, клинический инструктор, памятуя о своём личном опыте — внушал зелёным новичкам: не гонитесь за модой или заработком, выбирайте медицинскую специальность согласно вашей природе.
…чёрный лебедь прилетел в самый нужный для меня момент… и так же вовремя улетел… рынок спружинил и на момент окончания моего контракта — анестезиология опять вошла в лигу наиболее желаемых специальностей.
Занавес!
Michael Ashnin@anekdot. ru.

Проверки на дорогах: почти рождественская история.

История произошла несколько лет назад, в предрождественские дни.
Анестезиологи всего мира начинают работу рано, в семь утра мы уже вводим в наркоз первого пациента.
Так что выезжаю я, обычно, в 6:30.
Поздний рассвет, ненастная погода — даже мои собаки отказались провожать до дверей, остались дрыхнуть.
Сел в машину, еду, маршрут знакомый, две машины впереди моей.
Повернули на большак, последний переулок справа — что-то неладное там происходит: по переулку бежит маленькая девочка, 2-3 лет. Босиком, в легкой домашней пижамке — надо вмешаться, тут и до беды недалеко, на большаке скорость движения приличная.
Далее произошло следующее: все три водителя решили вмешаться. Два водителя остановили машины под 90 градусов, блокируя возможность ребёнка выскочить на проезжую часть.
Я же быстро свернул, выскочил из машины и побежал на перехват.
Увидев меня, девочка резко остановилась, развернулась и побежала к дому, моя седая борода ей явно не понравилась.
А тут и мама ребёнка выбежала и беглянку подхватила на руки, уф, опасность миновала, я пошёл к машине.
Водители показали большой палец вверх друг другу, наша импровизированная группа по поимке беглянки разъехалась по своим делам.
И вот уже несколько лет проезжая тем же маршрутом — я частенько задумываюсь о нашем решении вмешаться, причём все три водителя немедля решили — что я принимаю за должное, ребёнок в беде, наши отцовские и дедушкины рефлексы оказались безусловными. Впрочем, я думаю, что любой из взрослых поступил таким же образом.
А вот чему у меня объяснения нет — так это нашей слаженности и синхронности. Годами я нарабатывал навыки и автоматизм в своей специальности — но вот этот слаженный манёвр — я объяснить не берусь.
Версия, одна, однако есть — стресс ситуации наградил нас чем-то вроде телепатии. Ну, или в наших прежних жизнях мы были когда-то агентами охраны Президента…

Всех благ в Новом Году, мирного Рождества и Хануки!
Michael Ashnin@anekdot.ru

Хирургические инструменты из хозяйственного магазина.

Вспомнилась давняя история, случилась она больше 10 лет назад.
Ортопеды очень часто применяют пластинки с шурупами, не знаю точного перевода — « внутренние фиксаторы» — для лечения переломов.
И, иногда, когда кость уже давно срослась, — их необходимо удалить по причине болей или инфекции.
Операция по времени небольшая, пациент в наркозе, разрез, вывинчивание шурупов и удаление фиксирующей пластины.
Лёгкая, по моему мнению, операция, 5-10 минут работы хирурга.
Моё мнение, однако, поменялось после одного случая.
Молодой здоровый мужчина, сломал ногу лет пять назад, открыли и применили фиксаторы.
А сейчас ему требуется их удалить — начались боли, шурупы начали прорываться через кожу.
Наркоз, пациент на столе, кожу стерилизовали, поехали.
Сразу скажу — уехали недалеко…
Отвёртка, которой положено идеально подходить к шурупам — оказалась из нового набора, другой фирмы, тупо не подходящая по размеру.
Легкая паника, принесли все наборы — того набора, что нужен — нет. Фиаско, полное и чреватое множеством неприятностей. Да и перед пациентом неудобно — понадобится ещё одна операция, ещё один наркоз.
Хирург задумался… и его таки осенило: тщательно замерив размеры, его идея — размыться, перейти через дорогу от госпиталя — громадный хозяйственный магазин, найти подходящий размер отвертки и вернуться, стерилизовать и использовать.
У меня потемнело в глазах, анестезиолог всегда танцует от печки самых скверных сценариев к более приемлемым.
Отозвал его в сторону: а если об этом узнает СМИ?!?!
Мы же позору не оберёмся, над нами станет ржать вся страна!!
Да и госпиталь огребёт массу серьёзных последствий…
Я уж не говорю про иск пациента, справедливо недовольного ненужным наркозом и потерей времени.
Я предложил обзвонить все соседские госпиталя и директор оперблока села за телефон. Вещь, кстати, обычная — госпиталя часто помогают друг другу.
И — попросил позвать самую старую и опытную ассистентку хирурга, со стажем работы в районе 40 лет.
И в течении пяти минут мы получили две новости.
Первая, плохая — ни один из госпиталей нам помочь не смог, у них уже много лет такие наборы не использовались.
Вторая — получше, Карен вспомнила, что был такой ящик для старых инструментов.
Все бросились его искать… и нашли!!
Затаив дыхание, мы перерыли его содержимое — и вот он, родненький, отвертка из богом забытого набора!!
Простерилизовали и в операционную, хирург вывернул шурупы и снял две пластины.
Фуу… ну, слава Творцу, хорошо, что хорошо кончается!
Выводы мы сделали самые жёсткие, обязав хирурга совместно с операционной командой проверять оборудование, ДО ввода в наркоз.
Ну, а лично я — укрепился в главном постулате анестезиологии: всё, что теоретически может случиться — случится, рано или поздно.
Хороших всем вам выходных!
Michael Ashnin@ anekdot.ru.

Святой Андрей в роли лакмусовой бумаги.

Охти мне, старому, опять перемудрил с заголовком.
Поясню.
Святой Андрей, в христианской вере его называют Первозванный, ибо именно к нему первому воззвал Иисус Христос, был также распят на кресте, но другой формы, положенная на бок буква «х». Символ прижился, косой крест стал эмблемой многих христиан, например, в Шотландии, Греции и России, странах, чьими покровителем и является Святой Андрей. Прижился Андреевский флаг и в Российском ВМФ.
Вы можете спросить — ну, и какое отношение Святой Андрей имеет ко мне?
Видите ли, Шотландия является родиной гольфа.
А вся моя деревня построена вокруг поле для гольфа. Так что название многих улиц посвящены гольфу и Шотландии. Включая и главную улицу — названную в честь Святого Андрея.
Ну, а лакмусовая бумажка стала нарицательной — что-то, что позволяет быстро различать одно от другого.
А вот и история.
Купил я лет 10 назад новый дом и переехал в него. Честно говоря, переехал недалеко, километра два от старого дома, а если наискосок, через поле — то и того меньше.
Разница, однако, была значительная. Мой старый дом был обычным домом, на обычной улице— с тротуарами для пешеходов, с минимальным количеством машин на дороге.
Короче — гуляй не хочу.
Новое место строилось позже и тротуаров там не было, совсем.
Пешеходы тут редкость, решили обойтись без тротуаров.
Это было для меня явное неудобство — идти по обочине со своей стаей, которую нужно выгуливать не меньше двух раз в день. При довольно оживлённом движении, машинам позволялось двигаться со скоростью 55 километров в час.
Пришлось приспосабливаться: ходить всегда по левой стороне, при приближении машины подавать ещё левее, иногда заходя на частную собственность, благо заборами тут не заморачиваются.
И выбирать направление — по или против часовой стрелки, так чтобы солнце было мне в глаза, а водителям —нет.
Тугодум, я не сразу заприметил необычное.
В поведении водителей было много непонятного.
При приближении ко мне с собаками — водители сбрасывали скорость и объезжали меня по большой дуге, зачастую выезжая на встречку.
А если по встречке ехала другая машина — то машины моей полосы тормозили до полной остановки, пропуская меня и мою стаю, все на коротких поводках для шнауцеров.
Но не это было самое странное — при приближении ко мне водители махали ладонями и трясли головой.
Ещё неделя прошла и до меня дошло — они здороваются!!
Чаще всего это были наклоны головы и приветственный жест открытой ладонью над рулём.
Помимо вежливости — мне понравилась и утилитарная сторона этой вежливости — мне очень нравилась идея, что водитель, здороваясь, даёт мне знать, что мы друг друга видим.
Я быстро воспринял этот обычай, никогда не упуская возможности поздороваться с водителями.
Забыл упомянуть — эти вежливые водители обычно ехали медленнее разрешенной скорости, очевидно зная, что молодые оленята часто пересекают дорогу.
Все водители?
Большинство. А вот люди не местные— те ехали быстро, не затрудняя себя маневрами объезда меня и моей банды.
Годы шли, я привык здороваться с водителями, иногда знакомые мне лично люди( пациенты, сотрудники, любители собак) приостанавливались перекинуться парой слов. Можно сказать —стал частью местного ландшафта.
И довольно часто мои пациенты в предоперационной меня узнают: ба, вы тот самый с 4 чёрными собаками!!
Тот самый, к вашим услугам!
Но есть и проблемы … привыкнув к своей идиллии—я автоматически продолжаю здороваться в мегаполисах — что чревато, люди в больших городах не расположены к проявлениям вежливости сельского типа.
Вот и вся моя немудрёная история про улицу Святого Андрея, позволяющая довольно точно распознать «свой-чужой».
А с тем, что хорошо жить среди своих — я думаю, многие согласятся.
Michael Ashnin@ anekdot. ru.

Рефлексы воспитания.

Меня тяжело удивить…63 года, больше 40 лет в медицине… кажется, что всё уже видел.
Творец, однако, другого мнения, изредка встряхивая мою душу чем-то абсолютно невероятным. Для чего — мне неведомо, возможно в целях профилактики депрессии и душевной лени.
В этот раз он явил мне чудо аккурат под Новый Год, за пару часов до калифорнийских курантов.
По традиции, в моём доме проводится вечеринка — и любой человек из госпиталя приглашён.
Я проставляю угощения и бухло, мы нанимаем дискджокея, я за баром, подавая коктейли, шипучие вина, традиционный глинтвейн — короче, всё,что попросят. Сам я не пью — и только по окончанию вечеринки мы пьём стопками, без затей.
Одна из главных задач бармена — следить за уровнем опьянения гостей.
И если кто дошёл до уровня сильного опьянения — перестать наливать и организовать транспортировку домой.
За все эти годы таких случаев было — по пальцам пересчитать, люди взрослые, зрелые, свою дозу знают.
Я ж не только бармен — я и анестезиолог, мне полагается умение титровать по состоянию клиента.
Отвлекусь — все мы знаем друг друга, работаем вместе и гуляем вместе.
Интернационал полный: таиландцы, филиппинцы, китайцы, корейцы, пакистанцы, индусы, мексиканцы, пару человек из славянских стран — короче, Вавилонская башня на момент остановки проекта.
А вот и история.
Мой сотрудник, плотненький азиат, выпил пару лёгких мартини.
И вполне адекватно, внятно и без признаков опьянения — попросил сделать ему dirty martini. Почему мартини назвали «грязным»?
Дело в том, что помимо водки, капли вермута и оливок — туда добавляется маринад из-под оливок, немного, чайную ложку.
Я прохладно отношусь к этому коктейлю — пьётся легче, но это похоже на святотатство, классика жанра — bone dry martini, из хорошего джина и всё.
Видите ли, я консервативен во всём, включая бухло.
Не суть.
То ли он не поел достаточно, то ли торопливо выпил двойной мартини — но он опьянел, сильно и быстро. До положения риз.
Мой косяк, мне и исправлять. Быстро оценив его невменяемость и беспомощность — мы так же быстро организовали его эвакуацию, доведя до моей машины, практически он висел на наших плечах.
Ребята скинули его адрес и я споро отвёз его домой.
И пожалел, что поехал один — не хотелось никого отрывать от праздника, самонадеянный манёвр, глупый.
За время езды произошло окончательное отключение коры головного мозга, я его вынимал из машины минуты три. Выбрались, я перекинул его руку на плечи, второй схватился за ремень. И, с бешеным трудом, мы поковыляли к дому.
Детали опущу, скажу, что мы падали тандемом, два раза — и, хвала присматривающим за нами ангелам — ничегошеньки не повредили, даже когда его плотненькое тело упало на меня.
Дошли до порога — и тут вот это и произошло: практически коматозный мужик остановился и стащил с себя уличную обувь, негоже в азиатский дом входить обутым.
Далее я дотащил его до гостиной и оставил отсыпаться на кушетке, под присмотром жены.
Еду домой и думаю: это ж какое воспитание он получил, что следует понятиям даже в полубессознательном состоянии?!?
Это уже воспитание на уровне рефлексов: пока дышишь — надо соблюдать.
Вечеринка благополучно закончилась, мы выпили на посошок и отправились спать.
Наутро я вскочил и помчался его проверить, а заодно и подвезти до оставленной у моего дома его машины.
Полная амнезия, он не помнил ничегошеньки, последнее воспоминание — Новый Год на другом побережье. Таким образом я понял — он был уже хорошо выпившим и двойное мартини, выданное мною — был как контрольный выстрел в голову.
Не знаю, считаете ли вы его поведение необычным— но такого уровня воспитание— до рефлексов… я был поражён до глубины души.
Мужик в коме, еле стоит, баланс плохонький— а поди ж ты, снимает обувь на пороге!
Такая вот история …
Michael Ashnin@anekdot.ru

Самая безопасная качалка

Пятница, обычно, очень загруженный операционный день.
Амбулаторные операции малой и средней тяжести — пациенты предпочитают делать перед выходными.
Последняя пятница, однако, была, на удивление, лёгкой.
Пара хирургов в отпуске, один больной засопливил,отмена — и у меня появилось свободное время, утром. Ну, надо использовать,пошёл в качалку.
Двор, два здания, отделение физиотерапии и зал.
Захожу.
Людей немного, две пенсионерки и человек 12 пожарных-спасателей, молодых здоровенных мужиков, с ручными рациями и в форме.
Их громадные красные машины с лестницами и оборудованием запаркованы на улице.
Я начал с кардио, как обычно, разогреться.
Тренируюсь, наблюдаю, — и прихожу к выводу: 12 человек парамедиков, 6 пожарных юнитов и я, анестезиолог-реаниматолог… никаких шансов умереть у посетительниц нет!!
Заканчиваю кардио — и слышу потрескивание рации, на вызов.
Потом ещё и ещё, пока они все не разъехались.
Бабушки ушли плавать, я пошёл тягать железо.
Прохожу мимо менеджера и говорю, что это самая защищённая качалка в мире! Анестезиолог-реаниматолог в роли дядьки Черномора и 12 богатырей-спасателей!!
Захочешь — и не умрёшь, не позволят!!
Он засмеялся. А потом сказал — а и это ещё не всё!!
Как не всё?!?!
Тут он мне и говорит — а вы зайдите, из любопытства, через двор в отделение физиотерапии.
Годами ходил мимо, не заходя внутрь.
Зашёл!! Батюшки-светы!! Тут тебе и второй дефибриллятор и шины для шеи и шприцы с адреналином и бог его знает, что ещё!!
Уходил, задумчивым — зря я побаивался после стентов возвращаться в « большой спорт»!
Откачали бы играючи…
Так я лишился последней возможности лениться, никакого оправдания не осталось, будем жить и качаться…
Да, кстати, а вы чего расселись?!?
Вперёд и с песнями!! Время не ждёт!!
До встречи в зале!!
Michael Ashnin@anekdot.ru

Пациент из преисподней.

И, как обычно, — хлёсткий заголовок…
И, как обычно, — приврал слегка, байке без этого — никак.
Частью приврал, преисподняя там явно присутствует.
Медсестёр сильно муштруют на предмет неотложных ситуаций, несколько раз за год они сдают теоретические и практические экзамены. Что, на мой взгляд, правильно — они гораздо физически ближе к критическому пациенту чем, скажем, врачи.
Да, врач примчится на код, через минуту-две.
Счёт же — на секунды, именно на медсестёр ложится комплекс реанимационных мероприятий.
Им полагается быстро распознать критическую ситуацию, позвать на помощь с одновременным началом реанимации.
Практику медсестры сдают на манекенах.
Старые манекены износились, их заменили на новый…
Вот тут дьявольщина и начинается.
Новый был настолько реалистичный — аж дрожь берёт!
Зловещего вида женщина, злобная, с саркастической улыбкой на лице, выражение которой менялось в зависимости от света — сарказм сменялся на злорадство, с оттенком издёвки.
А вот медсёстры приняли это за забаву.
Вне тренировок они разыгрывали неосведомлённых коллег, расшалившись, клали под мониторы — на которых, ясный хрен, была изолиния.
Я же, после 40 лет в медицине, реагирую рефлекторно, на инстинктах.
Не раз и не два — есть у меня привычка автоматически смотреть на все мониторы и реагировать, скажем, на изолинию (явный признак остановки сердца) — я дёргался и был готов начинать массаж сердца.
Шаловливые сотрудницы не унимались…
Найдя манекен сидящим на нашем любимом кресле с массажем, я возмутился этим явным перебором в розыгрышах.
Манекену же кресло явно пришлось по душе, судя по её дьявольской улыбке… в полумраке моего кабинета она выглядела наиболее правдоподобно.
Закончилось всё плохо… затянувшиеся розыгрыши имеют тенденцию приводить к неприятным последствиям…
Перевозя её из реанимации в предоперационную — медсёстры превзошли себя, все предыдущие розыгрыши померкли: вместо носилок они её посадили в кресло-каталку, одев в больничную форму.
И повезли, хихикая, мимо места ожидания для родственников и близких.
И, скиснув от смеха, они её — уронили, она выпала из коляски лицом вниз. Посетители были в ужасе, особенно их поразил цинизм смеющихся работников здравоохранения.
Пришлось мне, прикрывая медсестёр, провести беседу с посетителями, извиниться за ненужный стресс и пообещать, что ничего подобного мы больше не допустим.
После чего я, обозленный происшедшим, потребовал перевозить манекен — исключительно на каталке, лицом вниз, тщательно прикрыв со всех сторон.
Розыгрыши прекратились.
Но скучно не стало — в медицине скучно не бывает.
Michael Ashnin@anekdot.ru

О бедном интерне замолвите слово…

В своих историях я неоднократно упоминал интернатуру, первый год врачебной практики.
Поверьте на слово — популярный веселенький сериал с Охлобыстиным в роли инструктора — напоминает реальную интернатуру весьма слабо.
И, как бывший инструктор, могу под присягой заявить — такого инструктора , как Охлобыстин — вышибли бы с треском и изумительной поспешностью.
Не его, ему подходит больше исторические роли, Малюта Скуратов, к примеру.
Забыли эту веселенькую херню и давайте перейдём к реальной интернатуре.
Это один год, за который свежеиспеченный доктор становится врачом.
Или сходит с дистанции, по разным причинам: плохое здоровье, плохая успеваемость, плохие отношения с персоналом — всякое бывает …
Много чего говорят об интернатуре: ненормированная рабочая неделя, бесконечные дежурства, дефицит сна, переедание как средство борьбы со стрессом… всё правда. Вы уж поверьте мне на слово — очень нелёгкая жизнь у молодого врача в интернатуре.
Что стыдливо обходят — вынужденное половое воздержание.
Большинство интернов или женаты или помолвлены или в стабильных отношениях.
Я же, холостяк, оставил всех подружек в Калифорнии, переехал на другой край страны— и впрягся в пахоту непрерывной посевной, вечный аврал и ничтожное количество личного времени не давали мне шанса подкатиться к женщине.
Да и усталость давала о себе знать, вечный недосып привёл к переоценке приоритетов — главное, немного поспать.
Вы спросите — а как же медсёстры?
Отвечаю — это прямой путь под венец, раз с девкой по деревне прошёлся — женись!!
Да и они не торопились — их больше интересовали врачи следующего уровня, резиденты поближе к дембелю, у них было больше шансов на благосклонность условной медсестры.
Тут вот ещё что — медсёстры тоже дежурят, тоже работают длинные смены,12-24 часа, тогда можно было. Так что очень многие союзы двух медработников заканчивались разводом.
Короче, куда ни кинь — всюду клин. Или вилы.
А вот и история.
Пролетели два месяца, суровых, желваки плотно поселились на лице,в глазах — неутолимый дефицит сна.
И мне, за стахановские успехи в посевной компании, дали свободный выходной!!
Я пулей вылетел из госпиталя( а вдруг передумают?) и помчался в парикмахерскую, оброс.
Оттуда — домой, душ, побрился — и вышел на тропу войны!!
Охота!
Местные мне подсказали, где университетские студиозусы тусуются вместе с молодыми преподавателями, Питтсбург город студенческий, много очень приличных ВУЗов.
Громадный бар, шум, смех, запахи настоящего праздника свободы — солдат медицины на побывке.
Смотрю — высокая блондинка сидит одна за стойкой.
Я подсаживаюсь, знакомлюсь и предлагаю угостить коктейлем, Космополитэн, насколько я помню.
И пошёл охмурёж, точнее, покатился по очень знакомой мне колее.
Недостатки знания английского с лихвой компенсировались моим энтузиазмом и акцентом, есть такая тема в Америке — часть женщин считают его привлекательной чертой мужчины.
Так, а давайте по второму коктейлю?
Давайте!!
Позже, когда я сам погрузился в создание коктейлей — стало понятнее его характер: пьётся легко, по мозгам бьёт нехило.
Отвлёкся, извините.
Дело охмурения и соблазнения шло как по маслу, все признаки говорили о её благосклонности. До магического момента — к тебе или ко мне?—оставалось немного времени, флирт выдался очень успешный и многообещающий.
Я и сам выпил, в голове зашумело хорошо, но недостаточно для моей интуиции дать добро на очередной грех, смертный грех похоти.
Как сейчас помню — девушка быстро вычислила меня, показав незаурядное знание медицинского бомонда нашего громадного госпиталя.
Общие знакомые, внезапно.
И,что зажгло сигнал тревоги,— её отличное знание факультета эндокринологии, особенно директора.
И это при том, что в самом начале знакомства она упомянула своё безукоризненное здоровье. Да и на мой взгляд — эндокринологического
пациента она не напоминала, здоровая деваха.
Даже, пожалуй, чрезмерно здоровая — в ходе флирта она покрыла мою довольно большую ладонь своей. И её ладонь была намного больше, не говоря уже о запястье — широком и крепком.
Не, я работал в сельской местности, видел натруженные руки доярок — её руки,явно праздные, без мозолей и с ядовитым багровым маникюром — явились вторым сигналом тревоги, поднятой моей интуицией.
Интуиция— любопытное и необъяснимое явление, именно она заставила меня быстро протрезветь и задуматься. Моя интуиция была крайне полезна в медицине, иногда в личной жизни.
Тут она, моя интуиция, заставила меня спросить: ты родилась женщиной или стала ей?
Тень пробежала по её голубым глазам, она подобралась и сказала, что для людей с широким кругозором и толерантностью, типа меня, это не должно иметь значения. Кстати, прямо и утвердительно она так и не ответила.
Сомнения мои закончились, непонятки трактуются не в пользу ответчика — я уверил её в своей широчайшей толерантности, и что я считаю её изумительно красивым созданием, что её женственность бесспорна и что я покорён её красотой, и что я…
И тут мой пейджер зачирикал — срочный вызов в госпиталь, я поспешно расплатился, взял её телефон и распрощался с ней навеки.
Пейджер, признаюсь, я сам заставил чирикать — незаметно выключив его и включив.
Облом… пошёл домой не солоно хлебавши.
Иду и думаю — ну, кисти, ну физуха — но первым сигналом был её знание директора эндокринологии, с чего бы это было подозрительным?!?
Дурак ты, Миша, ответила мне моя интуиция, наивный дурак — где,ты думаешь, она берёт гормональные препараты? Диагноз ты заподозрила правильно, отвечал я интуиции, но вот откуда ты, такая же наивная как и я сам, всё это знаешь?
Молчание, интуиция отправилась на покой, — смена часовых, теперь на посту оставили самого сурового и знающего охранника, опыт.
А несколькими годами позже я посмотрел фильм, “Crying game”, в прокате —
«Плачущая игра» или « Игры с плачем», что, на мой взгляд, не совсем точный перевод.
Мой вариант перевода — «Плачущая дичь»,сюжет частично повторяющий моё фиаско.
И, в отличии от фильма, эта дичь,я, разгадала охотника и его намерения.
И уж точно, что, возвращаясь домой, эта дичь не плакала, а посмеивалась, в том числе и над собой, охотник ставший дичью —действительно, забавная ситуация.
Воистину, « … и опыт — сын ошибок трудных»
На ошибках учатся? Ещё как!! В своё следующее увольнение я пошёл в простой рабочий бар на окраине, подальше от университетов, где отменно и с пользой повеселился, на рэднеков можно положиться — у них товар был без обмана. Michael Ashnin@anekdot.ru.

Окопы медицины.

Разница между фронтовиками и тыловиками громадная и вряд ли преодолимая, что в военное время что в мирное.
Возьмём, к примеру, мою область — медицину.
Мы, в окопах, воюем, по локти в человеческих трагедиях, в нелёгкой борьбе с недугами, кровью, слезами, грязью и потом.
А вот другая часть медицинского истэблишмента — сидит в чистых кабинетах, строго от 9 утра до пяти вечера,чистенькие, уютные. Меткое их прозвище — « костюмы», suits.
Отношусь я к ним настороженно, бюрократия должна оправдывать своё существование активностью, редко принося пользу и облегчения окопникам, скорее, надоедая своими часто бессмысленными и глупыми ограничениями, новыми правилами и инструкциями.
Я, со своей стороны, боец переднего края, следую больше духу медицины чем придуманным предписаниям.
У меня есть профессиональные рекомендации и стандарты лечения, неписаные законы товарищества и взаимного уважения к коллегам и подчинённым.
Как-то так сложилось — начиная с 17 лет я на передовой, никакого желания быть начальником, просто стараюсь быть настоящим профессионалом.
И надо же было тому случиться — лет 15 тому назад общим собранием врачей меня выдвинули на должность главного врача госпиталя.
Я отнекивался, пока старый и очень уважаемый мною хирург не пристыдил меня — Миша, нас, врачей, мало, каждый из нас по очереди тянул эту лямку, давай и ты впрягайся.
Делать нечего, надо так надо.
Отвлекусь — медицина очень сильно изменилась, врачи из свободных художников превратились в служащих госпиталя.
Раньше, лет 20 назад — мы были решалами, главные администраторы выслушивали наши решения, брали под козырёк и бегом исполняли наши предложения.
Сейчас всё изменилось, кто девушку угощает — тот её и танцует, деньги на наши зарплаты идут из госпиталя, роль цеховой демократии свелась к формальностям, всё решают бюрократы разных уровней.
Отвлёкся, извините.
Итак, я, того не желая, стал одним из начальников.
Занятие очень нудное, работа не пыльная, но скучная до зевоты и дрёмы, я с недосыпу( дежурства никто не отменял!)частенько кемарил на совещаниях.
Что входило в мои обязанности?
Представлять врачей на заседаниях совета попечителей госпиталя, интервью новых врачей, открытие привилегий( самая важная часть моих обязанностей — проверить готовность и способность и степень образования новых врачей).
Многое было в новинку, к примеру, весьма уважаемые коллеги, как и мы все, каждые два года подавали на возобновление привилегий для работы в нашем госпитале.
Довольно толстые файлы: курсы повышения квалификации, поощрения, публикации, наказания и проступки.
Вплоть до вождения в нетрезвом виде 20 лет назад или попытки вынести товар из магазина, не заплатив.
Иногда приходилось отказывать в привилегиях — особенно при попытках что-то негативное скрыть.
Поучительное чтение, надо сказать…
А вот и история.
Расширенное заседание совета попечителей и администрации госпиталя, я припёрся прямо из операционной, в зелёной заляпанной униформе, времени переодеться не было, да и операционная страда не закончилась.
Сижу и дурею от скуки — годовой финансовый отчёт, бубубу, цифры и таблицы, здесь мы деньги теряем, тут вот зарабатываем, зарплаты повысили медсёстрам, иначе их бы сманили другие госпиталя.
Час мытарств, ура, подходит к концу и тут главный администратор объявляет о решении Совета наградить выдающихся работников госпиталя.
Кого это, интересно?
Медсестра? Врач?
Никогда не догадаетесь — две прачки!!
Всех в госпитале знаю в лицо и по имени, от сантехника до дворника — этих двух видел мельком, имён не знаю.
Оказывается, сломалась что-то в прачечной, серьёзно так сломалась, дней десять ремонтировали.
А без прачечной — госпиталь не функционирует, бельё больным, хирургическая униформа — максимум один день запаса чистого белья. А в округ входит и реабилитационный госпиталь и госпиталь для хронических больных.
Так что без чистого белья — никак.
Уже к вечеру первого дня ситуация стала безнадёжной, хоть госпиталь закрывай и выписывай всех домой…
И вот тут эти две пожилые женщины, наши прачки, приняли решение — найти выход из этого безнадёжного положения.
Они, одни, ночью, загрузили грязное бельё и поехали в коммерческую прачечную, работающую круглосуточно, где кидаешь монеты и стираешь, такие прачечные популярны среди студентов, малоимущих и бездомных.
И всю ночь одна занималась стиркой, а другая моталась по ночному городу, разменивая свои кровные на четвертаки.
И госпиталь выстоял, операции шли по плану, пациенты лежали на чистом белье, гордые хирурги переодевались в чистую униформу — обычные будни госпиталя…
Я был потрясён, скажу честно… такая преданность своему делу, знаете, растрогала меня до глубины души…
Воображение у меня богатое — глубокая ночь, спящий город, платная прачечная да бензоколонки, всё закрыто, все спят — а две мексиканские героини сражаются за свой « Титаник»…
Администрация подключилась, им послали помощь и наменяли денег, стало полегче, они спали поочерёдно.
И выдюжили, прачечную починили, их наградили, конечно, и пригласили на Совет попечителей — поблагодарить и выслушать их рассказ.
На ломаном английском они описали свои мытарства, их рассказ был полон юмора, особенно эпизод, когда бездомный бродяга, стирающий свои вещи, увидел всю эту суету и … предложил поделиться четвертаками!!
Считайте меня сентиментальным и пафосным — но эти две женщины преподали мне бесценный урок — успех приходит только в условиях хорошей команды и чувства ответственности — за всё и всех.
Совещание закончилось, все пожимали им руки — я просто подошёл и обнял. И поблагодарил.
Много лет прошло, но я вспоминаю эту историю каждое утро — переодеваясь в чистую хирургическую униформу.
Стало быть, прачечная работает, корабль плывёт, они постирали мне одежду, я даю наркозы, хирурги оперируют, костюмы продолжают бесконечные заседания — « и мир опять катится по своей наезженной колее»…
Это Стейнбек, рекомендую.
Michael Ashnin@anekdot.ru

Особенности национального наркоза.

Обычный вечер, выходные, прогуливаю собак.
Маршрут обычный, ничего особенного.
Навстречу — супружеская пара, вежливо перешла на другую сторону, поравнялись и тут женщина меня внезапно спрашивает — вы ведь анестезиолог, да?
Да, есть такое дело, отвечаю, грешным делом подумав что меня посетила амнезия и я не узнал своего пациента.
А надо сказать, что память на имена у меня сильно ухудшилась — чего не скажешь о памяти на лица, помню почти всех своих пациентов.
Она как будто прочитала мои мысли — нет, вы меня не знаете, пациенткой вашей я не была — мне нужен совет.
Слышно плохо, собаки их облаивают, защищая меня, вожака.
И тут она вынимает вкусняшки — продажные твари сразу заткнулись и принялись ластиться, виляя хвостами, за еду продадут с потрохами, обжоры.
Бог с ними, заткнулись — и то ладно, можно поговорить.
Вы ведь врач, да?
Да.
Анестезиолог?
Да.
Нужно посоветоваться, если вы не торопитесь.
Валяйте, советуйтесь.
Выясняется следующее: она работает ассистентом ветеринара, часто даёт наркозы, недавно было грозное осложнение в середине наркоза — резкое замедление сердечного ритма… собака выжила, но перепугала всех сильно.
Чешу репу, мямлю, что я больше по двуногим, собакам наркоз никогда не давал… возможно, лучше спросить у ветеринарного анестезиолога…
Она возразила — их очень мало, их зовут только при сверхсложных операциях, подавляющее большинство ветеринарных наркозов дают они, ассистенты ветеринара.
Это правда, участие ветеринарного анестезиолога, как минимум, удваивает цену на операцию.
В нашей округе их просто нет, они есть только в крупных клиниках больших городов.
Медикаменты мы применяем похожие, может, что и посоветуете, а?
Я задумался: принципы анестезии одинаковые для двуногих и четвероногих, это как летать на разных самолётах, используя одинаковые принципы полёта и законы физики…
Хорошо, расскажите, что случилось( собаки мои полностью успокоились, легли на траву и терпеливо ждут продолжения прогулки).
Собака, 17 лет с половиной, нуждалась в многочисленных удалениях зубов с абсцессами дёсен и чисткой оставшихся зубов — типичная проблема маленьких собак, зубы.
Старая собака, общий наркоз — всё штатно, ветеринар работает — и, внезапно, монитор показывает резкое замедление ритма сердца. И — экстрасистола, 5-6 преждевременных сокращений за минуту.
Давление не падало?
Нет, но вот эти экстрасистолы … Они нас напугали, здорово напугали. Я её сразу успокоил — сами по себе они не так уж и опасны, разве что если пойдут косяком.
Нет, главное тут — замедление ритма, тут и до полной блокады сердца недалеко, а то и полной остановки сердечной деятельности, асистолии.
А какие медикаменты применяли?
Перечисляет — знакомые все лица, немного старомодные, ну так и я не молод, работал с ними со всеми, кроме одного, о котором я даже не слышал. Знакомые мне препараты меня не впечатлили, за ними такой побочки не водилось.
А вот этот неизвестный мне препарат — он к какому классу относится? Опиаты, отвечает.
В воздухе запахло эврикой…
Я уклончиво намекнул, что есть кое-какие идеи — но нельзя ли прислать мне протокол наркоза?
Не проблема, обменялись телефонами и разошлись.
Еле успел дойти до дома — послание, фото протокола наркоза. Выглядел он непривычно, не совсем похожий на привычные мне записи человеческих наркозов — но разобраться что к чему — можно.
Смотрим и что видим?
Резкое замедление сердца случилось аккурат через пару минут от внутривенного введения незнакомца.
Стало быть, подозреваемый у нас есть — Гугл, что скажешь?
Guilty as charged, он, родимый, вызывает замедление сердца, как и почти все в его семействе. Тут и ИИ подключился, он, он это, негодяй, особенно для старых собак опасен этим побочным эффектом.
Обменялись посланиями, я ей предложил несколько препаратов на выбор — применить в будущем, чтобы избежать всех этих волнений, препарат-то почти незаменим в контроле боли… а профилактика возможных побочных эффектов — старая традиция в анестезии.
Короче: наркоз — он и в Африке наркоз, что для двуногих, что для четвероногих.
А самое главное в наркозе что?
Чтобы он не понадобился!!
Всем здоровья!!
Michael Ashnin@anekdot.ru

Особенности наркоза в условиях тюремного заключения.

Скажу сразу — я наивно заблуждался.
Закончив свою карьеру клинического инструктора и перейдя на вольные хлеба частной практики — я полагал, что больше обучением медиков я не буду заниматься, преподавание ушло в прошлое…
Ошибался. Американская медицина построена на взаимном обучении, причём непрерывном.
Коллеги учатся друг у друга, я наставляю своих сестёр, тренировки включены в рабочие часы — медсёстры-менторы постоянно работают над практическими навыками среднего медперсонала.
И, несмотря на захолустье и маленькие размеры — в нашем госпитале проходят ротации и студенты медвузов и медсестринских школ, а также есть программа подготовки ассистентов врачей.
Ну, а иногда мне звонят из местной школы — есть подросток, интересующийся медициной, можно ли ему пару дней походить за вами и увидеть медицину изнутри. Никогда не отказываю, из эгоистических побуждений — эти ребятки будут моими врачами или медсёстрами в совсем уже, увы, недалёком будущем.
И есть у меня любимый вопрос, который я задаю почти всем: что сложнее, взлёт или посадка, начало наркоза или его окончание?
Вопрос несложный, на наблюдательность и логику, шансы угадать ответ — 50%.
И, неизбежно, две трети ответов — неправильные.
Да, взлёт выглядит более энергичным и драматическим, посадка выглядит нудной и простой.
Тем не менее — после 40 лет в окопах медицины — именно окончание является наиболее значимым и сложным.
Когда я ввожу в наркоз — это практически просто применение моих навыков, где я делаю что положено и участие пациента в этом — минимальное.
А вот посадка — это тот момент, когда мой контроль заканчивается и пациент переходит, частично, на автономное состояние.
То есть — не всё и всегда зависит от анестезиолога, в этом танго появляется второй участник, пациент. И этот второй участник должен убедить меня в своей автономности. Как? Следуя моим командам — кивните, если слышите, подымите голову, откройте глаза, глубоко вдохните.
Я очень старомодный анестезиолог, в моей юности наркоз был куда опаснее — так что я никогда не тороплюсь, перевожу в пробудительную палату только если я доволен состоянием пациента.
Ну, и если я вас не убедил — именно пробуждение и поведение во время него — весьма разнообразно и непредсказуемо, смех, слёзы, мат-перемат, угрозы, «пасть порву!», делириум. И что интересно — раз на раз не приходится, я тут уже четверть века, множество повторных пациентов — и дав наркоз 5 раз одному и тому же пациенту — я не возьмусь предсказать его пробуждение в 6-й раз.
Так, увлёкся, разговор пойдёт о наркозах заключенным, отбывающим наказание в местной федеральной тюрьме.
Точнее, об их охране.
Охрана зэков из тюрьмы максимально строгого режима, к счастью, в прошлом, эту часть тюрьмы просто перевели. Зэки там были — монстры, убийцы шерифов, полицейских, охранников, особо опасные террористы.
Всё было очень по-взрослому серьёзно: 6 охранников, в бронежилетах, с оружием наизготовку, кандалы на руках и ногах. Два охранника, один в операционной, один снаружи, напротив двери в операционную.
Кандалы снимали после ввода в наркоз — ничего металлического быть не должно, можно страшно обжечь при применение электрической коагуляции.
Вместо этого — временные пластмассовые кандалы.
Всё это — в прошлом, сейчас заключенные намного менее опасные, режим средней и минимальной строгости.
Минимальной — их подвозят к госпиталю и отпускают на лечение, затем по звонку приезжает охранник и забирает, одеты они, как правило, в гражданскую одежду.
Средней тяжести — наручники и два вооружённых охранника, один из которых переодевается в хирургическую униформу и следует за пациентом в операционную.
Рутина, я хорошо знаю многих охранников, практически в лицо.
Ничего, кроме взаимного уважения, я от них не видел. Один раз, правда, я вспылил — я смотрю пациента в палате, а стражи смотрят футбол, с максимальной громкостью — пришлось выдернуть штепсель телевизора.
В остальном — по окончанию взаимодействия — я никогда не забываю их поблагодарить за их работу, они меня хорошо знают, я заботливо к ним отношусь, операции могут идти часами, удобное кресло я им всегда найду.
А вот, наконец, и история.
Уехал в отпуск, вернулся — зэк на операцию, наркоз прошёл штатно, то есть скучно, что хорошо.
Начинаю будить — страж вскочил и надел наручники и ножные кандалы.
Хм… странно и необычно, максимум одну руку приковывают к носилкам или больничной постели. Стражник молодой, мне незнакомый, на моё недоумение он пояснил: его так научил его более опытный сослуживец, якобы так лучше для персонала операционной. Я пожал плечами — ничего более мощного, чем мои препараты, в медицине — нет. Суета с наручниками и кандалами мне показалась чрезмерной. Я, грешным делом, подумал — молодой, научится.
И надо же такому случиться — через день ещё один зэк, а потом ещё один.
И у всех охранников — одинаковый модус операнди, тотальное применение железных оков.
На третий раз я не выдержал: ребята, это что-то новое и избыточное, мы раньше обходились без этого, у вас новые правила, новые инструкции?
Всё оказалось гораздо проще и глупее.
Пока я был в отпуске — зэк проснулся и принялся буянить, посленаркозный делириум, вещь достаточно обычная и контролируемая моими медикаментам .
То ли операционная команда растерялась, то ли не в меру инициативный охранник решил поучаствовать — результатом стал полностью закованный зэк. Делириум, кстати, продолжился и стал хуже — пациенты в этом помрачённом состоянии не выносят физические ограничения, выход тут один — ввести в лёгкий наркоз и попытаться позже разбудить в более благоприятных условиях.
Или, короче: эта не ваша проблема, ребята, ситуация медицинская, а не пенитенциарная.
Ещё короче: сидите и не вмешивайтесь, пока я вам не дал отмашку на перевод.
И расскажите это всем вашим сотрудникам, пока это не стало привычкой, рутину тяжело ломать, а то вот возьмут и создадут новый ноу-хау пробуждения больного. Я, кстати, здесь съязвил и поинтересовался — вы же тоже бываете моими пациентами, ребята вы здоровые и могучие — мне вас тоже заковывать в наручники перед пробуждением? Ну, типа, новое слово в анестезиологии — хорошо зафиксированный пациент в лекарствах не нуждается!!
Шутки шутками — но если я ещё один раз это увижу — звоню вашему капитану и извещаю администрацию госпиталя.
Права на лечение и медицинские стандарты тюремное заключение не отменяет.
И что лечение и заключенного и его охраны — ничем не отличается.
Мораль? Да какая там мораль, просто совет-пожелание — да обойдёт вас нужда в анестезиологах и тюремных охранников!
Michael Ashnin@anekdot.ru

Филиппинское лукавство.

Сразу признаюсь — я в значительной степени необъективен в своём отношении к филиппинцам, точнее — к филлипинским медработникам среднего звена, медсёстрам и медбратьям.
Уход за больными и немощными — в крови у этого народа, они добры без сюсюканья, хорошо обучены, английский язык у них от сносного до отличного, они ответственны и профессиональны.
Есть ли среди них плохие медсёстры?
Есть, конечно, но их немного, и не они создают репутацию медицинской общине филиппинцев.
Среди моих сотрудников — они самые надёжные и исполнительные. Что понятно — их лично набирала наша старшая медсестра, персонально улетевшая за полсвета, на Филиппины, — и что просто спасло нас от кризиса госпитального персонала.
Работая в таком коллективе четверть века — я лично считаю своих ребят лучшими работниками(из привезённых медиков мы, операционная бригада, в ручном режиме и поштучно выбирали лучших из лучших, cream of the crop).
Знающие люди, быстрые, исполнительные, вежливые и добрые — мечта профи, меня, понимающего, что без хорошей команды все мои навыки и знания стоят немного… короля создаёт свита, а хорошего доктора — его команда.
Всегда ли они безупречны? Нет, конечно, никто не безупречен. Но даже во время производственного конфликта им не изменяет вежливость и добродушие.
К примеру, есть 50 оттенков “ Yes, doctor!”филлипинской медсестры, в широком диапазоне:
от — хороший приказ, мы мигом и бегом — до “ Fuck you, dumbass, with your stupid orders!”
И всё это — только если ты понимаешь их интонацию и мышление.
Всё это — не про меня, я давно уже считаю их моей семьей. И это не сентиментальная деменция, а действительность.
Вечеринки? Вместе.
Рождение детей и внуков, дни рождения, выписка рецептов для моих медсестёр, рождественские подарки друг другу, они традиционно отвозят и привозят меня после моих операций и процедур, я, в свою очередь, давал всем им наркозы и медицинские советы…
Моё участие в их судьбе началось с первого дня прибытия.
Я обучал их езде на машине и они сдавали экзамен на моей старенькой « Акуре», помогал снять квартиры, рекомендовал ветеринаров для их питомцев.
Семейные отношения, сами видите…
Надо также припомнить, что это именно они, мои медсёстры, пустили шапку по кругу и выручили меня в самый тяжёлый период моей жизни — кинув мне спасательный круг из 2 тысяч долларов.
И я никогда это не забуду — пока дышу…
И, к моему величайшему огорчению, — такие отношения вымирают, особенно в больших городах и госпиталях, персонал там друг друга не знает, команды набираются утром, много путешествующих медсестёр, 2-3 месяца и новое назначение. Честно говоря, я рад, что моя карьера подходит к концу — старой доброй американской медицины, в моём понимании — осталось мало…
А вот и история.
Моя философия — пациент не должен запомнить транспортировку в операционную. Я очень щедр на седативные, что вызывает необходимость дополнительного кислорода посредством лицевой маски.
Что не всем подходит — пациенты с клаустрофобией переносят маску с трудом, паникуют. Что делать?
Носовые канюли переносятся легче.
Но есть и такие, что не переносят ничего на лице.
Для таких — ничего на лице до вводного наркоза
Пациентка, молодая, без серьёзных проблем, на минимальную операцию. И очень серьёзная клаустрофобия.
Даю седативные и командую медсестре — никакого кислорода, увозите.
Встречаю пациента и медсестру в операционной, мониторы, предполётная проверка машины и лекарств.
И тут медсестра признаётся — доктор, я не смогла выполнить ваше назначение.
Какое?
Никакого кислорода. Ничего я не смогла сделать, даже и не пыталась.
???
Доктор, я выполнила ваше указание на 80 процентов — но в воздухе есть 20% кислорода.
Ничего не смогла сделать, пациент дышал и получал кислород.
Блестящий троллинг!
Тихо хихикая — ввожу в наркоз, даю 100% кислорода, взлетаем.
А про себя думаю — если нам комфортно в нашей команде, если мы шутим, если мы практикуем подколки и безобидные розыгрыши — то это знак хорошей команды.
И что мне чертовски повезло работать с моими любимыми людьми…
Michael Ashnin @anekdot.ru

Кухня анестезиолога.

Сколько себя помню — всегда любил готовить, с детства.
Присматривался, помогал по кухне и отцу и матери, какие-то навыки просто вошли в рефлексы.
Вторая волна интереса к кулинарии возникла уже в зрелом возрасте.
Овдовев, я сначала с трудом готовил самые простые блюда, потихоньку подобрался и к таким более сложным вещам типа форшмака, оливье, селёдки под шубой, винегрета, холодца, щей, плова, котлет с пюрешкой и шашлыка, куда без него.
Любопытно, что аборигены потихоньку начали привыкать к советской кухне — пошло всё на «ура», ну, почти всё — селёдка пряного посола вызывала сильное недоумение…
Надо также сказать, что среди моих коллег есть и повара куда покруче меня. Так, невропатолог работал поваром в ресторанах мишленовского уровня во Франции. Или вот, скажем, мой приятель и сосед, известный вам по предыдущим историям Джин — дамский мастер. Так вот, он основательно и упорно решил изучить высокую кухню — что у него получилось весьма и весьма неплохо.
Готовим мы по очереди: я готовлю советские блюда, он — французские блюда с наворотами и пылающими коньяком сковородками… или итальянские, паста с креветками у него просто гениальная.

Будучи реально въедливым — он не стеснялся просить поделиться секретами рецепта в ресторане, очень по-свойски общался с поварами и даже несколько раз раскошелился на единственный стол для гостей прямо в кухне, где вся эта дисциплинированная магия приготовления шедевра происходит на ваших глазах.
Что подало мне идею пригласить вас на кухню анестезиолога.
Анестезиология, кстати, в чём-то похожа на кулинарию — есть ингредиенты и там и там.
Нужно качественно их смешать, в правильных пропорциях, и получить нечто другое, отличное от компонентов.
Так что моя шутка» О, моя кулинарная книга!» при виде моих же старых протоколов наркоза для этого пациента, где всё детально описано — просто следуй выверенному временем рецепту — не совсем шутка, я действительно держу в руках инструкции по приготовлению своего наркозного супчика…
Ну, а повторные наркозы в небольшом городке после четверти века практики — события очень вероятные.
И, напоследок — дисклеймер: я анестезиолог весьма обычный, не элитный, далеко не Мишленовского уровня. Что понятно: элитный анестезиолог обычно работает в многопрофильной больнице, чаще всего университетской. Такие ребята обычно моложе меня и потратили раза в два больше времени в тренировочных программах по узкой специализации.
Итак, кухня анестезиолога.
Первая стадия приготовления к наркозу: поставить венку, смерить показатели, проверить лабораторные данные, все легальные бумаги. И, главное, успокоить пациента.
Люди разные, кто больше беспокоится кто меньше — но тревожно любому. Обычная рутина — ставим венки, метим, проверяем консенты и даём успокоительное, в венку.
А вот что делать, если венки нету, а пациент паникует?
Паника — это горная лавина, сначала еле заметная, но быстро набирающая обороты, гасить её надо в зародыше.
Без вены?!? Вот тут и пригождается мой небольшой секрет — успокоительное я даю под язык, как нитроглицерин, вместо « здрасьте «. Такую же тактику я применяю и для падающих в обморок при виде иглы, таких немало.
В двух случаях сурового посттравматического синдрома — я встречал их на паркинге и давал им таблетки под язык, а уж потом мы шли в госпиталь. И это после нескольких отказов от операции и бегства домой…
Помогает ли?
Тут всё вместе: меня принимают всерьёз, меня не считают уродом, бородатый седой хрыч дал мне успокаивающее и, похоже, оно работает… да и хрыч рядом, смешной такой Санта Клаус с акцентом, поставил венку — я и не заметила…
Разгадка тут простая — я их чувствую, даже не глядя, со спины — бедолаг, изглоданных страхом и паникой.
И медсестры, заметив эту странность, почти всегда зовут меня на такие ситуации. Или записывают их за мной, заранее.
А вот и история.
Женщина, с взрослым сыном, в предоперационной, очень тревожная, в холодном поту, низкое давление и снижением сердечного ритма, на пороге обморока, венки, естественно, нет.
Дёрнули меня, я прибежал, таблетки под язык, ноги вверх, голова вниз, тёплые одеяла, ждём… ожила, этот гнусный холодный пот исчез, пульс и давление поднялись, паника закончилась, ставим венку и уже совершенно спокойно готовимся к операции.
Выясняется: здоровье у пациентки неплохое, аллергий нет, единственный предмет уже моего беспокойства — тяжёлые изжоги, по несколько раз в день, особенно во время сна.
Изжога — враг анестезиолога, объясняю ей наглядно: желудок и лёгкие — далеко не друзья, ничего желудочного легким не надо, даже небольшая аспирация желудочной кислоты вызывает тяжёлые последствия.
Приношу медикамент, нейтрализующий кислоту, стопка отвратительной гадости( пробовал сам, знаю) — пить нужно залпом, опрокинув стопку, в один глоток.
Приняла.
И тут же наградила меня шуткой!
Обращаясь к сыну, взрослому мужчине, отлично воспитанному, чувствуется хорошая крепкая семья:
— Данила, ты ждал этого дня 26 лет.. чтобы увидеть свою маму глотающую колёса и пьющую стопку залпом… так вот, сын, это всё — между нами тремя, ясно?
Сын жестом затянул молнию поперёк рта, типа — буду нем как рыба.
Я же уверил пациентку — всё, что случается в Лас-Вегасе — остаётся в Лас-Вегасе.
Бреду за её носилками и думаю — благословенны будьте, ребята-фармакологи, давшие нам такое мощное оружие, благодарю вас от лица всех моих пациентов. Судите сами: две маленькие таблеточки и полуобморочная паника задавлена в зародыше, пациент едет в операционную, улыбается и шутит.
Спокойный пациент, улыбающийся пациент — это бонус, совершенно необязательный.
Но, чёрт меня побери — это мой самый любимый бонус!
Взять на себя беспокойство и страх, отняв их у пациента — как по мне — это то, для чего я был создан.
Michael Ashnin@anekdot.ru

… и вот опять!

Моя старая история о китайском травяном чае, очень эффективном благодаря добавленному диазепаму, для успокоения и сна, — нашла неожиданное продолжение.
Полностью изъят из продажи шоколад со свойствами афродизиака (производители утверждали, что он резко повышает либидо и потенцию)…
Почему изъяли? Анализ показал смесь терапевтических доз Виагры и Тадалафила в шоколаде…
Что плохого, подумал было я: съесть шоколадку и качественно потрахаться?
Однако, тут всё серьёзнее, мой внутренний цензор включился — да, противопоказаний тут немного, но они есть.
Так, к примеру, пилотам запрещено принимать Виагру менее чем 24 часа до полёта — цветовое восприятие меняется.
И, конечно же, ни в коем случае людям, принимающим препараты нитроглицерина — потреблять такую шоколадку, это смертельно опасно: кровяное давление падает ниже плинтуса, с плачевными последствиями.
Причём если простой нитроглицерин действует минуты, то вот на его основе есть препараты действующие и 12 часов и даже 24.
Виагра действует несколько часов, а вот второй компонент — аж до 36 часов… то, что называется perfect storm, такие пациенты нуждаются в интенсивной терапии и капельницах.
Это если их удалось вовремя довезти до приёмного покоя…
В противном случае — родственникам придётся раскошелиться на специальный гроб — крышку обычного гроба просто невозможно закрыть…
Michael Ashnin@anekdot.ru

Всё включено.

И — выключено.
Первое упоминание о концепции « всё включено» я нашёл давно , лет эдак 50 с копейками. Кто не читал « Трое в лодке не считая собаки»( в моём поколении книгу читали все, её растаскивали на цитаты и знали наизусть) — для тех я напомню эпизод о морской болезни.
Там некий англичанин неделю путешествовал по морю и заранее оплатил всё обильное меню на неделю, по совету стюарда.
Меню, действительно, обильное и соблазнительное — помню, я глотал слюнки от всех этих описаний ростбифов, пудингов и суфле.
По выходу в открытое море, однако, герой повествования резко почувствовал все признаки морской болезни — как сейчас помню диалог пассажира и стюарда:
— Что вам принести, сэр?
На что тот слабым голосом ответил:
— Унесите меня отсюда…
Таким образом он всю неделю питался сухариками и слабеньким бульоном и только сходя на берег обрёл аппетит, досадуя, что корабль уходит, увозя положенную ему( и оплаченную)еду.
Идея, однако, « всё включено», постепенно стала очень популярной в местах массового отдыха и, я уверен, большинство читателей с ней знакомы.
А вот и история.
Лет пять назад мне стало ясно — у меня предиабет, сахарный диабет второго типа.
И что вопрос « если» уже не актуален, актуален вопрос « когда».
Я пробовал менять диеты, упражнялся, даже достигал приличных цифр анализов… всё тщетно, лишь %5 людей достигают длительных результатов.
Цифры, хоть и медленно — но двигались к цифрам невозврата, диагноз был уже рядом, за углом.
Обычно врачи в таком случае наблюдают, лечение начинают при явном диагнозе — не про меня, я слишком хорошо знал конец саги о диабете…
Нашёл правильного эндокринолога( правильного в смысле агрессивного) и поставил ему задачу — мы не ждём, наносим превентивный удар.
К счастью, уже были препараты.
И в течении года мы забили диабет под плинтус.
Бонусом стало значительное снижение веса — 50 фунтов слетели с меня как листья осенью! Надо заметить, что при потери веса 50% — жир, остальные потери — увы, за счёт мышц, физические упражнения просто необходимы.
Аппетит и желание бухнуть — сошли на нет, что меня не обрадовало — люблю готовить и наливать! Такая вот штука… здоровье важнее, однако.
И вот тут меня ждала засада — отпуск.
Все планы поменялись в течении одного дня, схватил билет и стал смотреть отели, на Карибах.
Большинство — вы угадали: « всё включено».
Мнда…делать нечего, беру и включаю свою фармакологическую хитрожопость — перестаю колоться немедленно, пару дней без медикамента и …
И ничего…две недели уже без медикамента — а ни жрать ни пить не хочется, аскет в эпицентре гедонизма — как евнух в борделе, посмотреть разве что…
Улетаю в пятницу, шансы на реванш — минимальные, разве что старый выдержанный ром немного подсобит справиться с душащей меня жабой…
Michael Ashnin@anekdot.ru

Время, стоять!

Сколько себя помню — время всегда завораживало меня.
Точнее,моё ощущения его. Девять месяцев нелюбимой мной школы тянулись невыносимо медленно, а вот летние каникулы пролетали со скоростью электрички без остановки в Яундубулты…
Или день рождения, к вечеру которого мной овладевала печаль, опять ждать целый год, казавшийся вечностью!!
Ирония — время же и излечило моё восприятие его — после тридцати оно ускорилось, а после 50 — понеслось галопом мустанга, укушенного гремучей змеёй !
Мне 64 и время, опять, ускорилось невероятно, единицей его перестали быть дни и стали недели, мигнул — и опять четверг, время вытаскивать мусорники к обочине…
И ничегошеньки я не могу поделать, ничего, рецепта замедления времени или, даже лучше, поворота его вспять — у меня нет, как и у всех других людей.
И только однажды, случайно, мне удалось остановить время, немного, на несколько часов — но остановить.
Не знаю, воспроизводим ли мой опыт — но, коли любопытно, — вот вам этот рецепт.
Итак, я в Гаване, городе, который я полюбил с первого взгляда и навсегда, чарующий город — один из из старейших городов обоих Америк, где и история и здания и люди и собаки с кошками — остаются в памяти на всю жизнь.
Один из дней, брожу по Гаване — без цели и программы, просто впитываю в себя городскую атмосферу, ошеломительную смесь очень старых американских и немолодых советских машин, красоту людей и зданий, обветшалых и всё же —красивых.
О, а вот и театр какой-то, рядом кафе, очень приличное, со столиками на улице — с прекрасным обзором пересечения главных улиц.
Сажусь, приходит официантка, с азиатскими чертами —как потом выяснилось, дочка кореянки и кубинца, подаёт меню, я его возвращаю — есть не хочется, кофе и воду, пор фавор и меню алкоголя и сигар.
Какая-то там иерархия, меню бухла приносит пожилой кубинец с великолепными нафабренными усами а-ля Сальвадор Дали.
Ребята, да у вас тут интересно! Выдержанный ром и кохиба — самое то для Гаваны.
Он по инерции спрашивает — лёд в ром? Ни в коем случае!!
И искренний ужас на моём лице от такого святотатства — его глаза усталого командира кафе осветились изнутри и он глянул на меня с неподдельным любопытством— гринго, а разбирается, настоящий афишинадо.
Узы истинных любителей — он качает головой на мой выбор и показывает пальцем в меню — что он рекомендует.
Ну что сказать? Нирвана, усталые ноги отдыхают, ром просто бомба, кохиба, ещё немного рома и… я отчётливо услышал щелчок— кто-то наверху отключил счётчик отведённого мне для жизни времени. Время — сначала замедлилось, а потом и вовсе остановилось.
Гавана жила своей жизнью, красивые кубинки проходили мимо, покачивая бёдрами, Крайслеры и Жигули катили по своим делам — я же выпал из действительности и застыл в своём кафе, абсолютно потеряв чувство времени…
Уж не кудесник ли мой усатый официант? Что это за чудо дивное такое?
Кудесником он не был, просто мой сверстник, великолепно разбирающийся в человеческой природе и роме, который он приносил по своим выбору и времени.
Философская меланхолия обуяла меня — и я задумался о всех тех людях из прошлого, разливающих ром четверть века назад по бочкам и женщинах, вручную катающих самые лучшие сигары мира, под громкое чтение Толстого и Чехова с Хемингуэем…
Чары не спадали ещё пару часов… стало темнеть …и потом второй щелчок и меня вернули в реальность. Взглянул на часы и понял, что три часа мне подарили —без моего ведома.
Расплатился, мы пожали друг другу руки — два усатых дядьки, занимающихся очень похожими делами изменения реальности, разница между ромом и пропофолом — ром вкуснее и безопаснее, поверьте мне на слова.
Вот и весь рецепт, дайте мне знать, если вам удалось повторить мой опыт…
И если не получилось с первого раза — в следующий раз обязательно получится!!
Michael Ashnin@anekdot.ru

И смех и грех…

«Дорисковался, гадёныш! Говорил я ему, говорил — кабаки и бабы доведут до цугундера».
Это горбатый о Фоксе, «Место встречи изменить нельзя «.
А вспомнил я это изречение вот почему — тут у нас в Калифорнии разгорается скандал вокруг конгрессмена Сволвелла.
Гротескный персонаж, жалкий и забавный, возможно, вам будет любопытно.
Питомец из гнезда калифорнийских демократов, что является эвфемизмом, правильнее — совершенно ёбнутые ультралибералы, которых считают рехнувшимися остальное население Союза.
Пример?
Извольте — на серьезных щах они проводят законодательство о предоставлении прокладок и !!тампонов трансгедерным женщинам, биологически — мужчинам.
Насколько я знаю биологию и физиологию — менструация у них может случиться одним путём — если из носа пойдёт кровь.
Эти же просветлённые дегенераты отказываются дать определение мужчины и женщины — что в советском учебнике по биологии определялось одним абзацем : ХХ — женщины, ХУ— мужчины, всё, блядь, на этом всё заканчивается.
Не поймите меня неправильно — трансгендеры точно такие же граждане с точно такими же правами, по достижению совершеннолетия они, особенно страдающие гендерной дисморфобией( страшная болезнь, им реально нужна помощь) — могут делать со своим телом что им угодно. Заметили « совершеннолетие»?
Водить машину, покупать бухло или оружие, голосовать — тут оно необходимо.
А принять решение, невероятно серьёзное, навсегда меняющее твоё тело, — ребёнку достаточно только шепнуть учителю и , втайне от родителей, он окажется на пути смены пола. Ещё раз, внятно — без оповещения и согласия родителей. Америка — страна достаточно религиозная, некоторые учителя сообщали-таки родителям — что приводило их к увольнению.
А спорт?
Разница в анатомии и физиологии между мужчиной и женщиной — непреодолимая.
Чемпионка США по плаванию проигрывала своему мужу вчистую — а он был тысячным в рейтинге мужчин. А алжирский трансгендер в, блядь, боксе увечил женщин Олимпиады!!
Это что!?! Родители подняли восстания и просветлённая дурь начала отступать.
Первой, кстати, была моя любимая писательница Роулингс, в одиночку, обруганная и преданная всеми своими актерами( ставшими знаменитыми миллионерами благодаря ей) — начавшая крестовый поход в защиту девочек и женщин!!
Ирония — не предал её только Драго, крайне отрицательный персонаж её книг…
Так, предисловие затянулось — наш никчёмный губернатор ( из либералов хозяйственники как из говна пуля), разоривший до стадии разрухи богатейший штат Союза будет участвовать в президентской гонке в 2028.
А на кресло губернатора одним из претендентов является Эрик Сволвэлл, конгрессмен от Калифорнии.
Протеже ведьмы Пелози( зажилась!) — она продолжает сидеть на неимоверных деньгах партии и у Эрика всё выглядело достаточно неплохо. Пока…
На заре политической карьеры, холостым, он вступил в интимную связь со своей сотрудницей, этнической китаянкой, довольно привлекательной, чего не скажешь об Эрике, заурядная ряха, которую любить может только его мама.
Как оказалось — это была не простая китайская пизда, — а бомба замедленного действия.
Вдруг она сбежала из США — и прибыв в расположение главного штаба внешней разведки КИТАЯ — доложила об окончании операции « Лох в отчаянном поиске ебли».
Не совсем вдруг, правда, ФБР готовило против неё дело — она ускользнула в последний момент. Кто только не стибался над Эриком!!
Смешной сексуально-политический скандал, казалось, вышибет его из седла политической карьеры.
Ан, нет, он ушёл на дно, переждал время, женился( важный момент)…
И выждав несколько лет — пошёл на выборы губернатора, к моему ужасу.
Если такой победит — из штата надо будет убегать: он в разы хуже хозяин, чем нынешний, хотя казалось бы — куда хуже-то?
И тут пару дней назад, велики дела твои, вспыхивает грандиозный скандал— оказывается,
он напаивал свою молоденькую сотрудницу до беспамятства и трахал, пару раз как минимум.
Для политика это — политическая смерть.
Женат и изменяет — раз.
Интоксикация отменяет взаимное согласие( mutual consent), два
Она — его подчинённая и работает на него, три.
Короче — ему пиздец! Счета там будут миллионные, кстати, из карманов налогоплательщиков, что бесит меня безумно!!
Один из самых строгих моих понятий — за свою еблю плати сам!
Не можешь себе это позволить — не ебись!
Дикси!
А всё почему?
А вот почему —oн явно не смотрел фильм « Место встречи изменить нельзя «, фильм, ставший классикой.
Да и Горбатый глупого не скажет…Michael Ashnin@anekdot.ru
PS.
Утром в газете — вечером в куплете: неудачливый пиздострадалец снял себя с предвыборной гонки.
Sic transit gloria mundi.

Осталось только лишь Китаю завязнуть в войне с Тайванем — и мир увидит удивительную трифекту!!

Приём обрамления.

Не знаю как у вас — у нас учитель по литературе насаждала два вида литературного мастерства: красной нитью и приём обрамления.
Я тогда писал очень много сочинений, своего рода бартер: будучи безнадёжно тупым в математике и геометрии — я менял сочинения на домашки по математике и подсказки на экзамене.
Литературным Неграм Александра Дюма моя производительность и не снилась: с десяток написанных сочинений и ещё больше продиктованных —большого труда не составляла.
Тех более, что я освоил и нещадно эксплуатировал любимые Антониной Степановной вышеупомянутые два приёма.
Так что в честь моих учителей — применю их и здесь.
Красная нить и приём обрамления — посвящаю вам, Антонина Степановна, за вашу снисходительность к моим сочинениям!
Красной нитью здесь пройдёт моя жизнь в медицине, 40 лет с гаком, от рядового подносчика снарядов до наводчика артиллерийского огня.
Приём обрамления — два события, между которыми лет 40.
Я приехал по распределению, как честный лох с рижской пропиской, в Лудзенскую РКБ, анестезиологом.
А заодно — заведующим приёмного покоя и « Скорой помощи «
Год стоял на дворе — 1986, что важно.
Латгалия, одна из четырёх исторических провинций Латвии, была наименее развитой экономически. Оттуда молодёжь уезжала в Ригу, Москву, Ленинград — благо всё рядом.
Главврач района сильно удивился моему приезду— никто туда не ехал, да ещё меняя рижскую прописку на лудзенскую… мужик, ты в уме?!?
Мне даже негде тебя поселить, разве что в кабинете завхоза…
Делать нечего, общежитие на ремонте, годами, — так что пришлось поселиться в больнице.
И — впрягся работать, 24/7. Могу только порекомендовать таковую жизнь молодым врачам — самостоятельность, загруженность, незаменимость — за год-два превращают птенца медицины в орла…
Год, напоминаю,1986. Мой энтузиазм, трезвость и постоянное присутствие в ординаторской( телевизора у завхоза не было, « До и после полуночи» я смотрел в ординаторской, изредка отвлекаясь на ситуации в отделении и моей палате интенсивной терапии.) — были очевидны и сотрудникам и пациентам и их родным.
А когда я удалялся в опочивальню, с проёбанной завхозом кушеткой, пружины он почти добил в усмерть — слава богу, что его вовремя посетила импотенция! — иначе я бы спал на полу… то медсёстры, не стесняясь, стучались в дверь — Менделеевич, у нас проблемы!
Удобно, пейджеров у нас не было, так что постоянный врач в больнице — с успехом заменял своих коллег и пейджеры.
А вот и история.
Горбачёвская антиалкогольная компания была в самом разгаре, сильно пившие жители района ( большинство населения) — были на грани белой горячки, 100 грамм шампанского в единственном на весь город ресторане и баре при нём — было единственным местом профилактики белочки.
Или парфюмерия.
Ну, а та Ходынка у единственного алкогольного магазина — была чревата побоями, увечьями и инвалидностью… нет ничего яростнее алкаша в мучительном поиске избавления от похмелья, длящегося десятилетиями …
И вот тут на помощь пришёл Махатма Ганди, автор мирных массовых акций гражданского населения — гражданское неповиновение.
Самогон гнали всегда, как подспорье к застольям — первыми потребляли водку и коньяк, а если не хватало — то подключали самогон.
Массовые мероприятия типа поминок или свадеб — тут бухали массивными дозами первача, бухали несколько дней, с остервенением…
Взятки? Взятки мне давали, что было очень нехарактерно, обычно всё гребли хирурги, анестезиологи-реаниматологи —крайне редко.
Феномен взяток мне — я объясняю моим постоянным присутствием в больнице и страстной любви к медицине, в особенности область выхаживания и реабилитации после операции.
Сельчане были очень сообразительные люди старой закалки — он всё время тут, абсолютно трезвый еврей в очках( парадокс, евреев недолюбливали, но вот врач-еврей считался, по определению, почему-то, лучше нееврея, абсолютная чушь!)Кстати, особенно я был популярен среди русских староверов, ещё один парадокс, некоторые даже прятали руки от рукопожатий — одновременно относясь с глубоко истинным уважением и засовывая в мой карман смятые котлеты пятирублёвок с рынка в Себеже.
Оговорюсь: я никогда не вымогал взятку или намекал — надо бы дать что-то, никогда ничего не брал вперёд, из суеверных соображений, — сделаю дело — тогда заходите.
Традиционно, хирургам носили взятки коньяками, шоколадом и баблом.
Начал было и я получать такие наборы, как…
Пришёл Горбачёв и обломал десятилетия обычая — бухла не достать, что дарить врачу?!?!
И народ понёс самогон, в трёхлитровых банках из-под берёзового сока.
И понёс в неимоверных количествах… я уже и раздавал и отцу с братом привёз самый лучший Истринский самогон, из зерна, двойной очистки и сильно крепче водки.
При дегустации — мы все подивились его необыкновенному свойству: в голове свежесть, а вот ноги отнимаются и не ходят.
Отработал три года, собираюсь к уезду — бабулька приходит, я её выхаживал от перитонита года два назад — бабка была крепкая, хуторянка, да и не её это было время помирать— выходили.
Слышала, Менделеевич, уезжать ты собрался — жалко мне очень, но я понимаю — не место тебе тут, простора мало, езжай с богом, молиться за тебя буду… ну, и не обессудь, самогон тебе принесла, напоследок.
И — попыталась поцеловать мне руку, я перехватил, обнял и мы расцеловались … оба — со слезами на глазах…
Так и уехал из Лудзы, с последней банкой последней взятки, от полюбившихся мне людей, моих пациентах, за которых я сражался с яростью и успехом молодого врача, навсегда потеряв двух ангелов-хранителей, сидящих на левом и правом плечах, хранящих молодых врачей от глупых решений — и создающих иллюзию всесильной победоносности… а дальше сам, ты уже большой мальчик………
Перематываем 40 лет — практикую анестезиологию в Калифорнии, надыбал себе место один в один похожее на Лудзу , маленький город, сельские люди, не дураки выпить, работящие и с юмором. Даже начинается на ту же букву «Л»
Как мне провидчески сказала моя дочь — папа, ты куда не поедешь — обязательно попадаешь в Лудзу! Похоже, она права.
Взяток тут, однако, не носят — не дают и не берут, за исключением Рождества, тут уже народ оттягивается — несёт вина, виски,сладости, шоколады.
Я тут уже больше четверти века и уже привык к такому раскладу.
Как вдруг…моя пациентка на наркоз, пожилая мексиканка, даю, профилактически, ей антацид — снизить риск аспирации, медикамент отличный, но на вкус очень неприятный.
И чтобы приготовить пациентку — эй, это не выдержанная текила, это мескаль, пей залпом!
И эта бабушка показала такой класс опрокидывания стопки, миллилитров 30, что мама, не горюй!!
Я её похвалил, она расцвела и через медсестру спросила — а люблю ли я мескаль?
Отвлекусь объяснить — мескаль является далёким родственником текилы, буйным и бесшабашным, что как бы намекает — текила производится из пяти сортов домашней агавы, а вот мескаль — из дикорастущей, из пустыни.
Вкус у него — ну, скажем, на любителя, текила куда приятнее.
Но вот опьянение им — уникальное, между второй и третьей стопкой — мир меняется.
Впервые я его попробовал в маленьком городке в Мексике, день был ярмарочный, я дегустировал, дегустировал … и вдруг— краски стали в десять раз более резкими и отчетливыми, сотни ароматов ворвались в нос и я начал слышать все разговоры и дальний лай собаки гудок паровоза мили за две от ярмарки…
Я было списал это на туристический энтузиазм — но опыт повторился уже дома, в Калифорнии, где появилась субкультура мескаля и он стал частью алкогольной палитры Калифорнии.
Так вот, подтвердив с медсестрой мою привязанность к мескалю — бабушка точно также меня обняла и пообещала принести мне мескаль из собственных запасов аутентичного мескаля из Мичуакана или Оахаки, уже не вспомню.
Забудет, подумал я, после моих медикаментов пациенты забывают моё имя и морду лица, как правило.
А вот нихрена!! Бабушка оказалась крепкая на память и лица, с помощью той же медсестры выяснила мои данные и… барабанная дробь, моя первая взятка за последние 37 лет, великолепный мескаль!! Бутылка здоровенная, хватит на пять галлюцинаций и одну белочку!
Передала через медсестру — я пообещал на ближайшей же вечеринке распить
мескаль с этой же медсестрой.
А потом… саморефлексия взяла меня в свои бразды, уж не намёк ли это мне —пора закругляться, завершить работу, первую и последнюю взятку ты получил, пора расплатиться по долгам и уйти в закат, старые врачи не умирают, они тихо растворяются в закатном солнце, в стиле « Неуловимых мстителей « и генерала Маккартура( old soldiers never die, they just fade away…)
Но — это потом, только допив мескаль, бешеного мустанга из мира алкоголя — я соглашусь уйти в закат.
Впрочем, это зависит уже не от меня — у Верховного Виночерпия могут быть другие планы…
Michael Ashnin@ anekdot.ru

Правило 200 ярдов доктора Ашнина.

Терпеть не могу, когда меня хвалят!
Особенно — авансом…
Какой-то частью — это суеверие, боюсь сглазить удачу.
Но есть тут ещё и очень рациональные объяснения.
Скажем, я давал наркоз членам семьи — и всё прошло хорошо, штатно. И они бешено рады видеть мою бородатую морду и наперебой начинают рассказывать о моих доблестях!
И что? Да ничего, все эти успехи — в прошлом, моему сегодняшнему пациенту нужно , чтобы всё закончилось хорошо сегодня, а мои вчерашние победы остались там,вчера.
О чём я, решительно прервав панегирики, говорю пациенту — прошлые успехи ничего не значат, нам нужна победа сегодня, вот мы будем делать то, то и то — и единственным критерием будет признание пациентом и всеми нами нашего сегодняшнего успеха.
И припоминаю армейские прибаутки: лёгким днём бывает только вчера, большинство ошибок случаются за пять шагов до финиша , безопасность превыше комфорта…
И что я обязательно выйду после наркоза к семье и близким — рассказать что и как прошло, как пациент поживает и где и когда они воссоединятся с ним.
Но самое главное — это знание, что без своей команды — я стою мало…
Что такое команда госпиталя?
Это уборщицы, сантехники, прачки, инженеры разного рода.
Короче, все те, кто позволяют госпиталю функционировать.
Моя команда, команда операционного блока — клиника предоперационной подготовки, медсёстры и санитарки предоперационной, хирургические медсёстры и техники, ассистенты хирурга, представители компаний по оборудованию, ребята из рикавэри — пробудительной палаты … я, скорее всего, позабыл кого-то… короче — команда немаленькая.
Ой, я старый забывчивый дурак!! Самого главного игрока своей команды — забыл!!
Я работаю с Лорой уже лет 20 — она анестезиологический техник, приготавливает в операционной всю наркозную технику.
Её карьера — она была уборщицей, наши зоркие глаза высмотрели в ней талант — она самая лучшая в своей специальности, интуитивно и уверенно знает каждого из анестезиологов, иногда мне страшно — не успеваю подумать — а она тут как тут, с инструментом именно для этой ситуации.
Калифорнийская мексиканка в 4 поколении, отличный английский( она начитана и религиозна), владеет испанским, в совершенстве.
Короче — в моей команде нет более важного человека…
Разбаловала она нас всех до зависимости, я даже думать не хочу о работе без неё… точнее, я неспособен работать в любом другом госпитале…

Распасовка начинается с хирурга — он первым инициирует процесс, затем все лабораторные данные и вся информация поступает к моим медсёстрам и анализируется, затем мы сами просматриваем информацию и решаем, что нам нужно сделать до операции: консультацию специалиста, дополнительные анализы, инфу от семейного врача.
Дальше мы назначаем день операции, какие-то лекарства можно брать в день операции, какие-то лучше пропустить.
И — мой выход — предоперационный осмотр, успокаивающие, антациды, в операционную, наркоз, взлёт — пас хирургу, теперь его выход на гол.
Надеюсь, мои объяснения, несколько хаотичные, — пояснили мою глубокую убежденность — несмотря на свою важность я просто один из большой команды людей, которые позволяют мне добиться успеха — или НЕ позволяют…

Ну, а откуда тогда заголовок — правило 200 ярдов?
А вот и история возникновения этого правила.
В самом начале моей карьеры в моём старом госпитале пациенты выписывались через отдельный выход из операционного блока.
По традиции — пациентов вывозили, сидя на коляске, и подвозили прямо к машинам их родственников, друзей или соседей.
Рутина… их сопровождала медсестра послеоперационной палаты и помогала сесть в машину.
Обычно я всего этого не видел — темп работы диктовал мою занятость уже следующим пациентом.
Но вот что-то побудило меня в тот день выйти из оперблока , воздухом подышать и попрощаться с моим пациентом. Его помогли сесть в машину, его жена села за руль, я, как сейчас помню, пошутил — ведите машину медленно и плавно, никаких трюков а-ля Шумахер( в этой шутке была доля истины — после наркоза многих укачивает до тошноты и рвоты).
Она кивнула в знак согласия, пациент меня поблагодарил и они тихонько поехали, выехали на улицу плавно и медленно и также медленно доехали до угла. Я продолжал наслаждаться свежим бризом с океана, следя за их движением к своему дому, они отъехали метров 150 от госпиталя.
И вдруг( вдруг — слово, которое я чисто профессионально не люблю, вдруг — это нарушение рутины, сбой в матрице…) — резкий разворот и рывок машины к нашему приёмному покою!
Именно то, что я не рекомендовал — и не просто так…
Я рванул к отделению приёмного покоя, его уже вынимают из машины и кладут на носилки.
Мы быстро накинули на него мониторы, кислород, слушая сбивчивый рассказ его жены — всё было нормально, доехали до угла и он замолчал, потеряв сознание.
Мой косяк?
Да вроде нет, он практически мгновенно пришёл в себя, кардиограмма без изменений, анализы в норме, рана не кровит, тошноты нет, мозги ясные…
Уехал домой, я пару раз позванивал его жене, всё путём , в архив?
В архив!?!? Ну уж дудки!
Мы, анестезиологи, точнее, большинство из нас —обсессивно- компульсивные люди, я не могу успокоиться и пожать плечами — ну вот с какого испуга моему пациенту вздумалось потерять сознание?
Да ещё через пару минут после моего с ним разговора?
Сижу над бумагами, просматриваю — всё, ну вот абсолютно всё нормально, пульс, давление, содержание кислорода в крови, температура — все очень строгие правила выписки пациента соблюдены.
Единственное, за что я зацепился — он принял таблетки от высокого давления ранним утром, часов за пять до наркоза — согласно нашей инструкции.
И — давление при выписке меряют много раз, последний раз — уже в одежде, лёжа.
Закралась одна идея — перезвонил ему на следующий день, он чувствует себя отлично, в хорошем настроении.
Спрашиваю: а вот что ты почувствовал первым делом в машине?
Голова закружилась, отвечает. В машине? Да нет, ещё сидя в коляске.
А чего ты ничего не сказал? Да я подумал — пустяки…
Попрощались, я опять к бумагам — его давление при поступлении хорошее, даже слишком, при выписке — чуть ниже нормы, но терпимо.
И вот тут у меня возникла гипотеза — ортостатическое давление ему не проверяли, незачем — оно проверяется у пациентов с повышенной чувствительностью к изменению положения тела: лёжа, сидя и стоя.
Не утверждаю — но скорее всего у него произошла ортостатическая гипотония — сброс давления сидя, да и у машины ему пришлось встать, что и привело его к обмороку и потере сознания.
Так, а что мне теперь делать с этой моей гипотезой?
А вот что: всем моим пациентам после наркоза при выписке — измерять давление и пульс три раза— лёжа, сидя и стоя. Меняется несущественно — домой, большие разницы — звать меня.

… и вот уже четверть века — этот сценарий не повторялся…
А как непредвиденный результат: из чистого суеверия я ввёл правило 200 ярдов — ни я ни мои сотрудники не начинают радоваться благополучному исходу — пока пациент не скрылся из виду, отъехав от госпиталя… без возвращения к оному!
Кстати, проверьте свои суеверия — в них, без сомнения есть и опыт ваших предков и ваш жизненный опыт и ваша интуиция и ваши фобии.
И, возможно, — рациональное зерно.
Здоровья всем и шипящих шашлыков!
Michael Ashnin@anekdot. ru

Всем косякам косяк.

Косяк, пожалуй, — это мягко говоря…
Фиаско? Проёб? Я оставляю вам полное право судить самим и выбирать правильные, на ваш взгляд, синонимы.
Обычный вечер в районной больнице, я сижу в ординаторской и смотрю телевизор, хирург, уже с утра не совсем трезвый, пишет истории болезни .
Предлагает и мне остаканиться — вежливо отказываюсь, я на тот момент был один анестезиолог на всю округу, неровен час — понадоблюсь.
И как в воду глядел, аппендицит в приёмном отделении, 13 лет.
Вместе с Петровичем идём смотреть пациента.
Тут я отвлекусь: пациентка, рослая русая деваха приехала не одна, а в сопровождении фельдшера, из « Академии», так местные шутники назвали школу-интернат для умственно отсталых детей, коих хватало в условиях эпидемического алкоголизма.
Директор там был и врачом, дело вёл очень толково, необычно хорошие условия, дети поступали оттуда чистые, в хорошей одежде, явно хорошо питающиеся и ухоженные.
Порядок у него был полный, судите сами: с больной приехала тамошняя фельдшерица, с папкой истории жизни этой девочки.
Все прививки, все детские болезни, рост, вес, анализы — аккуратно и подробно. Я, честно говоря, и в столице такого не видел.
Просмотрел, ничего особенного, вес запомнил, аллергий на лекарства нет, Петрович пощупал живот — явный аппендицит, нажал на правый бок и резко отпустил — девочка аж подпрыгнула от боли, всё ясно, едем в операционную, быстро закругляюсь с осмотром: зубы целые, крепкие, легкие чистые, сердце — немного глуховатые тона, короче, рутина.
Ввожу в наркоз, всё штатно, взлетели, Петрович разрезает справа, по классике и… оттуда выскакивает сигмоидная кишка, коей там находится не место. Вложил обратно, поискал другую петлю — и опять вынул не то. Я, грешным делом, мысленно обложил Петровича, время позднее , а он дурака валяет…
А Петрович остановился и задумался… и вот тут его многолетний опыт сокрушил моё молодечество — Мишка, послушай её сердце!
Да слушал я её сердце, в приемнике. Послушай ещё раз, слева и справа. Пожимаю плечами, залезаю под стерильные покрывала и слушаю, ну, глухие слева, как я и говорил — двигаю стетоскоп вправо … и тона сердца становятся звонкими, громкими, как и полагается детям.
Растерянно докладываю Петровичу о своём открытии — Петрович, у неё тона справа сильнее чем слева.
И вот тут старый пропойца посрамил столичного врача, всё поняв за минуту! Эх, пизда ты облоухая! И с этими словами делает симметричный разрез — теперь уже слева, в разрез выскакивает здоровенный сильно воспалённый и очень сердитый аппендикс.
Техника у Петровича была отменная, старой школы, минут за 10 он закончил операцию, я разбудил пациентку и перевёл в палату.
Декстропозиция, полный поворот внутренних органов: сердце справа, печень слева, кишечник развёрнут на 180 градусов, редчайший диагноз, большинство врачей за всю свою карьеру с таким не встречаются…
Мне же его поднесли на блюдечке с голубой каёмочкой — Миша, на вот, редчайший диагноз, поводи стетоскопом, молодой мудак — и будет чем гордиться до седых волос!
До мема « Это фиаско, братан» было ещё лет 30 — но это было именно фиаско, позорное и неисправимое.
Почему неисправимое?
Судите сами — в следующие 40 лет моей медицинской карьеры — я больше никогда не встречал эту редкую патологию.
Польза от такого косяка, тем не менее, была — поутихла самоуверенность, вдумчивости стало больше, а уж технику аускультации я довёл до совершенства.
С Петровичем я, однако, поквитался — спас старого пьянчугу от гангрены ног, вызванной дешёвыми польскими джинсами, моя старая история.
В американской системе тренировки врачей есть одна любимая поговорка — если вы слышите цоканье копыт за углом — то вероятность увидеть лошадь значительно выше чем увидеть зебру!
Правильная поговорка, ничего не скажешь — пока из-за угла не выйдет зебра — которую ты примешь за лошадь, поскольку ты был натренирован видеть лошадей! И потом всю жизнь ты будешь ждать вторую зебру — как жду её я, каждый день…
Увы, пока не дождался…
Michael Ashnin@anekdot.ru

Настоящий мужик.

Те из вас, читавшие мои истории, знают, что я обычно ограничиваюсь небольшим набором тем: медицина, собаки, оружие, этнография, стройотряды.
И в большинстве этих историй я веду повествования от первого лица, свидетелем произошедшего или даже главным героем.
Такая вот мозаичная биография в стиле застольных баек.
Однако появилось и такое явление, как коллекция, нет, не оружия или собак — коллекция изумивших меня исторических фактов.
Я довольно сносно знаю и понимаю историю — удивить меня историческими фактами — дорогого стоит.
Так что я принял решение — поделиться некоторыми из них с вами, возможно, вам будет интересно.
Но не обессудьте — это не документальные факты — нет, это будут байки на исторические темы, в том же стиле застольных бесед.
И я приглашаю всех читателей вносить больше фактов в обсуждения и не стесняться поправлять меня — просьба, однако, в автора не стрелять, излагает как умеет…
Итак, Василий Васильевич Меркурьев — что я знал о нём?
Признаюсь — немного, он был более известен предыдущему поколению. Тем не менее: заслуженный артист России и СССР, режиссёр, лауреат Сталинских и Государственных премий, крупный деятель театра и кино.
Помнил я его и в лицо — по фильмам « Москва-Кассиопея», « Семь невест ефрейтора Збруева».
Вот, пожалуй, и всё, ничего особенно интересного, типичный театральный и кинематографический деятель эпохи моих родителей…
И вот недавно, случайно, ютюб выкинул маленькое видео, короткое, но, не скрою, поразившее меня до крайней степени.
Начнём, пожалуй, с жены Василия Васильевича — Ирины.
Ирина как Ирина — фамилия, однако, у неё была плохая, опасная — Мейерхольд.
Её отца, режиссёра Всеволода Мейерхольда, арестовали, пытали и в 1940 году расстреляли.
Остракизм и забвение друзьями и знакомыми — наименее худшее, с чем столкнулась Ирина, была реальная опасность ареста…
Муж, однако, был препятствием — всенародно узнаваемый и любимый артист, лауреат — органы предпочли попробовать двухходовочку.
К Василию Васильевичу пришли чекисты и предложили ему развестись с дочерью врага народа, а уж потом … знакомый сценарий ареста, обыска, признания вины под пытками, лагеря, потеря детей…
И вот тут — я реально удивился, сейчас объясню — почему.
Нормой поведения во времена репрессий было как можно дальше дистанцироваться от арестованных врагов народа.
К примеру:
Развестись и уехать в провинцию, что помогало далеко не всегда, второго супруга часто арестовывали через несколько дней, отправляя детей в детские дома.
Заклеймить арестованного родственника, друга, знакомого.
И вот тут — Меркурьев поступил совершенно по-другому, необычно, я бы даже сказал — героически.
Он выставил вон агента, наотрез отказавшись разводиться с Ириной.
И, о чудо, их оставили в покое, если не считать полную изоляцию Ирины и запрет на работу.
И если вы посчитаете, как я посчитал — сбой в матрице и временное безумие Меркурьева — то нет, его гражданское мужество и невероятное чувство собственного достоинства проявлялось много раз.
Так, к примеру, он забрал к себе детей свое репрессированного брата и вырастил как своих трёх детей.
И это ещё не всё — они приютили двух детей, потерявшихся во время эвакуации и содержали их до 1947 года, до интервью Меркурьева на радио, где его услышала мать этих детей и приехала за ними.
И если вы не увидели ничего необычного — то вот вам вкус эпохи:
ближайший соратник Сталина, министр иностранных дел и член Политбюро Молотов — чья жена, Полина Жемчужина, сидела в лагере и муж ничем не мог ей помочь, пока Берия не выпустил её оттуда в 1953 году, после смерти Сталина.
А жене Калинина повезло ещё меньше: она после ареста и пыток получила 15 лет лагерей и была помилована по инвалидности.
Их там много, жён крупных деятелей времён Сталина — сидевших в лагерях в качестве заложниц.
Нету там только Ирины Мейерхольд — спасённую мужем, заслонившим её от беды.
Василий Васильевич, да будет вам земля пухом!
Там, за воротами, есть особое место для героев гражданского мужества — и, увы, их немного…
Но я точно знаю — вы там, заслуженно, бородатый привратник не ошибается…
Что касается меня, стремительно стареющего мужика, повидавшего виды, которого ваша история сумела так сильно изумить и растрогать — то я могу только молча поклониться, в знак глубокого уважения…
И, как сказал бы мой отец, на идише, — А МЭНЧ!!
Michael Ashnin@anekdot.ru

На эстакаду!!

Сначала — анекдот:
Одинокий бедуин на верблюде медленно продвигается по пустыне… жара ужасная, ни дуновения ветерка, бедуин просто изнывает от зноя…
Доезжает до автомастерской— где сидит автомеханик.
Разговорились, бедуин пожаловался на зной и безветрие, механик посоветовал пустить ленивого верблюда рысью — возникнет обдувающий ветерок, полегчает.
Бедуин только грустно усмехнулся — попробуй заставь ленивого верблюда бежать!!
Автомеханик бедуину — заводи на эстакаду.
Пожал плечами и завёл верблюда на эстакаду, где автомеханик, подобрав два кирпича, подлез под верблюда и легонько хлопнул его кирпичами по яйцам.
Верблюд взвился и резво побежал, быстро скрывшись за горизонтом.
Бедуин — ну, да, верблюду теперь прохладно, а мне что делать?
Автомеханик — заходи на эстакаду!

Анекдоту, как минимум, лет 40-50. А вспомнил я его по совершенно дурацкой ассоциации …
Сижу на дежурстве, пересматриваю своё любимое шоу, « Что? Где? Когда?», старые выпуски, Двинятин, Новиков, Левин, вопросы, ответы…
А вот один вопрос меня поразил — и сильно!!
Кстати, Двинятин на него ответил… я бы не смог, в силу уникальности и необычности вопроса…
Кого в 1972 году чествовали шведы?
Петра Первого!! Исторического деятеля, положившего конец несоразмерным амбициям Швеции!! Врага, в сущности.
Обоснования для такого чествования: победив Швецию, он, невольно от себя и своих побед,— заставил шведов переориентироваться от внешней экспансии к внутреннему развитию общества и благосостоянию шведов, не в последнюю очередь основанную на нейтралитете и отказу от войн.
Врать не буду — я НЕ знаю второго такого примера. Нет, пересмотр и улучшения положения страны после ПОРАЖЕНИЯ — вещь частая, к примеру — поражение Российской Империи в Крымской войне: тут тебе и Отмена крепостного права и реформы судебной системы ( суд присяжных) и изменения в сфере образования и многое другое …
Но вот чтобы побеждённые признали позитивным своё поражение и принесли благодарность победителю — такого я не припоминаю, возможно, что вы мне подскажете.
Пора закругляться, однако.
Мораль?
Ну, тут вы уж сами — я затрудняюсь что-либо предлагать…
Michael Ashnin@anekdot.ru.

«Что ж, обычные дела— нас с тобою …… !»

Канун юбилейного Дня Независимости… пятница …
Если праздник выпадает на выходные — то, обычно, прибавляют либо пятницу либо понедельник. Закона такого нет — скорее, обычай. Но — не везде и не всем.
Устал я уже в четверг и с неудовольствием воспринял новость — пятница обычный операционный день, уже несколько плановых операций в расписании.
А я уже шашлыки замариновал… тьфу ты, пропасть …в госпитале ведь как? — только зайди, а работа найдётся, к плановым прибавились неотложные — короче, занятой утомительный день.
Ворчу я редко— не моё. Но вот в пятницу я разворчался — почему это мы тут все киснем, тогда как амбулаторная часть нашего медицинского округа закрыта на праздники и большинство сотрудников уже отдыхают…
Ворчал я долго и громко — директор оперблока аж засомневалась — а действительно, может и зря мы тут все, кроме дежурной команды.
Звоним в Human Resources, отдел кадров,
Звонков 7 — и врубается записанное послание на автоответчике.
Точнее, два послания:
Первое — Пятница обычный рабочий день.
Второе — Наш департамент сегодня закрыт по причине праздников.
Баалядь…
Закончил наркозы хорошо за полдень, прогулялся до административной половины госпиталя — ни души, судя по почте —всё заперто со вчера, похоже, они, суки, уже дома, жарят хот-доги и празднуют!
Поехал домой, хлопнул стопку и принялся за шашлыки — уже вторые сутки в маринаде, однако, мясо спасать надо.
Досада потихоньку покидает мою утомлённую разочарованную тушку — водочка отличный транквилизатор, особенно в сочетании с дымком и запахом жареного мяса …
А в голове рефреном вертится:
« Что ж, обычные дела — нас с тобою…»
Ну да бог с ними… зря я нервничал, шашлыки получились отменные!
Michael Ashnin@anekdot.ru

Послание.

«Идите, пока хватит сил. Ибо пока человек в пути, есть у него надежда».
Моя жизнь — прекрасная иллюстрация к этой цитате из фильма « Письма мёртвого человека»… я бреду по моей жизни, покрытый рубцами и шрамами потерь, поражений, ошибок, под изнуряющим гнётом моего профессионального долга, ответственности за здоровье и жизнь доверяющих мне пациентов и коллег… рутина не оставляет места ни для удивления, ни для радости бытия… старый израненный самурай, с единственной опорой, моим личным кодексом бушидо…
Обычно я оставляю свою субклиническую депрессию за воротами госпиталя — пациенты видят меня добрым и весёлым, уверенным в своём ремесле, сыпящим шутками. Короче: я функционален и эффективен.
Не в то утро: спал плохо, тревожные сны, мои покойные родители и жена снились, что-то пытались сказать… суставы ломят, мышцы ноют…
Однако — шоу тайм! Двойной эспрессо, горячий душ, попрощался с собаками и затемно поехал в свой госпиталь.
И, как назло, — непростая пациентка, на сложную операцию, с двумя эпизодами паники и отказами от операции в прошлом.
Сыпет вопросами, пытается найти причину для ещё одного отказа — медсёстры даже переодеть её не могут, паническая атака в полном разгаре.
Мнда, мрак, именно это мне сегодня и надо… но, встрепенувшись, как старая боевая лошадь при звуках боевого оркестра, я повторяю свою старую мантру времён « Скорой» — « Бригада, на выход! Работаем!»
Хватаю успокаивающие таблетки и прошу пациентку взять их под язык, она немного успокаивается и позволяет поставить венку. Бинго!
Более быстрый и мощный препарат уходит в победный прорыв и она позволяет поменять одежду, постепенно успокаиваясь. К счастью, все бумаги были подписаны заранее — иначе успокаивающие давать нельзя, бумаги не признаются легитимными.
И — мы готовы к поездке в операционную, аллилуйя!!
Но нет, она просит привести её детей, попрощаться и благословить.
Заходят дети — почти уже взрослые, с маленьким младшим братом.
И он сразу же привлёк моё внимание — явное отклонение от нормы, умственное отставание, большие уши Чебурашки, большие широко посаженные глаза…
Но то, что ему недоставало по интеллекту — он с лихвой компенсировал харизмой, явно являясь душой семьи.
И любимцем своих братьев и сестёр.
Тут же полез к маме обниматься, ласково улыбаясь, лучезарный такой пацанчик — аж в палате стало светлее!
Однако, пора.
А можно я маму ещё раз поцелую?
Можно.
А тётю? Целует мою медсестру.
А другую тётю? Целует санитарку.
А дедушку?
Меня?!?!
Нет, пациенты меня целовали, было дело — но их дети?!?
Ладно, целуй.
Поцеловал, выбрал место над бородой, под глазом — и поцеловал!
И обнял.
Ушли.
А мы поехали в операционную, наощупь.
Старый суровый хрыч-самурай — прослезился стариковской скупой слезой, хорошо хоть, что медсестра рулила, я только толкал.
А при входе в операционную я отлучился — сполоснуть морду холодной водой, повторить свою мантру и прийти в свою боевую форму — негласное обещание мальчику вернуть его маму живой и здоровой надо было исполнять!
Всё прошло штатно, мы удачно и уверенно приземлились в пробудительной палате, я пошёл к семье с отчётом, поехал домой.
Еду и думаю — а ведь мальчик был послан мне с вестью — у жизни ещё есть свои сюрпризы, Творцу неугодны уныние, выше голову и… спасибо за благую весть и что я дожил до самого важного поцелуя в моей жизни!

Пекарь, бутылка виски и два титановых яйца.

Есть, есть у меня слабость к необычным заголовкам!!
Тут я попросту слямзил у Гая Ричи название его первого культового фильма, творческий плагиат, если изволите.
Однако по сути — заголовок полностью соответствует правде, ничего я тут не соврал, всё это случилось и есть достоверные описания деяний этого, на первый взгляд, обычного человека, — в очень необычной ситуации он принимал необычные решения и сам выжил и другим помог.
Меня всегда интересовали именно такие критические ситуации, ибо из своего опыта я могу утверждать — это редчайший подарок биологии и генетики — умение не терять рассудок в самых сложных и отчаянных ситуациях.
Вы можете мне возразить — а как же профессионалы, их ведь тренируют в умении работать в экстренных случаях?
Да, тренируют и натаскивают до рефлексов — для, и это важно понять, — определённых сценариев. И, да, это можно сделать — натренировать даже не очень природно одаренных устойчивостью к стрессу людей.
К, примеру, я — ленивый и медлительный в обычной жизни, ничем даже близко не герой — в результате многолетних тренировок и солидного срока работы в своей профессии научился рефлексам действия в определённых ситуация. И, не хвастаясь, — я до сих пор резко молодею и очень резво двигаюсь во время кризиса.
А вот как я бы повёл себя в незнакомой ситуации, вне специальности, — не берусь предсказывать, не поручусь, что буду эффективным.
Однако, заболтался — пора уже начинать историю.
Его звали Чарльз Джуффин, главный пекарь « Титаника», перешедший на него со старшей сестре « Титаника» — « Олимпии».
33 года, родился в небольшом городке, обычный парень.
« Титаник», резкий толчок, айсберг наносит непоправимый ущерб кораблю — и спустя пару часов — корабль тонет. И именно в эти пару часов и родилась легенда этого парня.
Хлебнув виски, он принялся за спасение пассажиров.
Первым делом он собрал подчиненных ему пекарей и они вынесли громадные буханки хлеба на палубу и погрузили их в шлюпки.
Далее, опять хлебнув виски, а, возможно, и джин — он опять вернулся на палубу и стал, по его словам, зашвыривать женщин в шлюпки — многие колебались и отказывались занять места в шлюпки, его волевое решение спасло не одну женщину.
И, опять хлебнув виски, — он принимается за шезлонги и бросает их за борт, прекрасно понимая, что все оставшиеся люди на тонущем корабле — обречены оказаться в воде и любое плавающее средство может им помочь. Деталь — всё это он делал в одиночку, сам принимая решения.
И всё это — в состоянии хорошего подпития — по некоторым данным, Джуффин употребил от литра до двух литров виски и джина.
Не могу не упомянуть и его героический поступок — по корабельному расписанию он был старшим в шлюпке номер 10.
Но, загрузив шлюпку и убедившись, что в шлюпке достаточно мужчин — он отказался от своего места в шлюпке, « это подало бы дурной пример», по его слова .
В фильме Камерона — он сидит на вершине кормы тонущего « Титаника» и потягивает виски из фляги, коротенький эпизод о последних мгновениях обреченного корабля.
Так или иначе — он подтянул верёвки спасательного жилета и просто соскользнул в воду, даже не замочив голову.
Неумолимая физиология человека — ледяная вода убивает в течении 10, максимум 15, минут. Или она убивает немедленно — рефлекторная остановка сердца при внезапном погружении в ледяную воду.
Не про нашего героя, он провёл в ледяной воде где-то два - два с половиной часа в ледяной воде. В какой-то момент сидевший в шлюпке кок узнал его и протянул руку, за которую Джуффин держался.
Подошедшая на помощь « Карпатия» принялась перегружать людей из спасательных шлюпок. Он подплыл к одной из них и был поднят на борт корабля, по-прежнему в своей мокрой одежде.
… он прожил долгую, полную опасности жизнь — ещё одно кораблекрушение, уже на другом корабле.
Служил во флоте во время второй мировой — вернулся невредимым домой, какой-то очень могучий ангел-хранитель у него, несомненно, был…
Женился, дочка родилась, прожил до 78 лет, умер от пневмонии и похоронен где-то в Нью Джерси.
И до сих пор — никакого логического научного объяснения его невероятного спасения нет, есть только гипотезы.
Вы скажете — а алкоголь? Он ведь здорово прикладывался к крепким напиткам, может это и спасло его?
Тут не всё так однозначно: алкоголь лишь вызывает иллюзию тепла, а на самом деле — расширяя сосуды, включая кожные — алкоголь помогает потерям тепла при гипотермии.
Другое дело, что это помогло ему не поддаваться панике, оставаться спокойным в самом эпицентре паники, тонущем корабле с отплывшими шлюпками…
Есть часть исследователей, считающих что восприятие времени у гипотермичных людей, вероятно, искажено и он провёл в воде гораздо меньше времени.
Много подробностей мне пришлось опустить, главное, однако, ясно — алкоголь не помогает спасти от гипотермии — но он прекрасно помогает изменить наше отношении к происходящему, каким бы ужасным оно не было. Подтверждением этому служит рассказы фронтовиков, по словам моего отца, — фронтовые 100 грамм помогали очень хорошо…
Заканчивая историю — я подумал — а может хрен с ним, со стаканом воды на смертном одре?!? Не лучше ли хлопнуть чего покрепче, что-то очень знакомое и любимое?
В моём случае — стопка замороженной водки и хрустящий маринованный огурец.
Хлопну стопку, закушу и отправлюсь на встречу со своими родными и собаками, улыбаясь!
Michael Ashnin@ anekdot.ru

Угроза, приведенная в исполнение, —угрозой более не является.

Европа, мало что предпринявшая по поводу трёх провороненных ею геноцидов армян, евреев и цыган — решила искупить свою историческую вину, выдумала себе новый геноцид и борется с ним изо всех сил.

Пару слов о дряни.

Слава, Слава, Слава героям!!!
Впрочем,
им
довольно воздали дани.
Теперь
поговорим
о дряни.

Надо отдать тебе должное — начитан и образован, не отнимешь.
И напичкан цитатами твоих настольных книг: Майн Кампф, « Протоколы сионских мудрецов», « Дас штюрмер» и тому подобных.
К слову — там всё плохо закончилось: один превратился в шашлык, сильно пропитанный бензином, второго, Штрайхера, повесили в Нюрнберге за твоего типа пропаганды антисемитизма, несмотря на его клятвенные заверения в его физическом неучастии в Холокосте.
Кстати — чистая правда, он был издателем погромного листка « Штюрмер», а в свободное от работы время — мародерствовал, присваивая имущество погубленных режимом евреев.
Много времени занимала педофилия, не подражай ему хотя бы в этом, плохой пример. Им брезговали высшие бонзы Третьего Рейхе, докладывали Гитлеру — безуспешно, он был его лучший комрад, времён Пивного Путча, залёг рядом с ним во время перестрелки с полицией, ему прощалось ВСЁ. Последний фанатик фюрера, единственный из осуждённых , кто перед смертью выкрикнул « Хайль Гитлер!»
Авторы « Протоколов», царская охранка, — большей частью расстреляна, Нилус, спятивший мракобес — остался в России, много раз арестовывался, ненадолго, умер своей смертью.
Дела давно минувших лет… юдофобия, однако, продолжает всплывать, куском экскремента в проруби истории, ничего нового или удивительного, так, свойство элемента.
Тебе, однако, занадобилось бороться за звание Золотарь Всея Руси.
И тебе это удалось, гордись.
А теперь — к делу.
Правила боевых искусств — с которыми ты знаком, по твоему утверждению — гласят: не подавать идею оппоненту.
И — применять правило асимметричности.
Продемонстрировать?
Изволь.
Твоё многократно повторенное еврейство, тут есть вопросы.
Коханим, Коганы — сразу оговорюсь, я к ним не отношусь, обычный простолюдин. Тяжело установить — кто к ним относится…
Но попробуем: обычно они религиозны, лидеры в своих общинах, соблюдают кошер, владеют идишем и ивритом.
Обычно они состоятельны и успешны в бизнесе, позорная автомонтажка в Замкадье с копеечными наёбками неграмотных гастарбайтеров — явно не уровень коханима.
И — наука подтвердила — их гены в митохондриях идентичны, где бы они не жили. Так что их происхождение из касты высших священников — абсолютная правда. Генетический анализ , твой, в студию.
Всё, что я знаю о тебе — из твоих слов.
И тут, как в анекдоте — Скамерер говорит, что он еврей, да ещё и коханим!
Ну, доктор Ашнин, так и ты говори!
Так что пока не увижу афидевит от двух раввинов и нотариуса — вопрос открыт.
Не высшей касты, но советский еврей — и тут нужны доказательства.
Мой советский паспорт — мама еврейка, папа — еврей и я, удивительным образом, — тоже еврей. А также паспорта их родителей и справки о смерти. А, в силу традиций — у меня никогда не может быть фимоза. Чего не скажешь о твоих поступлениях в приёмный покой с этой очень нееврейской патологией.
Я, кстати, себя, галахического еврея — евреем считаю несовершенным, невежественным в традициях и религии, типичный ассимилированный советский еврей, в первом поколении, последний из могикан, осколок разбившегося мира ашкеназов. Что тут говорить о евреях третьего-четвёртого, вдребезги ассимилированных, поколениях, к которым ты относишься.
Отвлёкся.
Паспорт в студию, раз.
Два — перешли мне в почту Сайта фотку своего центра принятия решений, со следами обрезания.
И даже если он обрезан — моэл легко отличит медицинское обрезание от религиозного, по слухам.
Далее — ты не являешься ничем новым в еврейской истории, в которой было всё, включая доморощенных ненавистников и предателей.
Мамзеры, выкресты, нютциге Юде — были в нашей истории в изобилии, да мало ли что произрастает на меже между казармами и дешёвыми еврейскими борделями! Таким образом и ты и твоё происхождение и воспитание — урожай этой межи.
К делу — это наивное заблуждение — разрешать запредельно оскорбительные выражения — базируясь на ничем не подтвержденном заявлении о принадлежности к оскорбляемой нации. Более того, допустимое в устном общении двух африканцев слово» ниггер» — вне этой группы считается запретным оскорблением, справедливо заслуживающим опиздюливания.
Как вы там у себя в Замкадье разговариваете — ваше дело, здесь на Сайте до недавнего прошлого — жид считался запретным словом и нарушитель отправлялся в бан. Твоя, Золотарь, тривиализация грубой животной юдофобии — к добру не приведёт..
Перехожу к главному: откуда и когда пришла твоя животная ненависть?
Началось всё с украинцев, вся твоя гнусность была направлена на них.
Любопытно — а с чего ты переключился на евреев?
А, Золотарь?
Ответ прост — мы выбрали не ту сторону конфликта.
Скажем осторожно — не ту, не твою сторону.
Что и вызвало этот шквал политического антисемитизма.
Зеркальное отражение нацизма — там тоже начиналось с политического антисемитизма, расовым он стал позже, расовый более утилитарный, легче оправдать необходимость уничтожения
.И, главное, ты плохо знаешь нас, позорно плохо.
Что, кстати, доказывает — в твоей пока ещё не обрезанной голове —нит кэн шейхл, сам переведёшь, ребе ли ты или просто вздорный поц.
Ну, да ладно, просвещу тебя, недоеврея, на шиксах учатся, отпрыску одной из них попытаюсь вернуть должок, российские шиксы того заслуживают.
И уж если начистоту — то я славянкофил, с чувством глубокой благодарности посылаю вам всем привет!
К делу.

Одна из главных наших черт — сочувствие к андердогу.
И по очень простой причине — мы тысячелетиями были ими, андердогами, и прекрасно знаем — что это значит.
Этим же объясняется еврейская симпатия к леаым идеологиям, горланящим о справедливости — от которых я долго и упорно избавлялся.
Идеологии — даже самые прекрасные — не работают по одной простой причине — человеческая природа живёт по правилам биологии.
И в схватке идеологии и человеческой природы — биология всегда победит, раньше или позже.
И, напоследок, один вопрос — как это ты не боишься?
Историю ты знаешь неплохо — все гонители евреев, рано или поздно, — заканчивали плохо.
10 казней египетских? Десятая, она так просто запредельно ужасная — а что поделать, прежние 9 его, фараона, как и тебя, не убедили.
Или, к примеру, чистая мистика пульса-де-нуры — при встрече — спроси Рабина и Шарона…
Безумству храбрых — поём мы « самый популярный в нашей синагоге отходняк!»
Michael Ashnin@anekdot. ru