Предупреждение: у нас есть цензура и предварительный отбор публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт.18+
Рассказчик: Леонид Хлыновский
По убыванию: %, гг., S ; По возрастанию: %, гг., S
- Па-ап, а кто такой мужчина? - Ну... это сильный человек, который любит, охраняет и заботится о своей семье! - Здорово! Хочу стать мужчиной, как наша мама!
- Вы довольны своей новой секретаршей? - спрашивают одного директора. - Ой, и не спрашивайте! За короткое время она так организовала работу секретариата, что, кроме неё, никто ничего понять не может! Я её теперь даже уволить не могу...
Не секрет, что перлюстрация частной корреспонденции существовала в России задолго до Александра III, но только этому царю пришло в голову узаконить её специальным указом. На третьем этаже Главпочтамта появился "чёрный кабинет", в котором особая бригада вскрывала, читала и делала выписки из чужих писем, да так ловко, что получатель об этом даже не догадывался. Перлюстрации подвергались письма и простых смертных, и сильных мира сего. Вячеслав Константинович фон Плеве, став министром внутренних дел, как-то разбирая архивные бумаги, с неприятным удивлением обнаружил переписанные выдержки из своего письма к жене (!). Для дипломатической почты, разумеется, тоже не делали исключения. В столичной особой бригаде работали такие умельцы, как И.А.Зыбин - гений дешифровки, или В.Н.Зверев, подделывавший любой почерк. Например, попадает в руки сотрудников "чёрного кабинета" письмо, написанное невидимыми симпатическими чернилами, его нагревают или обрабатывают лимонным соком, и, вуаля, можно читать. Но после этого его уже адресату не отправишь, и тогда за дело берётся Зверев. Рядовые члены особой бригады старались вовсю, но иногда бывали и у них накладки: то запонку в баул с дипломатической почтой уронят, то пустой конверт отправят. Однажды и вовсе в конверт для Нидерландского посольства вложили письмо на испанском из Министерства иностранных дел в Мадриде. Когда чиновник особой бригады обнаружил свою оплошность, письмо уже было не вернуть. Ждали большого международного скандала, бедный виновник чуть не поседел… но всё обошлось. Голландцы с интересом ознакомились с документом, но шум поднимать не стали - пойди разберись, то ли это очередная российская глупость, то ли хитрая дипломатическая игра...
- Ты меня больше не любишь! - выговаривает жена мужу. - Раньше ты целыми вечерами сидел напротив меня, смотрел мне в глаза и держал мои руки в своих руках... - После того, как мы продали это чёртово пианино, я не вижу в этом необходимости.
Поймал мужик золотую рыбку, и говорит она ему человеческим голосом: - Отпусти меня, а я за это три твоих желания выполню! Мужик подумал-подумал и говорит: - Первое: хочу, чтобы меня перестали мучить алкогольные галлюцинации. Второе... А где же ты, золотая рыбка?!
История показывает, что интерес к театру в обществе развивается волнообразно. То народ валом валит, очереди за билетами и запись по ночам, а то вдруг месяцами никого. А жить-то надо каждый день, и театральное руководство пускалось во все тяжкие, лишь бы заманить людей в театр. Так рассказывают, что во времена советской власти директор одного городского театра в Грузии организовал в фойе хинкальную. Приходя в театр, зрители делали заказ, а уж потом, во время спектакля, хинкальщик в белом колпаке заходил в зал и, приглушив голос, сообщал: - Щистой-сэдмой ряд - хынкали готов!
Перед боем приходит в роту замполит и торжественно объявляет: - Воины! Сейчас начнётся битва: армия против армии, солдат против солдата! Рядовой Рабинович: - Товарищ капитан, вы, случайно, не можете показать мне моего солдата? Может я с ним договорюсь по-хорошему...
- Так, Сидоров. Объясни педсовету, почему ты украл скелет из кабинета биологии и бросил его в кастрюлю в столовой? - Я хотел, чтобы суп наваристей был! - Суп-то вкусный получился, я не спорю, но у нас же повара теперь седые!
Рассказывают, что Василия Павловича Соловьева-Седого популярность песни "Подмосковные вечера" постепенно начала раздражать. К его даче в Комарово регулярно приходили люди с баянами (рядом располагался дом отдыха) и начинали наяривать эту мелодию, видимо, в расчёте сделать композитору приятное. Он начинал нервничать: "Да что же я, ничего другого не в жизни не сделал?".
- Тебе нравится? - Нет. - Точно не нравится? - Нет, конечно! Что ты, Люся!? - И сиськи не нравятся? - Нет, слишком большие какие-то... - А попа? - Слишком жирная... В жизни инженер Сидоров так не врал, как при просмотре порнофильма совместно со своей женой.