Предупреждение: у нас есть цензура и предварительный отбор публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт.18+
Рассказчик: Леонид Хлыновский
По убыванию: %, гг., S ; По возрастанию: %, гг., S
Израиль, май 1967 года. Рабинович и Шлемензон идут в армию. - Арабы заявили, что хотят отправить нас туда, откуда мы пришли, - говорит Шлемензон. На что Рабинович отвечает: - Именно по этой причине нам и будет помогать весь мир!
- Дети! А вам родители дают деньги на обеды? - Да, по 50 рублей. - Вот! Значит так, завтра все сдаём по 50 рублей на контурные карты. - Но у нас же нет географии! - Зато у вас есть по 50 рублей.
Два господина знакомятся в купе поезда Киев-Одесса. - Бондаренко. Хирург. - Рабинович. Специалист по обрезанию в религиозной общине Бердичева. Хирург, иронически: - А мы с вами, оказывается, коллеги! - Да что вы такое говорите!? Я же специалист!
Процедура бракосочетания. Все как полагается: разрозовевшаяся невеста, запуганный жених, победительного вида тетя с кольцами наготове зачитывает ритуальный текст. — Согласен ли ты, такой-то такой-то, взять в жены вот эту, такую-то и такую-то, любить/беречь/холить/лелеять… полный список. Необходимая пауза, звучит робкое «Да». Из задних рядов выстроненных за молодоженами гостей и родственников достаточно громко и внятно слышится: «Ты что, ДУРАК?»
Рабинович с женой собираются в гости. Он давно одет, но жена долго не отходит от зеркала. - Сара, ну ты скоро? - спрашивает он. - Назови хоть примерную дату!
Придумал новый способ контролировать жену во время своих командировок. Перед отъездом покупаю ей паззл на 7000 фрагментов. Если к моему приезду паззл не собран, значит, где-то шлялась.
ОЛЕГ МИТЯЕВ РАССКАЗЫВАЕТ... Однажды моей песней "Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались!" Иосиф Кобзон решил закончить один свой очень большой концерт. Настолько большой, что он продолжался несколько часов, а закончился глубоко за полночь. - И вот, - с улыбкой вспоминает бард, - Иосиф Давыдович обращается к залу: "Давайте споём все вместе песню "Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались!"! А уставший конферансье его поправляет: - Минуточку! Какое "сегодня"? Мы ведь ещё ВЧЕРА здесь собрались!
Штирлиц обращается к Шелленбергу: - Слушай, Фима, одолжи сто марок. Радистка Сара рожает. - Штирлиц, ну сколько можно вас просить не называть меня по имени?! А деньги одолжите у Мюллера. Штирлиц заходит к Мюллеру: - Сёма, одолжи сто марок, радистка Сара рожает. - Штирлиц, вы сумасшедший! Кругом подслушивающая аппаратура, соблюдайте хотя бы элементарную конспирацию. А деньги попросите у Бормана - у него партийная касса. Штирлиц звонит Борману: - Дядя Мойша? Это я, Абрам Исаев. Одолжи сто марок, радистка Сара рожает. - Послушайте, штандартенфюрер! Когда же вы наконец перестанете клянчить у меня деньги?! Ну ладно, мой человек передаст вам сто марок. Но если вы и впредь будете нарушать конспирацию, я попрошу Гиммлера, чтобы он отправил вас домой, в Бердичев!
- У вас в резюме в графе "Недостатки" написано "Уверен в себе", а в графе "Положительные качества" - "Невнимательность". Вы ничего не перепутали? - Нет.
Не секрет, что перлюстрация частной корреспонденции существовала в России задолго до Александра III, но только этому царю пришло в голову узаконить её специальным указом. На третьем этаже Главпочтамта появился "чёрный кабинет", в котором особая бригада вскрывала, читала и делала выписки из чужих писем, да так ловко, что получатель об этом даже не догадывался. Перлюстрации подвергались письма и простых смертных, и сильных мира сего. Вячеслав Константинович фон Плеве, став министром внутренних дел, как-то разбирая архивные бумаги, с неприятным удивлением обнаружил переписанные выдержки из своего письма к жене (!). Для дипломатической почты, разумеется, тоже не делали исключения. В столичной особой бригаде работали такие умельцы, как И.А.Зыбин - гений дешифровки, или В.Н.Зверев, подделывавший любой почерк. Например, попадает в руки сотрудников "чёрного кабинета" письмо, написанное невидимыми симпатическими чернилами, его нагревают или обрабатывают лимонным соком, и, вуаля, можно читать. Но после этого его уже адресату не отправишь, и тогда за дело берётся Зверев. Рядовые члены особой бригады старались вовсю, но иногда бывали и у них накладки: то запонку в баул с дипломатической почтой уронят, то пустой конверт отправят. Однажды и вовсе в конверт для Нидерландского посольства вложили письмо на испанском из Министерства иностранных дел в Мадриде. Когда чиновник особой бригады обнаружил свою оплошность, письмо уже было не вернуть. Ждали большого международного скандала, бедный виновник чуть не поседел… но всё обошлось. Голландцы с интересом ознакомились с документом, но шум поднимать не стали - пойди разберись, то ли это очередная российская глупость, то ли хитрая дипломатическая игра...
- Давай, Люся, пока! - Но я рассчитывала, что ты меня проводишь! - Ты, Люся, по образованию гуманитарий, что ли? - Да. - Я и вижу, что рассчитывать - это не твоё...