Остальные новые истории

Однажды перебрав немного лишнего, художник Юрий Ипполитович Шпажинский спел частушку подобную этой

Ах огурчики, ах помидорчики,
Сталин Кирова пришил в коридорчике.

За такие слова художнику грозило 10 лет лагерей, но главный врач психиатрической больницы Симферополя Наум Исидорович Балабан забрал его на обследование и вынес вердикт – психически болен. Через время художник, «вылечившись», выписывается, а Наум принимается за следующего. По привезённому к нему красноармейцу Биллеру, в сердцах сказавшему, что «комиссары сволочи, ничего не умеют делать, кроме как шастать по ящикам, воровать вещи, а коммунисты довели деревню до того, что люди умирают с голоду», Наум Исидорович пишет заключение, что Биллер малограмотная деградирующая личность, поэтому за свои высказывания не может нести никакой ответственности. И, конечно, оставляет красноармейца «лечиться»…

В НКВД обо всем догадывались, но сделать ничего не могли. Тогда они арестовывают жену Наума Балабана из дворянского рода…. Через месяц отпускают. По особому распоряжению.

Кто такой Наум Балабан и почему ему всё сходит с рук?

Родился в Павлограде. Сын купца первой гильдии, он учился на медицинском факультете Мюнхенского университета. В 1914 году Науму Балабану предлагают остаться за границей и получить практику, но он возвращается в Россию, где женится и уходит на фронт. Служит в военных госпиталях и лазаретах, а в 1921 году возвращается в Крым, где несмотря ни на что, продолжает лечить людей. Как-то раз его позвали к Фаине Раневской. Был сильный голод…

Зимою вдоль дорог валялись трупы
Людей и лошадей. И стаи псов
Въедались им в живот и рвали мясо.
Восточный ветер выл в разбитых окнах.
А по ночам стучали пулеметы,
Свистя, как бич, по мясу обнаженных
Мужских и женских тел.

Волошин читает стихи, а начинающая актриса боится выйти из дома. Весь ужас происходящего давит на неё так, что жить не хочется. Наум лечит её словом, чаем, отношением. Он как никто другой понимает, как сложно быть человеком в нечеловеческих условиях… А тут ещё повсеместно начинает свирепствовать эпидемия тифа и холеры. Балабан добивается открытия на всём полуострове специальных эпидемических бараков и привоза вакцин из Парижского института Пастера, – и в Крыму начинают массово делать прививки от тифа и дизентерии. Эпидемия остановлена, многие жизни сохранены. Назначается начальником лечебно-санитарного отдела Ревкома Крыма, а через год главным врачом психиатрической больницы г. Симферополя.

Двадцать лет Наум Исидорович руководит больницей, которую из аварийного здания на 20 коек и смертностью в 49% превращает в многопрофильную клинику, медицинский центр и большое хозяйство. Появляются сад, огород, молочная и свиноводческая фермы, электростанция, мастерские, в которых работают больные, водопровод, канализация, физиотерапевтический и рентгеновский кабинеты, водолечебница, новые корпуса, оранжерея.

Врач не забывает и о моральной стороне. О его отношении к больным ходят легенды: каждого называет по имени-отчеству, умело располагает к себе пациентов и их родственников, порой даже одних бесед с врачом было достаточно, чтобы у людей, страдающих депрессией, появлялась тяга к жизни. С уважением относится и к коллегам, будь то врач или нянечка. Они вспоминают: «Был прост, сердечен, доступен, сотрудники больницы шли к нему за советом даже по поводу своих личных неурядиц. Главной чертой его характера была исключительная искренность и доброта». Наум Балабан во многом новатор, разрабатывает новые способы лечения энцефалита, алкоголизма, прогрессивного паралича…

Также за это время стараниями Наума Балабана в Симферополе появляются психоневрологическая школа-интернат, наркодиспансер, фармацевтический техникум, общество трезвости, дома престарелых в Бахчисарае, Алуште, Ялте (их он организовывает вместе с известным врачом-ортопедом Бомом). И именно благодаря Науму Балабану Крымский мединститут становится самостоятельным вузом, а не подразделением Крымского университета. Наум Исидорович, являясь председателем Академической комиссии по созданию Крымского мединститута, «выбивает» для вуза нынешнее место неподалёку от железнодорожного вокзала, организует в институте кафедру психиатрии и сам становится её первым заведующим.

….В начале 1941-го Наум Балабан, одним из первых медиков в РСФСР, получает звание заслуженного врача республики, а в июле ему присваивается звание военврача первого ранга. Когда возникает угроза оккупации Крыма, у Наума Исидоровича есть возможность эвакуироваться. Вывозится весь медицинский институт, в котором он продолжает возглавлять кафедру психиатрии. Но супруги Балабан решают остаться.

Наум Исидорович знает, что ждёт его пациентов, которые, с точки зрения идеологии Третьего рейха, являются «ущербным человеческим материалом» и подлежат уничтожению. Однако доктор Балабан и здесь верен своему жизненному принципу – быть человеком во что бы то ни стало – остаётся с больными, понимая, что спасти их может только он. Именно поэтому он начинает выписывать из больницы огромное количество пациентов. Каждый месяц до ста человек… К нему приходят родственники выписываемых, которые отказываются забирать своих родителей/братьев/детей, но Наум Исидорович терпеливо объясняет и уговаривает каждого… Он так же знает и об отношении фашистов к евреям, но решает бороться до конца.

Начинается оккупация. Балабан по-прежнему продолжает выписывать всех, кого могут лечить и содержать дома, прячет около 200 евреев на территории больницы, ставя им липовые диагнозы, а позже выписывая под новыми фамилиями – в ряде историй болезней тех лет были чистые бланки паспортов. До конца февраля 1942 года удаётся спасти несколько сотен человек. Врача фашисты не трогают, хотя и обязывают носить на груди жёлтую звезду, а квартиру постоянно понемногу грабят, устраивают в ней свои оргии. В конце концов захватчики решают, что помещение больницы им нужнее. Всех больных, находившихся в лечебнице, переписывают и запрещают выписывать...

7 марта 1942-го к больнице подъезжают душегубки, в которые заводят и заносят оставшихся больных. Многие понимают, что их ждёт. По воспоминаниям медицинских сестёр, Наум Балабан с супругой всеми силами пытались оставить смертоубийство, но тщетно… уничтожили 447 из 450 оставшихся пациентов в душегубках; супруги Балабан погибли вскоре после, 12 марта, арестованными гестапо (версии: яд или расстрел).

Больница в Симферополе носит его имя . По его жизни сняты документальный фильм "Крымский лекарь" и художественный "Клятва" (реж. Роман Нестеренко). Как и Януш Корчак, супруги Балабан предпочли остаться со своими подопечными и приняли с ними смерть…

(С) Татьяна Мирочник

Из сети

Специальная валютная операция...

Министр иностранных дел Катара в публичном заявлении для прессы:
Израильская атака на нефтегазовое месторождение - опасный шаг. Повреждение энергетической инфраструктуры представляет собой угрозу глобальной энергетической безопасности, жителям региона и окружающей среде.

Министр иностранных дел Катара в телефонном разговоре с Дональдом Трампом:
Скажите Нетаньяху, чтобы еще одно месторождение в Иране разбомбил, а мы Вам еще один Боинг подарим.

Министр иностранных дел Катара в телефонном разговоре с Владимиром Путиным:
Задание выполнено, цена на нефть больше 100 долларов за баррель, цены на газ тоже подтянутся.

Владимир Путин в телефонном разговоре с Министром иностранных дел Катара:
Поздравляю с присвоением внеочередного воинского звания генерал-майора ФСБ!!!

Владимир Путин в телефонном разговоре с третьим по счету командующим ракетных войск Ирана:
Это нельзя терпеть, сионистам нужно ответить ассиметрично - ударом по месторождению в Катаре.

Дональд Трамп (после очередного роста цен на бензин в США) в публичном заявлении: если атаки на Катар продолжатся, США уничтожит месторождение «Южный Парс» в Иране.

Дональд Трамп зятю Кушнеру - фьючерсы на нефть, которые ты купил в феврале, раньше следующей недели не продавай...

Владимир Путин в телефонном разговоре с главой Центробанка Эльвирой Набиулиной:
- Цены на нефть и газ выросли?
- Да, нефть уже почти по 120. С такими ценами на энергоносители бюджет снова станет бездефицитным, а курс рубля - стабильным до конца года.
- а теперь роняем рубль и делаем бюджет профицитным...
- ???
- нам же нужно компенсации сибирским фермерам за забой скота выплатить...

Зеленский в телефонном разговоре с Нетаньяху:
Вы пока не выносите Ирану все склады с дронами, нам еще арабам нужно продать средства для борьбы с этими дронами.
Как заплатят - я маякну и сразу бомбите склады, пока не арабы не прознали, что мы им херню продали...

Международные банки:
— Мы готовы помочь с восстановлением инфраструктуры… под очень выгодный процент.

Китайские подрядчики:
— Мы уже в пути. Смета — вчерашняя, цена — сегодняшняя.

Арабы с разбомбленными НПЗ, подешевевшей недвижимостью и пустыми аэропортами и отелями:
— Так… нефть горит, газ подорожал, страховки взлетели, трейдеры радуются, туристов нет…
— Подожди… а мы тут где в этой схеме?
— …
— Походу… нас аккуратно, по всем правилам международной торговли… поимели.

Пауза.

— И кто?
— Похоже что все...

Рассмотрим очередную фотографию с канал "Совок и молот".
Подловить момент и сфотографировать одного из интеллигентных жителей рая на земле, то бишь бывшего жителя СССР и сказать что культурными были все,
это прям из серии плакатов "народ и партия едины".
На деле "советское воспитание",это где слово "воспитание" стояло рядом чисто по приколу, как занавеска в хлеву.
Скамейки — были отдельной религией. Сесть нормально, не, это для лохов. Настоящий мастер культуры залезал жопой на спинку,
ноги ставил на сиденье и сидел как барин, дымя ароматным Беломором. После него, естественно, оставалась грязь, как будто там
стадо кабанов полежало.
Плевки — это вообще национальный спорт. Идешь — херак, кто-то рядом харкнул. Еще один — через метр. В итоге тротуар как карта боевых действий,
тут воронка, тут снайперский плевок. И никто не парится, будто так и надо — "земля примет, мать сырая". Дворник уберет, емть.
Семечки — классика жанра. Кинотеатр, темнота, Ленин на броневике и тут: хрусь-хрусь-хрусь. Человек не фильм смотрит, он участвует
в сельхозпереработке прямо в зале. Шелуха под ногами — как ковёр, только из мусора. Уборщицы потом как археологи это разгребали.
Очереди — это вообще отдельный адский цирк. Там воспитание заканчивалось на уровне "кто громче орёт — тот прав". Мат летал в воздухе плотнее,
чем кислород. Бабки могли устроить словесную резню из-за места, как будто там не колбасу дают, а дают ее вообще бесплатно, как квартиры.
Добавим ещё кайфа. Подъезды зассаны, задымлены, разрисованы так, будто это пещера с наскальной живописью. Лифты — туалет+пепельница+кабина
пыток в одном флаконе. Дворы — мусор, окурки, стекло, но зато дети "закаляются". На улице мужики спокойно могли бухать на лавке и
воспитывать подрастающее поколение криками "жизнь — говно, привыкай". И орать матерные частушки под гармозу, им могли начать подпевать из окон.
И всё это под соусом "мы самые культурные, духовные, не то что вы сейчас". Конечно, духовность — когда ты орёшь матом, плюёшься и оставляешь
после себя помойку, но зато с высокими идеями.
И самое смешное — это нам сейчас выставляют на совкодрррочерских каналах как "золотое время". Ну да, золотое, если это золотой дождь,
который вылился из красного совка там где его приперло.

Роды в воду

Соне сегодня 29.

Чую пора! И Володя полетел в гараж и за повитухой на Бугринку. Я разбудила Анюту и налила ванну. Помню свой вой! Руки дочери тянущей меня из воды. Я упираюсь и лезу вглубь. А вот и София!!! Плавает! Вынырнула. Кричит! И шлёпает губами. Есть хочет. И сразу сосёт. Тишина. И слышно как капают в воду слёзы моей старшенькой. Ей пятнадцать и эти роды у неё первые. Досталось девоньке! В дальней комнате рыдает младшенький, сыночка Илюшка. А отца, уже троих детей, всё нет.

Летел он сломя голову, невзирая на светофоры! Благо было 6 утра воскресенья.

Вечером смотрим телевизор, а там поздравляют родившихся на этой неделе Новосибиряков. Володя звонит и извещает телевиденье что и у нас … и нас, мол, поздравьте. Данные? Вот такие. Ждём. На завтра перезванивают и выражают сомнение. Не жулики ли мы! Мол, телевиденье звонило во все роддома Новосибирска, и там такой Сони не числится. Договорились всё же! И телевиденье к нам приехало. И подарили тёплое одеяло и кое-что еще. А Анюте чашечку с блюдечком. Хотя должны были подарить, как прочим акушеркам, целый сервиз. Ну да ладно!

Пример мой заразительным оказался и для старшенькой и для сыночки.

Аня родила двух сыновей себе и нам с дедом Вовой по внуку. Маленький Федул и крошечный Тяпа! Подарочки тоже появились в квартирной ванне.

А Илья не мог сам родить, зато не дал упасть в унитаз дочери. У них всё было предусмотрено. Даже клиника-родильня с профессором этих дел. А приспичило невестке в туалет, и муж поймал себе любимую доченьку в руки! Так и продолжает любить свою Алинку!

Юра, а помнишь, как ты кричал маме: «Зачем ты это купила? Неси назад! Нам только леба и какаля надо!» То есть требовал всё, что мамуля принесла из магазина отнести назад. А нам, мол, нужно только хлеба и сахара. А всё потому, что деньги нужно копить на сестрёнку! А тебе было три, четыре годика. Вот и появилась у тебя я! Выпросил. И, пятилетний, нёс меня из роддома на руках.

Мамули нет с нами четыре года.
Ей было девяносто три…